Урфин Джюс

Тонкая нить

Аннотация
Когда любимый в опасности, что поможет его спасти? Может быть, магия? А может, тонкая нить, связавшая две души прочнее любых канатов?
История является самостоятельным текстом, но если прочесть "Равновесие", будет интереснее.


Дору забрался с ногами в кресло, пристроил большую кружку с невозможно сладким чаем на колене и открыл форум. Забанил одного из юзеров, который давно перестал развлекать его заковыристыми нападками и под давлением взаимного троллинга скатился в истерику. Полистал фотки с последней косплейной сессии, щелкнул по одной из них. Рассмотрел глубокие раны на шее жертвы, оценил синюю каемку губ, запавшие глазницы, кожу, которая даже после фотошопа выглядела не роскошно белой, как это принято, а землистой, резко обозначившей даже самые малые изъяны. Увеличил фотографию и беспокойно побарабанил пальцами по столешнице. Щелкнул на профиль участника. Все тот же киношный вампирский антураж – картинно стекающая с белоснежных клыков кровь. Пол мужской; возраст, намекающий на вечность; музыка, подобранная в тему. Все стандартно, вот только жертва была реальной. Дору попробовал пробить IP-адрес, но он был скрыт. Подкинув хитрую ссылку пользователю, он понадеялся, что тот все-таки прогуляется туда, куда его позвал демиург прокаченного вампирского форума.
Скинув фотографию жертвы на мыло профессору, он вышел из сети. Может, он и перемудрил, и пользователь просто решил выделиться на фоне остальных отгламуренных жертв, но проверить все же стоило. Дору задернул плотные, не пропускающие свет шторы и вытянулся на кровати, не забыв сунуть под подушку телефон. Да, он интернет-зависим, давно и прочно, но если реал заставляет его прятаться, лгать и изворачиваться, скрывая собственную сущность, то в сети он может быть собой. Вампиром.
Под мерное жужжание Нота Дору прокручивал ленту последних обновлений, периодически вскидывая на бывшего напарника пустые глаза и опять погружаясь в виртуальный мир. Его взгляд застрял на последних добавленных фотографиях: тело молодой женщины уже покрыто трупными пятнами, шея свернута набок так неправильно и неестественно, что вопрос о причине смерти отпал бы сразу, если бы не одно «но»… Две зияющие раны. С ужасными следами разложения и гнили, но все еще красноречиво узнаваемые. На форуме стоял гул. Автора фотографий обвиняли в чем угодно – в том, что он притащил кадр из фильма, из морга, из уголовного дела… Но только не в убийстве.
– Дору! – психанул Нот, выдирая телефон из рук вампира. – Ты меня вообще слышишь?
– Что? – вынырнул в реальность вампир, потер покрасневшие и чумные от недосыпа глаза.
– Меня отправляют в экспедицию, – Нот, скрестив руки на груди, был похож на бойцового петуха: яркий, нахохленный, вот-вот готовый заклевать. – Дим со мной навязался, – наконец выдавил он из себя причину такого волнения.
– Так он не готов… К тому же только-только в норму его привели? – Дору с сомнением покачал головой. – В ссылку, а не в экспедицию, да? – он попытался сосредоточиться на бывшем напарнике и его «головной боли» – молодом маге, который вызывал у его друга очень противоречивые чувства. Дим, тот самый маг, сильно пострадал по вине своего наставника, и теперь Нота в наказание решили сослать в тьмутаракань с глаз долой.
Нот хаотично задвигался по комнате, переставляя туда-сюда мелкие вещицы, которые Дору волок из любого места, куда закидывала его работа. Вещицы – экзотичные, простые, изящные, примитивные, покрытые не одним слоем многолетней пыли – придавали комнате совсем нежилой вид.
– Я боюсь, Дору, – Нот переставлял вещицы с места на место. – Вдруг с ним опять что-то…
– Откажись, – вампир недоуменно пожал плечами. – В чем проблема?
Нот сжал в кулаке какой-то особо хрупкий экземпляр коллекции, и тот впился в ладонь острыми гранями.
– Не могу, – признался Нот, сильнее сжимая кулак. На тыльную часть руки медленно скатилась тяжелая багровая капля крови.
Дору жадно втянул воздух, завороженный этим зрелищем. Разжать кулак, вылизать поврежденную ладонь. Впиться зубами в податливую плоть… Он тряхнул головой, отгоняя голодный морок, и побрел на кухню. Достав из холодильника форму для льда, выбил ее об стол, выкладывая замороженную кровь. Тут же закинул обжигающий кубик в рот и довольно расплылся в улыбке:
– Чай будешь? – закинул он второй кубик, рассасывая его как конфету, и водрузил на плиту большой белый чайник. – Почему не можешь?
Нот, подпирающий косяк кухонной двери, кажется, нахохлился еще больше. Дору приблизился к Ноту, принюхиваясь, и оскалился во все клыки.
– Вкуссно пахнешь, – почти по-змеиному прошипел он. – Хочешь его? Адреналинища в крови километр. Меня аж ведет, и это просто беседа.
Нот заметно слинял с лица и тут же растерял весь свой боевой пыл. Жалобно заглядывая в глаза Дору, простонал:
– Пиздее-ееец. Как мне с ним работать?
Дору хмыкнул пошло и красноречиво.
– Дору… Он не по нашему делу…
Вампир сделал сочувствующее лицо и возвел очи.
– Дрочить, мой друг, дрочить… – скорбно выдал он рецепт и похлопал по плечу начинающего закипать Нота.
– Да пошел ты! – психанул Нот и, развернувшись, рванул было на выход.
Вампир едва успел сграбастать его за шиворот и притянуть к себе, обнимая.
– Ах как, сцуко, пахнешь. Может, перед отъездом… ммм… по старой доброй памяти?
На плите под мерное постукивание столешницы об стену возмущенно выкипал чайник.
– Костик! – Дору в бешенстве тряс ноутбуком, монитор которого залил безнадежно синий экран.– Костик, мать твою за ногу! Какого хрена?!
Костик притих на нижней полке шкафа, скрутившись в мягкий рыжий нервный ком. Он даже хвостом нос прикрыл от страха. Вампир метался по квартире, посылая в пространство такой ядреный мат, что Костик непроизвольно прижимал рыжие уши плотнее к голове и восхищенно вздыхал. Двери шкафа распахнулись, Дору лихорадочно выгреб с верхних полок вещи, разыскивая домового. Костик поглубже зарылся в недра шкафа и перестал дышать.
– Костик! – с клыков вампира разве что пена не капала. – Лучше выходи по-хорошему! Может быть, выживешь!
В состоянии крайней ярости Дору был просто не способен просканировать пространство и найти подлеца по ауре. Костика ему подкинул Нот, уговорив вампира присмотреть за слишком шустрым домовым, которым он совершенно случайно обзавелся. Дору и не сопротивлялся, даже не догадываясь, во что ввязывается.
Дверцы шкафа захлопнулись, и домовой выдохнул, прислушиваясь, куда вампир отправился дальше. Совесть Костика не мучила. Совсем. Костика уже не первую неделю мучили жесткие приступы ревности. Это было сложно, потому как ревновать Дору приходилось не к кому-нибудь конкретному, а к целому миру. Виртуальному миру.
Втрескался Костик сразу, по самые кончики ушей, стоило ему впервые увидеть вампира. Что он только не делал! Все было бесполезным, вампир как будто отсутствовал, даже если физически находился рядом. Он либо утыкался в телефон, либо щелкал клавиатурой ноута, либо зависал с планшетом. Когда Нот и Дим собрались в свою командировку, Костик взбодрился, прорисовав уже было план захвата беспризорного вампира: немного поныл Ноту и добился, чтобы он переложил ответственность за Костика на Дору. Казалось бы, все козыри в руках домового – Дору, одинокий и живущий под одной с ним крышей… но нет! Бесконечное, как космос, виртуальное пространство отделяло Костика от цели. Вампир редко выпадал в реальность, и то только по необходимости. Пропадал на работе, а возвращаясь, отсыпался либо зависал в сети. Он совершенно не замечал отдраенной до музейного блеска квартиры, не замечал шедевров кулинарного искусства, на которые домовой, бывало, тратил несколько часов кряду. И намеренных провокаций тоже не замечал. Чертов интернет забирал у Костика любой шанс на взаимность. Тогда он и решился. Первой жертвой пал домашний компьютер. Он вдруг стал барахлить с завидной регулярностью, Дору сначала еще ковырялся сам в железе, вызывал программеров, потом, махнув рукой на ставший на редкость проблемным комп, переключился на ноутбук, телефон и планшет. С ними было сложнее, но Костик извел и их. Заодно заработал долгий, темный и подозрительный взгляд. Дору обзавелся новеньким ноутом и более совершенной моделью телефона, вынуждая Костика объявить следующий крестовый поход. Телефон удалось утопить почти сразу, правда, почти на глазах Дору. Тот взвыл и, тряхнув Костика за шкирку, предупредил, чтобы он больше пальцем не смел прикасаться к технике. Костик, самоотверженно плюнув на предупреждение, пару раз запускал в ноут вирус, обломал в разъеме флешку и попытался пролить на него чай, чем довел Дору до почти невменяемого состояния и часа два носился от него по квартире, всерьез опасаясь преждевременной смерти. Но его любовь была готова на такие жертвы. Вот и сейчас, пользуясь тем, что Дору буквально приполз с работы и бросил без присмотра сумку с ноутбуком, Костик без сомнений и трепета, поковырявшись с подсмотренным паролем, обрушил систему… Эх, знал бы он, что за его спиной стоит охреневающий до онемения Дору. Знал бы… Все равно сделал бы! Когда Дору, наконец, ожил и сипло поинтересовался целью диверсии, Костик, подпрыгнув на месте от неожиданности и тут же перевоплотившись в кота, метнулся под диван, оттуда совершил экстремальный забег по квартире и, запутав Дору, зарылся в шкафу, гадая, как же объясниться без фатального исхода.
Дору пометался по квартире и выдохся. Усталость включила мыслительный процесс. Зачем Костик это сделал? Какой мотив у домового? Уничтожить информацию? Неужели он как-то связан с теми убийствами? Брееед… Костик, вот это рыжее костлявое чудо, который весь как на ладони, и убийства? Вампир вернулся в комнату, попытался перезапустить комп, признал тщетность попыток и тяжело уселся на диван.
– Выходи уж, – махнул он рукой. – Разговаривать будем.
Дверь шкафа, скрипнув, приоткрылась на несколько сантиметров, и оттуда боязливо выглянул рыжий кот. Оценив взглядом обстановку, котяра решил-таки подойти к Дору и, обтеревшись о его щиколотки, прыгнул на диван. Тяжело вздохнув, перевоплотился в парня.
– Зачем, Костик?
– Хм… – Костик попытался независимо обрисовать ситуацию и по-взрослому предложить… предложить… Уши предательски заполыхали, запекло лицо, и следом смущение сползло на шею.
–Ха… – выдохнул, удивляясь, насколько сложно вытолкнуть нужную фразу из сердца.
Он обозлился сам на себя и решился. Неловко придвинувшись к Дору, уткнулся пылающим лбом в его плечо, а рука, скользнув по спине, дрожащими пальцами погладила поясницу.
– Давай, а? – выдавил проседающим от волнения голосом домовой.
Дору удивленно покосился на внезапного домогателя. Он так и сяк покрутил фразу в уме, отыскивая ей приличное толкование, но рука, уже увереннее ласкающая спину, не оставляла шанса.
– Может, поговорим? – предложил он, вспоминая про Костиковы манипуляции с компьютером и телефоном. – Ты что вытворяешь?
– Хочу тебя, – признался Костик, так и не поднимая головы.
– Не сейчас, – Дору широким жестом отмел текущий момент, включая двусмысленность их позы. – Вообще… комп, ноут, телефон… Ты?
– Я, – покаялся Костик, осмелившись прижаться губами к плечу вампира.
– Зачем? – в преступные замыслы Костика вампир не верил совсем.
– Хочу тебя, – повторил Костик. – А ты же не живешь… тут. Не существуешь.
Дору озадачился. Вопросов было много. Можно ли переспать с Костиком? Вписывается ли это действо в просьбу Нота присмотреть за парнем? Зачем это нужно самому Костику? Почему вдруг Дору не существует? И… Губы обнаглевшего Костика наконец добрались до обнаженного участка кожи, сбив мысли вампира с четкого курса. Вампир вздохнул, все еще не уверенный, стоит ли идти на поводу своих желаний, но Костик, скользнув рукой к его паху, сделал доводы «за» весомее. Гораздо весомее.

Вампир очерчивал пальцами углы костлявых лопаток навалившегося на него домового и пытался нащелкать ответ в чате. Костик горячо, обжигающе горячо припекал бок, отлежал уже руку до онемения, но скидывать тощее чудо не хотелось. Дору зевнул, сунул телефон под подушку и, переложив удобнее тяжелое ото сна тело, зарылся в одеяло. Уткнулся носом в Костика, вдыхая смешанный запах секса. «Хорошо» – обозначилась где-то глубоко мысль.

– Мои сомнения развеялись, когда мне в личку пришла очередная фотография. – Дору пощелкал мышкой. – Молодая девушка со следами насильственной смерти. На шее два глубоких отверстия, от клыков. Жертвы находятся, судя по всему, в одном и том же месте – положение тел, угол съемки и освещение фактически совпадает. По заключению экспертизы, все три женщины были убиты одним и тем же способом. Мы составили психологический портрет убийцы, опираясь на известные данные. Это довольно-таки молодой вампир. Инициирован давно, судя по чистоте укуса и по продуманности нанесения ран. Жестокий, агрессивный, достаточно умный. Мы предполагаем, что раньше ему было достаточно самого убийства как такового, и поэтому он тщательно заметал следы. Но видимо, что-то случилось в его жизни и ему стало мало просто убийств. Психологи расходятся во мнении: одни предполагают, что таким образом он пытается заинтересовать, – Дору поежился, – меня. Другие настаивают, что это потребность в славе. Подражатели… поклонники…
– Выяснили, кто жертвы? – профессор, раскрыв окно, раскурила сигарету.
– Выяснили, все трое – местные жительницы, – Дору зачитал информацию по жертвам. – Девушки не связаны между собой, отношения к вампирским сообществам не имеют абсолютно никакого.
Профессор, сняв очки, устало потерла переносицу и повернулась к Дору. – Знакомых проверяли?
Дору поежился под этим невидящим взглядом невозможно синих глаз.
– Проверяли, только у одной есть знакомый – любитель вампирских фильмов. Но и то не фанат, ограничивается скачиванием и просмотром.
– На контакт он с тобой выходил?
– Нет. Все мои сообщения остались без ответа. Выяснить адрес невозможно, только очертить границы приблизительно по месту жительства и пропажи девушек. Это один из новых районов города. Дома-муравейники и бизнес-центры понатыканы густо. Сканировали несколько раз, ничего. Ни одного вампира, подозреваем, что он пользуется мощным отводящим артефактом, поэтому мы его не можем вычислить.
– Плохо, значит, количество обитающих там людей больше, чем проживает, к тому же постоянно меняется. Люди не обращают друг на друга внимание. Жертвы живут, работают, отдыхают там?
– Пока не нашли точек пересечения, обрабатываем полученную информацию.
– Что госструктуры?
– Меня привлекли в качестве эксперта по всем трем делам, но вы же сами знаете – информацией они делиться не любят.
– Я решу этот вопрос… – профессор затушила сигарету. – Напарник тебе нужен, Дору. Ты бы присмотрелся?
– Присмотрюсь, – Дору нахмурился, мысленно уговаривая себя не упираться. Права профессор, напарник нужен, пусть и будет эта связь односторонней.
– Как думаешь, Дору, этот наш маньяк, он все время жил у нас под носом? – профессор вытащила очередную сигарету.
Дору пожал плечами. Плохо, если это так.
– Мало информации…
– Работайте… И побыстрее определись с напарником. Без него ты в рейд не выйдешь.
Дору сидел на самом солнцепеке, напялив очки на кончик носа и подставляя лучам бледное лицо. Солнце скользило по поверхности мраморной кожи, но нагреть ее, проникнуть внутрь, для того чтобы в каждой клетке запустился процесс жизнедеятельности, было ему не под силу. Дору обвел взглядом двор, впитывая в себя обыденность жизни как лекарство. Выдохнул и вновь открыл фотографии жертв на ноуте, стараясь вычленить то, что смутно беспокоило его.
– Развенчаешь последние мифы, Дору, – на его плечо опустилась ладонь. – WHAT'A FUCKA?! – перегнувшись через него, Костик уставился в монитор и через секунду отшатнулся с бледным лицом. – Что это за хрень, Дору?
– Не суй сюда свой нос! – Дору сердито захлопнул крышку ноутбука.
Костик, сунув руки в карманы джинсов, напряженно вглядывался в лицо Дору.
– Это жертвы?! – хмуро, потрясенно и обличительно смотрел он на вампира.
– Не мои, Костик.
– Не твои?
Дору видел, что Костику мучительно хочется в это верить. Просто жизненно необходимо.
– Дома поговорим! – вампир, стиснув локоть домового, поволок его в подъезд. Он всем нутром чувствовал, как домового распирает от сменяющихся калейдоскопом чувств. Страха, брезгливости, недоверия, надежды…
Дома Дору открыл ноутбук и, развернув его к Костику, спросил:
– Посмотри, пожалуйста, это три жертвы. Они были убиты одним вампиром, в течение последнего полугода. Я чувствую – что-то их объединяет, но понять что, не могу. Может, ты свежим взглядом?..
Первоначальный шок прошел, заставляя работать парализованный ужасом мозг.
– Вы его ищете, да?
– Ищем, – согласился Дору, – и найдем.
Костик уставился в монитор. Сглотнув тягучую мерзкую слюну отвращения, он попытался еще раз рассмотреть фотографии. Странное дело, смотреть на киношные ужасы он мог часами, а вот фотографии реального преступления заставляли липкий страх ползти вдоль позвоночника и выхолаживать внутренности до онемения. Пытаться привыкнуть и переварить такое бессмысленно.
Ничего общего он не заметил.
– Разнокалиберные девушки, – несмело начал Костик. – Ничего общего, кажется. Одна как пацанка, другая совсем серая мышка, а вот эта первая, – Костик ткнул пальцем в обезображенный разложением труп и тут же отдернул его, – вообще уже непонятно.
– Ладно, – Дору закрыл ноутбук. Он и не надеялся получить ответ на мучивший его вопрос. Это скорее была попытка купировать ужас, затопивший Костика. – Ты зачем искал меня?
Костик покосился в сторону кухни.
– Обедать хотел позвать… Но теперь как-то аппетит пропал.
– Аппетит дело наживное, – Дору прикинул в уме, как можно осадить неприятное впечатление. – Не хочешь немного погулять?
Они шли по набережной, Костик понемногу оживал и начал шнырять глазищами, подмечая любую малость. Домовые, накрепко привязанные к конкретным домам, вообще редко выходили куда-нибудь. Не было тяги, да и расстояние между ними и жильем заставляло их нервничать и паниковать. Костика же этот мир тянул. Он с нетипичным упрямством рвался за двери квартиры и поглощал ненасытно любое новшество, подсмотренное на улицах города.
– Смотри, – ткнул он в стайку студентов, примостившихся на гранитных ступеньках какого-то обелиска. – Классно…
Вампир покосился на Костика, который буквально пожирал взглядом недоступную для него жизнь.
– Это, наверно, здорово, жить как хочешь, где хочешь… – мечтательно протянул домовой. – Не то что я… как собака на цепи… – погрустнел Костик.
Дору с удивлением рассматривал идущего рядом с ним паренька. Домовых никто никогда не принимал всерьез, у них и статус был лишь чуть выше, чем у домашней кошки. Они всегда считались очень недалекими. Но их никто никогда ничему не учил. Их функция, вся их жизненная миссия была в том, чтобы «держать» дом. И стены этого дома они покидали крайне редко. Эта простенькая мысль перевернула что-то в Дору. Захотелось проверить… А вдруг… Вдруг привычные стереотипы не оправданы?
– Хочу тебе кое-что показать, Костик, – он придержал парня за руку и потянул в сторону от людной набережной.
Под ногами раскинулся город. Хребет фонарных столбов вдоль дорог прорисовал скелет мегаполиса.
– Нравится? – Дору смотрел на ошарашенного парня. Крышу этой высотки Дору открыл не так давно, как раз когда изучал район, где по идее и обитал съехавший с катушек вампир.
– Ох… – Костик отступил от края и поежился, – ох, как тут плохо, Дору…
– Плохо? – Дору с непониманием обвел взглядом экспрессию зарождающейся ночи.
– Дом плохой, тяжелый, – Костик тяжело осел на крышу и обнял себя за плечи. – Пойдем отсюда?
Дору пришлось помочь Костику спуститься, тот цеплялся за него похолодевшими пальцами и жался все ближе и ближе.
– Расскажешь? – вернувшись домой, Дору присел рядом с примолкшим Костиком.
– Дома, они разные, Дору. Они, как чашки, наполняются тем, что в них происходит. Плохое-хорошее, обычно пополам… Но есть плохие дома, когда зло не компенсируется. Оно накапливается и притягивает к себе еще. Подавляет… Не знаю, как сказать. Люди с них прыгают, например. Не выдерживают. А крыши… Дору… На крыше концентрируется этот импульс. Неужели ты не почувствовал?
Дору задумчиво перебирал собственные ощущения. Он давно уже понял, что на крышах конденсируются запасы какой-то незнакомой энергетики, но использовать ее никак не получалось. Впрочем, он понимал, что энергетика эта разная, есть крыши, где тоска буквально пропитывала его, гнула, толкала… Да! Именно толкала совершить что-то темное, злое… Он интуитивно старался избегать таких мест. Но были и те, где душа раскрывалась и, казалось, тянулась к самому небу. Наполнялась почти хрустально чистым состоянием.
– Послушай, Костик… – мысль толклась и кололась в подкорке, готовая вот-вот проклюнуться. – А ты… ты не хочешь стать моим напарником?
– Напарником? – бровки Костика поднялись, графично обрисовывая изумление. – Напарником? – изумление в Костике росло и ширилось.
– Напарником, – ухватил Дору кончик мысли и вытащил ее наконец на поверхность.
– Ты меня хочешь, чувствуешь. Это раз, – Дору приобнял домового, подул на нежную кожу шеи и, дождавшись побежавших мурашек, легонько стал зацеловывать место атаки. – Уживаемся мы с тобой почти мирно. Это два, – он понемногу увлекал парня в сторону кровати, чувствуя, как Костик становится мягче разогретого воска. – Плюс ты мне реально можешь помочь найти этого вампира, – опрокинул он Костика на постель и тут же, задрав одежду, стал целовать теплый и мягкий живот.
– Но я же… домовой, – Костик еще пытался как-то собрать остатки разума, который стремительно покидали возбужденное тело.
– Фигня какая, – Дору резким движением выдернул ремень из шлевок. – Ты толковый. Научишься всему, что нужно, – он постучал по крышке ноутбука и сдвинул его на край кровати, – дистанционно. И короткие прогулки тебе вполне по плечу. Сегодня убедились.
– Дору… – Костик приподнялся, позволяя стянуть с себя джинсы. – Где это видано, чтобы домовых брали в напарники… да тебя… засмеют, – застонал он, наслаждаясь пока еще неторопливой и поверхностной лаской.
– С этим я разберусь, – Дору подмял под себя парня и, уткнувшись в его шею, с удовольствием вслушался в зачастивший в предстартовом мандраже пульс.
– Домовой? – голос профессора изумленно поднялся на пару октав. – Дору, домовой в напарники? Ты сошел с ума? Как он тебя страховать будет? Как вы в рейды ходить будете? Да и домовой… Дору, тебе напарник нужен… а не домработница на выезде.
Дору барабанил пальцами по столешнице. Он сомневался. Очень. Профессор права. Логична. Да. Но Дору, выдохнув, зацепился краем веры за ускользающую интуицию и попросил:
– Не торопитесь. Дайте нам шанс. Я сейчас все объясню.
Через сорок минут Дору кончиками ледяных пальцев коснулся собственной щеки и тут же отдернул руку в недоумении. Лицо полыхало, разгоряченное спором. Он с таким жаром отстаивал Костика, что… это его очеловечило?
– Хорошо, – профессор в сомнениях прохаживалась по кабинету. – Допустим, ты прав. Допустим, мы упустили из виду такой ресурс, как домовые. – Хорошо, Дору. Попробуем. Вернемся к нашему вампиру. Что у тебя по делу?
– По делу… Тела девушек так и не обнаружены. Родные подали заявление о пропаже почти сразу. Опросили свидетелей, по новой подняли старые показания. Ничего. Жертвы не имели каких-то особенных увлечений, знакомств, никаких зависимостей, ничего, что выходило бы за рамки. Вели вполне здоровый образ жизни. Хорошие девушки…
– То есть мы можем предположить, что наш вампир выбирает жертв очень тщательно и буквально-таки с превосходными характеристиками?
– Не буду отрицать, что это возможно.
– Почему, Дору, как ты думаешь?
– Перфекционист? – Дору пожал плечами. – Фобии? Никаких предположений. Мы пока топчемся в сфере предположений.
– Очень-очень плохо. Я чувствую – у нас мало времени, – профессор смяла пустую пачку. Плохие новости на сегодня переплюнули количество разрешенных сигарет.
Костик метался в тишине квартиры. Зачем он только согласился? Страшны были даже не грядущие перемены, а то, что Дору разочаруется. Если раньше от Костика не ждали ничего, кроме уюта и вкусного обеда, то теперь… Какие надежды придется оправдать ему? Костик вспомнил переломанное тело Нота, которого приходилось буквально носить на руках в ванну после одной провальной экспедиции. Вспомнил его шевелюру c яркими прядками волос, обозначающими победу и густо разбавленными белым цветом поражений, и содрогнулся. Какой же из него напарник? Разве можно на его плечо опереться? Разве можно доверить жизнь Дору его рукам? Нет! На такие риски Костик не согласен. Себя не жалко, но он не переживет, если с Дору что-то… В дверь постучали, заставляя его подскочить и кинуться навстречу. Костик распахнул дверь, ожидая Дору, и рассеянно посмотрел на высокого симпатичного блондина, стоявшего на пороге. Солнечная, радостная улыбка незнакомца заставила Костика по инерции приоткрыть дверь шире.
– Привет, – незнакомец ласково улыбался домовому, из глаз которого исчезало настороженное изумление.
– Привет! – Костик резко, словно лампочка, вспыхнул восторгом и тут же проникся почти болезненным чувством родства с… вампиром.
– У меня пара вопросов. Поможешь мне?
– Конечно! – Костик готов был в лепешку расшибиться, любуясь на клыки. Вампир настолько доверял ему, что не пользовался даже трансаурой. Костика захлестнула новая волна восторга. Он тоже будет доверять! – Проходите, – Костик вежливо распахнул дверь.
– Кто ты? Как тебя зовут? – спросил вампир, переступая порог квартиры.
– Я Костик. Домовой. А вы к Дору? Проходите, прошу вас, – Костик посторонился, пропуская гостя в дом.
Тот, не задерживаясь в прихожей, тут же прошел в комнату, с интересом оглядывая жилье. Полюбовался на расставленные статуэтки. Натянув медицинские перчатки, он взял в руки свернутый пергамент, который Дору приволок из Египта.
– Превосходно, – обрадовался он чему-то. – Просто чудесно.
Заглянув в спальню, постоял на пороге, так и не решившись шагнуть вовнутрь. Цепко осмотрел большую кровать, пригревшийся на покрывале ноутбук, откровенно брошенную на тумбу ленту презервативов.
– Скажи мне, Костик… какие у вас с Дору отношения? – спросил, заглядывая в глаза домового.
Непривычная откровенность выплеснулась из самой глубины души Костика:
– Я люблю его, – грустно качнул головой он. – А Дору просто удобно… Удобно быть со мной.
– Вот как, – тень разочарования легла на прекрасное лицо вампира. – Жаль, я рассчитывал на большее, но будем пользоваться тем, что есть. Собирайся, Костик, ты пойдешь со мной. Не спеши. Слушай меня внимательно. Прими душ. Очень тщательно. Одежда должна быть безупречна. Сделаешь это для меня?
– Я быстро! – метнулся в душ Костик.
– По крайней мере, у тебя были планы на этого домового, Дору, – вслух пробормотал вампир.
Квартира встретила тишиной. Сначала это неприятно царапнуло где-то на периферии сознания, заставляя Дору окликнуть Костика.
– Кооость? Костик? – Дору, прижавшись к стенке, быстро оббежал взглядом все доступное пространство и настороженно двинулся к комнате, раскидывая сеть сканирования. Пространство было чистым. Абсолютно. Этот факт выкрутил сигнал тревоги внутри на максимум, и Дору рванул в комнату. Безупречный, уже ставший привычным порядок. На кухне вкусно пахло готовой едой. В душе висело мягкое пушистое полотенце. Все так, как всегда, с тех самых пор, как в его доме появился Костик. Только самого домового не было. Этот факт казался невозможным, невероятным. Костик, конечно, выходил за пределы квартиры один, но крайне редко и ненадолго, и к возвращению Дору всегда ждал его.
– Ладно, – успокоил себя Дору, – допустим, у него срочно закончилось… что угодно… хлеб, молоко… Пятнадцать минут туда-обратно, еще минут пятнадцать на покупку и поглазеть по пути на улицу. Полчаса. Жду.
Он прошел в спальню и, рухнув на кровать, неторопливо осмотрел комнату, натыкаясь то тут, то там на следы деятельности домового. Ловец снов, висящий у изголовья; горка ярких пестрых подушек; набирающая цвет орхидея, выкинувшая упругую ветвь с бутонами. Дору улыбнулся, чувствуя, как внутри копится нежность, незаметно, капля за каплей заполняющая нутро. Он открыл ноут, щелкнул по сообщениям на форуме и похолодел. Почти панический ужас обжигающей острой иглой прошил позвоночник. На фотографии был кот. Знакомая рыжая морда, агрессивно оскаленная. А за шиворот его держала рука, затянутая в резину медицинской перчатки.
Твоя игрушка шумная, но крайне любопытная. Я поначалу разочаровался. Парень, да еще и домовой. Ты, признаться, резко пал в моих глазах. Никакого удовольствия созерцать смерть животного, но потом я вспомнил Да Винчи: «Даже самое маленькое из кошачьих – совершенство». Будем надеяться, что мне его медленная смерть все же принесет эстетическое удовольствие. Сколько домовые живут без подпитки энергетикой дома и хозяина? День, два, неделю? С каждым часом линии его тела будут совершеннее, Дору. Четче прорисовывая истинный силуэт, заложенный природой. Смерть прекрасна.
Дору сжал кулаки, заставляя пальцы перестать дрожать. Он шумно выдохнул несколько раз, закрыл глаза, стараясь прогнать ощущение пекущего отчаяния. Нельзя. Только не сейчас. Он просчитался, опоздал, не предусмотрел того, что этот сумасшедший вампир перейдет из виртуального мира в реальный. Костик… Костик… Нельзя! Нельзя сейчас думать о нем, иначе это сорвет остатки самоконтроля. Дору отправил сообщение с фотографией на мыло профессору. Тщательно осмотрел квартиру, не сомневаясь, что не найдет следы пребывания тут посторонних.
– Выезжаем, – тренькнул ноутбук, выдавая ответ профессора.
В квартире было накурено. Кухонный стол заставлен компьютерами, сканерами, завален чужими телефонами вперемешку с чашками из-под кофе, чая и еще хрен знает чего. Квартира, резко превращенная в штаб, стала вдруг беззащитно голой, колко обнажая личную жизнь Дору.
Вампир как чужой бродил по неуютному знакомому пространству, не находя себе места. Он с ума сходил от собственного бессилия и пытался придавить силой воли прорывающееся наружу отчаяние.
– Дору, – позвал его один из экспертной группы. – Давай еще раз проясним ключевые моменты.
Дору послушно уселся рядом, глядя на почти пустую схему со своим именем в центре.
– Единственная точка вашего пересечения это твой вампирский сайт? – рядом с его именем появился квадрат с названием сайта. – Уверен?
– Нет, – Дору попытался мобилизовать разваливающееся на куски самообладание. – Этого гарантировать нельзя. Стоит отследить все мои контакты в сети и попытаться найти точки пересечения или хотя бы выявить подозрительные. Я думаю, также стоит отследить контакты жертв и Костика. Вдруг найдется что-то общее, хотя я в этом сильно сомневаюсь. Этот вампир просто помешан на аккуратности… аккуратности… – Дору резко придвинул к себе ноутбук и открыл фотографии жертв. – Вот оно что! – ткнул он пальцами в тела. Вот что цепляло глаз и не сформировалось в мысль раньше. – Одежда. Посмотрите, жертвы одеты не просто хорошо, а тщательно, и все в хорошей физической форме. – Дору рванул в спальную комнату, распахнул дверцы шкафа, пробежался ладонью по ряду вешалок. – Костик тоже выбрал рубашку и брюки. Он их фактически не носил. Некуда.
– Жертвы были идеальны, – Дору подхватило с места. – Понимаете? Идеальны для него! Все: внешность, образ жизни, здоровье! Все! Вы даже не представляете, как сейчас сложно найти такую жертву. Алкоголь, сигареты, стресс, плохое питание портит вкус крови, понижает ее качество, как проводника. А он выбирает трех и безошибочно? Не может такого быть. Допустим, он мог наблюдать за жертвами долгое время, но опять же нет гарантии того, что они здоровы. Врожденные пороки, хронические заболевания… Он знал! Знал, что они абсолютно здоровы. Он имел доступ к этой информации, – Дору выдохнул, останавливаясь посреди комнаты. – Он связан с медициной.
– И помешан на стерильности, – добавил один из экспертов. – Обратили внимание на перчатки? Скорее всего, входит в группу врачебного риска. Контактирует с опасными или потенциально опасными носителями.
– Давайте совместим эту идею с имеющейся у нас информацией о зоне обитания нашего вампира? – профессор раскурила внеплановую сигарету. – Это поможет более четко обозначить круг подозреваемых.
Дору, кивнув, тут же скачал базу данных медработников и запустил программу поиска совпадений по локальному признаку.
– У нас в итоге двадцать пять человек, имеющих отношение к медицине и проживающих в границах данного района. Но еще у нас там есть поликлиника и две небольшие частные клиники, – энтузиазм Дору резко снизился, придавленный количеством вариантов.
– Нам бы еще… еще пару параметров, которые сузили бы круг, – профессору начитывали данные. – Думайте! Должно быть что-то еще.
Дору лихорадило. Он не смог усидеть на месте и вышагивал по квартире, пытаясь выдавить из кипящего мозга что-то, что свербело и беспокоило, но не складывалось в единую картину.
– Костик… Костик… – получилось умоляюще. – Костик! – зовуще и отчаянно в эфир.
В сердце толкнулась и заныла болезненная игла. Дору потер грудь, изгоняя это ноющее тянущее чувство точечной боли.
– Жаль, что связь односторонняя, – вдруг повернулась к нему профессор и, сняв очки, уставилась на Дору бездонным пустым взглядом. – Ты бы мог его почувствовать.
– У нас фактически не было времени, чтобы настроиться друг на друга.
– А с домовым связь должна быть четче, – поделилась профессор. – Они вообще как камертоны, настраиваются на энергетику хозяина и дома.
– Да я знаю, мы как-то гуляли с Костиком и поднимались на крышу, и там ему стало плохо… – Дору резко обернулся. – Параметр! Конечно же! Костик рассказал мне, что чувствует энергетику каждого дома. Она бывает отрицательная и положительная. Обычно она в равных количествах и компенсирует отрицательное значение положительным. Но есть дома, где эта энергетика плохая, я сам это чувствовал. На крыше таких домов тянет к темному. Если бы мы могли выявить все такие дома, то круг предполагаемых подозреваемых можно было бы сузить еще.
– Собирайся, Дору. Будем использовать тебя как «термометр» и измерять накал отрицательной энергетики, – профессор надела очки.
Дору зачерпнул из нутра сумки-холодильника подтаявшие кубики крови. Закинув несколько в рот, он жадно слизал оставшиеся капли с ладони.
– Тебе бы отдохнуть?.. Сутки уже на ногах, – обернулся один из экспертов, с которым Дору «измерял количества зла на крышах».
– Не могу, – Дору вытащил из кармана мятый белый конверт, который утром пришел на его адрес, и достал оттуда квадрат пергамента. На пергаменте изможденный кот, свернувшись в клубок, прижав уши к голове, казалось, сжимался еще сильнее под нависшей над ним ладонью. Дору обвел острые лопатки нарисованного кота и подавил болезненный вдох. – Потерпи, – попросил его Дору. – Я найду тебя.
«Тик-так», – красивым каллиграфическим почерком был подписан рисунок.
Костик пришел в себя резко. Как отхлынуло. Он оглянулся и в недоумении обвел взглядом белый кафель, покрывающий стены, пол и потолок. Холодная пустота, лишенная жизни. Голова гудела. Он сел у стены и принялся ждать. Что с ним произошло? Как он тут оказался? Боль медленно отступала, прорисовывая картинку и дополняя ее деталями. Незнакомый вампир в их квартире. Радость Костика. Его полное доверие. Вопросы…
Костик испуганно сжался, прогоняя вызревающий вывод.
«Нет! – мысленно попросил он неизвестно кого. – Только не это… пожалуйста».
Он свернулся в настороженный клубок и уставился на дверь. Зооморфная форма помогала, но время озлобленно вытягивало из домового силы, минута за минутой. Костик, придавленный ужасом неизвестности, все крепче скручивался в тугой комок, пытаясь экономить энергию, и почти перестал просыпаться, плюнув на безопасность.
«Дору, – жалобно скулило сознание на одной пронзительно тонкой ноте, – Дооору!»
Силы таяли все быстрее, тратясь на поддержку этого звука.
Наконец, дверь открылась. Вампир внес стул и, усевшись на него, посмотрел на скрутившегося в комок кота.
– Доставил ты мне сначала хлопот, – продемонстрировал он обработанные йодом царапины на руках. – Что же ты так взбесился? Я потратил почти весь запас энергии, пытаясь удержать твое сознание. Поразительный факт, знаешь ли, еле справился. 
Костик с недоумением посмотрел на вампира.
– Не помнишь? Неудивительно. Я с трудом нашел информацию о домовых. Скудно вы представлены в литературе. Так вот. Оказывается, ты почувствовал угрозу своему хозяину и впал в буйство, несмотря на гипнотический транс. Уникальная способность. Уникальная! Мне даже жаль, что я как следует не смогу изучить ее. Но тем приятнее будет наблюдать, как смерть потихоньку меняет твой облик. Ты же своего рода тоже грань некоего совершенства. Абсолют, венчающий человеческое понятие дома. Жаль, конечно, что ты находишься в животной форме – мне приятнее было бы беседовать с человеческим обликом. Очень трудно скрывать свою сущность в этом мире. Поговорить не с кем. Только жертвы. Но они совершенно не понимают того, что я для них делаю. Люди вообще невероятно глупы – они стараются запечатлеть каждый момент своей жизни, совсем забывая про смерть. А смерть прекрасна. Она меняет облик. Разрушает плоть, обнажая идеал, заложенный и продуманный самой природой. Это восхитительные картины… – взгляд вампира стал мечтательным, и он откинулся на спинку стула.
Костик вспомнил фотографии жертв. Теперь он понимал, что его зацепило на них. Хронология. Четкая хронология смерти.
– Ты уже обретаешь черты, которые так волнуют меня, – вампир поднялся со стула. – Я хочу подарить такое чудесное мгновение Дору. Он должен понять. Смерть и Бессмертие! Это гармония! Бесконечная жизнь и бесконечная смерть. Мы, вампиры, могли бы жить вечно, но умираем от простых человеческих инфекций, подхватывая их от своих жертв. Убийство после убийства. Парадоксально, да? Хрупкость плоти – и хрупкость нашей жизни. Нас так мало в этом мире, но мы вынуждены подчиняться чужим правилам, – вампир горестно покачал головой. И вышел из комнаты, тщательно заперев дверь.
«Дооору, – жалобно и настойчиво звенело в голове Костика, подавляя все остальное, даже ужас происходящего. – Дорууу!»
Вампир вернулся с куском пергамента, пришпиленного к картону, и чернильной ручкой.
– Маленькая слабость, знаешь ли. Дань увлечению. 
Он уселся на стуле и быстрыми точными движениями набросал силуэт истощенного кота. Еще несколько линий распростерли над ним длань.
– Нравится? – вампир развернул рисунок перед котом, заставляя того прижать уши и зашипеть. – Зря! Дору оценит! Ты читал его стихи? Так поэтично любить смерть! Какая необъятная нежность! Я прочту тебе одно из моих любимых.

Рука скользит по голому плечу,
Ладони, выгнутой крылом… 
Я вовсе не "прости" тебе шепчу, 
Не каюсь неизбежным злом. 
Я линии твои собой рисую. 
Я пальцами слагаю оду. 
И верю, что не смерть тебе дарую -
Полёт и бесконечную свободу. 
Губами соберу остатки снов,
По каплям, смазанному следу.
Твой вкус напоминает мне любовь,
Которую я так и не изведал. 

– Как же мы назовем эту картину? Время пошло? «Тик-так» – стучат друг об друга убегающие минуты? Тик-так?
Разум Костика отодвинул реальность, заглушил ее одним тонким призывом: «Дооорууу».
– Вот эта клиника. Липовые документы для съемки с крыши, я думаю, подойдут, – выпадающего из реальности Дору тряхнули за плечо.
– Да, конечно, – Дору потер грудную клетку, боль в которой стала тоньше и пронзительнее. – Пошли?
На входе они продемонстрировали документы кинооператоров и разрешение на съемку города с крыши клиники, полученное от администрации еще днем. Забравшись на крышу, стали вяло разгребать оборудование: устанавливать штативы, протягивать кабели. Дору пристроился в тени одной из многочисленных труб и вяло сканировал пространство. Охранник, уцепившийся следом, ежился под порывам холодного ветра.
– Долго вы тут возиться будете? – агрессивно дернул он шокер, болтающийся на ремне, глядя на осевшего Дору. – Чего ты рассиживаешься, думаешь, делать мне больше нехрен, как за вами таскаться?
Дору ошалело смотрел на пространство крыши, чувствуя, как тут пульсирует, перетекает, бьется в его сознание черная густая энергетика. Темная… Злобная… Требующая еще больше… Вампир поежился, пытаясь отгородиться от всего ментальным щитом. Сконцентрировавшись, он поставил мощный блок и тут же почувствовал, как в груди пропала звенящая боль. Странно… Странно… Прозрение остро вспороло сознание. Боль! Связь! Костик! Дору тут же свернул щит, и боль зазвенела струной. Костик! Дору встал, закрыл глаза, уцепился сознанием за эту боль, и она вдруг словно обрела очертания, вытянувшись в тонкую яркую нить. Дору шагнул туда, куда она тянула его.
– Туда нельзя, – охранник преградил ему дорогу.
– Вызывай полицию, – Дору заглянул в глаза охраннику, вводя его в состояние транса. – И позвони на последний вызванный номер, – протянул он ему свой телефон, – скажи, что Дору нашел Костика. В клинике.
Охранник четко, по-военному зашагал к посту, на ходу выполняя приказ Дору.
Дору тянулся за нитью, включая по пути свет в бесконечном переплетении безликих больничных коридоров.
– Дору. Как я ждал тебя, – навстречу ему вышел высокий блондин во врачебном халате.
Дору, подняв глаза, оскалил клыки в нервной улыбке и рванул вперед, тут же вцепившись в белое горло, раздирая его клыками и пальцами. Вампир забился под ним в судороге, пытаясь скинуть с себя обезумевшего Дору, с каждой секундой все слабея и слабея.
– Извини. Мне некогда играть. Меня зовут, – пнул Дору вампира с выдранным горлом на белый кафель больничного пола.
Блондин судорожным движением руки все еще пытался закрыть зияющую рану на горле. Густая темная кровь, толчками вырывающаяся из раны, разливалась насыщенной палитрой, рисуя новую картину смерти.
Кот был почти бестелесным. Дору прижал к груди холодный комок с едва заметным стуком сердца. Остальное было не важно. Совсем.
Солнце широким пластом легло на покрывало и, накрыв рыжего кота, решило задержаться тут подольше. Кот вытянулся под этой лаской во весь рост и зевнул. Энергия дома мягко бурлила внутри, заставляя его тарахтеть в безопасной знакомой неге. Хорошо. Животная форма мягко размывалась, преобразуя кота в человека. Молодой мужчина потянулся, все еще имитируя кошачьи повадки. Костик встал и, покачнувшись, опять рухнул в солнечный квадрат. Энергии было море. А вот сил пока еще даже на полноценный подъем не хватало.
– Дору? – испуганно позвал Костик. – Дору!
– Проснулся? – вампир присел на край кровати и успокаивающе погладил Костика по спине. – Не вставай. Рано еще. Есть хочешь?
Он с улыбкой рассматривал истощенного мужчину с детским доверчивым взглядом Костика.
«Вот как ты взрослеешь, любовь моя. Бедами…»
– Дору, – вскинулся Костик, почти убаюканный поглаживанием, – его нашли? Нашли же, да? Расскажи?
– Нашли. Не переживай.
– А жертвы? Они…
Дору едва сумел удержать на лице невозмутимость, спрятав поглубже дернувшее душу отвращение. Он сам бы хотел забыть как дурной сон те запечатанные боксы с разлагающимися телами под прицелами камер.
– Их нашли. Похоронили.
– Этот вампир, Дору, он много говорил…
– Мне некогда было его слушать, Костик, не в кино же. Времени для задушевной беседы с психами сценарием не предусмотрено.
– Это ты его?
– Я, и чувствую глубокое удовольствие от осознания этого факта.
– Дору, – Костик зевнул, уютнее подгребая под себя подушку, – останься?
«Чудо мое, радость рыжая, счастье...» – мысленно подбирал вампир новые имена своему домовому.
Древнее зло, шипя, перекладывало обожженные об любовь щупальца. Оно так хотело съесть душу этого вампира, появившегося на присмотренной высоте, что безоглядно потянулось к нему всем существом сразу, не разглядев в груди того тонкий обжигающий луч. Оно думало, что вампиры самая легкая из добыч, которая может веками служить ему, принося в жертвы бесконечное множество душ и тел. Они, так же как оно, были почти лишены этой разъедающей черную суть любви. Они так же были очарованы смертью. Оно ошиблось… Больно ошиблось.
Вам понравилось? +29

Рекомендуем:

Жизнь

Селфи

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

3 комментария

+ -
+10
Татьяна Шувалова Офлайн 30 мая 2019 00:16
Не люблю я читать про всякую нечисть-вампиры,оборотни,но Дору и Костик !))
Нежно любимая работа)
+ -
+4
Алик Агапов Офлайн 1 июня 2019 12:29
Контрасты...замечательная работа,спасибо!
+ -
+12
Кот летучий Офлайн 1 июня 2019 22:08
Коту было приятно читать про кота =) Во всех кошачьих есть что-то от нечистой силы. Но кот-домовёнок - это просто замурчательно! И стихи тоже хорошие.
Спасибо автору за чудесный мир и прекрасных героев!

PS.... А продолжение будет? А то Кот уже заскучал.
Наверх