wizard

Virginia is for lovers

Аннотация
Уил и Рикс любят друг друга и живут вместе. Но здесь их окружает слишком много призраков прошлого. Возможно, переезд в другой штат будет способствовать укреплению их союза?..


- Уил...
- Мммм… он спит, - отзывается тот сквозь дрему, вырванный из того самого состояния, когда не хватает всего пары минут, чтобы окончательно заснуть.
- Уилсон! – зовет Рикс погромче, подкрепляя свое обращение шлепком журналом, свернутым в трубочку. – Что ты думаешь о фетишах?
- Рикс, если ты собираешься не просто читать украденный в больнице журнал, лежа в постели со мной, когда я, заметь, уже сплю, но и комментировать вслух особо понравившиеся статьи, то почему бы тебе не перебраться в гостиную? Там есть прекрасный диван, лампа, и там тебя никто не будет пинать.
- Пинать? – переспрашивает Рик, и тут же получает довольно ощутимый толчок локтем под ребра.
– Как это на тебя похоже – сразу переходить к грубым физическим методам воздействия, вместо того чтобы объяснить словами. Ну и все же, что ты думаешь о фетишах?
Уилсон вздыхает, чувствуя, что от раздражения окончательно проснулся и поворачивается к полусидящему Риксу. Со стороны Уилсона лампа погашена, со стороны Рика включена, Уилсону хотелось сразу уснуть, Рику хотелось почитать. Можно было и так догадаться, что из этого выйдет.
- О чем ты говоришь? Тебя вдруг заинтересовал фетишизм как психическое расстройство?
- Да нет же. Не о фетишизме, а о фетишах. Знаешь, такие штучки, которые заводят...
- Я знаю, что такое фетиши, - поспешно перебивает Уилсон. – С чего тебя вдруг заинтересовали мои?
- Здесь написано, что «для полной гармонии в постели необходимо знать фетиши партнера, которые могут быть звуковыми, зрительными, обонятельными или осязательными. Первый тип больше характерен для женщин, второй…»
- Хватит, - молит Уилсон, - пощади. Давай сойдемся на том, что у нас и так полная гармония в постели.
- Ну, а все-таки? – через паузу, за которую в душу Уилсона успевает закрасться слабая надежда на тишину, спрашивает Рикс. Уилсон опять вздыхает, недоумевая, как он мог забыть, что его друг - обладатель воистину ослиного упрямства. И ведь не отмахнешься теперь, что, мол, это личная жизнь, и Рика она не касается.
- Уилсон?
- Погоди, я думаю, - не столько отзывается, сколько огрызается Уилсон, прикрыв глаза и теребя в пальцах край заношенной футболки Рика. Внезапно на лице Уила появляется улыбка.
– Это, - сообщает он, сильнее натягивая футболку.
– Это? – переспрашивает Рикс, скосив глаза на собственную футболку с очередным лозунгом из бунтующих 60-х. – Ну, автор «Боже, благослови траву», конечно, будет польщен, но...
- Да не эта футболка, - смеется Уилсон, мягко отбирает у любовника злополучный журнал, перегибается через Рикса, чтобы погасить лампу, и тянет того к себе, умудрившись попутно еще и укутать одеялом. Он давно усвоил, что иногда с Риксом проще справиться вообще не вступая в дискуссии, - а в принципе твои футболки, те самые, которые огромные и тебе не по размеру.
- Почему? – задает новый вопрос Рикс, привычно устраиваясь рядом с Уилсоном.
- Не знаю, - отмахивается тот, - меня заводит, когда больше на тебе ничего нет и хочется задрать футболку или запустить под нее руки. Все, доволен?
- Постой-постой, а на работе это тоже действует?
- Иногда. Спокойной ночи, - отвечает Уилсон, улыбаясь на воодушевление Рикса.
Рикс тоже закрывает глаза, ощущая, как ладони Джеймса пробираются под футболку. Кажется, у фантазии о сексе на рабочем месте появится еще один штрих. Ну, учитывая, что у Уилсона (в чем он, конечно, никогда не сознается) уже есть опыт такого рода, то, возможно, когда-нибудь они и опробуют эту фантазию на деле.
Рикс неразборчиво что-то бурчит в ответ, зная, что богатая фантазия Уилсона позволит ему истолковать это как пожелание спокойной ночи.
 
***

Уилсон ему встречный вопрос не задал – то ли спать очень хотел, то ли разговор о фетишах его не увлек.
В любом случае Риксу и раздумывать не пришлось бы – он очень точно знает, что является фетишем для него.
Несмотря на глупые комментарии в идиотском журнале, его фетиш определенно звуковой. Тихий звон пряжки ремня Уилсона, когда тот его расстегивает.
Никакого смысла тут нет, но это не меняет того факта, что у Рикса встает от одного этого звука. Для него это как сигнал к началу, заставляющий предвкушение охватывать тело. Как гаснущий свет в зале заставляет замирать в ожидании фильма. Как три удара колокола возвещают о начале греческой трагедии.
Потому что каждый раз, когда тело полно предвкушения, в неутомимый мозг закрадываются мысли о том, сколько раз Уилсон вот так расстегивал этот ремень, перед тем как лечь в постель с кем-то другим.
Он не подозревает Уила в измене ни одной секунды – Уилсон, он слишком… слишком Уилсон, чтобы так поступить, но мысли о тех, кто был в его жизни и в его постели до Рикса, все равно не отпускают. Это тоже не имеет смысла, но на ревность, как и на возбуждение от фетиша, рациональные доводы не действуют.
Когда Уилсон в очередной раз расстегивает ремень, и пряжка тихо звякает, Рикс не выдерживает.
- Откуда у тебя этот ремень?
- Что? – несколько мгновений осмысливает Уилсон его вопрос. Очевидно, мысли его уже о более приятных занятиях. - Джули подарила.
- Тебе нужен новый, - говорит Рикс, пока Уилсон забирается к нему под одеяло и тянет его к себе.
- Мммм… - неопределенно отзывается тот, скорее всего, вообще не слушая, о чем идет речь, и ища губами рот Рикса.
 
***

Ровно через два дня Рикс приходит в кабинет Уилсона с таким заговорщицким видом, что у того сразу возникают дурные предчувствия, которые только усиливаются, когда Рикс достает из-за спины небольшой картонный пакет из модного магазина одежды.
- Это тебе.
- Там мина-лягушка? – осторожно интересуется Уилсон, забирая пакет.
- Это ремень, - бурчит Рикс, привычно глядя в пол и опершись обеими руками на стол.
- У него пряжка в виде значка супермена?
- Нет.
- Он украшен розовыми стразами?
- Нет, - уже раздраженно отзывается Рикс.
- А в чем тогда подвох?
- Я, знаешь ли, имею право быть милым с человеком, с которым сплю.
- Имеешь, но пользуешься ты этим правом редко, - замечает, улыбаясь, Уилсон и открывает-таки пакет. Свернутый ремень, действительно, вполне классический, из гладкой кожи, с прямоугольной пряжкой черненого металла, стильный, ничуть не броский.
Рикс его, конечно, выбирал не сам. Продавец в том магазине оказался вполне компетентным, хотя полные ужаса взгляды, которые он кидал на оранжевые кроссовки Рикса, не столько забавляли, сколько раздражали.
- Спасибо, - все еще улыбается Уилсон, по-прежнему в какой-то мере подозревая подвох, и предусмотрительно оглянувшись на окна, которые закрыты жалюзи, обнимает Рикса, чтобы поцеловать. – Что мне делать со старым? – вслух спрашивает Уилсон, сменив ремни.
- Отдай мне, - живо отвечает Рикс. – Повешу на нем Формана.
- Зачем он тебе? На самом деле? – смеется Уилсон.
- Сожгу на заднем дворе, конечно.
Уилсон снова смеется.
Хотя на этот раз Рикс вполне серьезен.
 
***

Звонок телефона разрывает тишину их вечерней квартиры так резко, что Рикс, смотрящий вместе с Уилсоном фильм, устроившись на диване, чувствует, как Джейс вздрагивает.
- Джейс Уилсон, - говорит мужчина в трубку мобильного телефона, и через мгновенье его лицо расслабляется. – А, Бонни, привет.
- «А, Бонни, привет»! – особенно противным голосом тихо передразнивает его Рикс.
- Куда приехать? Извини, Бонни, я сейчас выйду в другую комнату, а то тут рядом со мной сидит злобный лепрекон.
Джейс, и в самом деле, обдав Рикса неодобрительным взглядом, выходит с телефоном в спальню. Возвращается он через пару минут.
- Бонни просит забрать ее из аэропорта – рейс задержали, а она не хочет сидеть все это время в зале ожидания.
 
***

В личном списке Рикса по уровню раздражающего воздействия Бонни, занимавшая некую среднюю позицию, выходит в десятку финалистов, воскликнув: «О, я и не думала, что наш диван будет так здорово смотреться в твоей гостиной, Рикс».
Этот диван – единственное «приданное» переехавшего к Риксу Уилсона. От продавленной риксовской кушетки он отказался наотрез - заявил, что такое посадочное место может привести к артриту, артрозу и остеохондрозу, сообщил о недавно найденной связи между старыми кушетками и возникновением рака прямой кишки, а также намекнул, что именно они являются причиной большей части самоубийств в мире. В принципе Рикс ничего против дивана не имеет. До тех пор, конечно, пока Бонни не прощебетала что-то про «наш диван». С этого момента Рикс становится личным врагом этого предмета мебели.

Бонни рассказывает какие-то свои новости, перемежая их болтовней о полете и о том, как ей повезло, что Уилсон живет здесь и не отказался ее забрать. Джейс слушает ее болтовню с тем, хорошо знакомым Риксу участливым видом, с каким выслушивает очередных клиентов, пытающихся получить страховку. Но мысли его где-то далеко, и никакого дела до собеседника ему нет. Разговор его не злит и не радует, он ему просто безразличен.
А когда Уилсон, якобы полностью поглощенный рассказом бывшей жены, берет Рикса за руку, крепко переплетая пальцы, тот против воли ощущает, что простой жест здорово греет и самолюбие, и душу. Вот если бы еще только не этот диван…
 
***

Через два с половиной часа Уилсон отвозит Бонни назад в аэропорт.
 
***

Через две с половиной недели Уилсон и Рикс привозят из магазина новый диван.
 
***

Когда Уилсон, расплатившись с грузчиками, смотрит, как диван вписался в обстановку гостиной, он вдруг спрашивает Рикса:
- Ты что, хочешь уничтожить все, чего когда-либо касались мои пассии? На чем могли остаться их генетические отпечатки?
Вопросы его звучат беззаботно, но они показывают, что Уилсон не перестает обдумывать поведение Рикса.
- Не только отпечатки, - отвечает тот, откидывая крышку фортепиано, - даже простые миазмы.
Уилсон смеется, но неясное подозрение, что Рикс все же не шутит, закрадывается в его душу.
 
***

Лежа на обновленном диване рядом c Уилсоном, приходящим в себя и пытающимся совладать с дыханием, Рикс думает, что в принципе ничего страшного не происходит. В конце концов, делать Уилсону подарки оказалось приятно, и новый диван тоже очень недурная покупка.
Так что все в порядке.
 
***

Рикс вовсе не хочет, чтобы мир Уилсона полностью замкнулся на нем одном. То есть это, возможно, было бы приятно и, конечно, польстило бы чувству собственника, но Уилсон будет не Уилсон, если перестанет утешать всех страждущих и болящих в радиусе полумили вокруг себя. Это последнее, чего желал бы Рикс.
Он хочет только, чтобы глядя на него и Уилсона, никто не думал бы про себя: «А, тебе нравится спать с ним… тоже?..»
Риксу не кажется, что он хочет слишком много.
 
***

Он все еще думает об этом, когда находит у Уилсона на столе приглашение на новую работу в штат Виржиния. Уилсон об этом ничего не говорил.
- Ты уже ответил им?
Джейс поднимает глаза, чтобы посмотреть, что там откопал Рикс, и снова прячется в гору бумажной работы.
- Еще нет. Хотел написать вечером.
- Что написать, Уилсон?
- Отказ, конечно.
Рикс смотрит на письмо, потом на закрывшегося бумагами Уилсона.
- Почему?
Судя по письму денег там будет больше, а обязанностей меньше, чем в Принстоне.
- Ты ненавидишь переезжать, - кратко отвечает Уилсон.
Ответ этот радует – приятно знать, что ты на первом месте. Общее направление разговора несколько обескураживает.
- Но тебе хотелось бы работать там? – настаивает Рикс.
- Это было бы интересно, - сдержанно отвечает Уилсон. – Это большой центр, и там вводят все новые технологии.
- Почему они позвали именно тебя? Ты знаком там с кем-то?
- Нет-нет. Их прежний заместитель директора читал мои статьи и слышал доклады на конференциях. Он уходит на пенсию и предложил меня на этот пост.
Рикс откидывается в кресле и закрывает глаза. В оконное стекло начинает колотить сильнейший весенний ливень. Рикса это не волнует, он уверен, что у Уилсона специально на этот случай где-нибудь в кабинете припасен зонт.
- Соглашайся, - говорит Рикс, не открывая глаз.
- А ты, Рикс?
- У них же есть услуга «размещение партнера»…
- Я созванивался с ними по этому поводу, - проговаривается Уилсон. Рикс открывает глаза, чтобы с интересом взглянуть на него, и тот слегка краснеет. – За такие деньги я должен был поинтересоваться. Такой вакансии, как здесь, в Виржинии нет, они готовы предложить тебе место.
Рикс смотрит на залитое дождевой водой стекло.
- Соглашайся.
- Рикс, ты слегка проиграешь в деньгах и сильно проиграешь в должности.
- Я не очень гонюсь за ступеньками в карьерной лестнице. Соглашайся, Уилсон.
Рикс смотрит в окно, Уилсон смотрит на него.
- Поехали домой, - говорит Рикс.
- Хорошо. Сейчас только достану зонтик.
 
***

Вечером Уилсон ждет, пока Рикс закончит играть, и спрашивает:
- Ты уверен? Я напишу им о согласии?
- Пиши.
- Наверное, так лучше всего, - замечает Джейс, ласково скользя рукой по плечу Рикса, когда проходит мимо.
Рикс радуется не этому. И не тому, что «Virginia is for lovers». А тому, что там Уилсона никто не знает.
 
***



Конец.
Вам понравилось? +15

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Наверх