Фафнир

Ирис синий

Аннотация
Кирилл успешный, уверенный, невероятно темпераментный. Сергей само спокойствие, порой доходящее до ледяного состояния. Два человека - такие разные во всем, такие непохожие. Что их может объединять? Необъяснимое и одно чувство.

Кирилл
Сидеть в темном углу и пить коньяк привычно для меня. Огородился и припугнул всех одним словом — гей. Народ дергается смешно, отшатываясь. Правда, в последнее время бабы ведут не так, как хотелось бы. Сначала охают, а потом кидаются на шею и в самое ухо шепчут: «Я не видела гея вживую, а теперь сбылась моя мечта. Давай дружить!». Я и раньше их не понимал, а сейчас просто терпеть не могу. Омерзительно. Пищат, шумят, заглядывают в глаза и с милой улыбкой говорят полную чушь. У мужиков реакция простая: или отшатываются, пугаясь, или бьют. Но и тут со временем перестали корчиться, видно привыкли к самой мысли. Толерантность, ага.
Делаю очередной глоток алкоголя, коньяк мягко сглатывается, опускаясь в желудок. Хорошо-то как… мой взгляд останавливается на мрачном молодом мужчине, что смотрит на меня в упор. Хотя, не мужчина, мальчишка по сравнению со мной. Навскидку лет тридцать, не более. Хорошо сложен, плечи широкие, обтянутые белой футболкой. Сейчас сидит на высоком стуле возле бара и пьет пиво. Могу предположить, что выше меня на голову. Усмехаюсь. Делаю жест рукой, подзывая нахала. Тот сползает медленно со стула, прихватывает с собой свою выпивку и идет ко мне. Я не ошибся, высок, стервец, красив.
— Можно? — спрашивает, застывая у моего столика.
— Садись, — разрешаю, кивая в ответ.
Садится, ставит перед собой бокал и смотрит в него пристально.
— Чего хотел? — спрашивая, не даю ему возможности зацепиться за мои слова.
— Вы мне понравились, — говорит и все смотрит в пиво.
Я не выдержал и рассмеялся. Во дает. Сама простота.
— Знаешь кто я? — с издевкой, ухмыляясь, спрашиваю.
— Да. Кирилл Андреевич Сопов, — поднимает на меня глаза пацан.
— Я еще и гей, не боишься? — веселюсь во всю.
— Бояться я в детском саду перестал. Сергей, — протягивает мне руку.
— Что? — удивляюсь.
— Меня Сергеем зовут, Кирилл Андреевич, — терпеливо поясняет Сергей, добавляя: — Александрович. Неров.
— Значит, не боишься, Неров, — специально называю по фамилии пацана.
Тот нахмурился, сжал пальцами свой бокал и кивнул своим мыслям. Чудной, однако. Молчим. Каждый пьет свое. Я пристально рассматриваю смельчака. Загорелое лицо, щетина пробивается, волосы не черные, шатен вроде, в полумраке бара поди пойми сейчас, что за окрас моего нового знакомого.
— Я не девка, чтобы нравится, Неров, а мужик, и почти вдвое старше тебя. В отцы тебе гожусь, — смеюсь над пацаном.
— Ты не мой отец, — переходит на «ты» малец. — Не так ты и старо выглядишь.
— Ну спасибо, приму как комплимент, — отвечаю и смотрю Сергею прямо в лицо, взгляда не отводит, — допиваем и пойдем?
Парень пялится на свой полупустой бокал, потом переводит на мой стакан, на дне которого еще плескались остатки конька. Растерялся, что ли? Мне вновь весело. Опрокидываю в себя последний глоток спиртного и поднимаюсь. Сергей торопливо глотает свое пиво, ставит бокал на стол и поднимается следом.
«Ну что, проверим решимость мальца?» — сам себя спрашиваю и зажимаю его у самого входа, толкая в нишу за каким-то разляпистым фикусом в горшке.
Неров от неожиданности чуть мне не съездил по физиономии, но в последний момент обнял, растерянно уставясь на меня.
— Не стой столбом, целуй, — командую.
Парень, как солдат, выполняет приказ и наклоняется, целуя робко меня в губы.
«Это что сейчас было? Не понял…»
Перехватываю инициативу и целую по-настоящему, по-взрослому, толкаясь ему в рот языком. Сергей крепче сжимает меня в своих руках, отвечает охотно. Наши языки затеяли форменную борьбу, кто кого переласкает, губы начали болеть, да и дыхания не хватало, а мы все целовались и целовались…
Я остановился только тогда, когда понял, что мы залезли друг другу под одежду и еще чуть-чуть и… начнем трахаться прямо тут.
— Притормози! — задыхаясь, сказал я Нерову, но тот в запале заткнул меня новым поцелуем.
Я ему вмазал по ребрам, чтоб оклемался. Подействовало. Смотрит так обиженно, прижимая локоть к пострадавшему месту.
— Ты чего? — буркнул недовольно.
— Не здесь, — отвечаю и оправляю одежду. Хмыкаю, застегивая молнию на штанах, наблюдая, как Неров судорожно трепанул рукой на своей голове волосы, которые тут же встали дыбом.
Вызываем такси. Едем ко мне. По дороге я остываю. И что на меня нашло-то? Вроде взрослый, а повел себя как малолетка, вспыхнул так, словно спичка, поднесенная к огню — мгновенно. Вот только стоило пацану ко мне прикоснуться… Сейчас понимаю, что это большая ошибка с моей стороны. И как вырулить-то из сложившейся ситуации?
Выходим из такси и стоим на асфальте возле моего подъезда. Я размышляю — послать или нет. Неров терпеливо ждет, спрятав руки в карманы джинс. Молча разворачиваюсь к нему спиной и поднимаюсь к себе. Идет за мной, не отстает.
Чуть завозился у дверей, замок неохотно нас впускает в квартиру. Думал, что пацан тут же накинется на меня, но не угадал. А жаль.
Прошли на кухню, сели за стол. М-да. Вот тебе и романтический вечер. Сидим, молчим и пожираем друг друга взглядом. Я могу рассмотреть не торопясь Нерова. Шатен, с палевыми выгоревшими короткими прядями на голове. Выбриты виски и затылок, на макушке ежик, а на лоб спадает нелепая челка. Открытый взгляд цветных глаз, сразу и не поймешь, что за цвет — зеленый, карий? Перемешанный. Получился светлый оттенок чая, что все время меняется. Прямой нос, правильные черты лица, нижняя губа чуть больше верхней, сейчас Сергей выдавал свое волнение, слегка закусив нижнюю губу. Умеет целоваться…
Засмотрелся я на его губы и не заметил, как оказался у Нерова на коленях в процессе целования этих самых губ. Сергей обнимал меня за задницу, сжимая в ладонях ягодицы. Отвечал жадно на поцелуи, ловил в ответ мой язык, посасывал его. Мы принялись раздевать друг друга: я содрал его футболку, он расстегнул мою рубашку, погладил ладонью грудь и прошелся по впалому животу. Наше дыхание сбилось уже давно, мы горели от прикосновений, а по моим ощущениям Неров просто пылал, до того он был горяч.
Мозг на мгновение маякнул вопросом — смогу ли я принять член Сергея. Руками я уже оценил размер, весьма неплохо. Мой красавец на фоне молодого не хуже выглядел, стойко и бодро.
Между поцелуями спрашиваю:
— Ты с мужчиной был?
В ответ отрицательно качают головой, но ласкают со знанием дела. Бля… я уже завелся и остановиться не смогу. На мгновение зажмурился и сдержал себя от того, чтоб не слезть с колен пацана. Накрыл оба члена рукою и, целуя Нерова, глуша его стоны, принялся надрачивать. Сергей шарил руками по моей спине, гладил плечи, пыхтел и стонал, стремясь подкинуть бедра. Я в ответ выдыхал свои стоны ему в рот, работая рукой все быстрее. Еще немного. Ну, давай! Подгоняю, шепча Нерову в губы. Тот зажмуривается, закусывает губу и напрягается, под моей рукой кончает, выплескивая сперму толчками. Я от такого вида сам кончаю в два движения… Черт…
Сползаю с колен парня, не заправляясь поворачиваюсь к кухонным шкафчикам, открываю верхний и достаю кухонное полотенце. Кидаю Нерову в руки, тот ловит и без звука принимается вытираться. Сам же брезгливо вытираюсь другим. Внутри поднимается негодование на нахала. С мужиком никогда не был и тут я такой красивый, такой ласковый, такой, мать его, доступный. Сжав пальцы в кулак, поворачиваюсь к гостю и со старта говорю:
— На хуй свалил!
Неров аж дернулся от такого резкого наезда, но поднялся и заправился. Наблюдаю за его слегка трясущимися руками, этот тремор выводит меня из себя еще больше. Вот же ж бля!
— Малец, выход вон там, — показываю взглядом. — И чтоб никаких встреч и звонков. Понял?
— Тебе же понравилось, чего тогда злишься? — удивился Неров.
— Я благотворительностью не занимаюсь. Попробовал и ладно, — скрестив руки на груди, отвечаю.
Сергей прошелся по мне взглядом от лица до не застегнутой ширинки. Буду я еще кого-то стесняться, ха! Это мой дом. Как хочу, так в нем и хожу. Парень хмыкнул и вышел в прихожку, накинул куртку, обулся и вышел за дверь. М-да… какой послушный, однако.
Вернулся на кухню, подошел к окну, открыв его створку, и выглянул. Было видно, как пацан вышел из подъезда, зачем-то постоял у скамейки, потом на нее присел и задрал голову, отыскал окно и уставился на мой силуэт, который хорошо был виден. Я не прятался, не дергался, а спокойно смотрел в ответ, прикуривая сигарету. Немые переглядки продолжались, пока я не выкурил до фильтра цыгарку и не выкинул в окно окурок, который прицельно пульнул под ноги мимолетного помутнения. Думаю, Нерова я больше не увижу. Это и хорошо.
А вот моя реакция на него меня же и насторожила. Как будто по щелчку вырубало какой-то предохранитель, и я очертя голову нырял то в объятия, то в поцелуи, а то и на самого Сергея залез, даже не отдавая себе отчета, что делаю. Да нах такое сумасшествие!
Закрыв окно, задернул занавеску. Хватит с меня на сегодня случайных героев и случайных эмоций. Наигрался. Но мысль, что было бы, если бы я так не взбесился, предательски растаяла последней перед тем, как я заснул…
В следующий раз я увидел Нерова в весьма неудобных обстоятельствах именно для меня. На верхотуре, с болгаркой в руках, весь такой чума в робе простого рабочего. Рук не хватало, и мне, директору весьма успешной, но маленькой фирмы по рекламе, приходилось помогать. Да я и не отказывался. Это ж мои деньги, если не буду вертеться, то и на хлеб с маслом не заработаю.
Стою, понимаешь ли, на высоте, вижу, как подходит знакомая рожа, смотрит вверх и машет пакетом, орет приветствие и тут же «слезайте!». Командир тут, бля, нашелся. Но Артемыч и Николай Васильевич, что на сегодняшний день были моими помощниками, бодро поспрыгивали с лесов, напоминая мне, что как бы не лошади и пора перекусить. Действительно, подгадал Неров, появиться к обеденному времени. Глянул на наручные часы: стрелка упорно показывала без десяти двенадцать. Нехотя сполз вслед за своими помощниками.
Те уже раздербанили принесенный пакет и быстро кусали большие бутерброды с колбасой, довольно урча. Мне же протянули отдельный контейнер. Скептически приподнял на это бровь.
— Угощайтесь. Сам делал, — Сергей открыл контейнер, а там…
Потянув носом, уловил запах домашних котлет. Знает, чем брать, сволочь! Сам я не готовил не потому, что не умел, а потому, что времени не хватало на готовку. А тут еще горячее… Мужики, как увидели, аж от зависти присели и полезли к моему контейнеру, прося угощения. Я поделился, не жадный. Было вкусно. Очень.
Неров от принесенной жрачки отказался, отмазавшись тем, что не голоден, перекусил недавно. Все стоял, попивал кофе из автомата, и морщился. Наверное, вкус напитка оставлял желать лучшего. В коробке было еще три стакана. Я подозрительно сощурился. Он что, следил за нами? Но свой кофе взял, пока мои обормоты не глотанули его как премию. Отошел в сторону, присел на кортки и, отхлебнув горячего, так же, как Неров, поморщился. Точно, не фонтан. Приторно-кислый вкус неприятно осел на языке.
— Чего тебе надо, Серый? — в лоб спрашиваю Нерова, что присел рядом.
Пацан, кинув взгляд в сторону рабочих, ответил:
— Кирилл Андреевич, я не передумал.
— Чё? Неров, дебила не корчь. Я тебе четко дал понять, что дела с тобой не хочу иметь никакого. У тебя опыта нет. Я таких не праздную.
— Я читал! — видя мой взгляд «чего?», запнулись, но на пару секунд. — И видео смотрел.
— Так, стоп, заяц, — я поднялся с кортков, — теория — это еще не практика. Вот когда наберешься, тогда и приходи… хотя нет. Не приходи вообще.
— Не надо так категорично, — Неров закрыл собой мне дорогу, — можно я помогу?
— А? — не понял я, чего тот просит.
— Ну, помогу каркас собирать.
— Заяц, не смеши меня еще больше. Это тебе не на земле конструктор складывать. Да и допуска у тебя на высотные работы нету. Еще мне не хватало и за тебя отвечать, если, не дай Бог, шею свернешь, — отмахнулся я от помощи и ехидно пошутил: — Не делай такую рожу, а то поцелую.
Неров тут же вскинул голову, загораясь взглядом. А я со смехом полез обратно на леса, следовало успеть подготовить каркас для рекламного баннера до темноты. Обеденный перерыв закончился, котлеты однозначно подняли мое настроение.
Вновь сижу и попиваю свой любимый коньяк. Прошла неделя, как я видел в последний раз Нерова. Сегодня у меня замечательное настроение, очередной заказ выполнен и оплачен, заказчик остался очень довольным, еще сверху порекомендовал мою фирму своим друзьям. Отличная реклама и продвижение. Это означает, что будут новые заказы, а с ними и прибыль. Я про себя замырчал от удовольствия, если бы был котом, то мое довольное тарахтение услышали бы все, кто находился рядом.
В таком расположении духа всегда хочется чего-то эдакого. Я задумчиво оглядел зал. В этом заведении не поохотишься и не повыбираешь. Эх… Следует идти в специализированное место. Со вздохом поднявшись, расплатился за свой коньяк и направился на выход. Вот сегодня оторвусь!
В баре «Балтика» все было для таких, как я. Мальчики на любой вкус. Присев на диван за столиком, огляделся. Мой взгляд тут же ловит парочка смазливых юношей. Эн нет, детки, мне нужен совсем другой типаж. Отмахиваюсь, жестом показывая, что они меня не привлекли. Мотыльки разочарованно вздыхают. За столиком в самом темном углу сидел мужик… М-м-м… Знакомый. Павлушка хоть и был в моем вкусе, шикарный самец, но у него присутствовал большой недостаток. Храпел, сука, как трактор, причем храп начинался даже до того, как сам Павел засыпал. С таким в постели хорошо до момента сна, дальше начинались одни мучения. Портить таким концертом ночь я не хотел и, отсалютовав Павлуше бокалом с коньяком, так же отверг его горящий взгляд. Нет уж, мне нужен не трактор, а… Тут у меня глаза полезли на лоб. К двум мотылькам подошел Неров и, приобняв их обоих, завел разговор. Мальчишки разулыбались и закивали в ответ, явно соглашаясь на предложение.
Да что это такое? Значит так Серый хочет приобрести опыт? На моих глазах…
Что взыграло у меня внутри, я и сам не понял, но поднялся и подошел к тройке, вырвал из цепких лапок мотыльков Нерова и схватил того за шиворот.
— Исчезли! Оба! — приказал я мальчишкам, те от неожиданности выметнулись со своих мест и удивленно захлопали глазами, а Серому, сжав крепче его за ворот, сказал: — Неров, что б я тебя в этом баре не видел! Тут тебе ничего не светит!
— Это почему? — зло зашипели в ответ, вырываясь из захвата.
— Да потому! — гаркнул я и сам завалил пацана на стол, наваливаясь и целуя в губы. — Научат фигне, а мне потом мучиться.
Крепкие руки стиснули меня в объятиях, а губы жарко ответили. Как я люблю… Та-а-ак… Резко перестаю целовать Серого и отталкиваюсь от него. Парень отпускает, настороженно отслеживая мои движения.
Вздыхаю и одергиваю одежду. Опять у меня на него стояк мгновенный. Ну, никаких шансов на сопротивление. Да и лишних свидетелей мне не надо, хотя…
— Внимание! — громко обратился я к присутствующим. — Если увижу рядом с ним кого-то из посторонних, яйца откручу и в глотку засуну. Всем понятно?
Народ у нас понятливый, зааплодировал в ответ. Я раскланялся и вытолкал Нерова из помещения.
— Что, мать твою, это было? — вкопавшись на месте, Серый застыл статуей.
— Вот прям сейчас не отвечу. Такси! — махнул я проезжающим мимо нас шашечкам.
Такси притормозило чуть в стороне, подождало, пока мы заберемся внутрь, и тронулось в путь. Через полчаса были в моем дворе. Повторяющаяся картина, епт…
Неров, ничего не спрашивая, потащил меня к моей же квартире, выдрал из моих рук ключи, открыл замок и завалился в прихожку. Мы целовались. Надоело мне ждать, и так всю дорогу не думал ни о чем, чтоб не выкинуть пацана по дороге. Верхнюю одежду скинули тут же в прихожей нахрен, по углам раскидали обувь. Я, недолго думая, запрыгнул на руки Серому и засосал его губы в жадном поцелуе. Пацан от такой прыти чуть качнулся, но удержал. Если бросит — убью!
Сразу стало жарко-жарко. Меня стискивали в руках до хруста, целовали до одури и стонали в ответ моему дыханию. Я же оглаживал все, до чего мог дотянуться, и терся зажатым стояком, постанывая от удовольствия и задницей ощущая ответный стояк. На себя.
Чертовски приятно… Когда тебя закидывают на постель и накрывают всем телом. Когда раздевают, при этом целуя и лаская кожу языком. Когда смотрят жадно, прикусывая губу от сдерживаемого желания. Когда руками бережно касаются шеи, плеч… Когда прикусывают зубами ареолу соска и рычат так глухо, так утробно… Когда ты растворяешься в ощущениях и не понимаешь, где твои прикосновения, а где его; где твои поцелуи, а где его; где крик твой, а где его!
Я сам готовил себя пальцами, сдерживая улыбку на восхищенный взгляд, еще больше заводясь от такого. Замирал, когда Серый целовал мое запястье, пальцы которого растягивали задницу под его член, которому не терпелось настолько, что Неров пару раз пережимал у основания, чтобы не кончить только от моего развратного вида. Да его буквально колошматило от возбуждения. По моим венам словно кипятком кто плеснул, так это подстегнуло.
Убедившись, что мой неопытный партнер не порвет мою задницу слету, я убрал пальцы и другой рукой сунул Серому под нос презерватив. Желание желанием, но я же не дурак. Здоровье в мелочах.
Парень зубами порвал упаковку и раскатал презик по своему члену.
— Жмет малёха… — пожалились.
— В другой раз свои иметь надо! — выбесился я. — Чё застыл? Давай шевелись, пока не передумал.
Неров тут же подтянул мою задницу к себе, приставил головку члена к анусу и толкнулся. Я от этого зашипел, прогибаясь в спине еще сильнее.
— Бля… Бля-я-я! — орал, пока Неров не уперся мне в задницу своим пахом. — Ахуеть не встать! Меня и так драть! Да ты совсем страх потерял!!!
В ответ рассмеялись и принялись выходить.
— Я те вытащу! Только посмей! — продолжал я рычать, как в ответ натянули до упора, по ходу движения проминая простату.
Вот тут я начал голосить без остановки, поливая матом Серого, как только мог, цеплялся за простыни, жевал подушку, приглушая свои вопли. Как же было хорошо! Пацан так трахался, что улет просто. Совершенно не жалея и не боясь сделать больно в ответ, держа в руках властно, вертя на своем члене, как хотел. Поначалу прогибал в локтевой, а потом крутанул на спину и, целуя меня в губы, закинув мои ноги себе на плечи, продолжил утрахивать.
Я уже не орал, а хрипел сорванным голосом, сипло выдавая мат. Цеплялся за Серого и угрожал ему, что если он внезапно кончит, то тут же умрет страшной смертью… В итоге, умер я, даже к себе не притронувшись. Оргазм накрыл так, что вышиб сознание. В глазах у меня потемнело, и я отключился…
Пришел в себя укрытый одеялом и по ощущениям вытертый явно чистым полотенцем. Это ж сколько я был в несознанке? Приподнявшись на локтях, наткнулся на спящего Серого. Я даже не знаю, кончил ли он или нет. Вот досада! Такого на моем веку не случалось.
Вновь откинувшись на подушку, отвернулся от Нерова, а тот во сне прижался к моей спине и обнял, щекоча своим дыханием мне затылок. Расхотелось его скидывать с постели и выгонять взашей. Не заметил, как провалился в сон.
Проснулся от вкусного запаха кофе и мяса. Как собака принюхался, выполз из постели и голяком потопал на кухню. Там, надев на себя только джинсы, хозяйничал Серый, ловко переворачивая куски мяса на сковородке. О том, что у меня в холодильнике есть такое богатство, я не догадывался. Но зверского голода никто не отменял, и когда передо мной поставили сковородку, полную мяса, я перестал задавать глупых вопросов и налег на завтрак.
— М-м-м… вкусно. Спасибо, — поблагодарил я Нерова, делая первый глоток крепкого кофе, сваренного великолепно.
— Тебе спасибо, Кир, — тихо в ответ сказал Серый.
Я вздернул бровь, а потом прищурился, рассматривая неимоверно довольное лицо напротив.
— Хорош, да? — ухмыляюсь.
— Да! — облизнулись на мою ухмылку, убирая со стола сковородку и отставляя в сторону чашки.
Я первым потянулся за поцелуем, прихватил Серого за затылок и притянул к себе, накрывая его губы своими. Парень охотно отвечал, толкаясь языком мне в рот. Я незаметно для него утянул его на себя, спиной укладываясь на стол, а ногами обнимая Нерова за талию. Ткань его джинсов терлась об мою кожу паха, раздражая.
— Да скинь ты эти клятые штаны! Презервативы в столе, верхний ящик, — сбиваясь на дыхании, приказал я.
Неров отстранился, поспешно выпрыгнул из своих штанов, порылся в ящике и нашел презерватив, дернул зубами, рвя упаковку, и раскатал резинку по своему члену. Если опять ляпнет, что жмет, выкину в окно, решил я про себя. Но обошлось без комментариев. Серый смочил в слюне свои пальцы и протолкнул их в мою задницу. Вот же ж… Мат сам собой сорвался с моих губ, а когда Неров убедился, что подготовил меня, то убрал пальцы, заменив их своим членом. Я думал, что под нами стол развалится, так он ходил ходуном, но нет, выдержал. Вот не представлял, что буду цепляться за плечи Серого, целовать его, подгонять, требовать и угрожать. Под конец я просто его укусил, цапнув в районе груди. И выл, выл! Заходясь в судорогах удовольствия.
В этот раз я видел, как кончал Неров. Специально в глаза заглянул. Того накрыло чуть раньше моего, прошибло конвульсией, отчего он сбивчиво толкнулся пару раз и замер на мне, обессиленно навалившись сверху. Сам я улетел на последнем толчке, утопая в оргазме. Какая ж сволочь, так хорош, аж страшно.
Приходя в себя, я обнимал Нерова, перебирая его короткие волосы на голове.
— Слышь, красава спящая, слезь с меня сейчас же, — рассмеялся ему на ухо, еще и подул в него.
Серый скатился с меня так резко, что я охнул. Мне помогли сесть на стол, но моя задница была против таких действий и заныла. Тогда меня взяли на руки и уперли в ванную мыться. А там… М-м-м… Возбудив меня по новой, встали на колени и сделали минет. Да этот пацан явно смерти моей хочет, так стараясь. Мне и одного раза было достаточно. А тут как вишенка на торте — минет в ванной под струями душа. Заебись просто.
Как укладывали в постель, как накрывали одеялом, не помнил, находясь в оргазменном обмороке.
В следующие выходные Серый мне устроил секс-марафон. Думал, что на его члене отдам богу душу, так он меня заездил. Сердце в груди колотилось так, что казалось, еще немного и инфаркта не миновать. После такого я его со скандалом выгнал. Орал ему в спину все, что думал, с грохотом закрыл двери и сполз по ней на пол. Какой же дурак, какой же идиот… Серый.
Долго не виделись. Неров пропал, ничего не сказав, на месяц. Как же я бесился, заводясь с пол-оборота от одной мысли, что не знаю, как он и что с ним, срываясь на подчиненных.
А когда заявился, позвонив в дверь, я не выдержал, прям на площадке устроил драку, начистив Нерову морду. И когда, сидя на моей кухне, он прикладывал к своим разбитым губам лед, я у него отнял испачканное в крови полотенце и поцеловал.
Так мы и сидели на полу, целовались, обнявшись. Ненавидел я его тогда всей душой. Молчаливого такого, не поясняющего ничего, невнимательного.
После драки Серый поселился у меня. Но больше не проявлял свое либидо, щадя мое здоровье и нервы. Настала рутина: утром кофе, завтрак, потом расходимся по работам, а вечером ужин и просмотр фильмов, ночью, если я хочу, то секс…
Звонил настойчиво телефон Нерова. На экране отображалось «любимая зая». Сам Серый был сейчас в душе, и не слышал пиликанья своего сотового. Я гипнотизировал экран и трубку не брал, размышляя, разбить мобилу или подождать немного и разбить ее же, но только о голову Нерова? Во мне черной волной поднималась ревность. Значит, любимая? Значит, зая?!. А я тогда кто? Кто?! Да пошел он на все четыре стороны!
Как только Серый вышел из ванной, я накинулся на него, предъявляя факт измены. Тот сбледнул, испугавшись.
— Отдай телефон, — приказал и отобрал у меня мобильник, отвернулся и вышел на балкон, закрыв перед моим носом дверь, но я успел расслышать пару фраз: — Привет, зая, и я тебя люблю…
Вот думал, что сгорю прям на месте от гнева. Вот и секреты от меня завелись, да такие, что тебе, Кирюха, и знать не надобно. Кто ты для него? Так… для потрахаться!
Когда Серый зашел в комнату, то начал оправдываться:
— Кир, не подумай ничего такого, это…
— Идти ты на хуй, Серый, со своими оправданиями! — завелся я. — Я не слепой и видел — «любимая», «зая». И не тупой, в отличие от некоторых! Даю десять минут на сборы, и чтоб я тебя больше не видел. Время пошло!
Толкнув Нерова в плечо, закрылся на кухне, принявшись крушить посуду. Первой жертвой моей ярости стала кружка Серого, затем набор рюмок, что он притащил недавно, сетуя, что пить водку из ковшика не дело. Сметя все тарелки на пол, забрался на подоконник с ногами и закурил. Неров заглянул в кухню и хотел подойти, но я заорал:
— На хуй! Н. А. Х. У. Й! К своей зайке!
Серый сжал пальцы в кулак, отступил. Хлопнула входная дверь. Докурил сигарету, вновь выбил из пачки новую и прикурил.
Что же я делаю? А он? В груди заныло сердце. Я начал остывать, но Неров не вернулся, как бывало, под вечер. Не на следующий день. Опять мне мотает душу неизвестностью.
Трубку телефона не брал, хотя в черный список мой номер не закинул. Он же знает, что я поору и приду в норму. Бесит его скрытность! Его послушность. Что говорю, то и делает. Шуток не понимает, элементарного внимания не проявляет, только и делает, что трахает и трахает…
Осунувшимся смотрю в темное окно. Что он себе возомнил, я для него горю, думаю о нем постоянно, а он молчит. Су-у-у-ка-а! Какая ж ты, Неров, падла! Так мне нервы вытягивать.
Где ты?
«Где ты?». «Ответь». «Не молчи». «Убью». «Убью!» — отправляю смс раз за разом и следом — «Люблю».
Час ночи, я не сплю, сижу на подоконнике в кухне и курю. Устал я ждать, устал терпеть… И луна издевается: выползла на небо, жирная такая, идеально круглая. Своим светом скалится мне в лицо. И она тоже блядь! Молчит!
Экран сотового вспыхнул и погас, пиликнув. Смска пришла. Проведя пальцем по экрану, прочитал: «Люблю, Кир».
Ну вот… все из него надо вытягивать клещами. Явится, замордую и прикопаю в лесополосе. А потом через год откопаю и вновь убью… На моих губах заиграла улыбка.
«Вкусная, однако, сигарета», — пришла мысль, когда я докуривал последнюю из пачки. Надо завязывать с куревом. Нервы ни к черту.
Неров позвонил в дверь на следующий день поздно вечером. Я был на взводе от ожидания и распахнул резко перед ним дверь, зло смотря на него. А он пихнул мне в руки пакет, говоря:
— Это тебе.
— А? — занырнул я в пакет и вытащил упакованный прямоугольник.
— Подарок тебе.
Мне? Неров, ты ж никогда мне не дарил ничего и тут…
Быстро рву упаковку. Картина. Обычная небольшая картина с цветком — ирис, синий. Прижимаю к груди, смотрю удивленно на Серого.
— Как-то так… Кир.
Что же ты делаешь со мной, Серенький? Ирис, еще и синий…

Сергей
Я всегда был спокойным, уравновешенным. Порой слишком. Прятать свои чувства и эмоции для меня было как дышать. Мужик должен держать все под контролем, глыбой стоять на пути проблем и рассекать их, решая, как ледокол. Пример подавать. А если в семье назрел конфликт, и твоя вторая половина начинает кричать, то отступить на время, дав выплеснуться гневу и недовольству. Так учил меня отец, он и сам так поступал, сохраняя заведомо провальный для себя брак с моей матерью. Он никогда не поднимал руку на нее, никогда… но если уж совсем допекала сварливая жена, то пугал ее, чем нить запуляя рядом с ней в стену. По принципу не навреди и я жил. Пока не увидел его.
Кирилл Андреевич Сопов.
Мужик взрослый, успешный, независимый. Но выделялся из толпы не своим прикидом и не манерами, а взглядом. Он не смотрел, а обжигал, словно огнем, своего собеседника. От его взгляда у меня дыхание перехватывало, даже если он смотрел вскользь, не фиксируясь на мне.
Подглядыванием я занимался уже давно. В этом баре он часто встречался по вечерам со знакомыми. Всегда с мужчинами, всегда был один, без спутницы. Редко пил коньяк в одиночестве, а потом уходил, оставляя на столике щедрые чаевые. Официантки его любили и старались обслужить как можно скорее. Они же и рассказали про Сопова небылицы, при этом делая страшно круглые глаза и шепотом говоря слово «гей».
Вот это… какой страшный зверь… мой океан спокойствия колыхнулся от любопытства. Было ли оно праздное, я не знаю, но что-то толкнуло меня в тот вечер к нему. Можно было бы списать это на выпитое, по-смешному малому, всего бокал пива и еще один, с которым я к нему подошел.
Кирилл насмешливо и с интересом обсмотрел меня с ног до головы, разрешив подсесть к нему за столик. А я, как дурак, стушевался и не смотрел в его глаза, мусоля в пальцах несчастный бокал с пивом. Сердце бухало у горла, дыхание перекрывало волнение.
Сопов был резок, стремителен в своих движениях и решениях. Вот сидит спокойно, а вот — бац! — и уже в подрыве с места и прижимает меня к стене за пышным папоротником, приказывая целовать. Я и поцеловал, нежно так. За что отгреб по полной, получив мастер класс по поцелуям. Так я никогда не заводился, улетел в момент, да так, что не сразу понял, что меня бьют по ребрам, не слабо вложив силы в удар.
Обалдело смотрю поплывшим взглядом на Кирилла. Вот это скорость! Не успеваю и глазом моргнуть, как сидим в такси. У подъезда Кирилл явно обдумывал, пустить меня к себе или прогнать. Я, спрятав руки в карманы джинс, боялся даже дышать. Мужик разворачивается ко мне спиной и идет в подъезд. Следую за ним по пятам, от предвкушения аж колени подламываются. Что за черт!
Первое, что я делаю, это прохожу на кухню и усаживаюсь на табурет, а то сползти перед хозяином на колени от перевозбуждения стыдоба да и только.
Сопов смотрит пристально, подходит ко мне и усаживается ко мне на колени, целуя в губы. Отвал башки просто… Я схватил его за задницу руками и сжал в объятиях. До чего же он наглый, без комплексов и зажиманий. Брал то, что хотел, как хотел и когда хотел. Я уже подумывал, что мой рот изнасилуют, или я не выдержу и опозорюсь, обкончавшись. Держать огонь в руках и не обжечься — невероятно…
Я расстегнул на нем рубашку, он содрал с меня футболку и расстегнул мои джинсы, умело так трогая пальцами мой член. Захотелось зверски зарычать, укусить подставленное плечо. Его пальцы на моем члене, его движения рукой — с ума сойти. Все в башке плыло от переизбытка желания, еще Кир подгонял меня — давай, давай. Меня под его шепот и накрыло. Подкинуло и утопило в сильнейшем оргазме.
Приходя в себя, неловко поймал от Кирилла полотенце, принявшись вытираться и приводить себя в порядок. Хозяин же и не думал оправляться. Думаю, он по квартире ходит голяком, пренебрегая одеждой.
Выгнал. Вот просто взашей выпер меня из своего дома. Не понимаю. Я же ему понравился, нам было опупенно вместе, но он все равно вышвырнул меня. Походу я влюбился, вот же ж вляпался.
Что можно подарить мужику? Светуёчки? Да ладно… Мои фантазии иссякали тут же на теме подарка. Чем привлечь, удивить?
Сам на себя злюсь, переворачивая на сковородке котлеты. М-м-м… надо пожратушки. Сами собой потекли слюни от запаха жареного. Проглотив парочку котлет, решил не мудрствовать понапрасну. Вот разузнаю, что Киру нравится, то и подарю. А пока смотаюсь-ка к своей зазнобе на работку и накормлю ее, поди и не подумал прихватить что-нибудь зажевать. Глянул на часы, как раз успею к обеденному перерыву. О том, где искать Сопова, мне рассказала милая девушка-секретарь, продиктовав адрес.
Вырулив к строительным лесам, я не ожидал увидеть Кирилла на высоте. Смотреть на работающего человека можно долгое время, а если он еще и ловко управляется, так бесконечно.
Рабочие на мой зов поспрыгивали быстро, а вот сам Сопов нехотя и с задержкой. Мои бутерброды улетали со скоростью звука, а котлеты я предложил только Киру. Тот не отказался и ел с удовольствием. У меня вновь перехватило дыхание, когда я наблюдал за его руками. Память подкинула картинки, что эти руки делали, где были. Член среагировал тут же, болезненно уперевшись в ширинку штанов. Хорошо, что Кирилл взял кофе и отошел в сторону, присев на корточки. Вздернув брючины, присел рядом с ним.
Кир был в робе, с обветренным лицом и трехдневной щетиной, весь такой мужик уработанный с соответственным амбре сигарет и пота. Без прикрас и парфюма, который забивает все запахи. Захотелось привалиться к нему, просто посидеть, чувствуя тепло тела, смять эти потрескавшиеся от ветра губы и почувствовать на языке жутко противный вкус автоматного кофе. И сказать спасибо просто так.
Мое предложение помочь, естественно, отвергли, подняв на смех. А слова про поцелуй зажгли меня в надежде, что возможно, возможно…
На бар «Балтика» наткнулся неожиданно, решил зайти, а когда понял, что за заведение, прифигел от неожиданности. Гей-бар. В первый раз выметнулся из него в одно мгновение. Страшно стало. Потом пришла мысль, что не так и страшно, я же только понаблюдаю. Кто-то явно умрет от любопытства. Заруливал несколько раз, пил возле барной стойки водку, разговаривал с барменом. Никто меня не трогал и не подходил, не щупал за задницу и пошлых предложений не делал. Все было исключительно на добровольной основе. Если сам подойдешь, если сам захочешь.
В этот раз я решился. Бармен подсказал с кого можно начать свое знакомство, если не слишком уверен в своих силах, указав на двух парнишек.
Подплываю кораблем к ребятам, обнимаю обоих, предлагаю выпивку за свой счет и… мои начинания обрывает вулкан. Мало того, что отдирает от выбранных мальчишек, так еще и заявляет на меня права на весь бар. Кирюха. Огонь.
Вновь я у него дома. Вновь целуемся как сумасшедшие. Держу на руках бомбу, которая может взорваться в любую секунду и отнять у меня жизнь. Отнять, разорвав в клочья сердце. Вынуть душу. Господи…
Как в тумане бросаю Кира на постель, содранная одежда, наверное, валяется по всем углам, да и пофиг на нее. Сейчас не до порядка. Сейчас существует только мой Кир, только наша страсть и безумное желание.
Что он творит! Вид прогибающегося мужчины, его пальцы, подготавливающие его под меня, сводит с ума, слишком быстро доводит до грани. Хочу его. Хочу так, что сил нет… Задыхаюсь, пережимаю себе член у основания, чтоб от одного вида не кончить. От развратного, пошлого, откровенного. Вот так потемневшим взглядом через плечо говорить «хочу тебя» может только Кир.
Кидает мне презерватив. Раскатываю его по члену. Жалуюсь, что маловат. На что получаю жесткую отдачу. Я аж перетрусил. Он же может выкинуть меня из постели в любую минуту! И явно поспешил, натягивая задницу Кира на свой член. Как же он матерился, как орал, грозил… Под такую музыку я раскатывал Кира, плавясь в нирване. Горячий такой, искренний. Он кончил подо мной и отключился. Я же, переждав его спазмы оргазма, вышел из него и стащил с члена этот треклятый презерватив и быстро принялся дрочить. Запрокинув голову, кончил на живот Кириллу. Его сперма перемешалась с моей, белесыми брызгами забрызгав нас обоих. Уу-у-у… хорошо-то как.
Сползал в ванную и притащил полотенце, обтер находящегося в отрубоне Кира и сам вытерся, а потом завалился рядом с ним. Было так классно, все тело расслабленно. Через несколько минут я спал.
Утром после завтрака Кир сам разложился на кухонном столе. От такого я был в наивысшей степени восторга. Такой, такой… афигенный! Он вновь матерился, цеплялся за мои плечи, даже укусил меня за грудину, и так сжимал в себе, так держал, что я кончил в него, содрогаясь всем телом и наваливаясь на него. Вот это мы выдали, вот же ж Кирюха. В благодарность я его на руках утащил в душ.
Намыливая расслабленное тело гелем, пахнущим морем, я нежил Кира в руках, вновь и вновь проводя мыльными ладонями по спине, груди, животу, ногам и рукам… целовал пальцы, разминал плечи. Встав на колени перед ним, я смотрел снизу-вверх, утыкаясь в его пах. Наверное, выглядел при этом как преданный пес, но Кир с улыбкой уткнул мое лицо в свой полу-возбужденный член. Взяв его в рот, принялся ласкать языком головку и посасывать. А потом, притянув Кира за бедра к себе и не дав ему отстраниться и прервать меня, хоть неумело, но сделал ему минет, добившись того, что он кончил. Кирилл от такого вновь поехал, сползая в обморок на кафель. Чё-то я перестарался с благодарностью.
Отнеся в постель и укрыв одеялом, оставил его отдыхать. Волшебное утро.
Через неделю Кирилл поразил меня в самое сердце, неожиданно даже для меня пробудив внутри меня демона. Поводом послужил совершено пустяковый предмет.
Сопов со смехом показывал мне подарки, которыми его одаривали подчиненные на всякие праздники. Фишкой у его рабочих было подъебнуть своего начальника, но так тонко, чтобы он не прикопался и не засунул подарок им же в глотку.
Первым предметом была огромная футболка явно не по размеру самому начальнику с принтом парочки голубей в касках и надписью: «Даже мы могём». Она вызвала гомерический хохот у нас обоих.
Следующий предмет был от секретарши. Подарила она парочку чулок с припиской: «Для спутницы». Как можно было отказаться.
— Ты прикинь, Машанька при мужиках развернула подарок и показала, — лыбился Кир, — вот девка! Они увидели и заохали, такие кружевные, такие черные… А?
— Надень их… — у меня аж голос сел, когда я увидел это в его руках.
Кир хмыкнул, заценив мою рожу аля маньяк на выгуле, и перекинул чулки через плечо.
— Сейчас примерю. Не пропадать же добру, — со смехом закрылся в ванной.
Вот же ж, не захотел мне показать, как он будет надевать те чулки. У меня член заныл от одной только представленной картинки, как Кир щеголяет в тех чулочках. Да на его длинных ногах они будут… тут я подавился воздухом. Да это даже великолепнее, чем я представлял в своих фантазиях.
В дверях стоял Кир в одних чулках. Обалдеть, кружевные чулки были в нескольких местах порваны, видать Кирилл дернул сильно за них, но все равно вид был потрясающий. Крыша съехала, даже шифером не шуршнув.
Я набросился на него как голодный зверь, загнул в локтевую на ковре и, облизав свои пальцы, принялся растягивать его задницу.
— Эй! Эй! Ты там полегче, — смеялся Кир, еще и вертел задницей, дразнясь.
— Кир… Кирюша… — зверел я от его игры.
— Что? Серенький? — смотрит через плечо.
Не выдерживаю, быстро расстегиваю на себе брюки и приспускаю их. Членом хлопаю по заднице Кира, сплевываю на него, растирая слюну. Этого мало, этого очень мало, но не могу уже остановиться. Приставляю головку к анусу и толкаюсь медленно. Кир матерится, скребется о ковер, орет. Я натягиваю его до упора. В этот раз беру его без презерватива. Это было так улетно, что у самого темнеет в глазах. Выдыхаю вместе с Киром и начинаю двигаться, натягивая его на свой член, сжимая его бока до синяков, рыча над ним. И сходя с ума от его крика.
Кирилл выл подо мной, насаживаясь на член, и невероятно кайфовал. Вот же! Меня взяли завидки. Так балдеть от процесса, так это показывать. Хочу видеть все.
Выхожу из него и укладываю Кира на спину, прижимаю его колени к груди и приказываю:
— Держи колени!
Кир послушно держит, а я с размаха толкаюсь в него, жадно смотрю в его лицо, ловлю все эмоции. Темп задаю бешеный, удачно проходясь по простате. Сопов хрипит, закатывает глаза и матерится по-страшному. Чуть отклоняюсь, чтобы в такт своим толчкам было удобно мне ему дрочить. В сам момент оргазма Кир распахивает глаза, и я вижу в них себя. А потом мы оба содрогаемся, кончая одновременно.
Немного отпыхавшись, понимаю, что еще хочу. Беру Кира уже в постели, куда отношу на руках, уже есть время растянуть его по всем правилам со специальной для этого дела смазкой. Кир ворчит, но прогибается, постанывая и не так громко матерясь. Этот раз затянулся надолго, я никак не мог кончить и все трахал Кира и трахал, выматывая его и себя. Разрядка была долгожданной и яркой. Откинувшись на спину и переводя дыхание, я зацепился взглядом за колено в… подранных чулках. Господи, это невероятно, но я вновь хочу его.
Тянусь к Киру вновь, тот обалдело смотрит и пытается отползти от меня. Но куда там, пригребаю его к себе и беру по новой. В процессе он отключился, в очередной раз кончив, я дотрахивал уже совершенно бесчувственное тело. Когда финишировал и смог отлепиться от Кира, испугался. Да я его не просто заездил, я его прикончил. Нащупав пульс, с облегчением выдохнул, ну почти прикончил. Сумасшедший, да?
Со стороны Кира было справедливо выгнать меня в этот раз. Виноват я однозначно.
Этот долгий месяц я места себе не находил. Приходил за полночь в его двор и смотрел в темные окна. На что надеялся? Своей жадностью я его чуть не убил. Жаждал его бесконтрольно, постоянно. И сейчас хочу. К концу месяца заметил, что он перестал спать, свет постоянно горел, а его курящий силуэт все виднелся через окна.  Ждет. Кир?
Набрался смелости и поднялся на этаж. Еще минут двадцать топтался у дверей, пока не позвонил. Что ожидать от моего бешеного огня? Ожидаемо. В морду слету. У него хорошо поставлен удар. В кровь разбивает мне губы, чтобы я и слова не сказал в свое оправдание.
На кухне прикладываю к разбитому лицу лед. Как больно… тебе было, Кир.
— Прости? — пытаюсь сказать.
Сопов отбирает у меня полотенце и целует в ответ, стаскивая с табурета на пол. Обнявшись, целовались. Мой огненный Кир. Ты не предсказуемый, сводящий с ума.
— Прости… — еле слышно выдаю разбитыми губами.
— Ненавижу тебя, Серый! — в ответ целует жадно, заваливает на спину, крепко обнимает.
Стискиваю в объятиях, сжимаю до хруста. И остаюсь у него до утра. А потом и на следующий день. Потекли спокойные дни. Кир угомонился и стал прям домашним. И своей тихостью пугал меня до ужаса.
Утром я первым принимал душ, хотя чаще мы вместе залазили, так сказать, экономили воду и время. И без секса или минета редко обходилось. Сегодня Кир не хотел ни нежности, ни секса, ни минета. Я тяжко вздохнул, вновь меня несет в жадность, надо бы себя попридержать. Но мысля так и вертелась возле Кира.
Выйдя из душа, попал под кулак Кирилла, в котором был зажат мой телефон. На экране смог разглядеть «зая». Племянница. Меня будто что толкнуло, значит что-то случилось, раз она звонит. Грубо отбираю телефон у Кира и ухожу на балкон. Сейчас не до пояснений.
Девчонка радостно поздоровалась и началось… Ее невозможно было заткнуть или вставить слово! Так я узнал, что все у нее хорошо, что мама все еще болеет, что дядя сломал ногу, и сейчас в больнице, что она с подружками хочет пойти в кино, но там возрастной ограничитель, и не мог я бы купить им всем билеты, и прочее, прочее…
— Зая, все хорошо, значит, у вас? Так ты вообще зачем звонила-то? — спрашиваю.
— Да так, просто захотела узнать, как у тебя дела, — хихикнула девочка в трубку.
— Все хорошо у меня, зай, и пока, — сбрасываю звонок. Вот же ж зайчонок.
Зайдя в комнату, понял, что рвануло. Знаю, что любые оправдания выбешивают Кира как ничто другое. Он взрывается как порох. Посылает меня на хуй и к зайке. Я диву даюсь. Он меня ревнует. Так бешено, как только может он. Хочется обнять. Не дается, рассерженным котом уходит в кухню и устраивает там погром.
Я знаю, на фарфоре вымещает свой гнев, если бы не он, то Кир кинулся бы на меня. Но он этого не делает. Я благодарен ему за это. Кирюха. Ухожу. Даю ему остыть.
Завалился к себе. Давно я тут не был. Чтобы отвлечься, навожу порядок в маленькой однушке на окраине города, и иду в магазин, покупаю выпивку. Можно ненадолго расслабиться…
Просыпаюсь от настойчивого звонка телефона. Протягиваю руку и по столику мацаю пальцами, ища мобилу. Звонок прерывается. Кто? Перед глазами муть, с трудом сползаю с дивана и, пошатываясь, бреду в туалет. Там меня выворачивает наизнанку. Выблевываю все, что съел накануне, или это не вчера было? Рвотные позывы все продолжаются. Сгибаюсь еще больше. Как же хреново!
Когда удается разогнуться, то смотрю в зеркало. Жуть. Рожа отразилась зверская, словно бухала неделю. Да так оно и было. Ушел в запой. Ничего не помню об этом времени. Только вкус пойла и временами пиликанье телефона.
Кстати о нем. Возвращаюсь в комнату, беру в руки телефон и смотрю на экран, а там от Кира «Люблю». Сижу на диване и не могу пошевелиться. Он меня любит. Отсылаю в ответ «Люблю, Кир». Сердце колотится в груди, может, еще что ответит. Но Кир молчит. Ни слова больше. В темноте так страшно, а меня любят. Откинувшись на спину, раскинул руки и рассмеялся. Как же хорошо…
На следующий день проснулся к полудню. Солнце слепило глаза, сушняк обжигал горло, тело с трудом слушалось, а запах убивал на лету, но все это были мелочи. Заставил себя подняться и посетить ванную, там первым делом прямо из-под крана напился воды. Сразу полегчало и вернулась ясность мысли. В зеркале отразилась небритая рожа с взлохмаченными хаером на голове. Пора приводить себя в порядок, решил я и потратил полчаса на мыльно-рыльные процедуры. Свежую рубашку я в шкафу не нашел, то мятая, то старая попадалась. М-да… порывшись еще немного, отыскал-таки белую футболку. Покрутив ее в руках, решил, что подойдет для случая. Без всякого принта или нелепой надписи, обычная футболка — просто и нарядно. К ней подобрал простые брюки и ремень. Уже обувая туфли, задумался, как же я вернусь к Киру. Без подарка точно не обойтись.
Только, что же ему на самом деле нравится? Не то, что говорят — да, пойдет. А именно ему?
Долго ходил по этажам торгового центра, но ничего не затрагивало. Все какая-то банальщина.
«Знаешь, что мне нравится в этом цветке… его форма» — вспомнилось мне фраза Кира.
Мозг только и зацепил слово «нравится». И повторяет как заведенный: нравится, нравится, нравится… Киру нравится ирис!
В павильоне с цветами меня ждало разочарование. Таких цветов у них нет и никогда не было. Стоя в море роз, хризантем, гладиолусов, ромашек и еще бог знает каких растений, я испуганно озирался. Значит нет… вежливо отказался от предложенного букета гвоздик, развернулся и ушел.
Внутри поселилась тревога, пока я не зашел в бутик сувениров. Осмотревшись, наткнулся на знакомый цветок. Ирис. Один такой бутон в рамке переливался всеми оттенками синего.
Продавец нахваливал товар, рассказывая какие-то энциклопедичную информацию: и что в Древнем Риме этот цветок символизировал дружбу, и что в Древней Греции — невинность и чистоту, и что эти цветы никогда не срезают, так как они совсем не стоят и тут же вянут. А в моей голове вновь и вновь звучало: «мне нравится», «мне нравится».
— О, молодой человек, прекрасный выбор. Вы знаете, что именно синий ирис символизирует искренность в отношениях. Надеюсь, получатель оценит подарок.
— Я тоже надеюсь. Заверните, пожалуйста, — соглашаюсь с продавцом.
Пока шуршала упаковочная бумага, размышлял, стоит ли еще что-то брать. Но так и не решив, вышел из магазинчика с одним ирисом.
На улице уже вечерело, было пасмурно. Я застегнул куртку и спрятал пакет с ирисом под неё. Теперь можно было и возвращаться.
Сказано, но не так быстро сделано. Я шел медленно, все сомневаясь в себе, пару раз даже петлял с хорошо известной мне дороги. Во дворе так вообще уселся на скамейку и уставился в Кировы окна. Я трус. Вот так. Боюсь показаться ему на глаза. Знаю же, что Кир бешеный. А вдруг ему не понравится мой ирис? Вдруг он выкинет его и вслед и меня за ним. Он такой, он может. Непредсказуемый, взрывной.
«Да, в конце концов, мужик ты или не мужик?» — мысленно пнул себя и поднялся со скамейки.
Решительно зашел в подъезд, так же смело позвонил в дверь. Кир открыл резко, словно ждал прям за дверью. И, предупреждая его ор, пихаю в руки пакет и говорю:
— Это тебе.
— А? — Кир удивленно выдыхает.
— Подарок тебе, — смущенно говорю.
Кирилл разрывает упаковку и смотрит на картину. Улавливаю, что что-то происходит с ним. Он потрясенно смотрит на меня.
— Как-то так… Кир, — зажмуриваюсь и жду удара.
Меня затягивают в квартиру и закрывают на замок дверь, потом припечатывают спиной к стене и, хватая за шею, целуют. 
Отвечаю. Как же я скучал.
По этому огню, по торопливым движениям, которыми мы сбрасываем одежду, по этим губам жадным, по этому обжигающему взгляду, по охрипшему голосу, по словам, по простым словам, и даже по мату, который он выдает в моменты близости. Да по всему Киру.
Чтобы понять, что любишь, просто, без каких-то условий… Искренне… Ирис синий. Кир.
Вам понравилось? +27

Рекомендуем:

Гербарий

Исчезнут все твои вопросы

Сантименты

Узкая полоска песка

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

3 комментария

+ -
+3
Виктор188 Офлайн 18 мая 2019 08:16
Понравилась история,буду все у автора читать.
Спасибо.
+ -
+13
Артем Ким Офлайн 23 мая 2019 12:20
Изумительно точная психология, верная до мелочей. Абсолютно живые персонажи.
По мне, так хорошо всё, кроме концовки. Не люблю ХЭ, но это моё, личное. Историю это не портит.
linn
+ -
+4
linn 11 сентября 2019 19:21
Всё, можно исходить чёрной завистью, читая про такие отношения! И это "повседневность"?! Невероятно!
Наверх