СатоЯ - сама

Брат моей невесты

Аннотация
Нет ничего хуже, чем скрывать свои чувства от того, кого любишь всем сердцем. Кого желаешь, но вынужден временно уступить и следовать правилам общества, в котором живешь. И что толку, что раскрылся, если покоя не будет уже у обоих!



Пролог

Со своей невестой Нэссой Майлз, я - Шефорд Фаррлей познакомился еще в раннем детстве, на празднике, посвященному празднованию Рождества. С ней был и ей младший братик – Клеменс или просто Клем. Сколько нам с Нэс тогда было? Года наверно по три, может чуть меньше. А Клем, вообще младенцем был. Сколько себя помню, я знал Нэс и Клема.

Итак, по порядку.

Угораздило меня и Майлзов родиться в Ирландии в те времена, когда процветала клановая зависимость. Вроде не средневековье, самая обычная современность, а живём как в пещерах. Из цивилизации, конечно, много взято, кланы не скрыты для мира, но к себе чужих никого не пускают. Как известно, после столетней войны, кланы, жившие на землях Ирландии были настолько истощены, что решили пойти на мировую, поделить страну на зоны влияния с правящими семействами.  Тех самых, чьи главы были полководцами в Великой битве, последней за всю войну. Теперь же, был мир и благоденствие, кланы давно процветали, наверно уж лет триста – четыреста, но всё равно не решаясь лишний раз покидать родные края. Разве что в другие страны для получения образования. Люди всегда возвращались. Это был закон предков: ты собственность клана! Крепкий клан – основа мира и благоденствия.

И, действительно, родившись здесь, ты чувствуешь, что являешься одним целым с людьми, которые тебя окружают. Все радости и горести люди переживают вместе. Не увидит мать, увидят соседи. Не узнает отец, узнает глава клана и тогда берегись. Не помогут родственники (мало ли по каким причинам) – поможет весь клан. Любой человек мог и сам попросить помощи и ему не откажут. А вот соседним кланам лучше к нам не соваться. Ведь у каждого клана свои территории, свои традиции и обычаи. Главное не лезть и не претендовать на территорию чужого клана. Гнать врага со своей земли клан будет тоже всем составом!

Каждый клан состоял из правящего семейства, его ветвей и семей – приближённых, объединенных как правило одними предками или долгом. Потом по иерархии шли простые воины, фермеры, интеллигенция. Все до единого подчинялись старшим по возрасту и статусу, а те в свою очередь главе клана. Наш клан называется Гренавальт. Есть ещё семь и Северная территория, которая осталась нейтральной, но в состав Ирландии входит. Кланов на Севере нет. Живут себе люди там свободно и никакой клановой вражды с роду не знали. Они даже в войнах никогда не участвовали, строго придерживаясь нейтралитета. Вот бы и мне туда! 

И понятное дело, все кто живут и работают на территории клана, каким – либо образом связаны с главой клана. Во всех сферах свои люди, свои шпионы и агенты. Свои управленцы, подготовленные и выращенные специально для этой работы. И как правило, управляли всем прямые потомки главы клана или его близкие родственники. Мой дед был кузеном главы клана, мой отец – его племянник, а я, внучатый племянник. Как вы думаете, отправят меня работать на ферму? Скорее всего для меня уготовили судьбу несколько иного плана. Сначала мне давали довольно разностороннее образование. Пока была жива мама, чему меня только не учили. Растили лидера, способного управлять не только своим домом и хозяйством, но и фирмой деда – Продовольственной компанией, чьи филиалы находились по всей Ирландии, не смотря на клановость. Правда, после смерти мамы от рака, когда мне было двенадцать лет, я долго был в подавленном состоянии. А придя в себя начал бунтовать, делая многие вещи по – своему, на перекор окружающим, кто бы это ни был. И плевал я на нотации отца и деда, их наказания и прочие санкции. 

Однако, как бы я не бунтовал, а обязательства никуда не денешь. Ежегодно глава клана организовывал всевозможные мероприятия, которые были призваны сплотить клан. На таких празднествах тайно решались судьбы подрастающего поколения, совершались сделки, подписывались договоры и купчие, а я обязан был присутствовать вне зависимости от моего желания или самочувствия. Кстати, я и сам был результатом одного такого договора семейств клана. Обычно съезжались на такие мероприятия все, кто так или иначе был близок или связан с самим главой клана и его многочисленным семейством.

Как я сказал в самом начале, со своей будущей женой и её младшим братишкой, я познакомился еще в раннем детстве, на празднике, посвященному празднованию Рождества. Я хоть и был относительно мал, но встречу нашу помню хорошо. Нэс гордо восседала на руках своего отца, а малыш Клеменс – на руках у мамы. Я же, скромно стоял возле своей матери и крепко держался за её руку. Девочка мне понравилась, что и говорить. Клема, как младенца, я вообще не замечал. Нэс с интересом смотрела на меня, но не пыталась слезть с рук отца. Через некоторое время бойкой болтовни взрослых, Нэс спустили на конец на пол, и решили нас познакомить. Она оказалась довольно смелой, и сама подошла ближе. Взяла за руку и повела в приготовленный для детей уголок. Там мы и подружились. Позже, когда Клем подрос, он стал составлять нам компанию в играх. И чем мы становились старше, тем игры были серьёзней и сложнее.

Позже нас целенаправленно сводили на разные мелкие семейные торжества. Одним словом – приучали друг к другу. Привыкнув и сдружившись, мы с Нэс стали как брат с сестрой. Ну, и, конечно, бонусом шёл Клем. Вместе мы зависали то в песочнице, то в игровых комнатах, то в саду. Несчитанное количество раз лазили с Клемом по деревьям, строили домики на них, гоняли машинки по турецким коврам чьей-нибудь гостиной, а потом ночевали, где придётся: дома у нас или у Майлзов, а позже в лесу на полянке в палатке или в домике на дереве, в загородном доме, в охотничьем домике деда и даже у реки под открытым небом.   

Вскоре, наши отцы на одном из больших праздников клана скрепили нас брачным договором, пока мы были детьми. Нам, кстати, об этом сразу не сказали, а потому, мы продолжали шкодить на пару. Узнав в шестнадцать лет, что мы оказывается, уже давно пара жениха и невесты, были в шоке. Особенно я. Я так думаю, что я! Потому как Нэс была только рада и призналась, что об этом мечтает уже года два. А после того, как узнала о нашем совместном статусе, сама отгоняла от меня назойливых барышень.

С моими планами на жизнь - женитьба на Нэс никак не совпадала. Тем более, что, когда началась моя идентификация как мужчины, я понять не мог, что со мной. Может, я ненормальный, если вместо интереса к девочкам, у меня начал проявляться к мальчикам и один бог знает, сколько раз я мысленно раздевал сверстников, особенно тех, что были со мной рядом – мои друзья, и, конечно же – Клема. Пялился я на них в основном во время купания в реке или бассейнах. Сказать о своём пристрастии, я, естественно не мог. Признаться, означало – опозорить себя. Позор падёт не только на мою голову, но и на седую голову деда и отца. Обязательства и ещё раз обязательства, которые родители мои вбивали с малых лет в мою голову.

Клему, надо сказать, тоже невесту искали. На моё счастье, девчонки своим поведением раздражали его, он старался всеми силами от них скрыться, не терпел их визга. Единственная девочка, которую он выносил спокойно, была его собственная сестра. Родителям стоило огромных усилий познакомить сына с кем-то и заставить пообщаться больше одной минуты. Отдав должное уважение гостье, он просто сбегал под благовидным предлогом, чтобы каждый раз после такой выходки получать нагоняй от родителей.

Позже, я определился с выбором для себя и обратил внимание на Клема уже более серьёзно. Он всегда был худощавым, в здоровом смысле слова. Тонкая кость, как бы сказали сейчас. Но при этом он покорял тем, что был довольно милым и добродушным. С ним всегда было о чём поговорить, что обсудить. Постепенно, вырастая, он всё больше креп физически и превращался из гадкого угловатого и неуклюжего утёнка в прекрасного лебедя. Он становился стройнее и стройнее, а его телосложение к восемнадцати годам, наконец, было похоже на идеальное. Крепкий и подтянутый, с пластикой большой кошки и развитой мускулатурой. Боже, когда он успел подкачать мышцы? Глядя на это, я всё больше влюблялся в него, не давая чувствам прорваться. Посудите сами, а вы бы отказались от тёмных волнистых волос, серых как туман над рекой глаз, тонких чувственных губ и голоса, который долго не ломался, а теперь был очень мягок и продирал до самых костей?

Собственно, я и сам начал ловить его взгляды на себе где-то после семнадцати лет. Видно было, что сдерживается от того, чтобы прикоснуться, а от случайного прикосновения ко мне, его словно било током. Нэс это едва ли замечала. Но не я. Я ловил все эти знаки, но молчаливо страдал, не пытаясь признать свои и принять его чувства. Не забывал я и о том, что обязательства перед семьёй были и у меня, и у него. Родители Клема возлагали на сына немалые надежды. Вряд ли они примут его признание, если такое вообще состоится.


Глава 1. Отношения.

Наконец, нас отправили учиться в один из престижнейших учебных заведений Ирландии – Тринити университет в Дублине. Это как Оксфорд в Англии. Учеба там затянулась на пять лет. Сначала я учился с Нэс на параллельных курсах разных факультетов университета. Едва дождался, когда поступит Клем. Стало веселее проводить как свободное время, так и время учёбы. Пришлось даже отбивать Клема от «посвящения». Я эту процедуру прошёл, выдержал и даже умудрился не стать ни чьей «дыркой», но Клему я этого не желал. Старосте факультета я сразу тет-а-тет заявил, что он мой парень и я сам его инициирую в студенты. Он согласился проявить лояльность, если заплачу неустойку. Пришлось раскошелиться, зато драгоценный для меня зад был спасён. Клем об этом, естественно узнал, а потому был благодарен и с тех пор на всякий случай он от меня не отходил. Это было мне на руку, и я даже разыгрывал на людях сценки ревности, чтобы никто не сомневался, что Клем принадлежит мне.

Пришлось мне объяснять Нэс, ставшей как – то свидетельницей сценки ревности, зачем я это делаю. Она поначалу поверила, но ведь девушка, знающая меня как облупленного - не слепая. Только в конце пятого курса она окончательно убедилась во взаимности наших чувств. Надо понимать, что все трое о происходящем решили благоразумно какое-то время родителям ничего не рассказывать. Нэс надеялась, что мы побалуемся, а женюсь я всё равно на ней. Ведь договор семейств ещё никто не отменял. Впрочем, забегать далеко вперёд не буду, всё по порядку.

Первый раз у нас получился спонтанно и что называется - по пьяни. Случилось это на студенческой вечеринке по случаю нашего с Нэс выпуска, точнее наших курсов. Клем не мог не прийти поздравить. Напились мы тогда знатно! Нэс весь вечер пыталась отгонять от меня любвеобильных девиц, таких же нетрезвых, как она сама, и которые пытались заигрывать со мной. Клем не принимал в этом абсолютно никакого участия. Сидел и наблюдал, попивая коктейли. Всё посмеивался, глядя на то, какой воинственной была его сестра, когда выпьет лишнего. Она уже давно не та хулиганка, какой была в детстве. Сейчас она уверенная в себе, умная и знающая себе цену девушка. Но когда выпьет чуть больше положенного, держите её семеро и бегите кто может!

В ходе нашей посиделки, были устроены танцевальные батлы. Нэс пожелала участвовать и пошла. Мы с Клемом устроились в сторонке, чтобы понаблюдать, но смотреть долго не хотели. Точнее я не хотел. Почувствовав, что всё внимание зрителей держится на танц-поле, я тихо вывел Клема из зала. Мы направились в мою комнату общежития. Клем не был сильно пьян, а потому начал на подходе сопротивляться. Я долго не отвечал ничего конкретного на его вопросы: «Куда мы идём?» и «Куда ты меня тащишь?». Мои неоднозначные ответы «Увидишь!» и «Идём-идём, не бойся!» ничего ему не говорили, хотя, судя по глазам, он начал догадываться. Я понимал, что если сейчас не воспользуюсь шансом, не получу его никогда!

Зайдя в комнату, я прижал его к стенке. Пугать Клема не хотелось, поэтому решил действовать мягко, но настойчиво. У меня это не первый раз, а он ещё девственник. Его глаза выдали замешательство после первого непродолжительного поцелуя.

— Что… ты делаешь, Шефорд? Зачем?

— Малыш, я не знал, как признаться тебе, правда! Устал глотать слюни, терпеть и молчать! – выдохнул я возле самого его уха. От этого, парня слегка передёрнуло.

— Что это значит? – шёпотом простонал Клем, делая вялую попытку высвободиться из захвата, ведь выпитые коктейли давали о себе знать. Я крепко держал его за грудки.

— То и значит, глупыш! Я люблю тебя и давно! Только слепой не заметит этого! Один ты воротишь мордашку.

— Я думал, что у тебя долго не было девчонки…Нэс отказывает тебе? Вот ты и бросаешь томные взгляды. Она ведь твоя…

— К черту Нэс!  - перебил я Клема, не дав договорить. - Кем бы она не была, это не мой выбор! Она мне как сестра!

— А я? Я ведь её брат…

— И что? Ты предмет большего моего интереса, чем она! 

— А как же обязательства? Ты же знаешь, вас заставят жениться! – настаивал Клем, пытаясь увернуться от моих поцелуев.

— К чёрту обязательства, Клем! Нет ничего дороже собственных жизней. Я не намерен тратить свою на то, что мне не нравиться. А потом в старости страдать, почему не сделал того, что хотел? Подумай, надо ли тебе это? Вот женят тебя на какой-нибудь уродливой кузине! Как жить? Мучиться? Что это за жизнь такая?!

— Ты что задумал? – Клем замер, испытывающе глядя мне в глаза.

— Жениться на тебе и рвануть на Север! Там нет кланов, там люди свободны в выборе своей судьбы и живут как того требует душа, а не родственники или клан! Ты готов быть мужем кузины? Слышал, тебе Биатрис готовят!

— Фу-у-у-у-у, эту жирную корову? – простонал Клем. Он действительно не был в курсе того, кого ему приготовили в жёны. 

— А я тебе о чём? Выбор очевиден, не правда ли? Бежим со мной, Клем! 

 

Мгновение Клем сомневался. Нарушить приказы отца - немыслимо! Отец не только наследства лишит, но и убить ненароком может. Однако и жить с Биатрис, которая всё детство доставала всех своими плюшками и глупостями на вроде ябедничества его маме, что вся их троица опять лазила по деревьям, он не желал. Это сродни тому, что самому залезать в змеиное логово. Выбор Клема пал на свободу. Лучше умереть, чем связать свою жизнь с Биатрис, которая сейчас нисколько не изменилась, стала только хуже характером и была похожа на обмазанную маслом огромную пороховую бочку в рыжеволосом парике. Ещё немного и рванёт! Худощавому Клему это было противно вдвойне, ведь рядом с ней он смотрелся как сушеный сморчок.

— Хорошо, я согласен! – ответил Клем уже мне на ухо и более уверенно.

— Тогда скрепим это обоюдное желание первым сексом? Не бойся, я постараюсь быть нежным. Я очень хочу тебя! – сказал я открыто и мягко, глядя ему в глаза. - Если я сейчас не сделаю этого, то меня просто разорвёт на месте.

 

Клем успокоился и обнял меня. Уже не как друга, а как любимый человек любимого.

— Ты нетрезв… - усмехнулся напоследок Клем. Видимо, пытался оттянуть момент.

— Не настолько, чтобы не владеть собой, милый. Я контролирую себя.  И потом, не так уж много я выпил!

— А ты не пожалеешь потом о том, что взял меня? Не будешь оправдываться, что был пьян? Не бросишь?

— Ещё чего!  - фыркнул я. – Не для того я столько времени ждал этого момента, чтобы пойти на попятную. Поверь мне! Ты веришь?

— Д-да! – прогудел Клем мне в плечо. – Действуй.

 

         Последнее слово прозвучало как спусковой крючок на ружье. Другого приглашения я ждать не стал. Подхватив его на руки понёс к кровати. Аккуратно положив на постель и не разрывая зрительного контакта, начал снимать водолазку, а ему дал с себя снять рубаху оставив лишь галстук - бабочку. Где я пиджак забыл, понятия не имею! Да это уже и не важно! 

 

         Наклонившись над его лицом, я нежно поцеловал губы, дав почувствовать их влагу и тепло. Он смотрел на меня с интересом и вместе с тем немного ошарашенно, с долей сомнения. Клем немного зажимался, побаиваясь прикосновений к сокровенному. Он подгибал то одно, то другое колено, чтобы я раньше времени не коснулся его паха рукой и не дай бог не залез в штаны. Я же не спешил сам и не торопил его. Одна моя рука придерживала голову любимого парня, а вторая успевала приласкать во всех местах тело Клема, где могла дотянуться.  

 

         Молчаливое дыхание лицо в лицо немного возбуждало, даря надежду на успешное проникновение. Впрочем, Клем смотрел мне не в глаза, а больше в душу, словно оценивая, достоин ли я столь великой чести заняться с его божественным, совсем юным телом любовью. Его взгляд изучал: сдамся, пожалею, перестрахуюсь или смело и упорно пойду в ва-банк?

 

         Следующий поцелуй был более уверенным и продолжительным. Клем отвечал, словно проверял, до какой точки я могу дойти. Никак не мог расслабиться окончательно. Дальше – больше. Клем спокойно принимал ласки, делая одолжение, мол, пробуй на вкус, но не забывайся. С этим внутренним напряжением надо было что – то делать. Я кожей чувствовал, как любимый парень слегка дрожал.

 

— Расслабься, милый! Я ещё ничего толком не сделал. Мы только начали, - успокаивал я своего девственника, – а ты никак не можешь перестать переживать.

— Шефорд, я не уверен…

— Успокойся, я же обещал быть нежным, - твердил я словно мантру.

 

         Одновременно с тем, как я заговаривал Клему зубы, старался как можно быстрее снять с себя и с него брюки. При этом, я продолжал смотреть на Клема не прерывая зрительного контакта. Это поддерживало его и стимулировало помогать мне. 

 

         Как только Клем был раздет окончательно, а на мне остался только галстук – бабочка, он, наконец немного расслабился. Нагие тела уравнивали нас в положении. Особенно его возбуждал вид моей обнажённой груди. Взгляд Клема не переставал цепляться то за один коричневатый сосок, то за другой. Его розоватые соски привлекали меня не меньше. Набравшись смелости, Клем осторожно прикоснулся кончиками пальцев к моей груди, стараясь почувствовать её тепло и какая на ощупь кожа. Сначала он делал это осторожно, неловко, но посмотрев в мои глаза, осмелел. Я улыбнулся в знак одобрения и мы продолжили. Наконец, я добрался и до его сосков, но уже языком. Смаковал, как будто это самый сладкий на свете леденец.

 

         Можно было ласкаться до бесконечности, но я желал большего.  И так задержался. Сложности начались, когда я добрался до главной «оружейной сокровищницы». Клем опомниться не успел, как быстро и с осторожностью я заглотил его член практически полностью. Ответом на мои старания был утробный стон любимого. Этот звук усладил мой слух, как если бы я слышал пение птиц в лесу. С каждым движением по стволу я вырывал этот сладостный стон Клема. Цепляясь за простыни руками или прикусывая их сладки, он подгибал по очереди колени, ёрзал, пытаясь сбежать от неминуемого. Я же, придерживал его ягодицы ладонями, чтобы не давать ему шанса вырваться.

 

         Как только я почувствовал, что Клем близок к разрядке, сразу прекратил свои старания. На этот раз стон был разочарованный. Меня осенила мысль, что и Клем должен научиться доставлять мне удовольствие минетом. Поэтому, долго не думая, я улёгся на кровать, раскрываясь.

— Твоя очередь, любимый! – сделал я пригласительный жест.

— Я не смогу так искусно как ты, Шефорд, - оправдывался мой парень.

— Не говори ерунды, дорогой. Всё приходит с опытом. А где его брать, если не упражняться? Приступай к тренировке!

 

         Минет у Клема получился неумелый, что и говорить. Но он старался, даже очень старался. Я чуть не кончил, но вовремя сам прекратил эту экзекуцию моего маленького дружка. Посте этого я положил Клема на живот. В тумбе у кровати всегда хранился мой джентельменский набор «для удовольствия»: силиконовый лубрика́нт и пачка презервативов. Щёлкнув крышкой флакона, выдавил на руку прозрачный гель – смазку. Клем из-за плеча с интересом и некоторым беспокойством наблюдал за тем, что я делал. Мой любимый девственник дёрнулся, когда я сначала нанёс гель на промежность его полушарий, растёр слегка, а потом ввёл один палец внутрь прохода.

— Чего испугался, зайчонок? Я осторожно! – ласково успокаивал я парня. В ответ Клем только угукнул и приготовился терпеть, выражая своей мордашкой вселенскую обреченность.

 

         Вскоре, благодаря моим манипуляциям, стало входить свободно три пальца. Я посчитал, что этого достаточно, так как знал ширину своего орудия. Долго не думая, я осторожно вошёл в Клема. Он только сильнее напрягся. Я почувствовал, что обоим сейчас тяжело. Внутри распирало, аж до всполохов и звёзд в глазах, но сколько это может продлится, не понятно.

 

— Расслабься, дай привыкнуть обоим! – спокойным тоном попросил я Клема. Тот выдохнул и расслабил мышцы ног и всё тело. Немного привыкнув, я начал медленно двигаться, всё ещё стараясь привыкнуть к ощущениям. Боль смешалась с удовольствием. Стоны Клема усилились. Я сразу забеспокоился, не делаю ли я ему больно выше меры.

 

— Говори, если будет нестерпимо больно, Клем, я сбавлю темп или выну.

— Всё нормально. Пока терпимо, продолжай, - выдавил из себя Клем под действием моих толчков и снова взял складку простыни в рот.

— Как скажешь, милый! – одобрил я и продолжил сосредоточенно «работать».

 

         Через некоторое время я кончил. Чтобы проявить уважение и показать равенство партнёра, я помог кончить Клему. Как только ему это удалось, мы приняли душ и улеглись в постель, чтобы отдохнуть и поспать.

 

Стоило нам улечься отдыхать, как в мою комнату фурией ворвалась Нэс. В руках у неё был мой пиджак. И как я забыл дверь закрыть?

— Шефорд, ты пиджак… - она остановилась в дверях, не веря своим глазам, - в баре оставил…

— О, нашлась пропажа! – хохотнул я, нисколько не стесняясь того, что она видит сейчас. Клем, лежавший до этого в обнимку со мной, нырнул под одеяло. Однако Нэс успела заметить того, с кем я провожу эту ночь. Брата она не могла не узнать. По всей видимости, Нэс надеялась, что эту волшебную ночь я проведу с ней.  В её медовых глазах явственно читалось разочарование. Скорее всего пиджак был неким предлогом, чтобы провести эту ночь со мной, но тут случился облом! Я с другим! Впрочем, мне теперь было уже всё равно, что она хотела и что подумает. – Положи на стул! Не стоило беспокоиться!

— Я думала… ты потерял… хватишься, - выдохнула она, теряя силу голоса.

— В данном случае тебе вредно думать, Нэс! – сменил я тон на строгий. – Если ты удовлетворила интерес, покинь мою комнату.

— Да, конечно! – Нэс бросила на указанный стул мой пиджак. Она всегда умела быстро взять себя в руки. Гордо приподняв носик, девушка выпрямилась и так же гордо покинула помещение, со всей силы хлопнув дверью.

— Шефорд, она отцам расскажет! Или того хуже – главе клана! – вылез из-под одеяла Клем.

— Не переживай, я поговорю с ней. Вряд ли она побежит делать это сейчас. Она хоть и не очень трезвая, но неглупая. Она подпишет приговор прежде всего себе. А теперь, давай спать.

 

         Клем коротко кивнул и положив голову на мою грудь вскоре уснул.

 

Утро было прекрасным. Омрачалось оно лишь тем, что мне надо было поговорить с Нэс. После долгих уговоров, я едва зашёл в её комнату общежития. Потом ещё пара часов тяжёлой беседы, слёз и соплей. Она сдалась. Временно, конечно. Главным результатом было то, что она согласилась молчать, не выдавая ни меня, ни брата. Для себя решил, что сам всё расскажу отцу и попрошу свободы, уеду с Клемом. 

 

Вскоре, мы уехали с ней из университета, так как экзамены были сданы и документы об окончании учёбы получены. Клем же, сдавал оставшиеся зачёты и отправлялся на каникулы домой. Домой мы приехали вместе. Я к себе, Нэс и Клем – к себе. С того дня Нэсса долго не разговаривала с братом. Злилась и обижалась, что он встал между мной и ей. Клем не стал оправдываться, она вряд ли приняла бы хоть один аргумент. Он молча выслушал её единственную тираду и сказал одну фразу: «Я люблю его». Этого было достаточно, чтобы она окончательно обиделась на брата и отстала от него. До него ей больше дела не было. Под угрозой стоял брак со мной и позор на обе семьи, если я сбегу.

 

Этим же летом, когда всё немного успокоилось, а я и Нэс начали работать на фирме моего деда, я решил признаться. Ну как решил? Отец и дед вызвали в рабочий кабинет дома и поставили перед фактом. Факт состоял в том, что образование получено, стажировка идёт на фирме полным ходом. Пора бы подумать о женитьбе. Невеста, мол, заждалась, просит ускорить брак! Как оказалось, Нэс решила действовать на опережение и пожаловалась моему деду, почему так долго не выдают её за меня замуж? Обещали же! Дед любил Нэс и отказать моей подружке детства был не в силах. 

 

Как только я услышал этот «вердикт» моей свободе, пошёл в отказ. 

— Я отказываюсь!  - твёрдо заявил я.

— Это ещё почему? – гаркнул дед.

— Нэс мне как сестра. И любви к ней, как к женщине у меня нет!

— Какая ещё любовь, сын? – возразил отец. Похоже, они вдвоём решили на меня давить.

— А такая, папа. Я всё детство наблюдал, с какой нежностью, преданностью и любовью ты смотрел на маму! Я видел, как тебе тяжело без неё. То, что ты не женился второй раз о многом говорит.

— Не путай божий дар с яичницей, сын! – возразил отец. – Я полюбил твою маму до свадьбы. Наша любовь здесь ни причём. Я даже не знал о договоре родителей. 

— Стерпится – слюбится! – подтвердил слова отца дед.

— Не слюбится! – твёрдо заверил я. – Я люблю другого человека!

— Позволь полюбопытвовать, кто она?  - поинтересовался дед. Я сразу почувствовал, как атмосфера мгновенно накалилась. - Как мне докладывали, Нэс отшивала любую девочку, которая смела претендовать на твоё внимание.

— Верно, отшивала. Но я и сам никем из них не интересовался. Рядом был тот, на кого она вообще не обращала внимания, словно он пустое место. 

— И кто же это? – спросил отец.

— Клеменс Майлз! – ответил я, смело глядя на отца и деда.

— Чего? – не понял дед. Но отец, кажется догадался.

— Ты что… гей?

— Да! И я люблю его. Это взаимно!

— А ты не спятил ли, внучек?  - подскочил дед. Он подлетел ко мне, видимо, испытывая мою решимость. – Ты соображаешь, что творишь? Это пахнет большим скандалом! Что скажет глава клана?

— Мне всё равно, что он скажет, дедушка! – ответил я спокойно, глядя ему в глаза.  – А если честно – плевать!

— Если ты думаешь, что тебе дадут наплевать на свои обязательства, на договора и ответственность, ты глубоко ошибаешься! – ответил отец.

—Ты хоть понимаешь, что будешь лишён наследства?

— Да!

— Не дождёшься! – зарычал дед мне в лицо. – Я ещё не дожил до того, чтобы своими руками погубить всех родных и близких в один момент! Ты женишься на Нэссе Майлз! И только посмей сбежать куда – нибудь! Найду - на благосклонность не рассчитывай! Прокляну и лишу всего! Наследства в том числе! Не тебе перед главой клана отвечать!

— Отпусти по - хорошему, дед! – был мой ответ.

— И не мечтай, сказал! 

— Ты под домашним арестом, Шефорд! Марш к себе и не показывайся, пока я не начал подготовку!  - приказал дед.

— Сегодня же позвоню Майлзам! Начинаем подготовку срочно! – вторил деду отец.

— Ненавижу вас! Всё равно будет по-моему! Не нужно мне ваше наследство! – я рванул из кабинета. 

 

           Подготовка к свадьбе началась на следующий же день. Я сделал вид, что смирился. Остынув, я понимал, что своим выбором подставляю отца и деда. Они ничего плохого мне не сделали, чтобы быть таким неблагодарным. В конце концов свой план по побегу можно немного отложить. Да и Клема сейчас подставлять не стоило. Ему нужно было доучиться. 

 

           Что я только не делал, чтобы оттянуть подготовку? Даже капризничал, выставляя такие условия, что отец за голову хватался. И невесту видеть до свадьбы не желал. А мальчишник вообще длился на три дня закатил. В результате холостятской попойки, дом и сад были похожи на место после урагана. Я напивался до полусознательного состояния, чем пугал родных. От боли и безысходности, под парами алкоголя я крушил на третий день всё, что мог! Друзья же только смеялись, подтрунивая над моим желанием забыться и не думать о потере свободы. Им было невдомёк, что я глушил в алкоголе своё горе. А эти сволочи только ржали, задумывая в тайне от меня какую – то гадость! 

 

Глава 2. Свадьба.


      Два с половиной месяца понадобилось на подготовку свадьбы. Со временем я успокоился и даже показывал всем своё полное безразличие. Не виделся я не только с будущей женой, но и с любимым. Мои друзья – Аллен, Спайк, Конор, Дерен, Хайди и Даниэль на пару с Клемом разработали против меня своеобразный пранк. Шутка состояла в том, чтобы потомить меня в ожидании невесты. Господи, мне и так тошно, а эти педальные кони решили развести меня как малолетку. Святые угодники, с кем я связался? Им бы вдоволь поржать, овсом не корми! Цирк на выгуле! А по поводу чего ржать – они найдут.

Так как церемония была светской, то планировалось организовать её на вилле моего деда – в Тирошполе. Там и просторно, кругом восхитительная природа, а самое главное, можно без труда разместить гостей с многочисленным потомством. Как бы я не сопротивлялся, дед мне всю оскомину пробил, настаивая на своём имении, которое я и так получу в наследство.

Венчальная арка находилась во дворе. Поэтому, я ждал Нэс у дома, чтобы проводить её к месту венчания. Больше всего меня бесили эти свадебные традиции, когда жених должен терпеливо ждать невесту. Обычно, жених стоял у арки и ждал, когда её под руку приведёт и передаст с рук на руки отец. Лично мне было всё равно, так как брак мне был навязан. При попытке обсудитьсо мной сценарий, устроитель свадьбы чуть сердечный приступ не заработал. Я отрицал любые идеи, не предлагая ничего своего, разве что – бредовые. В окончании всего, я сказал, пусть делают, что хотят, но, если Клема на свадьбе не будет – я сорву её. И плевать, что со мной сделает глава клана. Это было моё последнее слово! Дед и отец были вынуждены согласиться. Но моё семейство не моё, если у нас всё как не у людей!

Кто вообще придумал традицию ожидания жениха?  Я - прагматик. Подошли вместе, расписались и разошлись. Нет же, родители с обоих сторон настояли на куче приглашённых. Для чего спрашивается?

Итак, о чём я? В день свадьбы я нервничал, стоя у дома. Стоял как раз спиной к двери, чтобы Нэс подошла и тронув тихонько за плечо, попросила повернутся, а я мог порадоваться, какое на ней великолепное платье. Ведь платья я не видел с самого начала подготовки, как и её саму. Мне предстояло оценить то, на что была потрачена чёртова куча времени и денег, а потом это великолепие будет висеть в шкафу и пылиться.  Все мои дружки стояли поодаль и похихикивали. Заразы! Вот, не нравятся мне их сальные взгляды. Я тогда сразу не понял, почему среди них нет Клема. Я ж просил, мне обещали. И где он может быть? Почему-то у меня сердце сжималось от мысли, куда мой малыш мог деться? Ведь всё время подготовки мог только созваниваться время от времени! Теперь я просто ждал. И чтобы не выдавать волнения, я стоял смирно, сцепив руки в замок и улыбался друзьям, стиснув зубы.

В определённый момент, устроитель церемонии подал мне знак, что невеста выходит. «Наконец – то!» - простонал я по себя и даже прикрыл глаза. Еще немного и спектакль начнется. Минуты потянулись ещё больше, чем мне казалось. Словно всё происходит в замедленной съёмке.

Сначала я послышал лёгкую поступь. Затем очень нежно по спине и поясу прошлись тёплые мягкие ладони и сомкнулись на животе. К спине припала голова. Моё дыхание встало и по ходу, я вообще забыл, как дышать. Коснувшись рук, я понял, что они до боли знакомы, но это не есть руки Нэс. Да и маникюр явно не её.

Я медленно повернулся в надежде увидеть Нэс в великолепном свадебном платье, но вижу… его! Сказать, что на мгновение я залип, ничего не сказать. Передо мной в каком-то другом, но не менее красивом платье стоял улыбающийся Клем. Чёрт! Что он со мной делает? Дыхание может и восстановилось, но сердце пропустило пару ударов, и я едва смог выдохнуть, чтобы принять ситуацию. Он был одет в платье невесты не как попало, на скорую руку, а как положено! Если бы сам был невестой! Что удивительно, даже на аккуратность заморочились эти гады, постарались, чтобы всё выглядело натурально! Краем уха я слышал, что придурки эти, которые зовутся моими друзьями, реально ржут как кони, забавляясь над моей реакцией. Чего они ждут? Того, что я начну на месте попрыгать и ругаться как последний конюх? Нет уж, обойдутся! Погодите же у меня, идиотов куски!

— Вы это серьёзно? - Задал я риторический вопрос «табуну лошадей», которые на пару с остальными гостями ещё и снимать на телефоны успевали всё действо. Естественно, ни один из друзей мне не ответил, а ответом на вопрос был всё тот же гомерический хохот.

Другой на моём месте действительно прыгал бы как горный козёл и загибался в приступе смеха, швыряя в этих идиотов кусками грязи. Но не я! Чтобы подыграть им в их же шутке, я растянул улыбку и быстрым движением привлёк Клема к себе. Он охнул, но уставился на меня явно не ожидая подвоха.

— Рад тебя видеть, Клеменс! А теперь расслабься! Пусть сами расхлёбывают!

— Но… - успел только вымолвить Клем, и я впился жадным поцелуем в его губы. Жаль, что недолго, и не глубоко, но я успел снова почувствовать, каков он на вкус. Мой любимый вкус! Как же долго я скучал по ним?

 

Чтобы не смущать парня больше положенного и не давать лишних поводов, я быстро отстранился и отошёл на шаг.

— Ну, довольны, придурки? Где Нэс? – крикнул я шаферам, которые стояли неподалёку и всё ещё давились от смеха, как в последний раз! На мгновение мне стало совершенно всё равно, где Нэс. Сейчас я был готов повести к алтарю именно Клема. Я хотел жениться только на нём! На моём Клеме.

— У тебя за спиной! – крикнул Аллен, всё ещё умиляясь моей реакции.

— Обернись, женишок! - поддержал Спайк не переставая смеяться.

 

Стоило мне повернуться в указанном направлении, как я увидел свою невесту. Боже, зачем ты создал этого ангела? Ведь я люблю не её. Она не заслуживает всего этого! Нэсса была прекрасна, платье просто великолепно, а улыбка самая обворожительная и счастливая на свете. Я даже не заметил, как Клем быстро исчез из поля моего зрения. Ему пришлось ретироваться, так как «на сцене» появилась настоящая невеста. С трудом заставил себя забыть и думать о нём, когда подошла Нэс.

— Ты потрясающая! – выдохнул я, наконец, едва сдерживая эмоции. Я бы радовался больше, выходи она замуж за другого.

— Спасибо, Шефорд! Ну, что, идём? – улыбнулась девушка, видя, что я оценил её наряд и её саму.

 

Не обращая внимание на уже более редкий гогот моих дружков, гул голосов гостей, я по-джентельменски, как учил дед, предложил невесте локоть, чтобы пройти к алтарю, установленному во дворе. Целовать не стал, так как ещё не время, а теплота от губ Клема ещё не остыла, не улетучилась. Мои дед и отец уже прошли вперёд, ждали на месте. Родители Нэссы тоже прошли перед нами и Барри ждал нас вместе с моими «предками». Шаферы, естественно, сопровождали нас, дабы мы не надумали сбежать. Такова традиция, существующая в нашем клане. Видать, прецеденты были! А ведь именно этого они боялись и не зря. Сбежать из-под венца – было у меня в планах. Дед, по всей видимости, решил перестраховаться и задействовал всех, кого мог, чтобы не спускали с нашей пары глаз.

 

Я шёл сам не свой, словно на эшафот, усиленно пытаясь показать, как я счастлив. Во всяком случае, по возможности, растянул дежурную улыбку настолько, чтобы она выказывала это. Чувствовал, что глаза мои выдают грусть, но на всякий случай, придумал на этот счёт отмазку: «Меня кольцуют, а это значит, что я теряю свободу!». Надеюсь, моя улыбка, натянутая как гамак между двумя деревьями с явным излишеством, не была похожа на оскал! У меня складывалось впечатление, что женюсь на сестре. Нэс даже в законном браке для меня всегда останется другом, сестрой! И дед мне не указ со своим авторитетом и аргументами.

 

Мы чинно-важно подошли к арке. Женщина регистратор что-то говорила и говорила, читая по бумажке, я кивал, улыбался ей и Нэссе. В определённый момент я надел ей на палец кольцо, поцеловал её, затем принял кольцо от неё. Я едва помнил, что происходило дальше. Обменявшись кольцами с невестой, я словно опустился в глухой туман. Вокруг всё стало давить, звуки стали словно в вакууме, а движение вокруг меня как в немом кино. Моим единственным желанием было покинуть это собрание шумных дармоедов и пойти спать.

 

Традиция поиска женихом подвязки невесты тоже не нравилась мне. В определённый момент, по знаку всё того же устроителя, встав на одно колено, я попросил Нэс подать мне свою ножку. По возможности ту, на которой была подвязка. Но Нэс решила похулиганить и я, едва касаясь кожи под пышным платьем прошёлся вверх-вниз, но предмет своего поиска не обнаружил. Естественно, смущались мы оба, ведь на нас было уставлено, бог знает сколько любопытных глаз: «найдёт - не найдёт, достанет – не достанет!». Считалось, что если жених не нашел подвязку – главной в семье будет жена! Можете себе представить, как мои дружки обсмеяли результат моих поисков?

 

На церемонии дарения букета невесты, Нэс, как всегда проявила великодушие и не стала бросать его через спину незамужним подружкам. Этих визжащих особ набралось около пятнадцати. Она же, скромно подошла к своей подружке Литиции, по которой давно сох Аллен, а родители никак не могли договориться, и пожелав скорого замужества, подарила букет именно ей. Та, естественно, расчувствовалась, поблагодарила, а затем я поздравил её вместе с избранником. Короче, не свадьба, а сплошной аукцион подарков и соплей.

 

Почему я так пессимистичен, спросите вы? Да у меня Клем из головы не выходил всё это время. На протяжении всего свадебного пиршества, тостов и подарков, я был рассеян, почти не слушал поздравляющих, кивал им, делая вид что слушаю и понимаю, а сам незаметно поглядывал вокруг. Долго не мог его отыскать среди гостей. Мне было тоскливо и скучно. Держало на месте лишь положение и обязанности.

 

После церемонии бросания букета невесты (в нашем случае - дарения), мои шаферы устроили очередной сюрприз. Видимо, одного им было мало, они решили на пранке с невестой не останавливаться. Дружно усадили нас с Нэссой на стулья перед небольшой сценой – деревянным помостом, сколоченным специально для свадьбы и велели ждать. Ну, ждём, минуту, две… Время тянется, гул голосов начал затихать в ожидании чего – то интересного. Затем послышались щелчки фотоаппаратов за нашими с Нэс спинами. Как только зазвучала музыка – одна их моих любимых ирландских мелодий, на сцену выбежали шаферы и гости мужского пола, коих набралось немало, для танца – подарка. О, да, это был ирландский танец с его подскоками, мельканием разнокалиберных килтов, голых мужских коленок и ног, обутых в похожие ботинки с набойками и клетчатых носков в тон этим килтам. Боже, когда они успели всё это выучить? Не замечал, например, за Алленом и Спайком тягу к танцам. Впрочем, у нас – ирландцев, это в крови и свои танцы любим с колыбели!

 

Я был безумно рад подарку, этакая отдушина. Нэсса тоже не могла оторвать взгляда от танцоров и приплясывала в такт музыке, ухватив меня за руку. Я же не мог оторвать взгляда лишь от одного единственного человека. От Клема. Он, словно показывал себя, как выдают дорогую шкатулку подержать в руках лишь по великим праздникам и не на долго только потому, что она является семейной реликвией. По всей видимости, именно по причине подготовки, он и не показывался до танца. От того, видеть его хотелось сильнее.

 

От вида, одетого в килт и танцующего Клема, я ощущал нехватку воздуха, во рту было сухо и гадко, словно там нагадили куры. Сам же я не мог пошевелиться, так как мышцы тела словно окаменели. А вот мой дружок, спрятанный под свадебным килтом жил, похоже, своей жизнью. Хорошо, кошель на пару с мохнатыми помпонами прикрывал эту срамоту! Я сидел как на иголках, стараясь скрыть, что возбуждён. При этом, мне надо было усиленно улыбаться и похлопывать себя по коленке свободной рукой, в такт музыке, словно аплодирую.

 

Танец закончился. Боже, как же быстро он закончился! Музыка стихла так же резко, как и закончился танец. Ещё, я хочу, чтобы он станцевал для меня ещё много раз!!! И не здесь, а в постели, где - нибудь городской квартире! Однако, я встал, поаплодировал, даже улюлюкал в знак благодарности за устроенный сюрприз. А потом, Клем исчез снова. И снова меня обуяло это вязкое чувство потери чего – то ценного.

 

Потом пошли танцы. Как полагается, первый был невесты с отцом в качестве следования традиции - символического прощального подарка дочери и, наконец, после него, наш с Нэссой. Это была чистой воды импровизация. Ведь Нэс я не видел всю подготовку, а танец учил при помощи нанятой учительницы танцев. Отец даже это предусмотрел! Нэс двигалась превосходно, а потому, как партнёрша была идеальна. Но, когда был медленный танец уже во время общего веселья, она не выдержала и спросила.

— Шефорд, что с тобой? Ты устал? 

— Не бери в голову, милая. Ты же знаешь, как я не хотел этой церемонии, - начал я оправдываться, чтобы не выдать реальных причин грусти. – Мне хватило бы и скромной регистрации. Но наши родители решили иначе. Мне всё это не нравилось с самого начала! Моё мнение на счёт этого праздника дармоедов они знали, но решили не учитывать.

— Брось дуться! – успокоила меня на ушко Нэсса. Наверно, со стороны это выглядело как небольшой флирт молодожёнов. – Всё же прекрасно! Посмотри, как весело! Ребята постарались! Давай, мы не будем портить никому настроение твоим кислым лицом.

— Что ты предлагаешь, Ласточка?  - спросил я Нэс, обратившись к ней как в детстве.

— А ты чего хотел бы?

— Сбежать!

— Я тоже!  - неожиданно поддержала моя теперь уже жена. Нэсса опустила руки с моих плеч и взяла мои ладони в свои.

— А куда?

— В дальнюю часть сада можно, - предложила счастливая Нэс.

— Хорошая идея! – согласился я и мы осторожно, чтобы не привлекать внимания удалились в сад. Мы просидели одни недолго, затем, Нэсса начала этот разговор, вдруг резко погрустнев.

— Ты не любишь меня на самом деле, правда, Шефорд?

— Нэс, я знаю тебя почти с пелёнок, - начал я. Я был готов к такому роду разговора, поэтому не стал отрицать. – Ты для меня была и остаёшься как сестра. Даже не представляю, как мы сможем зачать детей, если для меня нет родней сестрёнки чем ты.  Просто не смогу переступить через это.

— Они потребуют наследника, - спокойно констатировала Нэс. 

— Возможно, - согласился я. - И, если честно, я в полной растерянности. Поживём, увидим, как решить вопрос. 

— Может, всё же полюбишь со временем?  - с надеждой спросила она. - Я-то в отличии от тебя испытываю совсем другие чувства. Мне ты всегда нравился и с лет четырнадцати, мысль о близости с тобой не даёт мне покоя.  

— Нэс…

— Я всё понимаю, Шефорд. Поэтому, приложу всё усилия, чтобы стать для тебя хорошей женой.

— Ты же знаешь, Нэсса. В отличие от тебя, я был всегда с тобой честен. Я знаю, кто поторопил мою семью со свадьбой. Знай же, мне не нужна жена и даже дети. И тебе давно известно, Нэс, кто мне нужен. Я люблю его и не смогу жить в разлуке!

— Знаю. И от того мне больно вдвойне. Наши родители на моей стороне, и никто не даст тебе быть с ним, иначе, потеряешь всё. Может даже жизнь! Стоит ли мой брат этого?

— Поверь, стоит. 

— Ну, хотя бы попробуем, - как-то обречённо предложила Нэс.

— Попробуем, конечно. Как только страсти улягутся, тогда и будем думать, что делать дальше. Не грусти, Ласточка! – я придвинулся к ней ближе и крепче взял за руки, создавая интимную обстановку. И снова, со стороны могло показаться, что молодожёны воркуют в уединённом месте. А на деле, я убеждал Нэссу не надеяться на счастливый брак, как и предупреждал до начала подготовки. Я был с ней честен всегда, буду и сейчас. Но за нами продолжали следить и нельзя было давать повода приближаться к нам и подслушивать. Доложат деду – мне и Клему конец!

 

Вскоре спустились сумерки и гости, уставшие от праздника, разбрелись кто куда. Нас с невестой оставили в покое, надеясь, что первую свою брачную ночь мы уснём вместе. Куда там! Я уступил ей кровать, а сам улёгся на диване, на котором и спать-то не собирался. Хотя, мы оба устали и желали только одного – выспаться.

 

Однако мало кто знает, что большую часть этой ночи я провёл не в объятиях молодой жены, а её брата. Диван был жутко неудобен. Поэтому, послышав мерное дыхание Нэссы, я тихо вышел их комнаты. Едва не попался вездесущим шаферам, но без потерь добрался до комнаты, занимаемой братом невесты. Клем уже ждал и мои самые далёкие мечты наконец-то сбылись в эту ночь.

 

В свадебное путешествие мы так и не поехали. Я наотрез отказался куда-либо отправляться, ставя ультиматум деду ещё в самом начале организации свадьбы. Нэсса же, погрустив дома с неделю, вышла на работу в качестве замужней женщины. 

 

Глава 3. На два дома.

 

Сказать, что мы ежедневно отыгрывали спектакль счастливых молодожёнов, ничего не сказать. Сон в разных комнатах никого не касался. Это уж, простите, наше личное дело. А вот строить из себя идеальную молодую пару получалось отменно. Правда, приходилось каждый раз на вопрос о том, когда будут дети, мы с Нэс отвечали дежурными фразами типа: «дайте пожить для себя», «мы над этим работаем» и так далее.

 

Десять лет. Целых десять лет мы с Нэс строили идеальную семью клана. К сожалению, а может и к счастью, детей нам завести так и не удалось. Точнее, я всё делал, чтобы их не было и плевать на мнение кумушек, в то числе, главы рода. Он как-то вызывал нас и интересовался тем, здоровы ли мы. Я сказал, что бесплоден (хотя это было неправдой и при желании как бык-производитель мог бы настрогать кучу ребятишек). Он предложил отправить меня на лечение, но я отказывался, сетуя на волю божью! Однако моей жены эта проблема не касалась, и чтобы реализовать материнский инстинкт, Нэс заботилась о многочисленных племянниках. Я был не против, да и понимал, что ей это необходимо. Дать ей ребёнка я категорически отказывался, так как это связывало нас больше положенного. Мнительные родственники при любой возможности судачили, мол, живут-живут, а детей нет. Боже ж ты мой! Какое им до этого дело?! Не хотим или не можем и всё! Им какая разница? Надо отдать им должное, так как постепенно всё же смирились и отстали от нас.

 

Дед же на пару с отцом ругались, мол, для того и брак задумывался, чтобы было потомство, нужно оставлять кому – то наследство деда. На что я только фыркал и давно перестал оправдываться, уйдя в молчаливую оборону. Пусть орут сколько заблагорассудится. Действительно, не объяснять же мне им на самом деле, что на женщин вообще у меня не стоит, а на Нэс в частности. В результате, наследство будет отписано моему маленькому кузену по линии отца.

 

Для всех оставалось тайной, что я жил по сути на два дома. Клема из собственного родительского дома таки – выставили за имением «неизлечимого дефекта». Этот «дефект» был и у меня, но почему-то мой строгий на воспитание дед решил, что своими методами давно вылечил его. Родители же Клема поступили куда как более строже! Я бы сказал – жёстче! Они просто выгнали сына из дома, лишив средств к существованию. Пришлось мне покупать ему квартирку на окраине города и устраивать к себе на работу простым секретарём. Чтобы сильно не светиться, я уговорил Аллена взять к себе в помощники Клема. Тот поартачился, но согласился, потому как был мне должен.  

 

С Нэс мы договорились, что три дня я у Клема, три - дома, а выходные провожу по очереди у него и с ней. Поначалу, она не соглашалась и устраивала истерики, пытаясь удержать меня. Моё простое слово: развод, её успокаивало быстрее слёзных уговоров и увещеваний. Она же каждый раз напоминала мне свадебное обещание: попробовать. Проблема в том, что пробовать я на самом деле не хотел, а этими тремя днями дома, номинально всё же его выполнял. Она пыталась жаловаться моим предкам, но скандалы, которые мне устраивались в собственном доме ни к чему хорошему не приводили. Позже, она смирилась, перестала спорить и что-то просить. Что толку просить, если всё равно не дадут, а терять то малое, что есть она тоже не желала.

 

Так и жили. Позже я выяснил, что у Нэс роман с Конором. Ревности я не испытывал совершенно никакой. Только собственническое чувство кольнуло. Но, я, поговорив с ней, убедился в том, что Нэс вынуждена моим другом заменять меня, просила понять. Я понял, но предупредил, что, если она забеременеет, развод будет неизбежен. Она лишь пожала плечами и сказала: «Ну и пусть! Лучше с ребёнком и одной, чем с тобой и без него!»

 

Конору я тоже внушение устроил, прижав его в тёмном углу на одной из вечеринок, организованных главой клана. Он сначала пытался отнекиваться, но я лишь предупредил, чтобы он не вздумал её обрюхатить. На это Конор ничего не сказал, только кивнул, подтверждая то, что роман у них есть. Однако я понимал, связь эта чем – то да закончится.

 

Я продолжал жить на два дома, а Нэс крутить шашни с моим другом, с которым, кстати, я перестал общаться. Номинально я был женат, как и требовал дед. А по факту…

 

 

***

Клему тоже приходилось не сладко. В том, что с ним произошло отчасти и моя вина. А случилось это после непростого каминг-аута. Под воздействием эмоций, его мать кричала и рыдала, доведя себя до сердечного приступа. Потом взбеленился отец. Я забрал Клема у ворот его дома, когда он мне позвонил и сообщил об этом. Естественно, я приехал сразу же, отвёз сначала в охотничий домик. Состояние его души и тела оставляло желать лучшего.  Сначала он отходил от побоев собственного отца, синяки и кровоподтёки сходили недели две. Я едва удержался, чтобы не поехать и не отомстить за любимого. Клем остановил меня и попросил просто увезти в другую, более спокойную часть города. Лучше на окраину. Хотелось уехать, улететь в другую страну, а ещё лучше на другую планету. Да кто ж даст?  Денег в обрез, загранпаспорта нет, а оформление, как я выяснил, сделать не дадут. Распоряжение главы клана: все, кто принадлежит клану и связан к ним, никуда выезжать за границу на ПМЖ не должен! Беглецы ловились и возвращались, а потом строго в назидание другим наказывались. Зато, чистота крови блюлась и всё такое, будь оно не ладно. Можно было лишь по заданию или решению главы клана поехать заграницу на учебу или по делам бизнеса. Только и всего. Потом всё равно нужно вернуться. А не вернёшься сам, всё равно найдут. Правда, для выезда по любому поводу всё равно нужно разрешение главы клана, его у нас нет и не получим просто так. Понять я никогда не мог, зачем всё это! Хорошо хоть, Клем не приходился мне близким родственником. Он мне вообще родственником не был, так как его семья служила семье главы клана много столетий, как и моя, и, имела лишь небольшой вес в обществе.

 

Из купленной квартиры, где он обитал, я его забирал на работу, а потом отвозил домой. Квартира, которую пришлось купить очень быстро, была ещё и не меблированная. Постепенно мы её обжили, добавляя со временем всё, что нужно для жизни. Так было дешевле. Мебель новая, но не дорогая и удобная.

 

К слову сказать, Клема выставили из дома, в том, в чём был и плюс небольшая сумка с вещами, телефоном, паспортом и личной картой, на которой было средств только на первое время. Даже зимней одежды не было. Пришлось и об этом заботиться. Одно было хорошо: я мог видеть его на работе, знать и понимать, что с ним всё в порядке и расставаться только на три-четыре дня в неделю. Да и зарплата у него со временем позволила жить не шикуя, но всё-таки, не отказывать себе в хлебе с маслом. Жизнь на два дома накладывала отпечаток и на расходы, конечно.

 

Дни тянулись за днями. С каждым годом становилось всё сложнее скрывать от клана мою связь с Клемом. Нэсса от обиды и ревности всё чаще устраивала скандалы, после которых я трусливо уходил. Да и какой мужик выдержит женские слёзы и истерики? Видел, что специально провоцирует, пытается манипулировать мной и играть моими чувствами, давить на совесть. А я уходил, чтобы не видеть перекошенное злобой её когда-то прекрасное лицо, театральные слёзы, и чтобы не слышать её визги. Из ангела она превратилась в злющего демона. Она ревновала, хотела удержать, хотела, чтобы мы были полноценной семьёй не номинально, а реально. Моей же реальной семьёй был и всегда останется Клем. Только вот, доказать я этого ей не мог. А по сути и не хотел, бесполезно!

 

На работе, поначалу, у Клема тоже было всё хорошо, он вполне влился в маленький коллектив отдела поставок в нашей фирме, где Аллен был начальником. Позже, его начали заваливать работой так, что у меня случался недотрах, простите за мой французский! Пришлось иметь тяжёлый разговор с Алленом, чтобы уже присмирил своих ребят и распределил работу в отделе так, чтобы работали все, а не один Клем! Только через пару дней после этого у меня был крышесносный секс.

 

Постепенно всё пришло в норму и десять лет мы жили благополучно, скрывая свою связь и трещавший по швам мой брак с Нэс.

 

Глава 4. О женщина! Имя тебе - коварство!

 

А потом, о нашей связи узнал глава клана. Кто донёс? Да сама Нэс и донесла. Глупость с её стороны, конечно! Всё рассказала, почему до сих пор мы с ней детей не имеем и благодаря кому я живу на два дома. Короче, своими руками уничтожила наш брак, лишила наследства и средств к существованию. Своими руками Нэс подписала себе и нам всем «приговор»!

 

А теперь, с самого начала. Утро в тот роковой день не задалось. За завтраком Нэс была вне настроения. Ела без аппетита, ковыряясь в тарелке, словно ест не салат, а живые морепродукты, только вместо присосок на щупальцах – куча противно вращающихся глаз.

 

— Что с тобой, Нэс? – спросил я, стараясь не показывать безразличия.

— Нет аппетита, - она бросила на меня быстрый взгляд, но этого хватило, чтобы я понял: ей есть что сказать кроме того, что она уже выдавила из себя.

— А если честно? – потребовал я чуть более жестким тоном. Это сработало, она поняла, что лучше сказать, чем скрывать то, что я и так узнаю.

— Шефорд, давай разведёмся?

 

Я чуть не поперхнулся помидором, который сейчас жевал. Быстро сглотнув его, так толком и не прожевав, спросил.

— Чего вдруг? Ты так долго не желала этого. А теперь почему вдруг воспылала желанием?

— Есть причина!

— Какая, позволь узнать, - я вытер рот салфеткой и бросил её на стол. Это означало одно – разговор будет не из приятных. Но он необходим, раз Нэс сама заговорила о разводе. Даже слуги тактично вышли из столовой, чтобы не быть свидетелями наших разборок с женой.

— Такая… - она помолчала, сомкнув губы в одну линию. Даже взгляд отвела, словно собираясь с мыслями. Я терпеливо ждал, пока она найдёт нужные слова. Наконец, она выплюнула слова, с вызовом глядя мне в глаза.  – Я беременна! Мне надоело всё! Я хочу этого ребёнка, а тебя не хочу и мне плевать, что будет! Я хочу развод и точка!

— Это твоё последнее слово? – на удивление, известие о том, что моя жена беременна и скорее всего не от меня, я воспринял спокойно. Словно был готов к этому.  Естественно, ребёнок от чужого мужчины мне был не нужен. Как и беременная от него жена.

— Да! Когда ты намерен начать процедуру? – требовательно спросила Нэс.

— Да хоть сегодня! Будь дома, раз неважно себя чувствуешь. Днём я пришлю адвоката, чтобы начал готовить документы.

— Как угодно! Я всё рано не собиралась на работу. Тошнит.

— И кто же счастливец, что подарил тебе столь желанное дитя?

— Не всё ли тебе равно?

— Ты права, мне действительно всё равно! Это твоя жизнь и твой ребёнок. Его в этом доме не будет. Береги себя, если хочешь сохранить бастарда!

— Не смей так называть моего ребёнка!  - Нэс подскочила со стула, чуть не опрокинув его и стоящую перед ней тарелку.

— А как прикажешь мне его называть? Нежданным счастьем? – с циничным спокойствием ответил я.  – Я, кажется уже говорил тебе и не раз, что дети мне не нужны и я разведусь, если ты забеременеешь.

— Так чего ты ждёшь? Вызывай адвоката – пусть разводит!

— Сейчас не могу, я занят! Я ем! А тебе советую сесть и тоже как следует позавтракать. Тебе сейчас надо есть за двоих! – я снова приступил к поеданию завтрака, словно и не стоит над моей душой жена и не мечет в разные стороны из глаз громы и молнии. Зевс в юбке!

— Какие мы заботливые!  - прорычала она и подумав мгновение решила всё же устроить «показательные выступления»!

 

Во мгновении ока в меня полетели тарелки, чашки и вообще всё, до чего на столе могла дотянуться Нэс. Я никогда не жаловался на скорость реакции. Потому, успевал отклоняться от каждого предмета, продолжая есть. Вдоволь накидавшись в меня предметами из дорогого сервиза, разбив в дребезги практически годовую зарплату какого – нибудь офисного клерка, и рыча от бессилия, Нэс вышла вон из столовой. Хорошо, хоть ничего не прилетело мне в голову. Только рубашку испачкал. Придётся менять и с опозданием ехать на работу.

 

По приезду на фирму, я сразу позвонил нашему семейному адвокату. Он был несколько занят, но обещал ближе к обеду приехать к нам. На радостях я забыл про всё на свете и занялся работой. Во время небольшого совещания, мне позвонил адвокат - мистер Спритзер, и сообщил, что Нэс нет дома. Мол, зачем вызывали, если никто не встретил. 

— Как нет дома? - орал я в трубку. – Я говорил с ней утром, и она сказала, что никуда не собирается.

— Но мистер Фарлей, мне незачем вам врать. Я приехал, как и сказал, но прислуга уверяет, что её нет дома и куда она уехала около двух часов назад, они не знают.

— Странно всё это. Подождите немного, пожалуйста. Я попытаюсь ей позвонить, выяснить, где она находится. Разговора не было, чтобы она куда – то собиралась, ведь чувствовала себя неважно.

— Хорошо, - внял моей просьбе адвокат. – Я подожду, но поторопитесь, у меня много дел.

— Не извольте беспокоиться… - прогудел я в трубку и нажал на сброс вызова. Сразу набрал номер жены, в тайне надеясь, что она просто выехала в парикмахерскую, к подруге или ещё куда погулять. Странно, но я не мог до неё дозвониться минут пять. Пришлось отзваниваться адвокату и отпускать его со словами извинений.

 

Я поднял службу безопасности на уши. Они сразу начали искать, куда могла отправиться Нэс. Постоянно включённый навигатор у неё в телефоне позволял проследить её собственное место положение. Однако он был выключен. А вот маячок на машине жены – работал. Но когда я узнал, куда понесло эту беременную истеричку, похолодел. Она смерти моей желает или сама решила поиграть в камикадзе? Да, правильно говорят: «О, женщина! Имя тебе коварство!» А в данном случае – дурость несусветная! Как так можно было поставить под удар не только меня и себя, но и собственного брата? А ведь она беременна!!! 

 

Я не боялся главу клана. Не испытывал ничего кроме уважения и некоторой настороженности. Моя готовность всегда защитить себя и тех, кто рядом, была ему доподлинно известна. Помню, как впервые увидел его – местного бога и властителя судеб. Не сказать, что я испугался тогда или что-то в этом роде, но чётко почувствовал, насколько у него сильная харизма, спокойный взгляд, который всё замечает, красивый баритональный голос от которого мурашки по всему телу и немногословность, присущая всем земным богам. Он представлял собой этакую глыбу, которую ничего не может разрушить. Сколько мне тогда было? Лет пять или семь? Потом я видел его лишь издалека на разного рода приёмах и прочих свадьбах-похоронах, но общался с ним мало. Однако со слов деда, он всё про всех знал и все новости доносились до него с молниеносной скоростью.

 

Теперь же, когда я узнал от начальника службы безопасности своего имения, что она у главы клана, то почувствовал, как из-под ног начала потихоньку уходить земля. Нэс знала о том, что я скрываю связь с Клемом. Семье я клялся, что не имею с ним ничего общего, но лишь для того, чтобы защитить Клема от прессинга. И так уже прогнали дальше некуда. 

— Так стоп! А где Клем? – осенило меня. Дав себе внутренний пинок за то, что сразу не сообразил, я набрал номер Клема. Дозвон шёл, но телефон не отвечал, а позже и вовсе отключился.

 

Снова дав себе мысленного подзатыльника, я помчался в отдел, где работал Клем. Аллена на месте не было, потому, сказать, где его подчинённый он не мог. А вот остальные ребята мне с превеликим удовольствием рассказали, что приходили в офис какие-то люди шкафообразного вида в чёрных пиджаках и вежливо попросили следовать за ними. Сказали, что его ждут, а кто – не уточняли. Я сразу понял, что за люди, напоминающие шкафы и в черных пиджаках. 

 

В голове что-то перещелкнуло, звякнуло так нехорошо. Надо срочно лететь в имение главы клана. Спасать не столько свою задницу, сколько любимого человека. Дорога заняла около сорока минут, пару раз пролетел на красный свет, чуть не врезался в столб и не сбил какую – то собаку. Время остановилось и всё безмерно раздражало. Если я не успею, Клема могут просто убить. Тогда и мне жизни не видать. Как ещё полицейские за меня не взялись?

 

Наконец, из-за холмов появились флюгеры имения главы клана. Я с облегчением вздохнул и направил автомобиль к воротам. По удалённой связи мне ответили и ворота открылись. У меня было чувство, что иду на эшафот. Подъезжая к дому, я заметил машину Нэс и черный лендкрузер, на котором, очевидно привезли сюда Клема. Сердце ненадолго замерло, а руки так держали руль, что я едва разнял пальцы, чтобы выйти из машины. Меня встретил дворецкий и узнав о цели визита, проводил в кабинет Казимира – главы клана Гренавальт - самого многочисленного, сильного и влиятельного клана на всю Ирландию! Поэтому удивительно, что он так долго ничего не знал, а теперь ему сказали о нашей с Клемом связи. 

 

Войдя в холл дома, я почувствовал небольшой холод, что коснулся моей кожи. Кондиционеров не заметил, а вот камины топились. Тогда почему так холодно? Или это меня знобит? Нет же, я ведь четко почувствовал, как кожу обожгло холодом. Я отвлёкся на мурашки, проступившие на коже, пока шёл за дворецким до кабинета. Мне некогда было смотреть на красоты убранства, я нахожусь здесь совершенно по другому поводу. Может даже, печальному. А ведь когда я здесь был пару раз: в день вхождения в клан в семь лет и в день совершеннолетия. Помню, что мне здесь жутко понравилось.

 

Дворецкий, доведя меня до кабинета, попросил подождать. Я коротко кивнул и остался ждать. Через мгновение, двери открылись и меня пригласили войти. Как только за мной закрылась дверь, я ощутил атмосферу раньше, чем заметил всех присутствующих. Казалось, я попал в ловушку или как кролик в пасть удава.

 

Глава клана сидел на своём рабочем месте в кожаном черном кресле, а справа сидела Нэс и вытирала платочком несуществующие слёзы. Слева стояли два шкафообразных охранника и держали за локти рук Клема. Они же не подпустили меня к нему, дав жестом понять, чтобы я оставался на месте. Глаза его были красными, а лицо уже украшал кровоподтёк в области левой скулы. Из носа тоже струйками стекала кровь, оседая ему на грудь и пол. Кровь была и на припухшей губе. Взгляд из-подлобья выдавал несломленную пока волю. Глянув на любимого, я спокойно спросил:

 

— Приветствую, Казимир. Что здесь происходит? Почему моя жена и её брат находятся здесь, а я вынужден был об этом узнавать своими способами?

— И тебе не хворать, - отозвался Казимир. Он величественно, как и положено главе клана, поднялся со своего места и подошёл ближе. – Что происходит, я хотел бы узнать у тебя! Как так могло произойти, что уже много лет я не знаю о твоей связи с этим парнем? Что за содомия у меня в клане? Я уже говорил с твоим отцом, он должен подъехать с минуты на минуты.

 

Казимир подошёл так близко ко мне, что уже нависал всем своим крупным телом надо мной. Я смотрел спокойно в его серые холодные глаза и старался не отвести своих! Сразу сожрёт и не подавится. На кону жизнь моего парня. 

— Моя жизнь! Как хочу, так и живу! – процедил я сквозь зубы, не отрывая взгляда от его глаз.

 

Ещё недолго померившись со мной взглядом, он отошёл. Вынес! Я вынес его взгляд и не отвернулся, но, когда он отошёл, я почувствовал некоторое облегчение. Главное, чтобы меня самого не вынесли ногами вперёд, иначе, кто защитит Клема?

 

Через минуту тяжёлых раздумий Казимир повернулся ко мне. 

— Может ты и прав и это твоя жизнь, Шефорд. Однако, ты забыл о том, что живёшь не отшельником в горах, а среди людей и так или иначе, они связаны с тобой. Ты наследник крупного состояния, значительной части собственности клана. И не пристало наследнику вести себя словно он невоспитанный ребёнок.

— Я здесь не для того, чтобы ты читал мне нотации, Казимир. Я развожусь с женой. Отпусти меня и Клема в другой город, страну! Куда угодно! Раз я позорю клан своей жизнью, то прогони! Просто отпусти! Могли бы – давно уехали!

— Не всё так просто, Шефорд. Ты посмел скрыть такое, жил на два дома, не дал потомства, нарушил кучу законов. А теперь хочешь безнаказанно уйти и этого… голубого мальчика забрать?

— Этот «голубой мальчик», как ты выразился, любовь всей моей жизни! – смело произнёс я. На что Казимир среагировал быстро и жёстко. Я тут же получил он него увесистую пощёчину. Меня отнесло к стене, но на ногах я удержался.

— Не смей дерзить мне, парень! Я на много старше тебя и одно моё слово как главы клана, вас обоих просто уничтожат.

— И что? Ты сможешь спокойно спать после этого? Не боишься, что я достану тебя с того света? – продолжал я зубоскалить с главой клана, стараясь убедить его отпустить меня и Клема. Уж если идти «ва-банк», то до конца. – Счастлив я в браке не был и не буду никогда, даже детей не родили, а с Клемом мы одно целое! Отпусти, Казимир! 

 

Казимир снова подскочил ко мне, словно он не пожилой мужчина, лет семидесяти, а мальчишка лет двадцати. И снова эти бодания взглядами. Было видно, что он едва сдерживается от того, чтобы снова не ударить меня. Спас от этого удара отец. Он зашёл в кабинет быстро и без предупреждения, было видно, что торопился. Отец быстро оценил обстановку и встав между нами обратился к главе, не размениваясь на любезности на вроде приветствий.

— Казимир, прости, я ничего не мог сделать.

— А делал ли?

— Да что мы с отцом только не делали. И били, и ругали, и наказывали домашним арестом. Отец едва уговорил его на брак с Нэссой. Он кучу ультиматумов выставил, собой покончить пригрозил тогда. Я объяснил ему, что есть такое понятие, как обязательства. Он всё понимал, но как любой эгоистичный ребёнок не желала принимать ситуацию до конца. 

— Почему не доложил? – строго спросил Казимир.

— И что бы я тебе сказал? «Прости, мой сын – гей?» И как бы это выглядело? Я не хотел терять ни сына, ни его будущие губить! – заявил отец твёрдо. Теперь понятно, в кого у меня такая баранья настойчивость.

— Логично, - призадумался Казимир.  – Однако же, ты понимал, что я всё равно узнаю и тогда всем несдобровать.

— Понимал, но предполагал, что, когда узнаешь, тогда и будем разбираться. А пока была возможность – скрывали.

— Вы с отцом рисковали… - вздохнул Казимир.

— Знаю, - так же спокойно ответил отец. – Я защищал сына! Он мой единственный ребёнок и смысл жизни. Как я мог так его подставить? Отпусти нас, и я обещаю убедить его вступить на правильный путь. Он останется в браке и забудет Клема.

— Отец… - подал я голос, но убийственный взгляд отца временно закрыл мне рот. 

 

С какой стати моею жизнью распоряжается? Даже если это родной отец!!! Не бывать этому!

— Казимир… - снова отец обратился к главе клана. – Прошу! В память о его матери! Она много сделала для клана. 

— Не дави на жалость, Элберт. Твоя жена - великая женщина! Не чета некоторым. Я всё понимаю. Пойми и ты правильно мои решения. Как мне хранить добродетели клана, когда у меня под носом такое творится? Сегодня я допущу содомию, а завтра что? Революцию мне люди устроят? Как множить клан, если будут одни содомиты? Не поймут меня другие главы кланов. И потом, грех это!

— В любви нет греха! – подал я голос.

— Помолчи, Шефорд, прошу! – рыкнул мне отец, а потом обратился к Казимиру. – Я всё понимаю и хочу знать, о каком решении ты говоришь?

— Я изгоняю из клана твоего сына, как и его пассию! Твоему сыну разрешу развод. Его жена будет тоже изгнана из семьи, так как допустила измену с обоих сторон. Да еще и понесёт от чужого мужчины. Родителям такую не вернёшь. Имя отца она назвала, за него и выйдет в скором времени. Шефорд прав, убивать на старости лет я не стану, мне ещё исповедоваться, но убийство я себе позволяю лишь в исключительных случаях. Сейчас реальной опасности для моей собственной жизнью нет, так что разберёмся ценой - малой кровью.

— Что это значит? – спросил я. По взгляду отца на меня я понял, что он знает, о чем говорит Казимир. – Пап? О какой крови идёт речь?

— Помолчи! – снова рыкнул тихо на меня отец, пытаясь приструнить.

— Отчего же? Он вправе знать! Правда, Шефорд?

 

Мы переглянулись с отцом, но я успел заметить, как смотрит на всё происходящее моя жена. Нэс, сидевшая тихо, за время разговора мужчин не проронила и слова. В глазах читалась что - то типа: «Что я наделала?». Раньше надо было думать, курица! Развелись бы по-тихому и дело с концом! Нет же, надо было сделать эту великую глупость, после которой пострадают все, кого она втянула! Во истину, «о, женщина, имя тебе коварная дура!». И я потратил чуть более десяти лет своей жизни на неё?

 

Что касается Клема, то он не раз порывался освободиться от захватов сдерживающих его сильных рук. Создавалось впечатление, что эти двое не устанут делать это никогда, всегда на чеку и не отпустят, пока не услышат приказ хозяина. Они даже осаживали его ударами своих молотообразных кулаков в живот. На некоторое время он повисал как безвольная тряпица, но оклемавшись, снова делал попытки вырваться. Ему не нравился тот разговор, что вели глава клана и мой отец. Даже я стоял в стороне без права сказать хоть слово. Что уж говорить о нём? И вообще, отец хоть и имел вес и уважение, но убедить главу ему было трудно. Я хребтом почувствовал, что сейчас решаются наши с ним судьбы. Да вот беда: делается это без нашего участия. Наконец, их препирательств я не выдержал.

 

— Хватит! – крикнул я, не сходя с места. Приближаться к Казимиру было опасно. – Хватит решать за меня! И за Клема! Мы – свободные люди в свободной стране, а не скот и не питомцы главы клана! Я сам! Слышите, сам отказываюсь от клана и забираю Клема. Мне насрать, что вы об этом думаете! Я разведусь и уеду отсюда! Клем вам не нужен, но я без него не смогу! Поэтому, лучше я буду свободен и рядом с ним, чем сидеть в вашей золотой клетке и строить из себя добропорядочного наследника! Пошли вы все! 

— Шефорд… – выдохнул отец, явно не ожидавший такой эмоциональной тирады.

— Всё сказал, мальчик?  - спокойно спросил Казимир с вялой усмешкой на лице.  – Выйди на улицу немного остынь, в песочнице поиграй пока взрослые дяди разговаривают…

 

Это что вообще за пренебрежительный тон? Казимир никогда так не разговаривал. Это стало ясно по вытянувшемуся лицу отца. Он сам был в некотором недоумении, что сейчас сказал глава клана. Долго не думая, я ответил, вернув монетку Казимиру не моргнув глазом.

— А ты мне уже насыпал там что ли?  - на эти слова глава клана аж крякнул, поняв, видимо, что мою волю к победе сломить ему нечем. Он обратился к отцу, чтобы снова не нарываться на мой острый язык.

— Да-а-а-а-а-а, теряем лучших, - протянул Казимир. – И всё же, Шефорд. Тебе лучше уйти сейчас.

— И не подумаю! Решайте, что хотите, но уйду только с Клемом! – твёрдо заявил я. И, хотя сердце моё забилось сильнее, я старался смотреть прямо в глаза главе клана. Видя, что со мной спорить бесполезно, дал отмашку своим гориллам.  Те, не церемонясь просто выпустили Клема из рук, и он упал к их ногам. 

 

Я подбежал ближе и помог Клему подняться. Побитый и молча смотрящий из-подлобья он встал из последних сил. Нам дали беспрепятственно выйти из кабинета, а потом и из дома. Чтобы не показывать волнения, я без суеты посадил любимого на заднее сиденье, предложил даже лечь. А сам сел за руль и ударил по газам, пока люди Казимира не передумали и не пустились за нами в погоню. А кто знает, может в последний момент они не дадут нам уйти?

 

Приехали мы домой уже ближе к вечеру. Я сразу повел обессиленного Клема мыться в душ. Аккуратно помыл тело, оценивая нанесённый урон. Сначала он вяло сопротивлялся мытью, но получив шлепок по мягкому месту угомонился. Я с ужасом смотрел на то, как на его идеальном теле по верх бархатистой белой кожи проявляются синяки и кровоподтёки – результат избиений. Потом сушил его волосы, аккуратно промакивал тело махровым полотенцем, осторожно одел, обработал раны, и мы долго лежали молча, ничего не говоря. Каждый думал о своём. А к ночи Клем вдруг совсем расклеился и заплакал. Я лишь крепче обнял любимого и продолжал обнимать, пока он не уснул. 

 

Утром позвонил отец, чтобы сообщить о решении главы клана.

 

Глава 5. Эпилог

 

На работу я больше не вышел. Отец сообщил мне, что в ближайшее время будет организована процедура развода. Он попросил адвокатов сделать это в кратчайшие сроки – две недели. Глава клана пошёл на уступки лишь в этом. Он не смог убедить Казимира, что я вернусь домой, к жене и начну жизнь, которую мне уготовили с раннего детства. А точнее, с рождения. Только вот, исполнение обязательств не входило в МОИ жизненные планы.

 

Вскоре, мне сообщили, что отец подписал завещание, в котором я был вычеркнут как наследник, вписан мой кузен, а я сам изгнан из клана вместе с Клемом. Надо отдать должное моему отцу, он отстоял главное – нашу жизнь! Спасибо ему за это.

 

Теперь, не имея принадлежности к клану Гренавальт, мы были абсолютно свободными людьми. Жить, правда, на территории клана нам запретили, соответственно, работу мы нигде на территории клана не найдём. Поэтому, пришлось просто переехать в северную часть Ирландии. Там и кланов никаких нет и живут люди свободные. 

 

Первым делом, мы остановились у дальнего родственника по линии моей матери – в Лисбуме. Он по началу и не поверил мне, что я сын его троюродной сестры. Однако представленный артефакт - камелия мамы, уверил его в том, что я наследник (теперь уже бывший) своего рода. Он с недоверием отнёсся и к Клему, но позже узнав получше, принял как родного.

 

Долго у дяди Стефенсона мы жить не могли и не хотели. Клему наконец- то представилась возможность открыть своё магазин цветов и подарков, которые он изготавливал сам. Начинали мы, правда с небольшого ларька, а потом всё закрутилось. Появились постоянные клиенты, чьи букеты и самодельные подарки пришлись по душе. 

 

Через пару лет удалось арендовать небольшое помещение и организовать в нём свой магазинчик на пару с кафе пирожных. Я не отпускал Клема от себя ни на минуту. Его частью работы были подарки и букеты, моя – организация всего остального. Позже, удалось нанять кондитера и продавца. Поэтому удалось расширить наше совместное детище. Так, с каждым днём наш маленький, но достаточно доходный бизнес развивался. Мы и думать забыли о том, что пережили, что вынесли, с чем столкнулись.

 

От отца я получал скудные вести о том, что происходит в клане. Мне это было не так интересно, как то, что Нэс так и не родила. После произошедшего, на фоне стресса, у неё случился выкидыш и больше забеременеть она не смогла. Как мне показалось – не захотела. Карма, видать любого настигнет и ей не важно, богат человек или оборванец на дороге, добр или зол. Она настигнет любого по его делам. Если бы я был суеверным, то наверно подумал, что бездетностью она расплатилась за свою глупую выходку. Я не испытывал к ней ничего: ни жалости, ни раскаяния. Она для меня осталась пройденным этапом прошлой, довольно пустой жизни. Она никогда не простит ни меня, ни брата. Да нам это и не нужно. Пусть сама живёт с этими обидами. По сути, я зажил нормально только сейчас, когда расстался с ней, с отцом, с кланом…

 

***


Прошло ещё три года. Мы довольно крепко стояли на своих ногах. Наш бренд цветочной кофейни завоевал симпатии по всему северу Ирландии. Нам удалось даже открыть ещё две цветочные кофейни в соседних городах. Штат наших сотрудников увеличился и мне приходилось мотаться между городами.  В этом был один существенный плюс. Я был во многих местах и имел возможность присмотреть подарки для любимого. Меня интересовало только то, что в нашем городе точно не найдёшь.

 

Близился день рождения Клема. Я уже возвращался из Астрина домой, когда вспомнил о подарке. Нужен был особый подарок. Такой, чтобы любимому было и приятно, и практично. Клем часто ругался, зачем я дарю сувениры, которые потом на полке пылятся и приспосабливал их для красоты в кофе. Мне же, надоело дарить подарки, которые оценивают все, кроме любимого. Пусть он сам теперь его оценит на себе в буквальном смысле слова. Пришлось ради такого дела заказывать сей дивный предмет именно в Астрине. Это чтобы, моё сокровище не догадалось что к чему и не обвинило в бесполезных тратах! Полученный на почте кулёк уже жёг руки и хотелось поскорее его открыть и явить любимому это произведение искусства.

 

***

 

— Шефорд, ты обалдел? Что это ещё такое? – взорвался Клем, когда вынул вибро - фаллоимитатор из коробки. Розовенький такой, с перламутровым покрытием, небольшой мошонкой и пультом управления для регулировки силы вибраций. Бонусом шло синего цвета силиконовое кольцо, естественно, тоже с вибрацией. Про лубрика́нт я тоже не забыл.

— Дорогой, ну ты же говорил, что тебе хочется разнообразия! Уже ведь всё перепробовали, что можно. А до такого ещё не додумались! – ответил я, не моргнув глазом, ведь ответ был тщательно подобран и вызубрен от первого слова до последнего. Я изначально предполагал, как он среагирует и не ошибся.

— Но не такого же! – возмутился Клем, бросая фаллоимитатор снова в коробку.

— Отрицаешь – предлагай, милый! – мягко улыбнулся. Последнее время, Клем вёл себя в постели как капризная куртизанка. То не так, это не то! Докапризничался до фаллоимитатора – пусть получает по полной! С вибрацией на все лады и стоны на все аккорды!

— Шефорд! Я думал о традиционных способах… - помолчав ответил Клем.

— Любимый, - я подошёл ближе, и чтобы он быстрее успокоился, одной рукой обнял за тонкую талию, а второй приподнял подбородок, чтобы нежно поцеловать в губы. Может так поток его ругательств иссякнет? Когда я отстранился, то понял, это помогло. Он смотрел на меня уже более спокойным взглядом и ждал, что скажу. – С днем рождения ещё раз, моё сокровище! Выбирая подарок, я старался угодить и тебе и себе. Полагаю, уровень нашего с тобой доверия уже достаточно высок, чтобы я мог позволить себе купить эту игрушку. Если мы с тобой такого ещё не пробовали, это не значит, что и не стоит. Кто знает, может тебе понравится, и твоя драгоценная попа запросит ещё?  

— А если… - хотел задать резонный вопрос Клем, но я его опередил.

— А если не понравится, можешь вставить его мне. Идёт?

— Идёт! – улыбнулся наконец мой любимый. -   И спасибо за поздравления.

 

Как мне казалось, вечер как-то долго не приходил, и в нашей квартире над самым кафе я уже истосковался, ожидая Клема. Давно все дела уладил, персонал отпустил пораньше. Клему нужно было только закрыть двери за последними на сегодня посетителями и закрыв кассу подняться наверх. Приготовленная интимная обстановка, полумрак спальни, свечи и вино с фруктами на столике у кровати, всё настраивало на получение феерического удовольствия. Даже «подарок» лежал на кровати, словно он там находился всегда. А Клема всё нет и нет. 

 

Не выдержав ожидания, я спустился вниз, чтобы позвать его. Идя по лестнице, я сразу старался осматривать всё пространство в поисках невенчанного мужа. Он обнаружился за кассой. Стоял спиной к лестнице и считал деньги. Я невольно залюбовался его фигурой. Несмотря на то, что мы оба уже не мальчики, форму всё же держать приходится. Это в наших интересах, так как здоровье всего дороже. Клему это удаётся лучше всего. Он строен и высок, вытянулся ещё когда я жил на два дома. Было приятно видеть, как мой мальчик мужает. Теперь это молодой мужчина с чётко оформленным и потрясающим телосложением. Килты мы носить перестали, так как потеряли на это право. Впрочем, одежда европейского покроя не хуже. Есть, конечно минус: добраться до сокровенного мне теперь сложнее, но зато брюки в паре с рубашкой и жилеткой очень стройнят Клема. А это возбуждает не меньше.

 

Касса звякнула, и я опомнился.

— Клем, ты скоро, звезда моя?

— А, д-да… - он засуетился, поворачиваясь ко мне лицом. Его потрясающие зеленовато-чайные глаза смотрели на меня открыто, но с долей неуверенности.

— Чего прячешь? – начал я заговаривать ему зубы и одновременно подходить.

— Ничего… - Клем понял мою задумку и стал отходить в противоположную сторону.

— А почему так долго? – спросил я всё так же спокойно, чтобы лишний раз не нервировать мужа.

— Да так, последнего клиента никак не мог выпроводить… - он продолжал пятиться назад, понимая прекрасно, что никуда не сбежит. Дверь уже была закрыта на ключ и зашторена.

— Так и будешь бегать от меня? Я ждал, готовился, старался… - говорю я, а сам в несколько больших шагов настиг Клема. Он собрался было уже дёрнуться в сторону, но был схвачен за колени, поднят вверх и уложен на плечо. А чтобы он не дёргался, пытаясь высвободиться – прописал ему пару шлепков по идеальному заду. Божечки, какой же он лёгкий. Прямо как пушинка для меня. Вот что значит, тонкая кость. Я легко поднялся со своей трепыхающейся ношей наверх, прошёл в спальню. Хорошо, что игрушка лежала с краю кровати и мне было куда положить свою драгоценную ношу. 

— Ну вот мы и дома… - прошептал я ему в губы. – Чего испугался, зайчик? Зачем побежал от меня? Что задумал?

— А я может боюсь, а ты… серый злой волк… - подыграл Клем. Я давненько не видел его таким неуверенным и вместе с тем милым. Но ведь всё когда-то бывает в первый раз!

— Расслабься, милый, - предложил я, целуя Клема в нос. – Сегодня у тебя День рождения. Так что в качестве подарка серый волк будет со своим зайчиком крайне нежен и сделает всё в лучшем виде! 

— Обещаешь? 

— Клянусь соседским поросёнком! - отшутился я. О чем это он? Конечно, то, что я обещаю – выполняю!

— Я серьёзно! – Клем сделал попытку удрать, но я придержал его. Я даже получил шутливый удар кулака по плечу.

— И я серьёзно! Не будь ребёнком и прими неизбежное как мужик! – не обратил я внимания на удар.

— А что я с этого буду иметь?

— Ты сможешь после себя вставить его мне. Ты же согласился!

— Я согласился при условии, что мне не понравится, - поправил Клем.

— Тогда любое твоё желание и прекрати уже торговаться и драться! Торговаться – моя работа. А драться не хорошо! Мы с детства ни разу не дрались с тобой! – Надо было срочно брать всё в свои руки. Не знал до сих пор, что мой сильный духом парень так боится вибро-массажер для секса. - А теперь, давай немного расслабимся и выпьем вина.

 

Мы встали с постели и присели на край кровати к столику с вином и фруктами. Я вскрыл бутылку, налил по бокалам. Делал я это, не спуская глаз с Клема, который и сам следил за моими, годами натренированными движениями. В этот момент взрослый молодой человек был похож на ребёнка. Видимо, осознание того, что сегодня он прикоснётся к чему – то неизведанному возбуждало его нервную систему. Как до стояка, то лично я уже был готов прыгнуть на Клема прямо сейчас. 

 

Немного разговоров обо всём и не о чём, капелька сплетен, обращение к фантазиям, и вуаля! Клем уже немного навеселе. Он стал хуже соображать, начал расслабляться, наконец. Долго не думая, я забрал у него бокал и пошёл в наступление. Очень быстро и нежно Клем был раздет и уложен в постель. Я даже не касался игрушки, забыл про неё, и похоже, Клем тоже не помнил, зачем мы здесь. Что ж, не будем пока напоминать.

 

Клем словно обиделся на что-то, разыгрывая недотрогу. Это заводило меня ещё больше положенного. Он неохотно отвечал на поцелуи, постоянно пытался зажиматься, но пара выпитых бокалов всё же лишила немного сил, сопротивлялся он вяло. Наконец, Клем был раздет и жаркими поцелуями удалось его раскрыть. Он превратился в один сплошной нерв. Да, не умеет пить моя любовь! Вроде выпил – расслабился, но что-то стояло внутри, не давая пробить оборону. И тут меня осенило. Мне надо раздеться и просто полежать с ним кожа к коже, чтобы он согрелся и расслабился окончательно. После этого, можно было вить из него верёвки. Тогда он на всё будет согласен, лишь бы я не останавливался.

 

— Так дело не пойдёт, милый, - сказал я отстраняясь. – Погоди немного, я разденусь.

 

Рубаха и штаны быстро улетели в неизвестном направлении, а мой муж лежал в это время на кровати как сонный кот в жару. 

— О, стриптиз… - улыбнулся он пьяно.

— Всё для тебя, радость моя! – хмыкнул я и стащив носки нырнул к нему, укрыв нас одеялом.

 

Лёжа в объятиях, мы томно целовались, наслаждаясь каждым моментом. Я на всякий случай закрепил у основания члена силиконовое кольцо и немного затянул механизм. Клем был доволен тем, что кольцо было надето не на него, но тут же вспомнил про фаллоимитатор с моторчиком.

— О нет! – простонал он. – Я совсем забыл про него…

— А я напомню, не изволь беспокоиться. Как только сам удовлетворю тебя, призову на помощь его. 

— А без него никак?

— Можно и без него, дорогой. Но ты же знаешь, я тогда обижусь и не буду разговаривать с тобой этак неделю-две. И спать пойду в гостиную на диван!

— Я говорил тебе, что ты шантажист? Ты не оставляешь мне выбора! – невольно согласился Клем. Он знал, что я не бросаю слов на ветер. Пару раз мы ругались за всё время «свободной» жизни, и я спал на диване, Клем потом признавался, что всё проклял, готов был бросить всё и простить меня, сам был готов просить прощения, а главное, чтобы я вернулся к нему и больше не бросал одного. Так что в моих словах была огромная доля правды и лишь немного манипуляции.

— Мне об этом говорили наши партнёры. А как я по-твоему добивался сделок, которые выгодны больше нам, чем им?

— Это не честно! – буркнул Клем.

— Ничего личного – бизнес. 

— И со мной что ли?

— Ты другое дело! А теперь всё, как привыкли. Поласкаемся и я приготовлю твою сокровищницу к приёму меня любимого, а потом и всего остального!

 

Минет был великолепен! Клем в этом деле просто ас и я горжусь тем, что в своё время научил его. Я не стал его обделять и тоже как следует поупражнялся с его орудием. Надо сказать, шампанское действовало как успокоительное. Ни я, ни Клем не торопились, а потому, возились мы друг с другом дольше обычного. После того, как Клем был удовлетворён, я не стал доводить его до конечного результата. Рано. Стоило мне вернуться с поцелуями к нему лично, он вдруг выдал.

— Я больше не могу. Не томи больше. Вставь ты уже этот пыточный аппарат! Раньше начнём – раньше закончим!

— Как пожелает мой именинник! – улыбнулся я довольно. Руки сами потянулись за игрушкой.  – Пока становись в нашу любимою позу.

— Это твоя любимая поза!  - ворчал Клем, переворачиваясь на живот, чтобы встать на колени, опираясь на руки.

— Верно, люблю, когда ты её принимаешь! – усмехнулся я и дотянулся наконец до игрушки. 

 

Растягивать его сильно не пришлось, недавно у нас был секс. Лубрика́нт мне в помощь. Много времени растяжка не заняла. Но перед тем, как вставить вибратор, я вошёл сначала сам. Клем не ожидал, что первым делом будет принимать меня, а не этого силиконового монстра. В ходе процесса Клем стонал в унисон толчкам сзади, позабыв обо всём на свете. 

 

Несколько раз я вынимал своё копьё, чтобы вставить его снова. Это было сделано специально, чтобы Клем в определённый момент не испугался и не пошёл на попятную. Его решимости на долго может не хватить. Видя, что Клем не ожидает подвоха, я медленно вынул член и вставил уже готовый к применению фаллоимитатор. Клем дёрнулся, но устоял. Разница в температурах моего члена и фаллоимитатора видимо, была существенная. Реакция мужа понятна. Поэтому, нужно было время, чтобы он привык к размеру, плотности и дождался, когда поверхность игрушки прогреется до нормального. 

 

— Как ощущения? – спросил я. Интерес был не праздным, мне было важно, чтобы Клем не чувствовал дискомфорта.

— Распирает слегка. Прохладный, - констатировал именинник.

— К распиранию привыкнуть надо, а ощущение прохлады скоро пройдет. Потерпи. Я не буду двигать его пока не согреется.

— Тебе легко говорить: потерпи! – снова заворчал Клем. 

— Не капризничай, милый! - осадил я мягко. – Зато, я добьюсь того, чего хотел.

— И чего же ты хотел?

— Чтобы именно ты оценил мой подарок, а не все посетители кафе и весь город в придачу!

— Ну извини! Я просил мне ничего особо не дарить! У меня всё есть!  

— Теперь у тебя есть и эта игрушка!  - с гордостью ответил я любимому ворчуну.

— Ага! Себе ты его подарил!  - снова заворчал муж, глядя на меня из-за плеча.

— Нам обоим! Зато теперь ты не выставишь мой подарок в кафе. Это только для нас!

— И чего ты встал? Он согрелся и уже не распирает сильно!

— Сегодня твоё слово – закон!

 

Я начал медленно двигать имитатор внутри прохода Клема. Он мужественно терпел, ловя те же ощущения, что были у него в первый наш раз. Он стал постанывать, и я попросил лечь на спину, чтобы я мог продлить удовольствие не только ему, но и себе. Стоило ему улечься, я включил вибрацию на самой маленькой скорости. Клема повело, так как ощущения обострились, оргазм брал верх. Его тело начали сотрясать по мимо вибраций и судороги от оргазма. Он ловил реальный кайф от новых ощущений. По его лицу я видел, как ему хорошо. И это я ещё вторую скорость не включал. Не выдержав такого зрелища, я припал к его губам стал ощущать те же вибрации, что и мой любимый. Он стонал прямо мне в рот, когда я целовал его, в ухо, когда я спускался с поцелуями на шею. Я и сам возбудился, больше уже некуда.

 

— Вынь! Вынь! Я кончаю! – с натугой выдавил из себя Клем. Я быстро выключил игрушку и вынул. – Вставь свой! – продолжал командовать Клем. – Хочу кончить под тобой, и ты кончи во мне!

— Твоё слово – закон! – только и успел сказать я прежде чем Клем, едва дождавшись меня, кончил с громким стоном на устах. За ним кончил и я!

— Ну вот, что и требовалось доказать – больше боялся, - констатировал я.

— Заткнись! Изверг! Я тебе это припомню!

— Сколько угодно, моё сокровище! – хохотнул я и вышел из него. Прилёг рядом и просто смотрел, как Клем отходит от оргазменных мук. Он был прекрасен, был идеален и полностью мой! – Тебе понравилось?

— Ни за что на свете не вставлю его в тебя! 

— Чего так?

— Он будет моей и только моей прерогативой! Узнаю, что ты воспользовался – поссоримся! На диван спать пойдёшь!

— Как скажешь! А не напомнишь мне, кто боялся и не хотел этого?

— Заткнись, сказал! – беззлобно сказал Клем, глядя на меня словно через пелену.

— Ладно – ладно!  - смирился я. Самое главное, чтобы ему было хорошо.  – А мыться –то пойдём или таки будем измазанные спермой спать на испачканных простынях?

— Дай еще минут пять отойти. Успеется.

 

Лёжа рядом с отдыхающим мужем – именинником я понял одну вещь. Ничего так не сближает, снимает раздражение и стресс, как секс. Нормальный секс. В такие моменты начинаешь ценить всё что приобрёл за долгое время. Особенно партнёра. Это я конечно и раньше знал, но сегодня получил лишнее подтверждение. А ещё я счастлив. Безмерно счастлив от того, что Клем рядом, у нас всё хорошо и никто не диктует свою волю. Одним словом, жизнь удалась!

 

         Утро как никогда было прекрасным. Солнечным и тёплым.

 

— Это самое прекрасное утро, любимый! - сказал Клем, обнимая меня, когда проснулся. Чувствовалось, что в этот момент он вспоминает сегодняшнюю ночь. 

— Согласен! – я лишь поцеловал его и крепче обнял. На душе было спокойно, радостно от того, что ничего не мешает нашему счастью.

 

***


Пристрастить Клема к игрушкам мне полноценно не удалось. Единственное, что он признавал – это тот самый фаллоимитатор с вибрацией и фаллос для душевой кабины, с присоской. Муж обозначил мне проблему, что, когда я отсутствую, он устал самоудовлетворяться, а фаллос на присоске очень даже выручит. В следующую свою командировку я заказал и его. Теперь я был уверен в том, что моему мужу есть чем (а не кем) заняться дома в моё отсутствие. 

 

И да, жизнь прекрасна!

 

 





Вам понравилось? +2

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Наверх