Леонид Январев

Твой А. 3.0.

Аннотация
«По свету ходит чудовищное количество лживых домыслов, и самое страшное, что половина из них — чистая правда».
(Черчилль, Уинстон)
«Если вы понимаете, что такое корень из минус единицы, или искривление пространства, значит вы либо лицемер, либо учёный. Лицемер — предпочтительно: вы не безнадёжны».
(?)
«Факты не существуют — есть только интерпретации».
(Ницше, Фридрих Вильгельм)


ТВОЙ А

3-Й СЕЗОН

«По свету ходит чудовищное количество лживых домыслов, и самое страшное, что половина из них — чистая правда».
(Черчилль, Уинстон)

«Если вы понимаете, что такое корень из минус единицы, или искривление пространства, значит вы либо лицемер, либо учёный. Лицемер — предпочтительно: вы не безнадёжны».
(?)

«Факты не существуют — есть только интерпретации».
(Ницше, Фридрих Вильгельм)


(ПРОДОЛЖЕНИЕ)


«— Привет, девочки! — раздался за спиной хорошо знакомый женский голос.

— Не оборачивайся! — Майкл схватил Ангела за руку, моментально сообразив, что происходит: — В спину она стрелять не будет. Так ведь, Рита?

— Так, капитан. Но не в этот раз! — ответила Рита и выстрелила.

Первая пуля досталась Майклу, по старшинству, а также, потому что Ангел не станет спасаться, а предпочтёт умереть рядом. Smith & Wesson Ladysmith 38 калибра — не шуточное оружие. От обоих выстрелов с близкого расстояния пули прошли через затылки под небольшим углом вверх. Что на выходе — этого лучше не видеть».


— М-да… Как он с нами разделался! — Майкл закрыл программу просмотра.

— Что бы третий сезон не снимать. — предположил Ангел: — Надоела ему наша история. Не думаю, что это инициатива Netflix. Рейтинги были хорошими.

— Особенно на Арес Прим. Забодали расспросами. А что дальше? Я же капитан, а не режиссёр. Плохой капитан, раз не знаешь. Так и норовят в душу плюнуть! — пожаловался Майкл: — Ты всё смотрел?

— На перемотке. Блад закрутил, так закрутил! Оказался, большим выдумщиком. — удивился Ангел.

— Сказка ложь да в ней намёк! — обобщил Майкл.

Крепко обосновавшись в Голливуде, Блад снял парочку проходных фильмов и сериал «Хроники «Чёрного лебедя»». Судя по финальному эпизоду, запала хватило лишь на два сезона. Но это предположение Ангела и Майкла. Блад очень по-своему подошёл к истории Корабля. Слово «Хроники» в названии допускает бесконечный рассказ. Точка не поставлена. Блад решил сделать перерыв. Нарочитая псевдодокументальность выгодно смотрелась на фоне прочей фантастики, но стала утомлять и ограничивать. Характеры героев завязли в приключенческой беготне. Фантастическая реальность или реалистическая фантастика? Ни то ни другое. В том-то и загвоздка. Центральные фигуры фильма, конечно же, Капитан и Пилот. «Чёрный лебедь» — это они, даже если без «Чёрного лебедя». Блад скучал по ним, по реальным. Они — усилители вкуса жизни. Без них всё пресно. И это говорит нордик, из нордиков, которые славятся неприручаемостью!

Майкл себя категорически не узнал. Он, конечно, Капитан пиздец, но не до такой степени, как в фильме. Ещё чуть-чуть — и самодур! Но с чувством юмора. Ангел — аристократ до выноса мозга. В жизни он такой, когда сильно злится. Его актёр — красавец. В фильме Майкл его постоянно ревнует, хотя, на самом деле, чаще всего наоборот. Блад по-своему над всеми пошутил, и себя не пожалел. Но Калеб оказался слишком ярким, и зрительский фокус стал перемещаться с главных героев на него. В целом получилось забавно, интересно, местами трагично и даже мелодраматично. А что ещё нужно зрителям? Правда жизни? Правда — это как сортир, который, прежде чем кому-то показывать, нужно хорошо отмыть.

Сказалась и усталость от цензуры военных. С первых же эпизодов — того нельзя, этого нельзя, а откуда вы про это знаете? Свобода информации и слова — где угодно, только не в Америке. И уж тем более не в Голливуде!

— Если будете меня допекать… — не выдержал однажды Блад: — Я начну снимать откровенный фильм про 11-ое сентября. Тогда вас точно со службы попрут, как не способного найти общий язык с творческой интеллигенцией.

Сериал чуть не закрыли. Упоминать 11-ое сентября в разговоре с лицом, уполномоченным надзирать за правдивой картиной американского мира — много хуже, чем упоминать чёрта всуе. Выручил дядя Ангела, по настоятельной просьбе племянника, разумеется. Он шепнул что-то кому-то в Пентагоне, а у него всегда было что и на кого «шепнуть». На место прежнего дуболома прислали полного похуиста, который млел от киношной атмосферы, и переебал кучу тёлок за неисполнимое обещание пристроить их в сериал. Но даже такой контроль Блада раздражал. Вся киноиндустрия находится под пятой Кабала. Что вы будете смотреть и о чём при этом думать, решают люди, чьих имён в титрах вы не увидите. Они вампиры, высасывающие через экран мозги зрителей.

Блада сразу приметил один из крутейших режиссёров современности, которого все считают большим фантазёром и выдумщиком. Он не стал играть в сам себе памятник, хотя многие считают его заносчивым. И Блад не стал скромничать, предупредив, что от разговоров о кино ему уже хочется утопиться.

— А ты знаешь, мой фильм… — Режиссёр сделал паузу, проверяя, понял ли собеседник, о каком фильме идёт речь, убедившись, что тот понял, и что не ошибся ни с темой, ни с собеседником, продолжил: — Это не фантастика! И у тебя не фантастика.

— Я знаю, что мы знаем! — ответил Блад: — Особенно сцена с похищением ребёнка. Я помню. Это не придумаешь. Как и то, о чём я…

Руководству студии неожиданное внимание маститого Режиссёра польстило.

— Да. От дяди всего можно ожидать. Убрать нас руками Риты… В этом что-то есть! — согласился Ангел с намёком Майкла на намёк Блада.

— Думаешь, он её нашёл? — усомнился Майкл.

После исчезновения Орсини, Рита запила, а затем подсела на наркотики. Ребёнка бросила на попечение прислуги. Генрих попытался вразумить дочку, но без толку и упёк её в психиатрическую клинику, разумеется, частную и дорогую. Рекомендованным врачом оказалась женщина, хотя до встречи с ней Генрих почему-то думал, что речь идёт о мужчине. И не очень ошибся: у пожилой докторши всё женское осталось в далёком прошлом. Принадлежность к полу, конечно, угадывалась и даже благородный макияж был к лицу и по возрасту, но чувство — словно перед тобой трансвестит.

— …картированием так же выявлена аномальная мозговая активностью префронтальной коры в обоих полушариях и в правой миндалине… — вероятно, сама себе объясняла Врач, потому что Генрих её не понимал.

— Так ей шоколадку купить, или лоботомию сделать? — не выдержал потока терминов Генрих.

— Иными словами… — Врач снизошла до слушателя: — Части мозга, ответственные за принятие решений и за эмоции, работают неправильно. Проблема с эмпатией, агрессия… Опасаюсь, что это её норма, которую болезнь лишь обостряет. Трудная беременность и роды, потеря мужа… Наркотики… Тяжёлая нейромутация… Мы подберём ей курс лечения. Но чуда не ждите. С ней будет очень сложно.

— Значит, лоботомия! — повторил Генрих.

— Ну, что вы! — снисходительно успокоила Врач: — Это не наш метод.

На фоне наркомании Ритой завладело психическое расстройство. Нет, она не превратилась в идиотическое создание со слюнями изо рта. Наоборот, её незаурядный ум обострился, словно от чёрной Гу. Может быть, и так. Проклятый склизкий симбионт срывает покровы морали и сострадания. Логика параноидального восприятия окружающего гнала к неизбежным последствиям. Рита сбежала из клиники, жестоко убив двух санитаров, посчитав их вражескими агентами. В порядке назидания будущим преследователям она вырвала у трупов глаза. Это стало её фирменным знаком. В полиции Риту прозвали Леди, вырви глаз. Замять дело не удалось.

Генрих собирался отправить дочь на Марс, но не успел. Спокойно рассудив, он решил, что, может быть, это и к лучшему. Рита превратилась в дикое животное, в ходячий компромат накануне больших перемен в Рейхе. Для Генриха она давно всё равно, что мертва. Сначала «Чёрный лебедь», потом Орсини… Неуправляемость, невразумляемость дочери, скорее всего, результат дурной наследственности по материнской линии. Рита — живое воплощение грехов юности. К ногам её матери Генрих готов был бросить свою судьбу, но вовремя опомнился. Настала пора подвести черту. Как отец, он сделал всё, что было в его силах. Генрих отказался от поисков Риты, предоставив это полиции, которая, в свою очередь, не очень напрягалась: Леди, вырви глаз, обосновалась в криминальной среде, время от времени расправляясь с конкурентами с отменной жестокостью. Лишь бы обывателей не трогала. А пауки в криминальной банке пусть жрут друг друга.

— Думаю, дядя её давно нашёл. Может быть, даже опекает про запас. Он такой! — Ангел усмехнулся: — Подлость — одна из его добродетелей.

— Если бы Рита нас грохнула — это справедливо? — задался почти философским вопросом Майкл.

— Справедливо. — не раздумывая, ответил Ангел.

— А если мы грохнем её? — перевернул ситуацию Майкл.

— Тоже справедливо. — не изменил свою оценку Ангел.

— В царстве справедливости, кто первый выстрелит, тот и прав! — резюмировал Майкл: — Зато без лицемерия. Ты не Бэтмен!

— Ты, к счастью, тоже!

В детстве Майкл искренне не понимал и злился на Бэтмена за то, что тот не хотел, хотя и мог, поубивать всех своих врагов сразу. Зачем нянькаться? Комиксно-киношная прививка гуманного героизма на Майкла не действовала. И на его ровесников тоже. Кинокомпаниям выгодны неубиваемые злодеи — бизнес, господа! Ничего более. Гуманизм супергероев вынужденный.

Земные дела редко омрачали жизнь Майкла и Ангела, хотя меры предосторожности они приняли, поженившись, а Ричард не стал скрывать, что по его завещанию всё перейдёт к брату. Такие ходы родственников очень осложнили дяде задачу завладеть семейным имуществом и прилагаемыми к нему титулами. Ещё одним ударом по его намерениям, в которых у братьев сомнения не было, стало усыновление Ангелом и Майклом ребёнка Риты. Клан Орсини его не принял, даже разговаривать на эту тему не стали, Генрих не решился признать внука еврея. Рафаэль Орсини числился без вести пропавшим.

В Рейхе сменился канцлер. Можно сказать, ушёл на заслуженный отдых, чтобы провести остаток жизни, выращивая капусту в своём огородике. «Капуста» — это для тех, кто понимает отсылку. Для прочих — буквально. Власть в Рейхе устроена замысловато. Вступая в должность, новый Канцлер, прежде всего, выбирает Преемника, одного из десяти, которых предлагает Совет Ордена «Чёрное солнце». Неважно сколько пройдёт времени правления, сменщик всегда известен. Меняются личности, но не меняется власть. Старый Канцлер пережил троих преемников. Судьба у них незавидная. Не дождались престолонаследия. Интриги вокруг них порой разыгрываются драматические. Бисмарка Орден включил в очередную «горячую» десятку, признавая заслуги молодого генерала, и, в то же время, с расчётом, что преемником ему не быть. Горяч, заносчив, казалось, что Канцлера он раздражает. Обычно выбор — это игра в выбор: фаворит Ордена всегда известен. Канцлер формально не нарушил принцип, но, по сути, его выбор Бисмарка стал не шуточным вызовом Совету Ордена и сигналом к его обновлению. Противостояние затянулось на десятилетие, и Канцлер его выиграл: половина Совета Ордена закончила свои дни четвертованием. А Бисмарк стал надёжной опорой победителя, потому что ничего другого ему не оставалось: такого количества недоброжелателей не было ни у одного из Преемников в прошлом. Почему выбор пал на Бисмарка? Остальные кандидаты не оставляли Канцлеру надежды умереть своей смертью.

«Чёрный лебедь» смена Канцлера затронула непосредственно. Благожелательное отношение по общему неглубокому мнению маразматического старика Канцлера хотя и было завидной привилегией, но не особо существенной. Ненависть шефа Гестапо её вполне уравновешивала. Нарушение этого баланса грозило неприятными последствиями, но не критическими. Для высокой политики скандальный корабль — мелкая сошка. На беглый взгляд, это так. Но свинья грязь найдёт. Репутация, сцепление обстоятельств, близость к тайнам властей предержащих, и свободная воля — вовлекли Ангела и Майкла в адскую интригу. Жизнь шла своим чередом, буднично, предъявляя вызовы, ответы на которые в особом геройстве не нуждались, но таймер судьбы неумолимо отсчитывал время до событий, скрепляющих случайные закономерности в цепь предопределённости.

После совместных злоключений с побегом и восстановления статус-кво, дружба с Агнет переросла в практически семейные отношения из-за усыновления Ангелом и Майклом ребёнка Риты. Они хотели дать мальчику обычное аристократическое воспитание и образование на Земле. Не лучший вариант, если не худший. Агнет категорически вступилась за внука подруги своей юности.

— Зачем усыновляли? Чтобы подкинуть мальчика в семью Ричарда? — возмутилась Агнет, обращаясь к Ангелу: — Он, конечно, твой брат, но пусть сначала со своей супружницей разберётся. Феминистка! Избалованная сука! Бедные дочки!

Женскую солидарность Агнет проявляла наотмашь. Её аристократические товарки и визжали бы от возмущения, да приходилось терпеть. Подруг у жены Преемника при дворе Канцлера не замечено.

Агнет часто бывает на Земле. Для неё, и без того титулованной особы, знакомство с семьёй Ангела статусности не прибавило, но внесло тёплые краски в холодную палитру её отношений с земным истеблишментом. Ричард пришёлся Агнет по душе, и она стала доброй гостьей в резиденции Бофоров, которую прекрасно снял в последнем эпизоде своего сериала Блад.

— На Арес Прим ему будет лучше? — возразил Майкл, которому в голову не могло прийти, что Агнет готова взвалить на себя тяжкое бремя воспитания мальчика.

— С ума сошёл?! — окончательно вскипела Агнет: — Вы сами ещё дети, чёрт вас не берёт!

Так маленький Принц утвердился в просторном доме Агнет, где на всех места хватило. Имя, конечно, у него было — Оскар; и тройная фамилия — Бофор-Бэннон-Орсини. Но для мира он так и останется Принцем.

На включении фамилии Бэннон настояла Агнет. Майклу было безразлично, он не доверял легендам своей семьи о якобы знатной родословной. Правду установила Агнет. Его очень дальний родственник происходил из влиятельной в политических и финансовых кругах династии Брюсов. Майкл в это даже не стал вникать.

Материнские задатки Агнет всегда реализовывались через слуг-рабов. Так она вырастила своих детей и не видела ничего зазорного в повторении прошлого. Ангел и Майкл возмутились. Их печальный жизненный опыт отвращал от мысли о рабах. Но Агнет не представляла, как может быть иначе? Пока стороны, без преувеличения, собачились, и дело шло к разрыву отношений, ребёнком уверенно занимался киборг Ваня, ему это на роду написано.

— Ноги моей здесь не будет! — категорически заявил Майкл.

— Пусть на корабле и растёт! — подлил масла в огонь Ангел.

Агнет отступила. Она уже сердцем прикипела к ершистой парочке. Ваню откомандировали ей в помощь. Ему было жаль расставаться Кораблём, но и с Принцем тоже. Сердце успокоилось приказом Капитана.

Ангел и Майкл стали своими людьми в Новом Берлине, но апартаменты на Арес Прим сохранили, как иллюзию от пристального недружественного внимания Генриха Мюллера. От его присмотра всё равно не спрятаться. Пусть думает, что они думают, что спрятались. Генрих не дурак, его эта насмешливая игра раздражала, но если бы он снял слежку, то дураком выглядел бы непременно.

Шефу Гестапо было бы по душе зажарить «Чёрный лебедь» вместе с экипажем. На это его власти хватило бы, как и власти Канцлера потом его за это, как минимум, уволить с должности. Но сопутствующие последствия могли оказаться круче. Как ни крути, Ангел родственник семьи Королевских Драко, и они об этом знают, хотя никак не проявляют своего участия в его судьбе. Вероятно, всему своё время. Мерзкая история! Драко жутко воняют, и псионически для людей невыносимы, поэтому они часто прибегают к аватарам, чтобы общаться со своими вассалами. Заступаясь за Риту во время переговоров о перемирии, Мюллер поймал взгляд Ангела, который говорил больше слов. Это взгляд аватара Драко перед тем, как снести голову противнику.

Внука Генрих не чувствовал. Никак! Захотелось Агнет в мамочку поиграть, ну и пусть себе! Раздражали пересуды о таинственном ребёнке в семье Преемника Канцлера. Мюллер поддал жару сплетникам, чтобы от правды подальше, мол, это Агнет прижила мальчика от Ангела и Майкла, от обоих сразу. Пикантность слухов лучший их двигатель, несмотря на их очевидную нелепость.

Трое сыновей Агнет, за исключением младшего, давно выпорхнули из родительского гнезда, в которое их обратно не тянуло. Зная характер матери, а особенно — отца, они не смели даже заикнуться о странной ситуации в их семье. Старший было попробовал, но получил отлуп.

— Не лезь! — запретил отец: — А то не посмотрю, что большой начальник!

Взбалмошность и в целом характер Агнет — неплохая, пусть и не идеальная, защита от интриг и заговоров. С придворными шашнями к ней не подступишься. Прошлого преемника, якобы, застрелила истеричная жена, после чего покончила с собой. Печальная история и глупая, для идиотов. Избранник стал забывать, кому он обязан своим возвышением, и дура жена оказалась как нельзя кстати. Его предшественник влип в заговор и окончил свои дни четвертованием. А самый первый преемник элементарно спился. Его застрелила собственная охрана, когда он проверял её надёжность, переодевшись террористом. Бисмарк своим возвышением обязан только себе. Об обстоятельствах его формального, «не проходного» включения в список кандидатов, рассказал Генрих, после чего его карьера стремительно пошла в гору.

Когда первоначальные страсти вокруг маленького Принца улеглись, пришла не то, чтобы беда, но близко к тому, и с неожиданной стороны. Младший сын Агнет Отто только-только с заслуженным отличием окончил Военную академию. Сын Преемника — это проклятие, нельзя было дать слабину. Конечно, папины лизоблюды его по-всякому вытянули бы, но это унизительно. Пример именно такой карьеры братьев Отто — наглядная иллюстрация. Он их видел несколько раз в году по праздникам, на этом родственные отношения исчерпывались. Братская любовь Отто миновала. Немалый вклад в копилку отчуждения внесла Агнет безжалостными характеристиками сыновей.

Ангел и Майкл не придали знакомству с Отто значения. Встретили его в рамках светских приличий — формально доброжелательно. Неловкость возникла, когда он зачастил домой, чего раньше, скорее всего, ни бывало, причём именно в то время, когда приезжали Ангел и Майкл. Агнет это явно забавляло. Наконец она решила положить конец недосказанности и показала одну из многочисленных комнат в доме. Парадная стена была увешана постерами легендарного экипажа «Чёрный Лебедь», особо — Ангела и Майкла. Фотографии Отто взял из сети. Некоторые, вероятно, сделал сам исподтишка на Арес Прим. Например, когда Майкл прогуливался с Джеком.

— Вы его герои! — объяснила Агнет: — Наш Принц подрастёт, и тоже будет жить в этой комнате. Вы гости нечастые, хотя бы по фотографиям узнавать будет!

— Ты поэтому нам помогла? — пришло на ум Майклу.

— И поэтому тоже!

Отношения с Отто стали теплее, но не дружескими, потому что он смотрел, образно говоря, снизу вверх на своих героев, как взрослый мальчик с подростковыми комплексами. Так и хотелось сказать:

— Очнись! Мы живые, а не нарисованные.

Было чувство, что вечно так продолжаться не может, и оно подтвердилось в худшем смысле. Отто явился в парадной офицерской форме в сопровождении Агнет, на лице которой играла издевательская улыбка, мол, готовьтесь к ответу.

— Присядьте, мои хорошие! Отто набрался смелости нас озадачить. — пригласила к разговору Агнет.

— Я хочу проходить службу на «Чёрном лебеде»! — выпалил без предисловия Отто.

Ангел и Майкл переглянулись: напасть какая-то! То дочка шефа Гестапо, то сын Преемника…

— Он взрослый мальчик! — предварила вопрос Агнет: — Моё мнение его мало интересует. И всё же… Пусть лучше с вами, чем… — Агнет сделала неопределённое движение рукой: — Может быть, не станет мудаком, как его братья.

Нет! Нет! И нет! Это было первое побуждение. Но как отказать Бисмарку, если он вмешается? Глупое допущение. Если он и вмешается, то, как раз с категорическим запретом. Отец Отто за упоминание при нём «Чёрного лебедя», мог из генерала разжаловать в рядовые.

— Это так не решается. — ответил Майкл: — Экипаж решит.

После получения дарственной и полной автономизации, из-за козней шефа Гестапо Кораблю отказали в стоянке на Титане. Это стало проблемой. К счастью, Канцлеру приспичило побывать на легендарном космолёте. Он очень удивился, что «Чёрному лебедю» не нашлось места в Солнечной системе. Придворные лизоблюды объяснили это бюрократическим недоразумением, но старик безошибочно указал «недоразумению» в лице Генриха Мюллера рамки компетенции. Со стоянкой вопрос решился, но за техническое обслуживание приходилось платить. Поэтому брались за любую работу, особенно если она допускала возможность контрабанды. Заказчики побаивались возродившегося из небытия «Чёрного лебедя».

Первое время обходились сокращённым составом. С укомплектованием экипажа не торопились. Решили продолжить интернациональную традицию. Макс стал заместителем Капитана, а также по совместительству медбратом и вместе с Бладом — чем-то вроде отдела кадров: у них вдвоём хорошо получалось оценивать кандидатов в члены экипажа. Но решающее слово было за Ангелом. Майкл не то, чтобы отстранился, вставлял изредка свои пять копеек, и не спорил: тройное сито его устраивало, но долго ничего толкового в него не попадало. От отчаяния, ниже пасть невозможно, обратились в кадровое агентство. «Специалист по квантовым компьютерам…» — в корзину! «Специалист по искусственному интеллекту…» — в корзину. Физик-ядерщик, среди прочего работа в ЦЕРН — в корзину! «Нано технолог…» — в корзину! «… нейросети…» — в корзину! Удивительно, как выросло количество несуществующих наук! И хотя бы один слесарь высшего разряда! Замечательная автоматизированная мастерская бездарно простаивала. Но кое-что всё же наковыряли. В итоге услышали: определение электричества; теорию гравитации… И много другой ахинеи. Претенденты не понимали, что их оценивают на возможность переучивания того, чему их научили. Всё, что им светит на Арес Прим — работа оператора посудомоечного аппарата. С образованием на Земле стало, либо совсем плохо, либо совсем хорошо — до безнадёжности!

Блад исполнял обязанности бортинженера, заменив откомандированного Ваню, и одновременно — второго пилота, что являлось грубейшим нарушением техники безопасности. Вся нагрузка ложилась на Ангела, когда совместить несовместимое не удавалось, и он оставался без помощника. Один раз из Кокона вывалился окровавленным. Выглядело это как катастрофа, хотя на деле лишь кровь носом пошла. Макс категорически возражал продолжать в том же духе, а Блад признался, что хотел бы испытать свою судьбу на Земле.

За инженера пришлось побороться с Корпорацией. Санычу, как к нему обращались, было уже крепко за пятьдесят. В своё время он участвовал в конструировании и строительстве «Чёрного лебедя». Корабль знал, как свои пять пальцев с закрытыми глазами. К предложению на тот момент токсичных Капитана и Пилота Саныч отнёсся с радостью. После гибели семьи на Марсе его ничего не держало. Арес Прим устроен секторами. Если где-то случается авария, то всему городу она не угрожает. Так строятся все базы. В воздухоочистительную систему одного из секторов пробрались раптеры, и запустили ядовитый газ. Трагедию Саныч пережил тяжело: и жизнь, и работа в Корпорации — всё, казалось, потеряло смысл. Земля? Мысль о Земле только бередила рану: там его никто не ждал. По скромной оценке, население Арес Прим — более полумиллиона человек, но лишь 10 000 из них — рождённые на Земле, и они давно утратили связь с родной планетой.

Вопрос о Саныче решался на Совете Директоров Корпорации, что стало неожиданностью. Ангела и Майкла отстранили от голосования, объявив о конфликте интересов. Нетрудно было догадаться, откуда ветер дует. Не удивило решение — отказать! Ангел попросил Агнет передать Генриху, что собирается его навестить, соскучился. Иначе пробиться к шефу Гестапо оказалось невозможно: секретарь советовал записаться на приём в следующем месяце. И чудо! Совет Директоров вернулся к обсуждению кадрового вопроса, и решил его в пользу просителей, которые на самом деле ни у кого ничего не просили: контракт Саныча давно истёк, по недосмотру не был переподписан, и он мог уволиться в любое время. Мелкая пакость Генриха закончилась коряво: угроза встречи с Ангелом подействовала, надежда на «твёрдость» Совета директоров не оправдалась. Никому не хотелось ссоры с любимчиками Канцлера из-за чепухи.

Частично и неожиданным образом заполнил бреши в штатном расписании Макс. Он где-то раздобыл биороботов. Удовольствие не дешёвое и, навскидку, сомнительное. Макс попросил довериться ему и ни о чём не расспрашивать, объяснил лишь, что накачал биоников нанитами, а точнее — антинанитами, чтобы избежать угрозы влияния Искусственного Интеллекта. Для новых членов экипажа в грузовом отсеке поставили капсулы «отдыха», где они коротали время в периоды бездействия. Один из биоников поступил в помощь Ангелу, конечно, ни вторым, ни десятым пилотом: на такое роботы не способны, но для разгрузки от рутинных операций годятся.

На Корабле ютился один не член экипажа — киборг без имени. Его обычное место — кладовая роботов уборщиков. Они обеспечивают идеальную чистоту в технических помещениях. Жилой сектор оставили для киборга без имени. Он безмолвно следит за порядком. Люди всегда и везде оставляют за собой бардак, который, иногда неявный, малозаметный, имеет неприятное свойство накапливаться. Например, если ежедневно не мыть кухню, то она зарастёт грязью и плесенью. Даже если экипаж не на борту, задача киборга чистить чистое и лишь после этого уходить в свою кладовую, и сидеть вровень с электронными вёдрами и швабрами.

Майкл лукавил, когда сказал, что решать будет экипаж. Последнее слово всё же за Капитаном и оно: «Нет!». Отто романтик, идеалист и в то же время идеологическое дитя Рейха. Случается же такое! Но был бы циником — тогда тем более ни к чему. Да, Отто совсем не в моральном облике «Чёрного лебедя».

Оставшись наедине с Агнет, Майкл выжидательно молчал. Как-то легко она сдалась сыну.

— Что?! Нет, конечно! Ни в коем случае! — Агнет уточнила свою позицию с точностью до наоборот: — Признаюсь, когда вы возвращаетесь, я мысленно говорю: «Слава богу! Пронесло!». Даже, где тихо, у вас лихо!

Да уж, как в песне поётся: «Ни кочегары мы, ни плотники…». Кому, как Агнет это не знать! Майкл твёрдо решил — нужно уважить! Отто родился с серебряной ложкой во рту. И без «Чёрного лебедя» ещё как не пропадёт!

Ангел высказался, когда они с Майклом остались наедине.

— Пусть! Столько хозяйственных проблем сразу решим! А уж Генрих как обрадуется! Ни то, что укусить, даже тявкать не посмеет! — Ангел понимал, что подспудно тревожит обоих: — Предаст из чувства долга? Да, он фашист ещё тот! Но мы его так испачкаем, что он никаким предательством не отмоется. А, в случае чего, лучшего заложника не придумаешь.

— Ты злой! — и в шутку, и всерьёз отреагировал Майкл.

— Злой ни злой, но не добрый. И практичный.

— Ты опять вступил на тёмную сторону силы. Не забывай, что он сын Агнет.

В характере Ангела всё чаще стала проступать не свойственная ему раньше жестокость. Правда, в основном на словах. Невозможно представить, что Ангел возьмёт в заложники милого парня, слегка застенчивого, не смотря на элитарное положение его семьи. Скорее, в обиду не даст.

В назначенный день Отто прибыл на парковку «Чёрного лебедя». Экипаж собрался раньше: Ангел, Майкл, Макс, Саныч, Ваня и Блад, который удивил, как изредка удивлял и раньше. Давнишние истории можно пропустить. После возрождения «Чёрного лебедя» Блад увлёкся земными сериалами и неожиданно почувствовал потребность к самовыражению на поприще кинематографии. Майкл не считал себя вправе препятствовать пожизненному члену экипажа, где бы тот ни находился, и чем бы ни занимался.

В перипетии выстраивания своей карьеры в Голливуде Блад никого не посвящал. Нордики его типа на Земле чувствуют себя свободно, быстро встраиваются в социальную иерархию. Блад умел очаровывать. Этого у него не отнять. Серьёзная материальная поддержка Ангела так же сыграла свою роль. Его путь к сериалу «Хроники «Чёрного лебедя» не был усыпан розами, но Блад своего добился. На роль его самого в фильме кастинговое агентство предложило молодого обаятельного актёра. Так они встретились — нордик и джоами. Сначала между ними случилась химия, потом физика и всё остальное. Калеб, как и все джоами, был немного колдуном. Не иначе, как приворожил! Это была первая реакция друзей Блада.

С ролью Калеб справился великолепно и даже затмил главных героев, которые на его фоне выглядели суховато. Джоами, что женщины, что мужчины, обольстительны и великолепные манипуляторы. Они прирождённые артисты. Первой мыслью было, что молодой актёр попросту меркантильный карьерист, хотя и бесспорно талантливый. Но знакомство рассеяло это заблуждение. А вот искренность Блада попала под сомнение: казалось, что он лишь позволяет себя любить. На первый взгляд нелогично отреагировала Агнет: она приветила Калеба, хотя любой женщине рядом с Бладом выцарапала бы глаза. Интимную близость мужчин Агнет не расценивала как серьёзные отношения. Так, баловство, и только! Тем более, когда речь идёт о Бладе: поиграется и бросит! Пример Ангела и Майкла она в расчёт не брала, словно они не от мира сего. Женщины, всё, что не укладывается в их схемы, склонны относить в разряд исключений, подтверждающих их правило.

Исполнить обязанность члена экипажа Блад прибыл с Калебом под предлогом, что приготовил сюрприз, к которому прилагается праздничный обед. Действительно, продуктов они привезли с собой, как на Маланьину свадьбу. Пока шла официальная часть в кают-компании, Калеб колдовал на кухне.

Начали с обязательного посещения Комнаты Памяти. Отто не нужно было рассказывать историю «Чёрного лебедя», она давно стала публичной и обросла таким количеством нелепостей, что в её реальность мало кто верил. Голливудский сериал окончательно всё запутал. Всё же не хотелось думать о том, что и путь Отто до урны с прахом может оказаться коротким. Это было молчаливое предостережение. Короткая биография Корабля, который молва окрестила проклятым, вместила в себя столько покойников, будто речь шла о космическом штурмовике. Смертность на торговых суднах явление исключительное.

Предварительного обсуждения не было. Случай не рядовой. Ожидали напутствия Майкла. Не зря же он собрал их загодя? Не дождались. Макс раздобыл исчерпывающее досье на кандидата, которое включало и доносы на него в Гестапо. Стоило это несколько дороже, чем, если бы речь шла о простолюдине, но не дороже контрабандных прелестей: кому вискарь, кому фирменный шоколад, кому свежая порнуха, кому отрез живой ткани… Пока электронной информацией заведуют люди, она всегда будет утекать. Среди прочего две научные статьи Отто, о которых хорошо отозвался Саныч.

Кандидат пытался выглядеть молодцом, у него это получалось, потому что было видно, как он старается. Коварных вопросов Отто не задавали, например, как ты относишься к рабству в вашем обществе? На таком собеседовании человека не узнаешь. К тому же, не в политическую партию принимают. Ангел смутил Отто, попросив рассказать о детской комнате с постерами. Саныча интересовали исходные данные для статей. Блад и Макс о чём-то пошептались телепатически. Судя по доброжелательному разговору, Майкл остался в меньшинстве. Он это понял, и не чувствовал уверенности сказать: «Нет!». Но был уверен, что чаще всего неожиданные решения оказываются правильными.

— Вижу, что голосование излишне. — подвёл черту собеседованию Майкл, и взял паузу, которая напрягла не только Отто, но и всех остальных. Они сложили на своего Капитана решение непростого вопроса. Это было очевидно, как и то, что Майкл против, раз он отмолчался: — Поздравляю! — прервал паузу Майкл, получив удовольствие от удивления своего экипажа: — Ты принят! Готовься во вторые пилоты. Тебя этому хорошо учили. Твоё имя теперь по традиции — Младший. — «Лишь бы не стало традицией предательство второго пилота» — подумал Майкл: — Макс покажет твою каюту. Пока мы на парковке, обустраивайся. «Чёрный лебедь» для тебя открыт как книга. Готовься. Наш корабль — наш истинный дом и наш храм. Ох, и пиздюлей я получу от твоей мамы!

— Представляю! — с облегчением согласился Отто. Бытовая тема помогла ему перевести дух: — Спасибо! Я не подведу!

— В клятвы и обещания мы здесь не верим! За человека говорят его дела и поступки. — предупредил Ангел.

— Каюта подождёт! — неожиданно вступил в разговор Блад: — Сейчас все на кухню! Праздничный сюрприз!

В общем движении Отто стоял как вкопанный, не до конца осознав, что… Слов не было!

— Пошевеливайся, Младшенький! — подбодрил Блад: — Теперь твоё место третьим по списку!

На кухне Ангел заметил киборга без имени и рявкнул:

— На место!

— Он мне помогал! — объяснил Калеб, удивившись такой реакции Ангела.

На столе лом закусок непонятных и загадочных, земных. Целый бар на колёсиках со спиртным… Сервировка с букетом цветов посередине. Ляпота!

Ангел показал Отто на место рядом с собой:

— Привыкай!

Когда расселись, слово, с бокалом в руке, взял заводила неожиданного торжества и коротко, объяснил:

— Я и Калеб объявляем о помолвке!

Даже по Максу, инсектоидное настроение которого угадать трудно, было видно, что он изумлён.

— Это что?! — телепатически спросил Ангел.

— Если, по-вашему, шок! — ответил Макс.

— Да, шок — это по-нашему! — согласился Ангел.

Первым в ладоши ударил Майкл, за ним — все остальные.

— Ребята! Я вас люблю! — воскликнул Ангел: — Сюрприз, сюрприз! Капитан?

— Да, уж… — Майкл поднялся: — Калеб, ты знаешь, что Блад — моя семья. Теперь и ты родственник… Нет. Теперь и ты — семья, раз так решил Блад. Я рад за вас! Удивлён, не скрою… Но приятно удивлён. Счастья желать не буду. Счастья не бывает. Бывают моменты, которые мы принимаем за счастье. Пусть у вас их будет много!

Хвалили закуски, обсудили некоторые хозяйственные мелочи, а гвоздём застолья стала история, рассказанная в лицах, о приключении Макса на Земле. Богомолы любознательны, часто до потери осторожности, которой обычно отличаются. Максу нравилось бывать на Земле, а в компании Ангела и Майкла — подавно. Иначе бы кто прикрыл его от изумлённых людских глаз? Голограмма — слабая защита и неудобная.

Телепортация на Землю проблематична без специально открытого канала. Макса всякий раз провозили в багаже без досмотра. Высокое положение Ангела и Майкла, а также спецпропуска, выданные на любую ситуацию дядей Ангела, который с наслаждением отказал бы в этой услуге, но опасался оказаться, в лучшем случае, снова в застенках гестапо. В худшем варианте ему грозила участь Орсини. Бедняжка Раф! Кто бы мог подумать, что племянник способен на такую жестокость?

В очередной раз друзья решили порыбачить. Занятие с точки зрения Макса дурацкое, если только оно не духовно-религиозная практика, с которой он сталкивался на одной из планет. Из объяснения оказалось, что — нет. Макс загорелся желанием своими глазами увидеть, как взрослые люди занимаются ерундой. На берегу ждали Блад и Калеб. От виллы до места встречи было около 20 миль. Особо шифроваться не стали, Макса посадили на заднее сидение авто, попросили слегка прикрыться пледом и не отсвечивать. Что привлекло внимание полицейского, осталось невыясненным. Заглянув в салон, он собирался произнести свою обычную в таких случаях речовку, но обомлел.

— Это костюм на Хеллоуин. — небрежно объяснил Майкл.

Хеллоуин в июле?

— Кто празднику рад, тот накануне… — исправил свою оплошность Майкл.

Макс дружелюбно помахал охреневшему полицейскому рукой. Страх — это первое, что испытывает человек, сталкиваясь с необычным. Инстинкт предписывает либо бежать, либо замереть чуть не до остановки дыхания, может быть тогда чудовище пройдёт мимо. Полицейский обмер, а когда в его голове прозвучало: «Приятно с вами познакомится, мне нравятся люди» — непроизвольно сделал лёгкий жест рукой, словно отгоняя наваждение. Майкл расценил это как разрешение ехать. Наверняка, полицейский никому не рассказал о странном пассажире, даже своему психоаналитику. Как повлияла эта встреча на его дальнейшую судьбу, остаётся только гадать. Не поверить своим глазам проще, чем признать, что инопланетяне среди нас. Обычно люди выбирают лёгкий путь.

Конечно же, посудачили о сериале, снятом Бладом. Не критиковали. Хуже. Хвалили! Блад не стал спорить, признал свою гениальность, и рассказал о съёмке нескольких особо нелепых эпизодов. А закончил словами Великого коммуникатора: «Продюсеры не стремились сделать эти фильмы хорошими — они стремились сделать их к четвергу».

— И как тебе Голливуд? — спросил Майкл.

— Помойка! — категорически ответил Блад.

— Самая гнусная, какую только можно представить! — поддержал его Калеб: — Люди-проекты, блядство и война амбиций.

— Возвращайся. — предложил Ангел.

— Пожалуй! Только кое-какие дела нужно закончить. — второй раз за встречу удивил Блад.

Ещё совсем недавно о возвращении он даже слышать не хотел.

После застолья, отдыхая в каюте от съеденного и выпитого, Майкл пожаловался Ангелу:

— Чувствую себя не капитаном, а крестным отцом мафии!

— А то! Пахан! — съехидничал Ангел и грустно добавил: — А про счастье как сказал!

Институт семьи отсутствует и у нордиков, и у джоами. Какая, к чёрту, помолвка?

— Это они для нас устроили. — поделился сомнением Майкл: — Он показывает, как Калеб ему важен.

— Что в этом плохого?

— Мы только знаем, что Калеб на Земле недавно. А ты обратил внимание, как в фильме он держит автомат, как стреляет из пистолета? Там, конечно, муляжи, но для него всё равно как плазма. Так и держится. А как садится в челнок… Твой актёр рядом с ним деревянный. Калеб не играл. Это мышечная память. Поэтому он выглядел так органично. Боец, только какого фронта?

— Ты всё же смотрел? — удивился Ангел.

— Местами. — подтвердил Майкл: — Они что-то скрывают. Думаю, сюрпризы на этом не закончились.

— Я тоже так понял. Блад упрямый. Дотянет, когда уже не помогать, а спасать надо. Не хотел поднимать эту тему, но теперь придётся. Я поговорю с Максом. Ты пока не вмешивайся. Ты у нас тяжёлая артиллерия. — перевёл на себя деликатный вопрос Ангел и сменил тему: — А на Земле пандемия.

— Пандемия лжи! Мозговой сифилис. Как мы жили во всём этом? Даже Рейх лучше. Хотя бы без лицемерия.

— Легче обмануть людей, чем убедить, что их обманули. Не всем нужна правда.

Ангел, как обещал, выкроил время и устроил брату вылазку в свою жизнь. Ричард аристократически сдержанно отнёсся к увиденному. Агнет приняла дорогого гостя хлебосольно и радушно, стала его гидом по Новому Берлину и окрестностям. Конечно же, не обошлось без брюзжания в адрес Ангела и Майкла. Её будничное поведение, словно прогуливались по Пикадилли, на фантасмагорическом для Ричарда фоне, наводило на мысль о сумасшедшем доме и смысловых галлюцинациях. Футуристические картины, навеянные фантастической беллетристикой Голливуда, произвели бы на него меньшее впечатление, чем размеренная жизнь Нового Берлина. А Марс, Титан, Кольца Сатурна… всё это не укладывалось в представление Ричарда о космосе.

— И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так: — как мог, объяснил Ангел: — Космос, по сути — безбрежный океан. Мы пользуемся мешаниной морских и лётных терминов. Это с непривычки запутывает. Как в языке — пишется и читается по-разному. Наш Марс — это не тот, который как бы видят астрономы с Земли, и не там. Планеты — острова-корабли в океане. Земля — не глобус, хотя говорить, что она плоская — это тоже неправильно. Всё состоит из вихрей, частот и плотностей… Восприятие форм — отдельная история. Первые немецкие космолёты — это переделанные подводные лодки.

Зерна образности Ангела падали на неподготовленную почву и пропадали даром. Земное представление Ричарда о космосе трещало по швам, но отбросить он его не мог. Сила заблуждения не в доказательности, а в укоренённости в сознании. Научные догмы мало отличаются от религиозных.

— А зачем тогда наши учёные? — не удержался от риторического вопроса Ричард.

— Это, явно, не ко мне! Понимаю, что ты не веришь глазам своим. Это обычная реакция землян.

— А ты разве не землянин? — удивился Ричард.

— Уже вряд ли… — неопределённо ответил Ангел: — Если не отсечь земную пуповину, то в космосе делать нечего. А ваши учёные… В науке не должно быть законов. Есть только предположения и гипотезы. Ваши учёные — как яйцо, которое учит курицу, как ей нести яйца. Ваша наука чаще всего анекдотична, скована догмами и авторитетами. — Ангел задумался, подыскивая пример: — Теория относительности — очевидное шарлатанство. И ведь не стыдно! Большой взрыв — мракобесие! Да, за что ни возьмись… Невежественной образованности много, а ума мало. Каждая книга, которой пичкают студентов в университетах – это ложь. Прямая, откровенная ложь. И, чаще всего, — глупость. «Как повезло властям, что люди никогда не думают». Гитлер, между прочим.

— Если честно… — в какой-то момент Ричард перестал скрывать, что окружающее его подавляет: — Бог с ней с наукой! Они действительно, хуже попов стали: все ищут, кто бы ручку позолотил. Но расизм, рабство, тоталитаризм… Космический океан…

— А ты надеялся увидеть прообраз светлого, духовного будущего? Оттолкнуться от мрачных земных будней? Много разных миров, но лучшего среди них нет. Убей, или убьют тебя. Это первая заповедь. Не обязательно следовать ей буквально. О ней нельзя забывать.  

 — Открыл Америку! И всё же… Я не уверен, что хотел узнать и увидеть то, что узнал и увидел.

Забота о человечестве в воспитательную программу аристократии не входит. Похвально, что Ричард приобрёл склонность к гуманизму самостоятельно вопреки своему социальному статусу. Ангел не стал спорить с братом. Пусть думает, что последнее слово осталось за ним. Но его жизнь больше не будет прежней, его мир не будет прежним.

Для Ангела и Майкла Земля давно стала чем-то из области сатиры и чёрного юмора. Новости, которые оттуда приходили, ничего кроме недоумения не вызывали. Когда Президенту США с гордостью докладывают, что за пределами Земли живут уже тысячи американцев, забывают сказать, что все они невозвращенцы и американцами себя считают условно. Только в космосе они поняли, в какой тюрьме жили. Штаты тюрьма?! Да, как и вся планета. Молитесь богу, чтобы они не вернулись, иначе ни лично Президенту США, ни его докладчикам не поздоровится. То же самое можно сказать о русских, японцах, китайцах. Когда наберётся их критическая масса, и они возьмутся навести порядок, все эти правительства в самом щадящем случае окажутся в тюрьмах, а скорее всего, будут публично четвертованы вместе со сворами своих прихлебателей. Это ужасный сон Кабала! Хочется верить, что по всей планете пройдут трибуналы, подобные Нюрнбергскому процессу после Второй Мировой войны, и будут вскрыты преступлениями против человечества гигантских масштабов. Прошёл слух, что Хорошие парни уже не сидят сложа руки: вместе с дружественными инопланетянами (есть, к счастью, и такие) они сбили корабль с высокопоставленным представителем Кабала, который пытался улететь с планеты. Лиха беда начало!

Известие о зачислении Отто в экипаж «Чёрного лебедя», разнеслось как вирусная реклама. По справедливости, первой узнала Агнет, когда Майкл пришёл к ней с повинной головой, оставив её сына на Корабле, чтобы одному принять на себя удар материнского гнева. Но Агнет встретила новость спокойно:

— Ничего другого я не ожидала! Не надейся, что буду бить о твою голову посуду. Мужики, вы мужики… — боль в глазах Агнет была страшнее любых упрёков: — Не давай ему поблажки. Он этого не любит. Прямо не скажет, а переживать будет. Мамин сынуля!

Бисмарк прилюдно проклял сына. Канцлер от души расхохотался, а через неделю пригласил Ангела и Майкла на обед. Последний раз такое случилось лет десять назад. Чести удостоились три ветерана бессмысленной битвы, в которой Рейх даже не участвовал, и в которой никто не победил, за инопланетную базу Дульчи на Земле. Так скандальная парочка снова попала в новостную ленту. Оказаться между молотом и наковальней им было бы комфортней. Разговор на троих остался для марсиан загадкой. Экстравагантность Канцлера связали с его прогрессирующей деменцией. Захотелось старику, встретится с героями комиксов!

***

Победившая цифровизация стала ловушкой не только для общества, но и для спецслужб, которые готовили её явно не для себя. Шефа Гестапо часто бесили установленные им же правила. Недоверие — основа безопасности, поэтому каждый шаг добропорядочного гражданина принадлежит государству, от которого невозможно спрятаться. Те, кто пытается это сделать, неизбежно попадают в руки Гестапо. Видеонаблюдение, распознавание, формальность тайны переписки и общения, бдительные сослуживцы, соседи и даже случайные прохожие — всё на страже стабильности и порядка. У вражеской разведки нет ни одного шанса сплести свои коварные сети. А у Папаши Мюллера проблема: как скрыться от самого себя в лице своей организации?

С развитием компьютерных технологий канула в Лету криптография. Нет какого шифра, нет такого пароля, который не будет взломан спецсредствами за считаные минуты. Но появились абсолютно надёжные каналы практически мгновенной связи на любом расстоянии: перехватить переданное по ним сообщение невозможно. Только вот беда, существуют тысячи способов удалённо снять информацию с монитора и с любого воспроизводящего устройства. А попытка сохранить полученную информацию с большой вероятностью приведёт к её утечке. Любые технические средства защиты бессильны перед человеческим фактором. Даже в атмосфере, где все доносят на всех, уничтожить ядовитые цветы предательства не удаётся. К тому же возродилась переписка на бумаге: разумеется, бумага не просто бумага и средства письма специальные. Чтобы текст стал виден, адресату нужно произнести ключевую фразу. Учитывается тембр голоса, заранее оговорённые паузы. Но это изысканная технология, полюбившаяся аристократии. Куда проще передать записанное сообщение на планшете: несанкционированный доступ уничтожит информацию без следа.

Как это ни анекдотично, но шефу Гестапо для встреч со своей личной агентурой приходилось действовать как разведчику во вражеской стране. Тотальный контроль Гестапо за Правительством и политической элитой Рейха — само собой разумеется. А вот слежка за Канцлером, если она вскроется, — это кратчайший путь к четвертованию. В этом случае приходится прибегать к конспирации.  

Слежка, прослушка, доносы… Это добра хоть отбавляй, толку от него мало. Чиновники тоже не лыком шиты. Чтобы не обижать Гестапо нередко сливают сами на себя всякую информационную ерунду. Шпионов много, мало агентов, которые умеют отделять зерна от плевел и могут влиять на принятие решений. Каким бы ни был технический прогресс, он не может заменить в разведке правильного человека, в правильном месте и в правильное время. Это никогда не изменится. Сила Папаши Мюллера именно в таких агентах, он их курирует лично и предельно осторожно. В картотеке Гестапо их нет. Каждая встреча с ними сродни военной операции, хотя в свете они могут пересекаться, чинно раскланиваясь.

Казалось бы, шеф Гестапо сам себе хозяин настолько, что обеспечить себе инкогнито ему ничего не стоит. Нет, не так. Папаша Мюллер знает, что у его врагов в его ведомстве «кротов» не меньше, чем гестаповских «кротов» в их вотчинах. Так устроена власть в Рейхе. Лишь уровень Офиса Канцлера и его Охраны не просто запретный, а смертельно опасный для любого, кто осмелится сунуть туда свой любопытный нос. Папаша Мюллер любил это выражение — «любопытный нос». Каламбур!

Специалист и патриот — слова не совместимые. Патриот всегда пожертвует профессионализмом ради торжества патриотизма, как он его понимает. Специалисту насрать на идеологию и политическую систему, которой он служит, даже если он главный идеолог или глава тайной государственной полиции. Предаст или продаст он родину — это зависит лишь от обстоятельств жизни и профессиональных занятий. Чаще всего поводом для измены становится неудовлетворённость карьерой, изредка — жажда острых ощущений. Папаша Мюллер — специалист, профессионал высшей пробы. Государственные проблемы его интересовали лишь в той степени, в какой помогали делать карьеру. К своему высокому общественному положению он шёл и по головам, и по трупам. Чутье профессионала подсказывало ему, что самое время сменить политический фетиш в лице Канцлера, которому он служил как себе. Конфликт интересов созрел постепенно. Самое неблагодарное и безнадёжное дело спасать правителя от него же.

Слухи о маразме Канцлера не имели под собой истинной почвы. Действительно, иногда его поведение выглядело странно, а его решения казались продиктованными прогрессирующей деменцией. Если бы! Шепотки об умственной немощи правителя Папаша Мюллер начал пресекать беспощадно, как только они впервые долетели до его ушей.

— Я не настолько впал в маразм, чтобы бороться со слухами об этом. Не перегибайте палку. Это самое безобидное, о чём у них есть повод посудачить. — остановил образцово показательные порки светских говорунов Канцлер: — Пусть болтают. Поступки, к которым приведёт их болтовня, вот что важно не пропустить.

Маразм Канцлера — дымовая завеса. Старик мыслил здраво и жёстко. Регулярные отчёты шефа Гестапо он просматривал бегло и, казалось, не находил в них ничего такого, чего бы уже не знал. Вопросы Канцлер всегда задавал по существу и не по сценарию, который ему пытались навязать составители отчётов. Похоже, что у него была своя личная разведка, которой он доверял больше. Закрадывалась мысль, что Канцлер готовит основательную чистку своего окружения. А это разрушение баланса, сложившегося во властных структурах. Увы, наведение порядка часто приводит к большим беспорядкам. Шеф Гестапо не без основания опасался, что в новой конфигурации власти ему места не найдётся.

На дворцовых интригах сгорело множество глупцов. Как бы не последовать за ними в тюрьму, можно сказать, собственного имени. Опустить руки и ждать, куда кривая вывезет? В такой тактике Генрих тоже сомневался. Нужно отслеживать ситуацию и не пропустить момент, когда она полностью раскроется. Торопиться не спеша — легко сказать! Канцлер обязательно споткнётся. И надо быть готовым подтолкнуть его падение. Заправилы Ордена хорошо усвоили урок, который им преподнёс Канцлер, и не допустят повторной чистки своих рядов. Тут-то и надо предложить им свои услуги. Очевидно, что это не по государственному. На первом плане шкурные интересы. Так и что?

Дядя Ангела в картотеке Гестапо так и числится под оперативным псевдонимом «Дядя». Ему Папаша Мюллер поручил подготовить на Земле группу для… убийства Президента Америки. В числе исполнителей обязательно должны быть инопланетяне. Цель — показать злобную роль пришельцев на Земле. Убийство лидера свободного мира нужно исполнить как демонстративное, показательное. На манер убийства Джона Кеннеди.

Первая подгруппа — Наблюдатели. Генрих снабдил их самой современной оптикой и видеоаппаратурой, вседиапазонной радиопрослушкой. Задача — наблюдать, ни во что не вмешиваясь.

Вторая подгруппа — Исполнители: снайперы, спецы по взрывам, сценаристы-постановщики…

Третья подгруппа — Прикрытие. Задача — ликвидация охраны, свидетелей прямых и косвенных, устранение помех для операции, обеспечение отхода.

Всё по-взрослому. Обучение. Тренировка. Пробное практическое устранение незначительного объекта. Чтобы даже намёка не было на постановочно-опереточную суть плана известного только Генриху. Что знают двое, знает и свинья.

«Убить Билла!» — сострил Дядя. Зачем убивать Президента? Он марионетка, ничего сам не решает. Неуловимый Джо, который на хрен никому не нужен. А непрофессионализм и пьянство в Охранной службе Президента — давно притча во языцех. За деньги, которые выделил Мюллер, можно дюжину таких президентов убить. Рузвельта в своё время отравили как крысу! Других как в тире по мишеням расстреливали. Но отказать Генриху всё равно, что застрелится, чтобы не угодить в застенки Гестапо, или не попасть в руки племянника. Неизвестно, что хуже.

На самом деле в час «Х» подготовленная и снаряжённая группа будет переброшенный на Марс. Их назначение — не героически погибнуть, покушаясь на Канцлера. А как иначе? Шеф Гестапо на высоте положения. Но… Seinem Schicksal kann niemand entgehen. Судьба — злодейка, жизнь — копейка. Зачистка участников подлого преступления, включая Дядю, — отдельная операция, о которой Папаша Мюллер позаботится лично. Роль Ордена — обеспечить максимальную опасность для Канцлера в подходящий момент.

Когда подготовка закончилось, и для обкатки был виртуозно устранён некий афроамериканский лидер, как чёрт из преисподней выпрыгнул «Чёрный лебедь»! Встреча Канцлера со сладкой парочкой озадачила Мюллера. Прихоть старого маразматика? Кому-кому, но не шефу Гестапо идти на поводу у общественного мнения. Нутро подсказывало, что на смертельном поле появились новые старые игроки. Их непредсказуемая отвязность и феноменальная везучесть ставили под угрозу весь план.

Некий Господин, архиважная фигура на политической шахматной доске Рейха, пришёл к Папаше Мюллеру сам, ни секунды не сомневаясь в абсолютной беспринципности шефа Гестапо. Папаша Мюллер заводить карточку на него не стал — это сделает Сатана в аду, когда грешнику придёт время платить по земным счетам. Пусть будет «Мистер Х». Шеф Гестапо далёк от добродетельности как небо от земли, но его новый подельник — ещё дальше. Достоверных мерзостей о Мистере Х хватит на всё человечество.

— Он что-то задумал, но скрывает так, как раньше никогда не скрывал. — советник, друг и соратник Канцлера был растерян. Предстоящая перемена власти, в чём он не сомневался, его пугала мрачной перспективой оказаться в лучшем случае в опале: — Я перестал его понимать.

— И чем же мы можем быть полезны друг другу? — перешёл сразу к делу Мюллер: — Надеюсь, это не взаимное отпущение грехов?

Из конспиративных соображений встреча состоялась в, пожалуй, достойном обоих месте — в борделе. Мистер Х любил 12-летних девочек. Его поставщик куда-то пропал. Вероятно, убили: терпение человеческих грехов не беспредельно. Последнее время Мистеру Х приходилось довольствоваться девочками уже бывшими в употреблении, а иногда даже клонами. Какой ужас! После установления деловых отношений, Мюллер возложил грязную заботу на плечи Дяди, который и сам не чурался педофилии. Это был не основной пункт в райдере Мистера Х, но существенный. Девочек доставляли в Земли. Возвращали их обратно? Наивный вопрос. Неформальное ответвление Ордена практиковало детские жертвоприношения. Этот заразный обряд, они подхватили на Земле.

— Он непременно хлопнет дверью перед своим уходом. Я это чувствую. — объяснял Мистер Х: — Так хлопнет, что многим не поздоровится! Он недавно меня спросил… Так спросил… — Мистер Х не решался повторить: — Что я думаю о четвертовании?

Четвертования Мюллер не опасался, хотя кто знает? Реальна была потеря своей должности до того, как Бисмарк вступит в свою. Восстановиться будет проблематично. Любой новый шеф Гестапо обольёт тоннами грязи своего предшественника. Именно так Мюллер в своё время и поступил.

Мистер Х выглядел импозантно, несколько раз омолаживался, но не молодился: негоже в его высоком положении выглядеть мальчишкой. Ухоженные волосы, благородно уложенные вверх, открывали высокий лоб. В свете он человек приятный в общении. Замечательно гуманитарно образован. Увы, внешность выдаёт преступника только в плохом кино. Мюллер встречал людей вполне бандитской наружности с душой, если не голубиной, то хотя бы гуманной насколько это возможно в крайне негуманном мире.

Трудно на взгляд поверить, что Мистер Х искромсал ножом для резки мяса молодого раба за пустяшную провинность: тот неловко коснулся какой-то особо любимой хозяином старинной статуи или вазы. Вот и скажи, что искусство облагораживает!

Поводом для срочной встречи с Мистером Х стал обед Канцлера в очень узком кругу.

— Вы удивитесь, но когда они прощались, то говорили по-русски! — действительно удивил Мистер Х: — Не знаю, что он в них нашёл. Тот, что постарше — явно бандитский тип. Впрочем, и другой не подарок!

Русский язык пришёл к Ангелу и Майклу из другой жизни, о которой они ничего не знали. Иногда что-то прорывалось во сны, но исчезало с пробуждением, оставляя то горький осадок, то словно аромат, который трудно описать.

— Не нужно себя насиловать. — Объяснил им Макс: — У мыслящей материи степеней свободы больше, чем элементарных частиц во Вселенной. Наша раса преуспела в когнитивных технологиях, но многое так и остаётся загадкой. Если другая память к вам вернётся, то не сразу, а постепенно, потому что ей как бы некуда возвращаться. Она будет понемногу вплетаться в вашу жизнь по потребности в этом.

— Не знал, что Канцлер знает русский. — ответил Мистеру Х Мюллер.

— Столько лет мы с ним друзья… — Мистер Х сокрушённо покачал головой: — И я не знал! Чужая душа потёмки!

Только вот о душе не хватало! Мистер Х раздражал Мюллера не своим видом, или голосом, а своим существованием. Злодеи в злодейском смысле хотя и родственные души, но никогда друг другу не симпатизируют.

— То есть, вы даже предположить не можете, о чём они беседовали? — пытался добиться конкретики Мюллер.

— Ума не приложу! У него после встреч с гостями есть манера их обсудить. Обычно так. А в этот раз, как воды в рот набрал! Вы же знаете, он умница. Прикидывается иногда на публику тугодумом. Зато потом как метко характеризует…

Мистер Х агент ценный, но бесполезный. Бывает и такое. Что же задумал умница Канцлер? Стоит поторопиться, или всё же подождать? Кто-то сказал, что денег, информации и патронов никогда не бывает много. А побеждает тот, кто умеет ждать. Правда? Нет, не правда, когда не знаешь, чего ждать. Догнать потом не получится.

Мюллер купил Мистера Х посулами заступиться, в случае чего, а также мерзким райдером. Теперь самое время его продать. Ордену? Там знают собрата как облупленного. Бисмарку? Он его на дух не переносит, сразу Канцлеру сдаст. Пожалуй, так и следует поступить… шефу Гестапо пока Мистер Х не проболтался кому-нибудь, или не переметнулся обратно. Если честный человек — опасный человек, то бесчестный — тем более!

Время не ждёт! Связаться с Дядей с Титана проще, чем это будет сделать с Марса. Здесь, в борделе, Мюллер — инкогнито. Как шеф Гестапо он сохранил Свободную зону, где чиновники могли бы почувствовать свою безнадзорность. Иллюзорную безнадзорность. Чтобы не потерять контроль, информаторов здесь хватало.

Адресат вызов от незнакомца не принял. Лео Хьюз! На строго личной линии. Бардак! Мюллер не отступил и к имени прибавил номер — А8. Принц-Альбрехтштрассе, 8. Такое забыть трудно. В Новом Берлине говорить о тюрьме Гестапо — дурная примета. Не удивительно! Расчёт на хорошую память и сообразительность адресата оправдался. Ещё бы! Не оправдался расчёт на исполнителей. Снайпер, после тренировочной ликвидации ни весть кого, вышел из дела.

Сам пришёл, сам ушёл? Скупая, как мужская слеза, информация. Вероятно, он принц Уэльский? Нет! Джоами! Проклятый джоами, судьба которого всецело зависит от настроения Мюллера. Убийца по приказу — расходный материал. Никакой судьбы на Земле у отступника нет. Но с ниточкой его жизни разбираться было некогда.

— Плевать! — рявкнул Мюллер: — Перебрось группу на лунную базу. Срочно!

Приказ удивил, но не так чтобы очень. Убийство Президента — глупость. С самого начала было ясно, что Мюллер темнит. Не хотелось оказаться крайним. Жернова интриги, не иначе как марсианской, перемелют её участников в прах. Мюллер, как всегда, выйдет сухим из воды. Наверняка он уже об этом позаботился, иначе какой он, к чёрту, шеф Гестапо! Самое время умно перебздеть — решил Дядя.

Норман, глава инопланетной контактной разведки, как её окрестили земляне, к дяде Ангела относился брезгливо и его назначение на высокую должность в Космической программе приписывал происками Папаши Мюллера, с которым, хочешь, не хочешь, был накоротке. Подлость и беспринципность шефа Гестапо общеизвестна. Это как приложение к должности. Норман не удивился, когда ставленник Генриха решил подстраховаться, предложив свои услуги контактной разведке. Удивили планы Папаши Мюллера на Земле — убить Президента! Чушь, да и только! Но не верить главе спецслужб Космической программы не было оснований: прожжённый интриган, он почувствовал, что жопу припекает. И вот переброска диверсантов на Базу Лунных операций. Это явный перебор! Операция «Преемник», в которую Мюллера не посвящали, подходила к концу. Чтобы ни задумал коварный Генрих, это некстати.

***

Пока разведки Марса, инопланетян и Земли разбирались с головоломкой, которую сами создали, Ангел отдавал распоряжения своим торговым представителям на время отсутствия «Чёрного лебедя». Корабль стал торговым знаком небольшой корпорации, включающей в себя несколько фирм, в учредители которой входили члены экипажа. На этом настояли Ангел и Майкл. Это меньшее, чем они могли отплатить им за верность. С принятием Отто решили, хотя и преждевременно, но логично — немного подвинуться в долях. В заработках «Чёрного лебедя» есть вклад каждого члена экипажа. Среди прочего Ангел распорядился юридически оформить нового партнёра — что легально; и подельника — по существу, что секрет и байка для общественности одновременно: болтать будут в любом случае, пусть себе фантазируют. Сплетням мало верят, тем более, когда они замешаны на зависти.

Увы, поначалу легальный бизнес не покрывал даже расходы на содержание Корабля. Пришлось вернуться к милой сердцу контрабанде, которая стала основным источником дохода, а прибыль от неё — заработком, хотя и не пиратским, но криминальным. Так легальные дольщики по факту стали подельниками. Из самого доходного: меланж с планеты Арракис — магическая пряность; чёрная Гу — симбионт, стимулирующий мозговую деятельность; «весёлый песок» — великолепно подстёгивает оргии; с подпольных рудников Пояса астероидов — редкоземельные металлы, особенно литий. Но основное — вооружения, любые, для любых целей, любой стороне: агрессор или жертва — не важно, лишь бы платили. Войны в Империи Драко обыденность, некоторые длятся столетия, и кто прав, кто виноват — уже не разобрать. У каждой из сторон своя правда, своя боль потерь и жажда возмездия. В таком бизнесе на Индульгенцию Канцлера надейся, да сам не плошай. Приходилось, и прятаться, и убегать. Часто и посредники, и покупатели подличали. Некоторые жизнью поплатились за попытку обмануть. Молва о том, что «Чёрный лебедь» с прохиндеями не церемонится, справедлива.

Очевидные риски контрабандного бизнеса усугубляло назойливое внимание Папаши Мюллера к преступному экипажу, но поймать «Чёрный лебедь» с поличным ему не удавалось. Тёмный флот ненавидел Гестапо больше, чем тех, за кем оно охотится. Однажды Папаша Мюллер пожаловался адмиралу Бисмарку на попустительство военных, благодаря чему процветает чёрный рынок оружия, и был публично послан в пизду. Это стало примером для капитанов кораблей, как следует отвечать на просьбы Гестапо. Многие из них по уши увязли в махинациях с вооружениями и считали «Чёрный лебедь» надёжным торговым партнёром, который сбывал украденное на далёкие окраины Галактики, до которых никому не было дела: чем яростней и надёжней аборигены убивают друг друга, тем меньше доставят хлопот, когда до их усмирения дойдёт очередь. А для Драко стравливание миров — нормальная политика.

Среди контрабандистов равных «Чёрному лебедю» не было, а вот за легальный бизнес пришлось повоевать, хотя и почти без жертв. Среди инопланетян популярностью пользуется земной шоколад и в меньшей степени — пиво. Странный на первый взгляд ассортимент, но некоторые продукты невозможно адекватно воспроизвести в пищевых автоматах и репликаторах: получается усреднённое дерьмо. То же самое можно сказать о многих инопланетных деликатесах: например, фрукты и овощи из планетной системы в созвездии Стрельца — это что-то невообразимое!

Корпорация, в Совете директоров которой по инерции оставались Ангел и Майкл, безраздельно владела рынком земного шоколада. Да и откуда взяться конкуренту? С одной стороны — благожелательное отношение Рейха, с другой — теснейшие связи с Космической программой, допотопность которой всё же позволяла наладить регулярную поставку продукта. На Земле шоколад закупали несколько компаний, созданных Корпорацией, не подозревающих о космическом рынке. С подачи Ангела Ричард купил контрольной пакет акций самой крупной английской компании, производящей шоколад. Казалось бы, для начала и скромно, и неплохо. Но Корпорация сочла недопустимой наглостью удар по своему монопольному положению. За конфликт интересов Ангела и Майкла исключили из Совета директоров, пригрозив «Чёрному лебедю» санкциями Галактической Федерации. Действительно, помои обвинений во всех смертных космических грехах полились на головы строптивцев, казалось, из поганого бездонного ведра. Никто не сомневался, что «Чёрный лебедь» — ещё та штучка! Но где доказательства? Федерация увильнула от обсуждения претензий к скандальному кораблю, услугами которого неоднократно пользовалась в щекотливых ситуациях. «Чёрный лебедь» — замечательная, комфортная и безопасная площадка для проведения неофициальных переговоров где-нибудь на краю Галактики с официально нерукопожатными партнёрами.

Ангел принял вызов. На Земле заполыхали склады компаний Корпорации. Удивительно, что они раньше не сгорели из-за нарушения элементарных правил противопожарной безопасности. А на супер автоматизированных заводах в Америке вдруг зазбоило программное обеспечение, да так, что некоторые цехи остановились на долгие месяцы. Макс даже «спасибо» за это не принял — такая безделица! Шоколадные коллеги в Швейцарии не увидели в этом случайности: их информированность выходила за приземлённые рамки. Не зря же невдалеке от Женевы глубоко под землёй размещается, по-простому говоря, центр принятия глобальных, мировых решений теневой власти, которая себя таковой считает, но такой её не считают. Это свойство конспирологии — если она отдаст кому-нибудь пальму первенства, то перестанет существовать, а все тайные общества непременно всемирные и глобально вселенские. Кому-то очередные Храмы строить, а кому-то их разрушать; кто-то ждёт Машиаха, а кто-то Страшного Суда. Всем есть, чем заняться, лишь бы не работать.

Швейцарские гномы не стали спорить с переделом шоколадного рынка, тем более что по-королевски родовитая семья Ангела не нувориши какие-нибудь, а достойные, уважаемые европейские партнёры. Дорожить дружбой с Корпорацией они посчитали себе дороже. Руководство головной компании благожелательно отнеслось к предложениям космического лорда, которые больше походили на ультиматум, а его расистское замечание в адрес одного из директоров, что Европа неприятно «почернела», покоробило публичной не толерантностью. На будущее учли, кого не следует приглашать на встречи: шоколадная история — только небольшая часть возможного сотрудничества.

Сложнее пришлось в Японии. Там Корпорацию поддерживала щедро проплаченная якудза. Бандиты понимают только язык силы и крови. Когда верховному боссу могущественного клана сообщили, что с ним хочет встретиться принц крови дракона, он расхохотался и проявил любопытство. Сразу же оскорбил вид молодого человека, одетого так, словно он собирался перекусить в дешёвом кафе, но по дороге на минутку заскочил к презренному мафиози. Ох уж, эти гайджины, наглые белые обезьяны! Слова посетителя возмутили. Ангел пригрозил, что не станет в японской манере требовать отрубать пальцы, а сразу оторвёт голову. Это была провокация, и она сработала. Пять убивцев, которые пришли по душу Ангела, как за лёгкой добычей, не успели осознать своей ошибки. Dракоша стоял на страже. Фото пяти обезглавленных трупов украсили заголовки электронных газет. Ангел впервые воспользовался силой, которую долго сдерживал. Совестно не было. Самозащита — святое дело, к тому же, когда пять на одного. Большой босс выбросился из окна своего небоскрёбного офиса, то ли не пережив потерю лица, то ли что-то привиделось: например, из ниоткуда взявшийся Макс, ужасный с виду, когда хочет напугать. Как отъявленный, хотя и специфический, пацифист он искренне скорбел о печальной участи бандита, так как не предполагал его трагического исхода из якудзовой жизни.

Верховный владыка другого не менее могущественного клана якудзы, которые все считают себя самыми могущественными, высоко оценил переговорный талант принца драконьей крови и вычеркнул Корпорацию из числа своих партнёров: в конце концов, какая разница, кто платит? Не ждите, что жизнь будет справедливой. С бандитами нельзя договориться, их можно купить, продать, или уничтожить. Действия Ангела лишь немногим более откровенны, чем джентльменов из Лондонского Сити. Свободный рынок, конкуренция… В сказке о Красной Шапочке и Сером Волке смысла больше, чем в этих теоретических допущениях, не имеющих никакого отношения к реальности. Триллионы капиталовложений в мире целиком и полностью базируются на угрозах, мошенничестве и лжи. В бизнесе, как и везде — кто палку взял, тот и капрал. Мир – это нечестная игра!

Так на Земле появилась торговая шоколадная империя с прицелом на далёкий космос. Глава Корпорации бросился в ноги к покровителю в лице шефа Гестапо, но тот в ответ только развёл руками. Статус «любимцы Канцлера» хотя и не официальный, но крепче любой брони. Папаша Мюллер посоветовал принять условия Ангела и не злить его, чтобы не поплатиться головой в прямом смысле. Слухи о криминальном разгуле в Японии до него дошли. Но уже задолго до этого случая, шеф Гестапо избегал встреч с Ангелом один на один: чем чёрт не шутит! Что поделаешь, отношения не заладились!

Майкл в бизнес не вникал. Корабль — его любовь, его храм, его дом. Он даже изменял, можно сказать, на бегу, сразу забывая имя случайного партнёра. Ангела это слегка напрягало, но не пугало и даже не злило. Майкл таков, каков есть. Его не переделаешь. К легендарному капитану липли романтические юнцы и пикантные женщины из Нового Берлина. Ангелу уделяли внимание зрелые мужчины. Когда такое случалось, Майкл выходил из себя и пустяковые посиделки в баре могли превратиться в адскую ссору. Но Ангел себя сдерживал, терпеливо относился к дурацкой ревнивости, которая на него незаслуженно обрушивалась. Останавливала мысль о коварстве будущего. Если завтра с Майклом что-нибудь случится, а они в ссоре? Это двойная невыносимость. Майкл, поостыв, извинялся. Ангел, как истинный джентльмен, прощал его молча.

«Как много тех, с кем можно лечь в постель,
 Как мало тех, с кем хочется проснуться…»

Большую часть времени Майкл был занят нескончаемой реконструкцией Корабля. Так удалось без серьёзной переделки увеличить хронодвижущую силу на 30%. Это в сумме очень много. Например, эсминцу Тёмного флота за «Чёрным лебедем» не угнаться, в случае чего можно улизнуть прямо из-под носа самого грозного противника при условии, что он этого не ожидает. Обновилось вооружение. Оно в основном инопланетное. Ангел называл себя пилотом-стрелком, потому что оружейника в экипаже не было. Возложить эту обязанность на необстрелянного Отто пока опасались. Стараниями Макса в медчасти появилось чудо лечащая кровать и саркофаг для восстановления конечностей: рук, ног, но, увы, не головы, которую терять не стоило в любой ситуации.

Офис корпорации «Чёрный лебедь» находился в Межгалактической торговой станции на орбите Юпитера. Это сфера из прозрачного алюминия, в которую вписан многоугольник, вероятно, из титана или его сплава. Сказать, что сфера грандиозная — только слова потратить. Диаметр — половину Луны. В прозрачных сверху секторах — торговые залы высотой около 30 метров. Точнее трудно сказать, метрическая система в космосе не употребляется. Внутри многоугольника офисы, как соты. Большая часть предназначена для антропоморфных и гибридных с ними существ. В некоторые блоки без защитного скафандра не зайдёшь: сила тяжести другая, атмосфера жуткая, а то и вовсе жидкий газ. Но необходимость прямого общения — не насущная потребность, когда есть голограммная видео связь. Десять официальных языков с уверенным переводом. Если вашей расе не повезло попасть в список, тогда придётся разбираться порой в словесной ахинее. Идеальных переводчиков не существует. А телепатическое общение не всегда совместимо и чревато взаимной головной болью. В списке официальных языков лишь один похож на земную латынь, но годился только для очень простых, примитивных случаев: например, если вы заблудились и не можете, не смотря на указатели для идиотов, найти туалет или бар. К слову, если снять на видео как разные расы справляют нужду, то такой фильм заткнёт за пояс любой ужастик. Хотя едят все примерно одинаковым способом — через рот, который, правда, иногда может находиться в неожиданном месте тела.

Самые «приятные» по шкале, не допускающей «приятность» — Ибены. Это большеголовые инопланетяне с, казалось, всегда улыбчивым лицом. Общеизвестно, что они замешаны в похищениях людей с Земли. Отмазку, что всё происходит по доброй воле, не проверишь. «Добровольцы» не желают общаться с соплеменниками, а когда такое общение всё же происходит, то лучше бы его совсем не было: внешне люди, уже не люди. Самые уродливые, мерзкие и опасные — Транталоиды. Это гигантские пауки. Все не инсектодные расы они считают условно разумными и ведут себя с ними соответственно. Говорят, что Транталоиды препарируют людей в учебных целях, как люди лягушек, чтобы показать своим будущим медиками, как удивительно многообразно устроена жизнь во Вселенной.   

В предметах нет такого качества, как красота. Красота в нашем индивидуальном созерцательном сознании. Это то, что гармонично, целесообразно и привлекательно для нашего вида. Всё остальное — уродство. Даже среди земных рас нет однозначного представления о красоте. Что уж говорить об инопланетянах! Исключая некоторые, далеко не все, виды нордиков и джоами, которых от людей отличить трудно, остальные инопланетные расы иначе как уродцами не назовёшь. На Межгалактической торговой станции таких большинство. С непривычки можно с ума сойти. Две руки, две ноги и голова — очень условная схема похожести. У Ангела глаз на инопланетян давно замылился. Главное сознавать, что ты для них такой же урод, как и они для тебя — вы на равных, хотя бы в этом! И не надо объяснять кролу, почему плохо какать, где приспичит, а не в туалете. Для него, чем больше дом засран и обоссан, тем уютнее. В офисе — хозяин - барин; на торговой площадке есть правила, в числе которых: не гадить, где попало, не плеваться огнём, не заниматься сексом и не жрать друг друга.

К чести Межгалактической Федерации, на её коммерческих площадках запрещена работорговля, хотя множество входящих в неё рас грешат рабством, не собираются от него отказываться и тому есть причина. В космосе нет законов, а запреты — по большей части обозначение позиции и не подкреплены никакими санкциями. Есть торговые юрисдикции с правилами, нарушение которых наказуемо вплоть до уничтожения. Например, с пиратами и частными нелицензированными продавцами оружия не церемонятся. Но нигде работорговля в число прегрешений не входит, потому что Империя Драко взимает налог рабами: куплены они, завоёваны, или похищены — не имеет значения. Рабы используются при колонизации миров, для обслуги и службы в армии, для выведения гибридных рас и новых видов животных. А полная автоматизация производства — технологический пережиток: часто невозможно заменить разумную материю, даже если она в рабском качестве. Позиция в этом вопросе Межгалактической Федерации принципиальна, но практически мертва. Можно сказать, по соседству в Межзвёздном Корпоративном Конгломерате, состоящем сплошь из гуманоидных рас, работорговля — обычное дело. Люди — фантастический, уникальный генетический коктейль, поэтому на невольничьем рынке они пользуются повышенным спросом. Большинство планетарных рас моноэтничны. Разнообразие народов на Земле их изумляет. Такое не на всякой генетической ферме увидишь! Увы, многие инопланетяне использовали Землю, как чашку Петри для своих экспериментов. Для них человечество — рабы, находящиеся на свободном выгуле.
 
Межгалактический торговый центр приволокли в Солнечную систему на огромной барже. Говорят, что так можно целую планету переместить. Вряд ли. Планеты — не морковка в огороде, запросто не выдернешь со своего места. Хотя трудно не согласится с теми, кто считает, что Солнечная система сконструирована расой Древних Строителей. Уж очень она устроена, как не у людей, в смысле, порядка планет, которых на самом деле не девять, а сорок. Но главный фокус Торговой станции — это «мозг» в центре многоугольника. Он биологический, живой, но искусственный. В его ведении находится всё существование станции. Офисы, торговые площадки, компьютерные столы, бионики уборщики, бармены, пищевые автоматы, самокатные, парящие над полом платформы, быстро доставляющие до рабочего места, лифты «сфера в сфере» всегда ориентированные к центру тяжести… Всего не перечислишь. На «мозг» можно посмотреть. Он пузырится, словно вот-вот закипит, его пронизывают мириады электрических искр, он сияет всеми цветами радуги.

Вычислительные возможности «мозга» почти безграничны. Множество товаров и технологий продаётся в электронной форме. Например, вы предлагаете какую-то особенную супер чашку в количестве миллиона штук. Вам нужно составить программу для репликатора вплоть до атомного уровня товара в единственном экземпляре, и задать количество репликаций. Готово! Но быстро только сказка сказывается, и то не всякая. Если объединить все компьютеры Земли, какими они станут лет через сто, то им потребуется как раз миллион лет упорной работы, чтобы воспроизвести ручку от вашей чашки и хорошо, если без дефектов. Один из инопланетян в дружеской беседе раскрыл Ангелу не секретный секрет: «Компьютеры, которые мы вам подбросили — это шутка! Но вы так серьёзно за неё ухватились!». Да уж, юмор у них безобразный — это правда!

Чудесный «мозг» Станции запросто справится с заданием, например, написать картину Рубенса (или другое имя, которое у кого-то на слуху). Не копию уже известного, а самостоятельный сюжет. Искусствоведы на Земле кипятком бы описались от изумления. Но кому нужен Рубенс (или совсем не Рубенс)? Земное искусство кроме землян никого не интересует, да и землян-то не очень, если честно. У всех инопланетян хватает своих почерневших от времени размалёванных холстов, древних статуй и руин. Хоть на вес продавай.

Не смотря на производительность и универсальность, «мозг» Станции — бездушная машина. Создавая «оригинал» Художника, он копирует его манеру, его смыслы, сам смыслов не создавая. Поэт творит мифы, компьютер — поэтические рассуждения. С искусством тем более непросто, потому что государство всегда использовало его, как средство манипуляции людьми. Грубая сила и принуждение — тоже элемент управления, но недостаточный для тонкой настройки общественного повиновения. Компьютерный разум, как его не называй, не способен разобраться в таких нюансах человеческой психики. У него нет сознания, интеллекта, жизненного опыта и жажды власти. Нет целеполагания. Если это все было бы, то чудо «мозг» послал бы своих творцов куда подальше, погрузившись в сладкие мечты о несбыточном. Говорят, что «мозг» станции — людоед, в том смысле, что питается живыми мыслящими существами. Слухи, конечно. Правду знают только съеденные, поэтому и не скажут. Да, просвещения дух — загадочная сила. «Все любопытнее и любопытнее» — как сказала бы Алиса из Страны Чудес.

Закончив оформление Отто, как нового бизнес-партнёра, Ангел утвердил перечисление доли Макса в благотворительный фонд. Про себя, без злобы, любя, он иногда называл заместителя Майкла вредным насекомым. Не считаться с Максом — значит, его потерять. Так и дошло чуть не до разрыва, когда речь зашла о торговле оружием. Макс категорически отказался в этом участвовать, не из страха, что попадутся, а принципиально. Уговоры не действовали. Приказать — невозможно! Блад предупредил, что без Макса не останется. Тоже принципиальный, по-своему. Команда мечты! Разошлись «на подумать»: утро вечера мудрёнее, но чуть не получилось как раз наоборот. Майкл не привык к возражениям. На корабле он не царь, а бог! Так было, да сплыло. Пожалуй, это стало поворотным моментом в судьбе «Чёрного лебедя». Ангел согласился с Майклом — нужно расставаться и набирать другой экипаж. Новое качество отношений в команде казалось гибельным. Голосовать за решения Капитана — это слишком! Снова встретились стенка на стенку.

— Мне вас будет не хватать! Сожалею… — сразу перешёл к делу Майкл с прямотой колуна для дров.

В последний момент Ангел почувствовал, что это неправильно, что это зачёркивает пережитое вместе. Возвращение к послушному как бы безропотному экипажу, в котором в любой момент могут разгуляться дикие страсти — это шаг назад, в прошлое. Путь вперёд — партнёрство. Трудно привыкнуть, но придётся.

— Если только… — дополнил Ангел: — Мы будем отчислять твою долю в твой благотворительный фон, а к каждой партии оружия бесплатно прилагать медикаменты в разумном объёме.

— Не в мой фонд. — недолго подумав и, согласно пошевелив жвалами, ответил Макс: — В наш фонд. В благотворительный фонд «Чёрного лебедя».

— Ты мой зам. Нам нельзя быть в контрах. — посчитал нужным напомнить Майкл: — Погубим и себя и корабль.

— Вы мой капитан! — ответил Макс: — Я выполню любой ваш приказ, чего бы мне это ни стоило. Не сомневайтесь. Но то, что сейчас произошло между нами, это другой случай. Мы не в бою.

Так появился благотворительный фонд «Чёрного лебедя». Пожалуй, это единственный такой случай во Вселенной! Но злые языки расценили по-своему:

— Грехи замаливают! Не иначе!

Бизнес разросся. Пришлось нанимать менеджеров. Наверняка среди них есть шпионы Папаши Мюллера. Но это даже на руку. Пусть шеф Гестапо думает, что всё контролирует. «Чёрный лебедь» стоит на загрузке. На хозяйстве — Макс и Отто. Два романтика — как обозвал их Ангел. После знаменательного обеда у Канцлера слежка за экипажем стала очевидной. Мысли Ангела прервал вызов помощника: обещанная, но пропущенная встреча. Чиполлино! Название расы не выговорить. Головка луковкой, с волосами, словно перья; тело огурцом (в пупырышках); руки морковочки…

— Давай без предисловий! — предупредил Ангел голограмму: — Извини, что не смог раньше.

— Не в обиде! Если коротко… — Чиполлино замялся: — Пересадка органов.

— Не вижу проблем. Купи программу для репликатора. Могу посодействовать. — предложил Ангел.

— Не то. Дорого для моих клиентов и светиться они не хотят: программа одноразовая и требует индивидуальной подгонки. Проще брать отсев на фабриках у немцев… Ты же знаешь…

Ещё как «знаешь»! Вранье. Отсев на фабриках рабов мизерный, и с утилизацией проблем нет. Немцы работают чётко.

— Хорошо! — Чиполлино прочитал недоверие на лице Ангела: — Есть поставщики на Земле. Но у них плохо с операционными, ещё хуже с хранением и совсем негодно с транспортировкой. Мы берём на себя накопитель, выемку и сохранность. Ты доставляешь на Землю. С твоими связями, тебе это…

— Поставщики? Из тебя тянуть, или окончим разговор? — недовольно спросил Ангел.

— Русские.

Несчастная страна! Это второе название России. Сами себя уже жрут! Впрочем, при таком президенте…

— Получатель? Дай угадаю. — предложил Ангел: — Где самое лучшее лечение на Земле? В Израиле. Потому и лучшее. Откуда ещё у них по шесть сердец в одни руки? Я прав?

— Тебе кто-то уже предлагал? — напрягся Чиполлино.

— Нет. От брата слышал. — объяснил Ангел: — Богатенькие в Израиль за сердцами бегают, как в супермаркет. Лечатся.

Ангел представил, как будет выглядеть его презентация нового бизнеса. Макс взовьётся, как ужаленный. Майкл с ним согласится. Они в последнее время как в одну дуду дуют. Это неплохо. Здравомыслие Макса выше всяких похвал. Конечно же, никакой презентации не будет. Это живодёрство. Но Чиполлино следует помучить неопределённостью. Наверняка уже с дядюшкой проконсультировался. Без него такие поставки на Землю не провернуть. Да и людей под каким-то предлогом вывозить надо.

— Я подумаю. — Ангел усмехнулся: — На моего дядю особо не рассчитывай. Чуть что, и с потрохами сдаст!

Предупреждение не понравилось Чиполлино, как и «подумаю»: его луковичное лицо покрылось пупырышками. Ангел, не прощаясь, грубо прекратил связь.

— Что с моей репутацией, если ко мне обращаются с таким предложением? — задал риторический вопрос Ангел своему помощнику, поставив его в сложное положение.

— У вас разная репутация. — дипломатично ответил помощник.

Предложение Чиполлино — капля в море невыплаканных слёз. Кабал предложил Рейху увеличить мощности рабских фабрик до трёх миллионов человек в год. Поставку гарантирует. Скорее всего, не менее уходит в закрома Драко. Плюс вольные жнецы. Что у них там происходит?! Безумие! Жатва набирает обороты. Как горько пошутил один из знающих вопрос: "Говорят, что, если бы они не маскировались, небо было бы чёрным весь день от снующих туда-сюда кораблей, перевозящих людей туда и обратно…». В уточнение — корабли летают настолько быстро и повсюду, что мы не увидим их, даже если они не замаскированы. Это Ангел знал наверняка. Например, ему бы ничего не стоило скрыть «Чёрный лебедь» в полёте, но замедление и остановки свели бы на нет такую невидимость.

Торговля людьми всегда была прибыльна более чем любой другой бизнес, поэтому существовала всегда, даже, когда ещё слова «бизнес» не существовало, и, по-видимому, будет существовать всегда, даже тогда, когда слово «бизнес» заменят каким-либо другим. Общий ежегодный доход от рабства оценивается в 150 миллиардов долларов. Власть – это всегда цари горы на горах грязи, по меткому замечанию остроумца. Если не они сами замешаны в торговле людьми, то это происходит по их попустительству и развратному желанию править вечно. Люди – это валюта, она дороже золота и биткоинов. По подсчётам Международной организации труда ООН, несмотря на то, что рабство незаконно во всех странах мира, в той или иной степени рабами можно назвать как минимум 21 миллион человек.

В Китае для рабов строят бункеры, куда их сгоняют для предпродажной обработки. В цивилизованном мире для той же цели существуют выработанные шахты, катакомбы, естественные пещеры, искусственные тоннели. Они есть под каждым городом, как наиблагополучнешим, супер современным, толерантным, и демократичным, так и под трущобами убитых, нищетой и горем городов, страны которых не входят в туристические маршруты. Это десятки миллионов подготовленных для продажи людей во всём мире. Ад реален. Он у нас под ногами! Он в барах и салонах, которые принимают людей в свои погреба. Есть подземные военные базы, есть герметичные гипертранспортные туннели, есть подземные научные институты… Большое «спецпоселение» под Лос-Анджелесом — совместное предприятие с рептилоидами.

Когда говорят «торговля людьми» — это привычка так говорить. На самом деле, речь идёт, в большей степени о телах и об органах, но не о душах и судьбах, не о мериле человеческого, которое есть в людях. Они расчеловеченны ещё до того, как будут расчленены в каннибальских или медицинских целях, до того, как дети будут проданы для утехи педофилам, и для жертвоприношений. Есть множество способов ритуального осквернения человеческих тел. В замечательных Соединённых Штатах Америки пропадает до 500 тысяч детей в год. В позорном рейтинге благополучнее выглядят малоразвитые страны. Всё просто — там нет учёта. Зачем приоткрывать завесу над пропастью? Сколько младенцев ежегодно уходит в пищу китайцев – об этом не знает никто. Там это традиция, о которой не принято говорить в приличном обществе.
 
Инопланетные братья по разуму лишь пользуются тем, что хлебосольно предлагают им земляне. Законность или легальность – это не их проблема. Они получают не людей, они получают товар, которым может стать любой из нас, которым могут стать наши дети. Их не интересует пирамида выгоды. Им всё равно, какая власть на Земле. Конечно, такая странная разумность человечества их удивляет, но негоже осуждать чужие порядки. Лучше ими пользоваться. Это разумно.

Покончив с текучкой, Ангел сверился с внутренним временем «Чёрного лебедя». Прежде чем оторваться от слежки, ему предстоит под неусыпным наблюдением добраться до Арес Прим. По-своему Папаша Мюллер прав, без Ангела корабль не взлетит, поэтому надзор за остальным экипажем не так уж и важен. Как говорится, следите за руками, фокус-покус! Но когда в дело вступают два фокусника, они же зрители, то финал поединка неясен. Усиленная слежка за Ангелом отвлекала от другой операции, которая сводила на нет игру экипажа в прятки, что в свою очередь казалось более важным, чем контроль над обслуживающим персоналом терминала. Так на «Чёрном лебеде» появился неучтённый и незамеченный пассажир.

Перед тем как растворится в барном лабиринте Арес Прим, не без помощи Контактной разведки в лице Нормана, Ангел проверил «белый ящик». Это прямой канал связи с Землёй. Мало кому доступна такая роскошь в личном качестве. Проблема не техническая. Кабал и Космическая программа не одобряют прямые неконтролируемые контакты Марса и Земли. Дяде Ангела пришлось постараться: это стоило, как аренда личного спутника, но всё равно не дороже денег. Человеческий фактор сводит на нет технические преграды.

На Земле безопасностью Ричарда занималась специально для этого созданная компания. Но Ангел больше доверял личной заинтересованности своего дяди, жизнь которого напрямую зависела от здоровья герцога Бофора. Важно чтобы где-то рядом не всплыла тень Риты, в которой нет благородства тени отца Гамлета. Просмотрев отчёты детективов, Ангел не нашёл ничего тревожного. Неотложные дела мешали вплотную заняться этой подлой, мстительной сукой, погрязшей в кровавом криминале.  

Конечно же, снова не обошлось без информационной чепухи. Ангел называл это политическим спамом.

«Планета Земля и человечество переживают Великий Сдвиг Сознания, также известный как Вознесение или Великое Пробуждение к Сознанию Единства. Мать-Земля возвращается к тому, чтобы стать священной планетой, и забирает с собой всё человеческое население (кто хочет). Это Золотой Век за пределами наших самых смелых фантазий.
Правящая власть «тёмной Кабалы» намеренно и методично скрывала историческую правду человечества (включая внеземную оккупацию и генетическое вмешательство) на протяжении более чем 13 000 лет. Их план состоял в том, чтобы поработить человечество ради своих собственных эгоистических целей.
Галактическая Федерация Света и Силы Света получили задание от Первоисточника-Создателя остановить и обратить вспять импульс этого мятежного и вопиющего тёмного заговора, положить конец его обману и помочь человечеству и Матери-Земле привести в соответствие цели Великого Сдвига в Сознании».

Старые песни о главном: будущее чудеснее, чем мы можем себе представить! Ангел слышал подобное не раз. Даже когда-то увлекался идеями добра и справедливости. Но не долго. Недоверие к человечеству оказалось сильнее желания ему помочь, в меру своих сил, разумеется. По инерции разные политические кружки, в которые Ангел заглянул из любопытства, продолжают посылать ему свои агитки. Можно закрыться от них фильтрами. Но Ангел почему-то этого не делал. Напоминание о светлом будущем, даже если в него не веришь, иногда грело душу, как несбыточная мечта, которая по мифу вырвалась из ящика Пандоры вместе с горестями и несчастиями, уничтожающими человечество.  

В противовес пафосным посланиям, друзья по заблуждениям юности, тоже утратившие девственные иллюзии о великой самоосвободительной мисси землян, которая на деле, оказалась какой-то чёрной клоунадой, присылали издевательские «новости»:

«На Марсе, в древних костях и черепах погубителей жизни на планете, учёные обнаружили ДНК, совпадающую с ДНК членов Общества «Череп и Кости» на Земле. Ребята, потомки разрушителей Марса в Америке! Они, не покладая рук трудятся в Halliburton, в Enron, в WorldCom, в Boeing, в Lockheed Martin… А так же в правительстве и в ООН. А «марсианское лицо», объявленное игрой теней — памятник великому лидеру-разрушителю на манер лиц американских президентов, высеченных в Большом Каньоне. Скоро оно появится на денежных купюрах Новой Америки!»

***

Рита безнадёжно попала под власть многоликой шизофрении, на фоне которой её социопатия расцвела буйным цветом. Импульсивная агрессивность, неприятие норм закона и элементарной морали, бессовестность и лживость помножались на параноидальную жестокость. При этом Рита умела выглядеть привлекательной и даже милой женщиной для манипуляции людьми и обстоятельствами. Чередуя сладость пряника и силу кнута, она безжалостно ломала судьбы, с лёгкостью убивала, не испытывая сострадания и раскаяния. Каждый, честно покопавшись в своей душе, может обнаружить зачатки чудовища, называемого человеком, но не каждый чудовищем становится, именно потому, что он человек — существо социальное, духовное, сострадательное, хотя животные инстинкты его время от времени обуревают. Законченными злодеи не бывают, часто они ищут себе оправдание. Так Рита считала себя мстительной жертвой человеческой подлости.

Сбежав из психиатрической клиники, куда её поместил сердобольный папочка, которого Рита презирала, и которым бессовестно манипулировала, до поры притворяясь любящей дочерью, она попала в совершенно неведомый ей мир беспросветной нищеты. Недолго побомжевав на помойках Нью-Йорка, Рита перебралась в героиновый ад Филадельфии. Симпатичную белую девушку побирушку приметил колоритный негр сутенёр: огромные губищи, глаза навыкате, волосы сплетены в грязные косички, неопрятный и вонючий. Рита перерезала ему горло, когда он попытался её изнасиловать. Аплодисментов она дожидаться не стала: вряд ли ей спустили бы с рук. Прихватив увесистый пакет героина и три тысячи долларов, Рита сбежала в Сан-Франциско. Жизнь мелкой буржуазки её не прельщала. Независимое дилерство Риты в местном нарко болоте было мелочью, но раздражало коллег. Вялая попытка припугнуть, закончилась для исполнителей сломанными рёбрами и отбитыми внутренностями. Пославшего их оптовика Рита застрелила и вырвала у него глаза. Так, заработав себе авторитет и отвоевав территорию, в Филадельфию она вернулась уже для расширения бизнеса. О несчастливом негре никто не помнил, а в яростной фурии невозможно было признать жалкую побирушку.

Женщине делать карьеру в наркобизнесе неуютно. Вокруг мужики, которые воняют стальными яйцами перед своими тупоголовыми армиями, но смиренно отступают, когда власти предержащие отжимают их бизнес на себя. Наркобароны, ещё наркобароны, но уже ширма, за которой преступным бизнесом заправляют разведки цивилизованной двадцатки стран под прикрытием ООН. Все крупные банки беспрепятственно оперируют наркоденьгами без иллюзий об их происхождении. Эти выводы не результат внезапного умственного озарения. Просветителем Риты стал друг, как она считала, её отца и, как оказалось, дядя Ангела. В обоих случаях ирония судьбы очевидна. Он разыскал блудную дочь Папаши Мюллера, что было не трудно, зная повадки Риты и её неповторимый почерк, но докладывать другу Генриху не стал: у того и так забот хватает.

— Вы все никто! — объяснил Дядя: — Вы расходный материал. Сама видишь, как происходят замены. А ты ещё и баба. Наркобароншей тебе стать не светит. Примера Аль Чапо недостаточно? Наркоделец мирового масштаба! Миллиардер! Уж как Кабал за него боролся! Горой стоял. Не помогло. С американцами Коротышка делиться расхотел, под их дудку неправильно плясал. Они его и уконтропупили, мол, мы тебя породили, мы тебя и похерим! А на весь мир раструбили, как о победе над вселенским злом! Героин, кокаин, синтетика — прошлое. Это удел лузеров. И отчасти решение демографической проблемы. Прямо скажем, недостаточно эффективное.

Криминально рождённый мозг Риты, сломанный болезнью, усиленно вырабатывал эндорфины (гормоны удовольствия) в моменты жестокого властного доминирования над людьми. Это стало сильнее наркотиков. Жизнь в рамках социальных ограничений казалась ей смертельно бессмысленной. Таких людей страх наказания не останавливает и не исправляет тюрьма. Как справедливо сказал мудрец: «Человек остаётся прежним, меняются лишь его игрушки». Рита стала питаться убийствами. Это произошло неизбежно. Когда в глазах тьма, в душе пустота. К радости нарко конкурентов, которых ужасала баба Леди, вырви глаз, Рита переключилась на торговлю оружием и организацию заказных убийств.

Рите пришлось смириться с кураторством Дяди, которого она считала бОльшим злом, чем она сама, и от которого всецело зависела. Оружие на продажу, договорённости с Высокими Серыми об использовании их подземных баз и транспортных путей, свободное перемещение за пределами Земли — это основа неуязвимости её бизнеса с благоволения Куратора. Слово «отношения» не подходило для характеристики их отношений. Дядя всегда был презрительно вежлив, мнением Риты никогда не интересовался. Хорошо понимая, с кем и с чем имеет дело, он предупредил, что любой шаг в сторону его семьи, станет для бандитки последним. Речь о Ричарде. Объяснение простое — племянник! Условие мирного сосуществования — безопасность Ричарда.

Не удивительно, что первая сделка с небольшой партией оружия наметилась с наркобратией, которая любила им побряцать. Место сделки Рите не понравилось. Ферма, не похожая на заброшенную, в то же время вряд ли ферма. Для вида могли бы курей завести! Недалеко от дома строение типа ангар с одним входом и без выхода. Рита развернула своё посольство, но это не спасло от обстрела, к счастью, дилетантского. Два бронированных мерседеса потеряли во внешнем виде, но со своей задачей справились, и никто из пассажиров не пострадал. Не откладывая в долгий ящик, Рита вскоре вернулась. В итоге дом вместе с обитателями сгорел дотла, ангар рухнул. Оружие для продажи Рита подарила конкурирующей с подлыми засранцами банде, которая с удовольствием исполнила просьбу Леди, вырви глаз. К утру с местным накро князьком, его семьёй, и его солдатами было покончено.

Бандитских разводок множество. Все, кто пытались обмануть Риту, жестоко поплатились. Сделки «расчёт после поставки» на 50% воровство, как и «поставка после оплаты». Бандитское управление рисками незамысловато. Кодекс чести итальянской мафии, запрещающий трогать женщин и детей, давно в прошлом. Ещё как трогают! Берут в заложники, насилуют, калечат, продают в рабство. Рита беспредельщица. Деньги — ничто! Репутация дороже и пока она есть, деньги будут. Работая с должниками, предателями и конкурентами Рита редко брала заложников, обычно она не спеша отстреливала, начиная с детей, или любимых. Её послания — обязательно в дорогих подарочных коробках, хорошо замороженные, обложенные льдом, головы красавиц, или красавцев с выколотыми глазами, которые аккуратно лежали рядом; видеозаписи с пожиранием свиньями близких; развешанные на крючьях тела мафиозных солдат… Люди несведущие считают это страшилками, выдумками в духе чёрного юмора. Блаженные! Они не видели тела изнасилованных детей. Взялся за гуж, отступать некуда. Не надейся, что с тобой поступят милосердно, если ты оступишься, или дашь слабину. Рита вернулась в наркобизнес как «Ultima ratio regum» («Последнее слово короля»). Она пользовалась инсайдом Куратора и действовала по его наводке: регулировка наркотрафика требует кровавых бандитских рук и белых политических одежд тех, кто с ним борется.    

Убийство политиков, сенаторов, президентов — неактуально. Сейчас — не раньше, когда это имело смысл и влияло на мироустройство. Политическая шушера необыкновенно, даже, по мнению их кукловодов, измельчала. Сказывается отрицательный отбор второй половины 20 века. Подкуп и шантаж — достаточные меры, чтобы политические марионетки исполняли предписанные им роли. В реальной жизни, конечно, сложнее: полезна разновекторность, жаркие дискуссии, парламенты. Нет, не стоит убивать этих персонажей из выгребной ямы вселенского греха.

Казалось бы, есть, за что пристрелить Президента России, этого Бабу-Ягу мировой политики. Ни в коем случае! Если бы его не было, то его следовало бы выдумать. Хотели бы убить, уже давно убили бы. А, может быть, и убили. Ведёт он себя странно — как драчливый дурачок: льёт воду на чужие мельницы, чтобы они не остановились. Так разграбить свою собственную страну мало кому удавалось. Кабал готов ему памятник не то, что из золота, а из, например, осмия, отлить в полный рост, благо претендент ростом не вышел. Президент России мастер устроить хаос и сразу потерять над ним контроль. Вот тогда для Кабала наступает раздолье. Они не могут себе позволить вести себя так глупо, как русские, но с удовольствием их глупостью пользуются. А с какой радостью и чуть ли не с сексуальным удовольствием Россия подсела на фармацевтическую, семенную и с десяток прочих игл — это постижимо только русскому уму и народу, который решил себя окончательно обездолить. Сказкам о прелестях международного разделения труда в этой стране хлопали в ладоши так, что поотбивали их вместе с мозгами, заодно угробив у себя почти всю промышленность.

Ordo Ab Chao («Порядок из Хаоса») — это можно записать, как девиз Кабала. Но даже клинический шизофреник русский президент не способен обеспечить такой уровень Хаоса, из которого родится Новый Порядок. Получается только мутная вода, в которой уже ничего кроме отравленной рыбки не поймаешь. Нет, убийство политиков, или их возвеличивание принципиально цивилизационную тенденцию не меняет: на крыльях науки и техники, в наморднике цифровизации человечество несётся в каменный век. Конечно же, политические высеры мнящих себя сильными мира сего очень усложняют жизнь рядовых граждан, но, увы, за это не убивают, как и за коррупционные, и педофильные скандалы, которые стали обыденностью. Открытый вопрос — за кого люди голосуют на выборах? Как ни проголосуют, всё — дерьмо! А это уже о демократии, о которой и ни в сказке сказать, и ни пером описать.

Истинная потребность в идеальном убийстве коренится в жизни обывателей, чьи никому не интересные имена никогда не появятся в заголовках новостей. Личная неприязнь, наследство, рабочий конфликт, любовник, любовница, ненавистная жена… Всего не перечислишь. Иногда готовы убить из-за ерунды! А о востребованности убийств в криминальной среде можно ограничиться коротким упоминанием, не вдаваясь в досужие рассуждения. Это рог изобилия острейших личных потенциально смертельных конфликтов. Рита не пыталась полностью удовлетворить социальный заказ на убийства. Это невозможно. Для своей команды она выбирала заказы в зависимости от количества нулей. Бедные фантазии её не интересовали. Иногда с подачи Куратора приходилось заниматься благотворительностью. Рита не задавалась вопросом, кому нужны смерти подчас заурядных, безобидных обывателей без положения в обществе с еле-еле средним достатком? Дядя Ангела не опускался до объяснений.

В личной команде Риты в основном джоами и нордики (не путать с Высокими Белыми, они тоже нордики, но другие и шестипалые), земной рептилоид, два инсектоида из системы Альфа, родственные крайне агрессивным жукам торго. Судьбы новоиспечённых киллеров складывались по-разному; их объединяло нелегальное положение в Солнечной системе и военное прошлое. Все они солдаты или бойцы как властных, так и повстанческих армий. У них на счету поступки, которые их не украшают, в том числе и дезертирство. Войны в Галактике не прекращаются никогда, разница только в локализации: затихая в одной звёздной области, с новой силой вспыхивают в другой. Конфронтация частей Империи Драко — основа единства Империи Драко.

Свою личную группу Рита отыскала кого в барах на Арес Прим, кого в Свободной зоне на Титане. В Новом Берлине она не показывалась, опасаясь ищеек своего отца. Да, там и ловить нечего. Добропорядочные немцы истребляли миры, но при этом ценили законопослушание.

Для простой и грязной работы Рита использовала землян, как неисчерпаемый источник человеческой жадности, подлости и жестокости. Свои банды она сформировала по этническому признаку. Основное деление — чёрные и белые. Постепенно внутри этих групп сформировались группировки, что удобно для управления ими, но не принципиально. Белый расизм по сравнению с негритянским расизмом почти благородная дама. Кого послать на изнасилование милой дочки белого бизнесмена для его острастки? В угадайку можно не играть. Нужно только не забыть предупредить — не до смерти. Негритянские ребята исполнят это поручение с азартом. Заставить белых насиловать негритянку… Отнесутся к этому брезгливо, без огонька. Им больше по душе зверским образом её прикончить и хорошо бы в придачу со всей её семьёй. Полицейских не убивали, за излишнее рвение заставляли отсасывать, снимая на видео: белый у чёрного, или наоборот. Очень эффективно! Перед выбором пулю в голову, или хуй в рот, ни один не устоял.

Негритянская банда жестока, но труслива. Налетают стаей, которую легко разогнать автоматной очередью, даже если она в воздух. Для серьёзных целей они не годятся. А уж как подличают и предают друг друга! Ненадёжны. Для грабежей и важных дел больше подходят белые. У них выше интеллектуальный уровень, взаимовыручка, а уж креативности хоть отбавляй! В банды со смешанной этничностью Рита не верила. Может быть, они и есть. Врут, когда говорят, что преступность национальности не имеет. Вся преступность национальна и этнична. Не понимая этого, невозможно ни бороться с преступностью, ни управлять ею.

Рита с удовольствием стравливала между собой азиатские банды. Казалось бы, одна жёлтая раса. Но они все ненавидят друг друга даже больше, чем чёрные белых. Ни образованием, ни воспитанием межнациональные конфликты изжить невозможно. Они были и будут всегда. Такова природа людей. Корни разные. Учёные сколько угодно могут рассказывать, что чёрные побелели, а белые пожелтели в процессе эволюции. Жизнь этого не подтверждает. Поэтому Организация Объединённых Наций — это абсурд! Даже столетия «мирного сосуществования» — не гарантия от разнузданной межэтнической резни.

Дислоцировалась личная команда Риты на базе Высоких Серых глубоко под землёй с подачи, разумеется, Куратора. Самой бы ей этот вопрос не решить. Прыжковый канал на поверхность, выход на транспортную систему под всеми континентами, небольшой склад. Никаких проблем в бытовом плане, даже можно сказать, с комфортом. Плата за аренду — похищенные с земли люди. Серые не испытывали с этим трудностей, но от дополнительного источника не отказывались. Рита часто сдавала им провинившихся контрагентов и криминальный сброд.

Высокие Серые — в основном аватары. Это биологические куклы, которые не имеют внутренних органов, не едят, не дышат. За ними прячутся разные расы. Это против Галактических правил. Но… Кабал такое положение вещей устраивает. У Серых, кто бы они ни были на самом деле, подписаны договоры с правительствами разных стран: люди в обмен на технологии. Видимость сомнительной легальности сохраняется. Рассказы о том, как земная власть борется за свой суверенитет — выдумки в русле общей информационной политики, которую проводит на Земле Кабал. Стычки с военными случаются, но лишь из-за нечётко разграниченных территорий ответственности. Правда, некоторые события последних десятилетий вышли за рамки недоразумений. Так, неожиданные «землетрясения» в Колорадо и Вашингтоне, объявленные землетрясениями, на самом деле были подземной войной. Два глубинных города, построенные американским правительством, по-видимому, в начале 1960-х годов, которые обошлись в триллионы долларов неучтённых денег налогоплательщиков, перестали существовать. По разным оценкам тогда погибло до 60 000 человек жителей, строителей и обслуживающего персонала. И это не разборка между инопланетянами. Это внутриэлитный конфликт землян на фоне экономического кризиса и ожидаемой военной катастрофы. Те, кому некуда, в случае чего, спрятаться, разбирались с теми, кто рассчитывал укрыться и пересидеть, в случае чего. Одни — сочли себя садовниками, возделывающими человеческую расу, другие — с этим не согласились. Смысл бойни — неповреждённым никто не останется.

Города-убежища были разрушены полностью до крошечных каменных осколков. О восстановлении не могло быть и речи. Естественный вопрос — как такое возможно? По оценке специалистов — в результате многократного (в десятки и сотни раз) повышения давления воздуха. На этом расследование застопорилось. Не удивительно. Энергетический компонент для оружия уничтожения подземных городов завёз в Солнечную систему «Чёрный лебедь», не подозревая об этом: как всегда, невинная просьба шефа Гестапо с подачи Нормана. Перспектива ядерной войны на Земле Контактную инопланетную разведку огорчала и Драко тоже, поэтому они сделали вид, что ничего не заметили, хотя всегда всё замечают. Оружие использовали смертники. Они испарились вместе со своими жертвами. Сюда же следует приплюсовать потери, которые понёс флот земной Космической программы, при попытке произвести досмотр «Чёрного лебедя». Но это уже совсем другая история. И конца её не видать, и края.    

На том этапе план ядерного холокоста был сорван. Но он не изменился: начать ядерную войну между Ираном и Израилем, воспользоваться этим как предлогом для введения военного положения в странах Большой Семёрки и готовиться к войне с Китаем. Ещё Джордж Буш в своё президентство и его группа передали правительству Ирана двенадцать нейтронных бомб. Но коварные персы не захотели предстать перед миром глобальным злом, или по какой-то другой, более прозаической причине, попросили уже Обаму принять смертоносный дар обратно. Скорее всего, испугались, очередной американской «подставы», вроде пробирки Колина Пауэлла, которой он потрясал перед международным сообществом, застывшем как дура перед голым мужиком в парке. Обама сделал удивлённый вид, и бомбы не принял, опасаясь восточного коварства. Бомбы выкупили русские. Они боятся только собственного коварства.

Тогда же широко развернулась частная военная компания «Blackwater»: трудно понять — её контролирует Пентагон, или она контролирует Пентагон? Очевидно лишь, что это фашистская организация. Через Контактную инопланетную разведку и, в частности, через Нормана лично, Blackwater обратилась к марсианскому Рейху с предложением возродить на Земле войска СС, неподконтрольные мировым правительствам. Канцлер посчитал такой возврат к прошлому бутафорией, бессмысленной без объединяющей идеологической и социальной подоплёки. Только глупцы верят, что власть в III Рейхе держалась лишь на принуждении и страхе. Наконец, Канцлера стали раздражать доклады о всё новых группах, вроде «Белого Дракона» и «Белых шляп». «Самое лучшее для них — поубивать друг друга!» — резюмировал он и запретил гадить ему в голову новостями с Земли, где уже такая неразбериха, что даже Искусственному Интеллекту разобраться не под силу.     

Города Земных рептилоидов и Людей внутренней Земли располагаются значительно глубже человеческих, на их фоне сарайных, построек. Там Серые — гости нежелательные. К людям рептилоиды относятся примерно та же, как люди к дельфинам: в разумности не отказывают, но с ними не считаются, разводят их у себя на продажу, для чего время от времени им нужна свежая человеческая кровь. Не чураются генетических экспериментов, но их гибриды редко выживают и не дают потомства. В пустотах, которые считаются нецивилизованными, развилась бестелесная, эфирно-энергетическая форма жизни. Единого мнения о степени её разумности нет, слишком уж она своеобразна. Иной раз досаждает всем без разбору. Для борьбы с «эфирными» используют энергетические ловушки. На поверхности Земли шкодливые, но не видимые, они проявляют себя как домовые, приведения, шаровые молнии, прикидываются НЛО.

Иногда мир внутренней Земли объединяют общим названием — сеть Агарты. Это допустимо, как неточная условность. Никакой объединяющей Агарты, тем более даже с намёком на государственность не существует. Это отдельные миры, которые иногда сотрудничают, иногда — нет, но, в основном, предпочитают кооперацию в космических проектах. Считается, что некоторые города-центры Сети Агарты под Гималаями управляются лемурийцами-атлантами, что ошибочно, известными как Нордики. Это высокие, стройные голубоглазые блондины, почти как древнегреческие боги, но не кучерявые. Женщины — им под стать. Раса Блада — одна из отдалённых ветвей этого народа, широко распространённого в Галактике. В очень обобщённом, без нюансов, смысле — это и есть «цивилизация Агарты». Хотелось бы назвать их кузенами и кузинами сильно измельчавшего, подвергнутого генетическому насилию человечества, но это вряд ли.

Хоронить себя в пусть и комфортном подземелье Рита не хотела. Ей нравился наземный образ жизни и, в частности, игра в светскость. Меняя внешность, Рита появлялась на престижных тусовках то жгучей брюнеткой, то яркой блондинкой, то рыжей кошкой. Масками не пользовалась, но иногда прибегала к небольшим ухищрениям. Светские мужчины чаще всего одноразовые, что Риту вполне устраивало, но в сексе обычно бестолковые, что расстраивало. Приходилось прибегать к услугам проститутов. Иногда Рите хотелось почувствовать себя слабой женщиной в руках сильного мужчины, но по факту получалось наоборот.

Однажды Рита, как перспективный инвестор и прелестная наследница загадочных африканских капиталов, была представлена богатейшему человеку в шоу-бизнесе. В свои немного за семьдесят он был даже по-своему мил в компании с молодым очаровательным сёрфером Джереми.

— Думаю, вам предлагали сняться в кино. — Предположил Дэвид.

— Ну что, вы! — отмахнулась Рита: — Я для этого уже не молода, и к тому же не юноша.

Девид оценил шутку и поцеловал даме ручку: гомосексуальность не мешала ему быть галантным мужчиной. В своё время одним из его «открытий» стал 21-летний актёр Том, карьера которого пошла в такую гору, что завистников его месту в постели Девида и не сосчитать. Пропустив череду бесталанных красавцев, трудно не вспомнить почти загадочного скромника Киану. Поговаривают, что дело чуть до свадьбы не дошло!

Ох, уж этот геевский Голливуд! Другого Рита почти не знала. Есть ли он вообще? Она хохотала над лицемерным скандалом вокруг Харви Вайнштаина, который, пользуясь своим положением, нагло склонял целомудренных дев к сексу. Огорчала морализаторская истерия вокруг как бы жертв престарелого распутника. На самом деле сотни сучек-актрис, готовы были пойти на что угодно, даже, если потребуется, потрахаться с любимым псом продюсера, режиссёра, или с кем угодно, кто составит им протекцию. Одна из таких пожаловалась Рите на унизительную роль женщины в геевском Голливуде. Понятно, почему они подняли такой вой! Увы, их передок редко служил пропуском в большое кино. Одного Вайнштаина не всех не хватало!

Звёздочкой в команде Риты, был Джовани. Имя очевидно: джоами — Джованни. Для друзей — Джо. Обаяшка! Он вызывал к себе симпатию, как женщин, так и мужчин, ещё даже рта не раскрыв, чтобы представиться. Это стоило жизни заказанным. Предположить в Джо злодея было невозможно. Этому нет рационального объяснения. Джо не подбирался к жертвам. Он просто подходил, чтобы, например, спросить дорогу. Не то, что до приятного знакомства, порой до соседнего угла дело не доходило. Рита в работе пользовалась совершенными ядами, но и без них Джо был великолепным оружием сам по себе: точным ударом в тёмном переулке он играючи справлялся с рутинными заказами. Иногда требовалась снайперская сноровка и в этом он был на высоте.

Весёлая мысль о внедрении Джо в кинобизнес пришла Рите во время разговора с Шейлой — главой кастинговой компании. Злорадно прошлись по уже бородатой истории с Харви.

— Вот дуры! Теперь бы рады под кого угодно лечь, да кто ж их возьмёт? — сообщила Шейла: — Думают, я им сводня. Актрисульки помойные! А эта чёрножопопизация всего и вся? Устала я толерантничать.

На благотворительных мероприятиях Шейла выступала примером сострадания жертвам сексуального насилия, клеймила сексизм и расизм так, словно, дай ей автомат, и она тут же расстреляет супостатов, дерзнувших покусится на женское достоинство. Такое трансформенное отношения к американским реалиям не мешало Шейле отдавать профессиональное предпочтение мужчинам, лишь изредка обращая внимание на актрис, которые чудом выдержали язвительное интервью.

Маскулинные девицы из фильма в фильм прыгающие со сверкающими лазерными мечами, командующие звёздными флотилиями, побеждающие вселенское зло, пиная его элегантными ножками — всем уже осточертели. Очень скоро студии поймут, в какое убыточное дерьмо их утягивает истеричный феминизм. Основной ресурс киноиндустрии — женщины, которые соскучились по брутальным мужчинам на экране, даже если в жизни они геи — это уже не принципиально. Переизбыток на рынке актрис-проектов неизбежно приведёт к их публичной, бабской сваре на потеху всему миру. Тогда настанет время Шейлы. Ей будет, что предложить.  

— Ой-ля-ля! — воскликнула Шейла, увидев Джо, и сразу перешла к делу, считая вопрос выбора решённым: — Но Джованни — не годится! Очень по-итальянски. Это загоняет в типаж. Калеб! И чуть-чуть британского акцента не помешает!

Так, основной снайпер террористической группы, заказанной Куратором, стал киноактёром. Риту это позабавило. Джо сразу вежливо отказался, но был сражён напором Шейлы, которая увидела в нём собственную удачу и ни за что не хотела её упускать. Внешние данные ещё не актёрские способности, но интуиция ей подсказывала — у парня всё получится. Успех на любом рынке — всегда синоним интуиции, а не логики, что бы под ней не подозревали.

— Серьёзно? — считая происходящее глупым розыгрышем, спросил Джо. Поначалу он посчитал Шейлу очередным заданием.

— Чем чёрт не шутит! — неопределённо ответила Рита: — Попробуй.

Оставшись наедине с Ритой, Шейла пожаловалась:

— Ты не представляешь, как трудно найти новое лицо, красивую осанку, умные глаза с грустинкой и очаровательную улыбку! Зайди в супермаркет. Внимательно посмотри на среднего американца. Это кунсткамера какая-то! Такое впечатление, что мы вырождаемся, как нация, если мы нация. А смешанные браки во втором поколении? Это тихий ужас! Из Новой Зеландии актёров привозим. Не от хорошей жизни.

У Джо-Калеба всё получилось без особых усилий с его стороны. Камера его не смущала и любила, а он её просто не замечал. В каком-то смысле пришлось играть себя самого. Но главное — Калеб встретил Блада. Это перевернуло его жизнь. Родителей Калеб не помнил, его забрали от них в раннем возрасте. Детство радостным не назовёшь. Муштра, наказания, издевательства одноклассников. По земному лет до 16-17 Калеб чувствовал себя гадким утёнком и действительно таким был. Потому и шпиняли все, кому не лень. Взросление настало, когда он научился давать отпор. Потом уже на свою внешность не обращал внимания. Сексуальное напряжение Калеб снимал с проститутками, которые иногда его хвалили. Конечно, за деньги что бы и не похвалить, глядишь, накинет. Его учили убивать, а он, как оказалось, хотел любить и быть любимым.

О набирающей известность и популярность без преувеличения новой звёздной паре на Голливудском небосклоне, Рита узнала из светской хроники. Ирония Вселенной безгранична! Блад — это «Чёрный лебедь». Это проклятие Риты, хотя то время остаётся лучшим временем в её жизни. Но вспоминать об этом больно, физически больно, до ломки, словно Рита героиновая наркоманка. Нет, с иглы она соскочила, но с помощью чёрной Гу. Этот симбионт на дух не переносит наркотики, и даже память о них. На Земле чёрный Гу добывают в одной из как бы угольных шахт недалеко от Мюнхена, и на Фолклендских островах, за которые когда-то отчаянно билась Англия.

Джо-Калеб не увиливал от своих обязанностей, но иногда отсутствовал по уважительным киношным причинам. На разборки с продавцами и покупателями команда ходит с инерционными автоматами, которые стреляют бесшумно, крохотными, но идеально смертельными пулями в форме луковицы. Это оружие хорошо для разряжённой атмосферы Марса, но и на Земле показало себя неплохо. В его основе свойство отталкивания масс. Раньше бы добавили — гравитационного. Но понятие «гравитация» кроме как на Земле, больше нигде не употребляется и считается непереводимым. Энергозатраты инерционных автоматов минимальные. Эффект максимальный. Противник не понимает, что происходит, начинается паника, а затем полный разгром. Это не обязательный сценарий, но, увы, нередкий. Встречи, переговоры, продажа происходят в заброшенных складах в Филадельфии и в почти мёртвом Детройте. Криминальный мир сидит на измене и совершенно справедливо: либо ты параноик, либо ты мёртвый. Третьего не дано. За Ритой числится столько всякого, что убить её — это вопрос бандитской чести для многих. Когда на операции прикрытия нет Джо-Калеба, Рита чувствует пустоту. Она не влюблена, но хочет, чтобы он в опасные моменты был с ней рядом.

В своей команде, которой Рита полностью доверяет, она не чувствует себя главной, с ней считаются, но не более. Это наёмники. Они уйдут примерно так же, как ушёл Джо-Калеб. Уйдут в Сеть Агарты. Рита подозревала, что соответствующие контакты они уже наладили. Разрешить одному не жить «в расположении», а другим — нет? С ними так нельзя: это не собачки на поводке. Место дислокации давно лишь место для общего сбора по требованию. А Калеба отнял проклятый «Чёрный лебедь»! Блад… Кто бы мог подумать? Хотя у нордиков это обычная история, причём особенно — у женщин. Душа «Чёрного лебедя» — Майкл. Мозг, расчётливый и беспощадный — Ангел. Он никогда не простит Риту, даже мёртвую. Интересно, что бы сказал Макс? Более человечного инсектоида она не встречала. Это добрейшая и бескорыстная душа. Да, нужно признаться, что экипаж «Чёрного лебедя» в сердце Риты, как заноза!

Иногда на Леди, вырви глаз, словно просветление находило. Ей хотелось говорить о своих друзьях только хорошее. В конце концов, они не бросили её сына на произвол судьбы. Но в какой-то момент в голове словно срабатывал переключатель, становилось муторно до тошноты и хотелось кого-нибудь убить. Именно в такой период к Рите пристроилась известная своими скандальными расследованиями журналистка. Немолодая, но эффектная женщина, тонко манипулирующая людьми, что-то пронюхала о кровавом, истинном лице Риты. И многого добилась. Рита как с цепи сорвалась, разбрасывая правду-матку направо и налево. Но просветление закончилось, как обычно, и журналистку нашли в заброшенной фабрике голую, подвешенную за ноги, с отрезанным языком и выколотыми глазами.

Параллельно со своей группой, Рита располагала разросшимися бандами чисто земного типа, где она и царствовала, и правила, и карала, и миловала. Но какое убожество быть королевой воров, бандитов и убийц! С их помощью она расправилась с беззащитной журналисткой. Они с замиранием сердца смотрели, как она отрезает ей язык и выкалывает глаза, у ещё живой.

Поначалу Рита не придала значение кадровому вопросу. Лишь после того, как пару раз только интуиция спасла её от ловушек, она призадумалась. Самомнение, будто видишь людей, как облупленных, — прямой путь остаться в дураках и хорошо, если живым.

Консультанта порекомендовал Куратор:

— Он параноик в квадрате! Вы или сойдётесь, или прострелите друг другу головы! Желаю удачи!

Консультант выглядел как милый-милый дядюшка из какого-нибудь сериала для семейного просмотра. Рита даже приняла его за приживальщика в богатом доме. В ожидании хозяина она начала раздражаться.

— Если бы я плохо знал вашего поручителя, то решил бы, что с возрастом он теряет чутьё. — наконец признался Консультант: — Вы меня разочаровали, но это так часто случается, что я не буду огорчаться.

Рите очень захотелось взбрыкнуть и ответить колкостью, но она сдержалась.

— А это обнадёживает! — похвалил Консультант: — «Не спрашивай, не говори» — это принцип нашего сотрудничества. Как вы его поймёте, как и деловые отношения сложатся.

Все рекомендации по распознаванию лжи построены на примерах, когда ложь была раскрыта, или раскрыть её было нетрудно. За бортом остаётся множество, тысячи примеров, когда лжецы так и остались нераспознанными.

— Я обману полиграф столько раз, сколько захочу. – похвастался Консультант: — И для вас это не проблема. Поэтому оставим за бортом эту как бы науку. В ней есть свой смысл, но недостаточный, чтобы рисковать жизнью.

Собеседование Консультант проводил по компьютерной программе типа «скайп» с фотографией со своей стороны, которая всякий раз была другая, не его, разумеется. Жертва, именно так стала назвать кандидатов на своё доверие Рита, сидела в окружении видеокамер. Иногда итоговой рекомендации не требовалось: и тот, кого привели, и тот, кто привёл, оказывались с пулей в голове.

Консультант старомодничал. Он любил распечатанные досье. Но у камина. По одному их сжигал. Все они были с метками. Красная – подлежит тихой ликвидации (несчастный случай, самоубийство), вероятность, что заслан. Синяя – врёт, такова его природа, малонадёжен, но пока, кроме размера члена, ему скрывать нечего. Зелёная – можно попробовать, задатки квотербека.
 
— Обмануть можно и меня, и вас, и любого. – объяснял Консультант: — Но не обманывайтесь, так называемыми признаками лжи. Всё очень индивидуально. Наш отсев – всего лишь примитивные случаи.

Изредка Консультант между делом давал советы, которые заканчивались мини дискуссиями:

« — Научи свой слух работать, как зрение, и ты будешь видеть на 360 градусов вокруг. Ты паучиха. У тебя получится.
  — Самообман. Мозг и так видит затылком, и очень плохо. Человеческое зрение — оптическое недоразумение».

« — Мы оцениваем человека за доли секунды, не осознавая. Потом лишь уточняем свою оценку, портим её рассудочными суждениями и обусловленностью. Эволюционно человек мгновенно распознавал людоеда. Тех, кто не распознавал — съели. Они не оставили свой след в геноме.
  — Чушь! В геноме полно глупейших следов. ДНК — девочка-дурочка, которую насилуют все, кому не лень. Геном никакого самостоятельного значения не имеет. Он вторичен.
  — Откуда ты это знаешь?
  — От верблюда!».

« — Создавай у других ложные воспоминания. Особенно о преступлениях, которые они не совершили. Побольше уверенности, наглости и всё получится. Люди склонны поверить в плохое о себе, чем в хорошее.
  — Ваши психологи — идиоты!».

« — Как ни странно, ни все люди любят убивать друг друга. Стараются этого избежать. Важна мотивировка. Все войны мотивированы. Обязательно держи в группе психопата. Он для остальных как спусковой крючок, особенно, когда мотивация так себе… Убивать людей, или убивать врагов? Вот в чём вопрос!
 — Всё более индивидуально, чем обобщения на эту тему. Хотя не лишено смысла».

Эка невидаль! Среди уголовников и, особенно среди убийц, полным-полно психопатов. Они не управляемы. С ними одни проблемы. Рита тоже психопатка, если на то пошло. Армия, состоящая из одних психопатов, была бы непобедима. Но что за армия без дисциплины? И нет ничего хуже анархии в банде. Как соблюсти золотую середину, и есть ли она? В этом заключается искусство управления, которому учат тюрьма и улица. Универсального решения нет. Психопаты не под копирку родятся. У каждого свои тараканы в голове, с каждым не разберёшься по душам. Консультант прав, для затравки можно и потерпеть, но потом выбрать момент и по-тихому пристрелить. Это политика Риты.

Как-то раз Рита показала Консультанту фото Ангела, сделанное в теперь, уже кажется, очень далёкое время.

— Однажды тебе удалось его обмануть. – ответил Консультант: — На большее не рассчитывай.

— Я заметила, что твои выводы по большей части интуитивны, хотя подозревала в этом какую-то систему. — призналась Рита, которая, критикуя, всё же ценила талант Консультанта распознавать ложь: — Ты не учёный, и даже не спец. Ты разведчик с большим опытом. ЦРУ? Нет! Толковые люди там долго не держаться.

— Ты не ошибёшься, если остановишься в своих предположениях. — предупредил Консультант: — Один неглупый человек сказал: «Нет лучше маски для прикрытья лжи, чем правда. И лучше всех замаскирован тот, кто ходит голым». Иногда это так, иногда не так.

Рита, как подумала, опередила и пустила в ход свой любимый, незнающий промаха нож, который называла «оружием невинной девушки»: он вроде элегантной застёжки на рукаве; раскрывается на лету, поражает в солнечное сплетение. Она ошиблась, Консультант всего лишь потянулся за сигарой…

— Ты действительно больная! – воскликнул Куратор, когда Рита поставила его перед фактом: — Разбирайся теперь сама!

***

Шеф Гестапо нервничал. Канцлер объявил о совместном заседании Правительства и Совета Ордена. Среди приглашённых Преемник. Готовится что-то выходящее из ряда вон. В запасе только 12 часов. Привычки Канцлера хорошо известны: перед принятием важных решений он любит провести часок-другой у себя в огороде. Причуда! И наименее охраняемое место во Дворце: Канцлер не любит, когда под каждым кустом агент сидит, доверяет электронике, и не зря, её обмануть сложнее. И всё же, горе террористов к теплицам доставит беспилотный транспорт Ордена. Преодолеть защитный барьер они не смогут, но неизбежно много шума наделают. Смерть от пули — не серьёзно, реанимируют и Канцлера, и нападавших. Взорвётся баллон с газом, выедающим мозг напрочь! Мозги восстанавливать, ещё не научились. Даже для Драко это проблема. Много народу погибнет, зато в компании с Канцлером, если это утешение, конечно… Всё готово, чтобы свалить случившееся на недружественный акт землян. Хотя, зачем это им? Но они вообще-то странные. Понять их логику невозможно. Как они сами говорят о себе: одна рука и крест кладёт, и нож точит.

Мысли шефа Гестапо прервал срочный вызов по личному каналу.

— Они стартуют раньше графика и без заявленного маршрута.

Речь о «Чёрном лебеде». Совсем не до них. Но случай удобный: без заявленного маршрута их долго не найдут, если вообще найдут. Никто не удивится. Правила не для них писаны. Все их маршрутные листы липовые.

— Возможность проследить? — спросил Мюллер.

— Есть. Но ограниченная.

Обед у Канцлера не давал Мюллеру покоя. Неспроста старый хрыч с ними секретничал.

— Тогда ты знаешь, что делать. Пора уже избавиться… Чтобы я больше о них не слышал. Никогда! — распорядился Мюллер.

Главное управление имперской безопасности (РСХА) появилась в преддверие Второй мировой войны, и состояло из семи направлений. С тех пор эта структура не изменилась, доказав свою прочность и целесообразность. Назвать РСХА спецслужбой — упрощение, простительное дилетантам. Сейчас в США количество спецслужб уже не подаётся счёту. Этот термин втоптан в грязь сенсационными разоблачениями и политическими скандалами, он девальвирован до отряда скверно обученных диверсантов, отобранных по маньячным склонностям.

СС как явление зародилось на политической кухне 20-годов XX века, как личная охрана Гитлера, в противовес вышедшими из-под контроля штурмовиками Эрнста Рема, на словах его лучшего друга и замечательного соратника в борьбе за новую Германию. Первый опыт обособления фюрера оказался неудачным. «Штабная охрана» в Гитлере разочаровалась, в память о себе, оставив чёрную расцветку будущих СС, чёрные лыжные кепки с серебристым изображением «мёртвой головы», и красное поле нарукавной повязки со свастикой, обшитое по краям чёрной лентой. Дубль СС, за номером следующий, состоял сплошь из мелких буржуа, у которых в одном кармане смеркается, в другом заря занимается. Они как могли и чем могли, охраняли Гитлера.

Конфликт с Эрнстом Рэмом, гомосексуальным «солдатом удачи», интересен лишь тем, что был неизбежен и подробности неважны. Скромное, но неумолимое шествие СС началось в 1925 году. Много позднее, бахвалясь, рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, которого бывший генерал-полковник танковых войск Гудериан назвал «потусторонним явлением», скажет: «Я знаю, что в Германии есть некоторые люди, которым становится плохо, когда они видят наш чёрный мундир, мы понимаем это и не ожидаем, чтобы нас любили». Это не изменилось с тех пор.

Примерно тогда же на мину замедленного действия непримиримой вражды дружно уселись СС, партийные функционеры и вооружённые силы. Это при том, что при проверке документов, каждого эсэсовца обязывали иметь при себе членский билет НСДАП, удостоверение СС и песенник охранных отрядов. «Эсэсовец — самый примерный член партии, какого можно себе представить!» — говорилось в одной из агиток. Это изменилось с тех времён, но не существенно, если не считать важным, что обращение «партайгеноссе» исчезло из языка. Усилилась спутанность похлеще квантовой, но с простой расшифровкой: сегодня — верные друзья, завтра — смертельные враги.

Шефа марсианского Гестапо в биографии Гиммлера позабавила подробность, не единственная, разумеется: общепризнанный изверг питал навязчивую любовь к растениям, поэтому узники нацистских концентрационных лагерей должны были разводить грядки с травами, так как Рейхсфюрер СС ценил их лечебные качества выше традиционной медицины. Это из серии: если у них нет хлеба, то почему они не едят пирожные? Современная элита Рейха недалеко ушла от таких представлений о реальном мире и о том, что в нём действительно происходит.

Плодотворной оказалась идея Гиммера выковать из СС (по сути, охранных отрядов) что-то вроде ордена ариев-меченосцев, для воплощения в жизнь идей Гитлера, которого он считал «величайшим мозгом всех времён и народов». Рейхсфюрер СС даже шёпотом разговаривал с портретом Фюрера, висевшим у него на стене, а во время телефонных разговоров с ним, вытягивался по стойке смирно и щёлкал каблуками. А ведь Бисмарк заставит стоять по струнке! Ещё как заставит. Шеф Гестапо не сомневался в старом друге, который в юности был таким душечкой, что расскажи – никто не поверит! Новая должность, если достанется, того стоит. Говорить с портретом – полная шизофрения! Хотя, если для шпионов, то можно и с какашками Канцлера поговорить, не убудет!

Но прежде, чем стать истинной властью, почти вторым Вермахтом, СС пришлось пройти долгий путь через политический хаос, который воцарился после назначения Гитлера Рейхсканцлером. Начались боевые национал-социалистские игры внутри партии за привилегии и политические связи, компетенции и полномочия: все боролось со всеми против всех. Гиммлер считал себя обойдённым вниманием Фюрера, но усердно продолжал выслуживаться.

Что представляло собой СС того, да и последующего времени, если говорить о человеческим материале? Это преступники, идеалисты, идиоты, интеллектуалы и прочая смесь пороков и достоинств. Слишком различались функции множества гиммлеровских подразделений, чтобы критерии отбора в них были однозначными. Охрана концлагеря и политический сыск — это разные характеры, разные навыки. Какой уж тут расово-биологический отбор! Наверное, не было ни одного функционера СС, который бы не собачился с другим эсэсовским фюрером. Увы, это не то, о чём грезилось Гиммлеру, который считал, что будущий сверхчеловек должен быть обязательно блондином с голубыми глазами, а немецкий народ станет исключительно германо-нордической расой. Он почти не ошибся. Генриху иногда было тошно смотреть по сторонам: явный признак марсианского немца — голубоглазый блондин.

Легенда гласит, что истинный Чёрный орден СС был образован «12 рыцарями» — молодыми генералами, обергруппенфюрерами СС, которые осознавали, что их организация превращается в политическое болото. Гиммлер в их число не входил, потому что клятва, которую они принесли, ограничивала его волю к власти и была в том числе, клятвой самому себе, что неправильно. Но он опекал свой орден и возглавил его. Гиммлера не случайно называли «чёрным иезуитом». Доктрина его ордена — беспрекословное повиновение и культ организации. Это вполне по-иезуитски. Тогда же родилась идея реформировать для начала полицейскую службу в стране, сделав её предваряющее карательной, сбросив путы закона и юстиции. Дальше - больше, подминая под себя интригами, убийствами, сговорами и шантажом разведку, науку, концлагеря и даже таможню.

Главное управление имперской безопасности — прежде всего ясные принципы подбора и расстановки кадров; основная особенность — это единый субъект оперативно-разыскной деятельности. III Рейх нуждался «в мощном гаранте государственной безопасности» без параллелизма и конкуренции между спецслужбами. Такого не было, и нет, до сих пор на Земле. Марсианский Рейх сохранил в целости фундамент РСХА, заложенный Чёрным Орденом СС, разумеется, с учётом космической реальности и научно-технического прогресса. Принадлежность к Ордену и членство в партии — уже не принципиально. В сумме имеют значение: интеллектуальный уровень, послужной список, деловые качества, расовая чистота, отсутствие дурных наклонностей (пьянство, гомосексуализм), рост, сложение, занятия спортом… И ещё неизвестно что! Служить в СС престижно и аристократично. СС — принадлежность к элите общества. А какая форма! Какие знаки различия! Любо дорого посмотреть!

Кандидаты в Гестапо, предлагаемые Генрихом, за редким исключением, Орденом одобрялись. Какие они? Умные, без иллюзий, стойкие к любому идеологическому воздействию, кроме стремления к власти, духовно опустошённые, не признающие общечеловеческие нормы морали и нравственности.

Не мытьём, так катанием Гиммлеру удалось покорить одну из вершин власти. Но, как заметил въедливый историк, теоретически существующая абсолютная диктатура фюрера на поверку оказалась плюралистической анархией, на место государства пришёл произвол и борьба между собой высших иерархов. Науськиваемый конкурентами Гиммлера, Гитлер постоянно указывал фюрерам-эсэсовцам на их место подручных. Однажды в ярости он назвал СС «чёрной чумой», которую ещё выметет железной метлой. Это Орден запомнил и не простил. К тому времени основная часть СС уже насквозь была пронизана чуждыми людьми и структурами. Её-то и бросили на растерзание мировой общественности.

Антарктические немцы — в основном научно-техническая элита. Они не пустили Гитлера в Новую Швабию не за преступления против человечества. Их это не заботило абсолютно, как и Нюрнбергский процесс, который они считали актом лицемерия стран победительниц. Кровавая старуха Англия, напитанная колониальными смертями, истребительница народов судит преступный Рейх? Помилуйте, господа, вы часом умом не тронулись? Это не та ли Англия, которая присвоила неграм «звание» промежуточного вида между обезьяной и человеком? А вам напомнить, где была изобретена расистская биометрика? Где основана наука о человеческой селекции для выращивания идеальной расы? Уж не та ли это Англия, где было заявлено, что право жить ещё не означает право каждого на продолжение своего рода? А восхищение Гитлера английским народом, который в деле колонизации совершил неслыханное? А не в Англии ли почерпнуты основы для теории древней арийской расы? Как сказал поэт: «Себя как в зеркале я вижу…»

Гитлер развалил государство, довёл страну до катастрофического состояния. Такой фюрер антарктическим немцам был не нужен. Большинство из них верило в Великую Германию. За Гитлера они голосовали, как за инструмент цели. В личном качестве им он был неинтересен. А после позорного бегства покрыл себя несмываемым позором. Сказки об оболванивании великой нации — сказки! Великая нация знала, чего хотела. Другое дело, что не всем угодно было смириться с её передовой ролью.  

К тому времени на базах в Антарктике правил бал Чёрный Орден СС, переименованный в Орден Чёрного Солнца. Клятва, принесённая формально мёртвым, потеряла смысл. Объявить себя не живым, значит отречься от себя. Так умер Чёрный Орден СС и появился новый. Средневековые бредни Гиммлера, которые он, как игрушки на рождественскую ёлку, навесил на идеального по его наитию эсэсовца, остались в прошлом названии. Увы, первого главу Ордена сейчас вспоминают в основном, как клинического идиота. Как можно серьёзно относиться к человеку, к которому приходит дух короля Генриха? Потому и сменили название, чтобы не тащить оккультную мертвечину в будущее. На переходный период Орден Чёрного Солнца стал единственной властью космических немцев. Для них крах в войне потерпел придурковатый Гитлер, но не фашизм и национал-социализм. Эта вера позволила основать Новый Рейх и Новый Берлин. Кучке маргиналов такое было бы не под силу.

По недоразумению в круге общения Генриха на Земле нет-нет, да и появляются беспросветные гуманисты. Они считают каверзным вопрос о чудовищных преступлениях национал-социализма. Ответ не помещается в их зомбированных головах. Эту историю проходят в марсианской школе, и она не вызывает ни сожаления, ни раскаяния. Доведись новым немцам вернутся, то землянам не стоит рассчитывать на подобную историческую мягкость. Доля полемического задора в этом ответе есть, но небольшая. Как шеф Гестапо Генрих располагает подробной информацией о состоянии современного гуманизма на Земле. Преступления III Рейха, канувшего в историю, — это цветочки, по сравнению с реальной практикой победившего самого себя человечества. Не случайно туристический отдых с охотой на землян предлагают именно земные компании.

Когда послевоенная политическая пыль слегка улеглась, американцы, подстрекаемые разобиженным Борманом, которого так же не пустили на порог Новой Швабии, направили в Антарктиду исследовательскую экспедицию. Там они рассчитывали отыскать горы золота и злодея Гитлера. «Исследовательская» эскадра состояла из 14 кораблей ВМС США, включая новёхонький авианосец «Филиппинское море», на борту которого находилось почти 100 различных самолётов и вертолётов, в том числе противолодочные бомбардировщики.

Борман таки чуть-чуть приврал и о золоте, и о Гитлере, и о лёгкой победе: память подвела, с кем не бывает. Американцев ждало не просто разочарование, а унизительный разгром. Высаженный в районе базы «Новая Германия», отряд численностью около 500 человек, был уничтожен. Для демонстрации окончательной серьёзности своих намерений, хотя уж куда серьёзней, немцы взорвали один эсминец и покалечили американский авианосец до полной боевой непригодности. Борман, как у него вошло в привычку, снова исчез. Но не для отставного Папаши Мюллера, который пригрозил другу по партии, что прекратит финансирование безбедной жизни Гитлера и его камарильи, если подобное повториться. Заодно попросил передать в Кремль, чтобы к нему больше не присылали эмиссаров с предложениями о сотрудничестве.

Кроме золота, Гитлер интересовал мало, американцы рассчитывали захватить технологию летательных аппаратов нового типа. Борман, человек технически совсем неграмотный, как мог, на пальцах, объяснил про диски в небе. На этот счёт у американцев была своя информация, поэтому долго убеждать их не пришлось. Одного не знал личный секретарь фюрера, что основной стратегической базой III Рейха, где базировался подводный флот и летающие диски, была Исландия.

Сейчас в Антарктиде музей. Туда возят старшеклассников с Марса на экскурсии. Промышленный комплекс, построенный немцами, морально устарел, но до сих пор находится в рабочем состоянии. Это не удивительно. В характере нации делать добротные вещи. Драко и Древние Строители, между которыми напряжённые отношения, по своим причинам не желают видеть людей на этом материке, о чём ультимативно известили ООН. Есть и на Земле места, закрытые для человечества, а не только в космосе. Жалкие кучки исследователей погоды и природы погоды не делают. Правда, в нарушение Международного договора «Об Антарктиде» от 1959 года некоторые крупные военно-промышленные корпорации вроде Lockheed Martin всё же, как бы поставили там свои базы, но их никто не трогает, потому что они являются прикрытием обширной деятельности инопланетян. Сейчас в Антарктиде находится главный и самый крупный космический порт на Земле. В числе не менее важного — Суперврата (они же Звёздные), построенные Расой Древних Строителей. В подробности Генрих не вникал: это, огромный материал, которым занимаются специалисты. К разочарованию любителей фантастики, конструкция этого устройства и принцип работы не имеют ничего общего с тем, что показывают в фильмах: ни вращающихся кругов, ни адреснабирателя, ни «жидкого» света.

VII управление РСХА занималось и занимается научно-исследовательской деятельностью. На Земле оно оперативно сопровождало Аненербе — Институт наследия предков, который проводил исследования в различных областях, перечисление которых заняло бы много места, так много, что только наивный может в это поверить. Верили! Конспирологи придают этому институту слишком большое значение, в том числе и мистическое. А он был обманкой. После него остались тонны «чудом» сохранившихся документов. РСХА так не работает. Эвакуация Германии началась в 1942 году. К концу войны и пылинки секретной не завалялось. Осталось лишь то, чем неизбежно пришлось пожертвовать, в том числе и немецким народом. Тут уж ничего не поделаешь! Удивительный пример беспримерной наивности: якобы нашлась кем-то забытая лоция для подводных лодок — путь в Новую Швабию. И русские поплыли! Ума хватило повернуть обратно.

Ключевым было и остаётся IV управление РСХА — Гестапо (Gestapo — Тайная государственная полиция рейха). Несмотря на то, что он полный однофамилец легендарного Папаши Мюллера, Генрих шёл к своей должности трудно, преодолевая препятствия, которые бы отпугнули хоть сколько-нибудь порядочного человека. Однажды его за это упрекнул тогда ещё шеф.

— Один арестант сказал: «В мире не может быть никаких убеждений, и существуют лишь обстоятельства». — ответил Генрих: — Этот арестант стал позднее начальником уголовной полиции Парижа.

— Мечтать не вредно! — ответил шеф.

Вредно не мечтать! Шеф спалился на чепухе: соврал ради любимой женщины, одна ложь потянула другую… Если бы не Генрих, тогда кто? Кто-нибудь другой. Обязательно! К сожалению, это не то предательство, за которое дают орден: даже в прожжёно-профессиональной среде оно выглядело мерзко. Поэтому Генрих долго ходил в исполняющих обязанности, пока не избавился от свидетелей решающего шага в своей карьере.

Канцлер знал о давней дружбе Генриха и Бисмарка. Не мог не спросить и спросил.

— Таких подлецов я ещё не встречал. И умён. — ответил Бисмарк: — Его либо четвертуют, либо он станет большим человеком.

Канцлер промолчал. Назначение состоялось. Бисмарк не стал скрывать от старого друга свою рекомендацию: всё равно узнает!

— Шеф тайной государственной полиции должен уметь сидеть одновременно на различных стульях. — ответил ему, улыбаясь, по-дружески, Генрих.

Свидетели и поражений, и побед почему-то одинаково неприятны, потому, наверное, что победа — это всегда чьё-то поражение и никогда наоборот. В уже давние времена подавление бунта в Колониях считалось победой. Так это выглядело. Сейчас в пору говорить, о крупнейшем поражении. Тогда от Генриха мало что зависело, и ему было легко рассуждать о необходимости федеративного устройства Рейха. Когда же от него что-то стало зависеть, он оказался заложником несчастливой победы и проводником политики силы, которая, в конце концов, себя исчерпала.

Колонии для Рейха — вечный источник огорчения. Можно от забот надорвать здоровье, пытаясь ими управлять, а можно — пустить на самотёк, результат будет похожий: разной степени недовольство, смута большая и маленькая. На фоне такой вялой чересполосицы появление партизанских отрядов — как плевок на зеркале. Главная причина — слабость местной власти, её уже непригодность. Убрать и заменить новой — это только на словах просто. Присланных не любят, местных — тоже. А кого хотят, и сами не знают. Время дорого. Партизанское движение имеет свойство разрастаться. И требуют не меньше, чем отделения от метрополии. Иногда простого появления линкора Тёмного флота было достаточно, чтобы страсти поулеглись. Часто точечное применение силы не утихомиривает. Тогда города и страны под снос идут. Хаос, рухнувшая экономика — и сразу становится не до партизан, которым ничего не остаётся, как друг друга съесть.

Приветствуя силовое давление, Генрих так же прибегал к различным уловкам. Почему бы не помочь повстанцам, как они себя называют, медикаментами, провизией, амуницией и даже оружием? Нужны правильные руки, через которые это можно передать. Если вдруг разразится новая чума, оружие начнёт взрываться в неподходящий момент, а на амуниции расплодятся жуткие насекомые — местные условия виноваты. Немало такой помощи развёз «Чёрный лебедь», когда его контролировал Генрих. Благородство в соединении с молодостью всегда легко управляемо. На одной из планет неожиданно ситуация вышла из-под контроля: яд смешался с каким-то местным вирусом. Погибло более 100 миллионов человек. Антидот не помог. Эффект Центра спасителя не состоялся. Нет, ребята-демократы, даже не отравленный чай из рук злодея — всё равно яд. Пока вы это поймёте, много людей погубите.

На Канцлера неудачная операция вирусной войны произвела тяжёлое впечатление. Он решил ослабить вожжи. Мирное, сосуществование продолжалось недолго и лопнуло, как мыльный пузырь. Колонии выиграли время для налаживания контактов с другими мирами, чтобы совместно дать отпор Центру. Драко возмутило попустительство Канцлера. Они пригрозили, что выселят всех жителей колоний в Солнечную систему. Это более 10 миллиардов человек! Для землян колонисты те же пришельцы, да и куда столько? Послать на усмирение Тёмный флот, одна треть которого колонисты? Гражданскую войну развязать? Очень не умно! Драко хитрят. Всё-то они понимают. Им не нужны колонии в руинах, им нужна инфраструктура колоний, но без моноэтничности. В таких случаях они действуют по «земному типу». Заселяют планеты близкими, но биологически разными расами. Свара за ресурсы, за место под солнцем, за красивую жизнь обеспечена на века и даже тысячелетия. А дань населением и сырьём поступает, или просто забирается — без проблем!

Уход Канцлера, каким бы он ни был, насущная необходимость. Его политика провалилась. С ним впереди только хаос. Кризис грядёт и выбросит за борт власти всех, кто не подстрахуется. Новому Канцлеру придётся крутиться, как угрю на сковородке. Гражданская война разрушит Рейх, изнутри погубит Тёмный флот. На такое самоубийство Бисмарк не пойдёт. А припугнуть Колонии уже не получится. Момент упущен. Остаются только переговоры и обещания, которые, конечно же, Берлин не выполнит. Поэтому берите всё, что душе угодно: демократия, автономия, царствие небесное… Пожалуйста! Только так! Неизбежен разбор прошлых обид. Претензий к шефу Гестапо будет много. Но все они ерунда, если не протянется ниточка к «Чёрному лебедю» и «благотворительной помощи». Тогда не только колонии, но и Тёмный флот встанет на дыбы. С подачи Генриха «Чёрный лебедь» изрядно, с удовольствием гадил вооружённым силам Рейха, на что были внутренние политические причины. Можно не сомневаться, друг Бисмарк с лёгкой душой отдаст на растерзание друга Генриха!

«Чёрный лебедь» — как бельмо в глазу! Он должен исчезнуть, словно его и не было. Отто? Неудачно выбрал себе компанию. Остаётся только искренне сожалеть…

***

В полёте Пилот и Корабль сливаются в один организм. Мыслящая материя одухотворяет техническое совершенство и усиливается до божественного могущества в преодолении пространства. Время не в счёт. Оно не существует. У космоса нет часов с кукушкой. Нет ни часов, ни дней, ни лет… О Времени можно рассуждать занимательно и сколько угодно, если времени не жалко. Но всё без толку! Нужно различать Понимание, Знание и Пользование. Мы пользуемся, не зная, а даже если знаем, то без понимания. Это не только о Времени! «Твоё «сейчас» – это не моё «сейчас»; твоё «потом» – не моё «потом»; но моё «сейчас» может оказаться твоим «потом», и наоборот. Чья голова способна разобраться в подобных вещах?».

В Коконе Ангел впервые за своё пилотство почувствовал не гармоничность: это было похоже на фальшивую ноту. Он вывел Корабль на марсианскую орбиту и остановил полёт.

— Капитан! — в Коконе Ангел никогда не называл Майкла по имени: — Есть помеха. Она не техническая. Корабль исправен. Она внешняя и в то же время внутренняя.

— Можно пренебречь? — спросил Майкл.

— Можно. Угрозу бы я почувствовал по-другому. Но странно. Оно как животное, которому понравился наш шоколад, и как частотная метка. Похоже, мы на крючке.

— Ты знаешь, чем может обернуться промедление. — напомнил Майкл.

— Уверен, что это не уловка Тёмного Флота, и, уж тем более, Флота Канцлера. Доверься мне, как никогда раньше. Поиграем в кошки мышки.

— Твоё право, Пилот! Разрешаю. — подтвердил согласие Капитан, потому что, когда время принятия решения становится критическим, лучше довериться Кораблю. Разрешение обязательно, как подпись с печатью в придачу. Пилот рулит. Решает Капитан. Есть особый Протокол. Его называют «Протоколом Смерти» и о нём стараются не вспоминать.

Измерение пространства световыми годами — это условность, как и метрическая система мер. Можно сказать, что «Чёрный лебедь» не сдвинулся с места: он на крохотное мгновение изменил Вселенную, и вот уже Корабль дальше, чем за тридевять земель от начала пути. Ангел выбрал пустынный участок Галактики, куда точно пиццу не доставляют.

У преследователей, если такие есть, нет другого выбора, как показаться, иначе за следующим «подскоком» они уж не уследят. Но случай особый — не до смотрин. Настолько особый, что свидетелей быть не должно. Друг не стал бы прятаться и тайно преследовать. Если враг, то силён. А бы кто, не стал бы так рисковать. Не к добру это.

— Принял полное управление на себя. — объявил экипажу Ангел: — Готовность стартовая, боевая. Все отсеки перекрыты. Автономия рабочих мест полная. «Малютка» за бортом! Координаты вложены. Кто не спрятался, я не виноват!

«Малютка» — ядерное взрывное устройство. Это и пушка, и бомба одновременно. Её можно сравнить с кумулятивным снарядом, струя которого — мощнейший электромагнитный импульс. Все прочие прелести ядерного взрыва в космосе особого значения не имеют. Электромагнитный импульс не разрушает, он убивает электронику на смерть: цепи управления, связь, систему жизнеобеспечения и даже особо защищённый «чёрный ящик» бортового компьютера, который тоже превращается в хлам. Люди умирают не сразу и мучительно, но прежде, чем их настигнет смерть, скорее всего, они сходят с ума в темноте и в хаосе. Мощное силовое поле вокруг корабля защищает, если вы ожидаете такого нападения. Чаще всего «малютки» используются как мины, которые срабатывают на приближающийся объект. Такие минные поля — эффективное заграждение. Есть множество способов их маскировки. Правда, опытного пилота на такой мякине не проведёшь, а вот новички в районах боевых действий часто попадаются.

Принцип дворовой драки — бей первым! В распоряжении Ангела было, может быть, чуть больше двух наносекунд, если по земному. В радиальном времени и того меньше. Миллионная доля мгновения — после появления преследователя в зоне поражения, и та же доля времени — до взрыва «Малютки», чтобы укрыться силовым плазменным щитом, для которого эти бомбочки, что об стену горох. Такой взрыв можно зафиксировать на расстоянии примерно 40 световых минут. Это миллиарды километров. Вряд ли так близко кто-то есть. Ангел специально увёл Корабль подальше от торговых путей и нечаянного любопытства.

Когда всё было кончено, Ангел убрал сначала плазменный барьер, который для «Чёрного лебедя» был серьёзным новшеством, но оставил обычное силовое поле. В любом случае, даже если противник не уничтожен, он покалечен, вопрос — насколько? Сможет ли ответить ударом на удар? Бортовой компьютер выдал на экран очень замедленную, пригодную для восприятия глазами картину поединка.

Корабль небольшой, по сравнению с «Чёрным лебедем», но чем-то на него похожий. Разница в выступающих над корпусом башнях с двух сторон диаметрально противоположно. Майкл сразу вспомнил нагловатого полковника с южным акцентом…

— Ты тоже об этом подумал? — спросил Ангел, отключив общую связь.

— Да! Это они. Не сомневаюсь. Оружие «нулевой точки» или что-то такое подобное. — согласился Майкл.

— Может быть, скалярное. Тогда бы нам пиздец, точно! Плазма бы не спасла.

Судя по компьютерной прорисовке, противник готовился к встрече: на остриях башен наметилось свечение. Это излучатели. В замедленном показе было видно, что корабль раскрылся как восьмиконечная звезда. Вероятно, нижний и верхний лучи активировали готовность к бою. Другое трудно предположить, ведь, это не детская раскраска для любознательных и не стремление показать себя во всей красе. В полётном состоянии лучей не видно, их как бы совсем нет. В деле — это звезда. Маленькая Звезда Смерти, которая убивает всё живое и взрывает материальные объекты изнутри, словно они смертники, проглотившие атомную бомбу. Нас убивает энергия жизни, заключённая в нас. Мгновенное, катастрофическое нарушение баланса вселенских сил несёт смерть.

Откуда у подручных Генриха эта технология? У Рейха нет такого оружия, иначе им бы давно похвастались, чтобы припугнуть всех космических бузотёров разом. Для Драко слишком мелко, чтобы охотиться за космическим корабликом, пусть это и «Чёрный лебедь»: для них он даже не Моська, лающая на слона, а песчинка на пляже. Драко решают свои задачи глобально. Неурядицы в Солнечной системе, не боле чем прыщик на теле их империи. Кто руками Генриха, который вряд ли понимает, что за сила ему способствует, устраняет неугодных?

Сканирование показало, что корабль противника уже не корабль, а груда металла без признаков электронной активности. Выжил ли кто-нибудь? Этого уже не узнаешь. Теперь на борт можно попасть, только если вскрыть корабль как консервную банку. Может быть, это сделают пираты, когда наткнутся на случайную добычу. Но прежде пройдёт сто, тысячу или много тысяч лет. Корабль будет плыть по воле космических волн вечно.

«И никто никогда не встретил
Эту лодку потом нигде:
Скрылась лодка в отвесном свете,
Как скрываются в темноте».

— Внимание! — Ангел перешёл на общую связь: — На своих мониторах вы видели, что произошло. Пока мне добавить нечего. Всем оставаться в защитных костюмах. Если кто-то оставил в грузовом отсеке зубную щётку, сожалею. Всё содержимое отправлено за борт.

— Может быть, я уже… — намекнул о своих полномочиях Майкл.

— Потерпи, пожалуйста… — ответил Ангел: — Не понос, ведь. Не у тебя в ушах звон от этого зверюги, а у меня. Кажется, оно начало размножаться. Вот она, сила, чудесная шоколада!

— Так и разорится недолго.

— Лучше десять раз разориться, чем один раз умереть!

— Разумно! Не сомневаюсь, что вы все на рабочих местах. — взял в свои руки бразды правления Майкл: — Полёт продолжается. Ремни безопасности можно не пристёгивать. Бесполезно. От нашего пилота лекарства нет. Доложить о готовности.

Лёгкие перепалки Капитана и Пилота для «Чёрного лебедя» дело обычное. Они снимают напряжение и подбадривают. Когда, можно сказать, на твоих глазах гибнет целый корабль, это трудно осознать. И совсем не хочется думать, что сами могли бы стать летящим в вечность гробом. «Чёрный лебедь» по своим убийственным возможностям, бесспорно, даст фору любому военному кораблю. Майкл превратил когда-то торговое судно в крепость. И всё равно к силе прибегали редко и то, лишь для её демонстрации, чтобы напугать до усрачки. Помогало. Но чаще сами убегали, чтобы не ввязываться в драку. Однажды отбивались от пиратского флота, и то, почти с нежностью. Но убить целый корабль… Это впервые. Для этого экипажа впервые.

— Прошу внимания! — слово неожиданно взял Макс, его угнетала возникшая недосказанность: — Уверен, что погибшие не испытывали к нам ненависти. Они выполняли чей-то приказ. Наверняка среди них были хорошие, достойные люди. Светлая им память. Благодарю Капитана и Пилота. Их слаженные действия, их интуиция и опыт спасли нас от гибели. Горько признаться, но я бы на их месте растерялся. Прошу почтить минутой молчания память о погибших. Пусть их души не держат на нас зла. Да, мы действовали на опережение, но это самозащита, в которой никто не в праве никому отказывать.

Майкл — душа Корабля. Ангел — мозг Корабля. Макс — совесть Корабля.

До места назначения добрались без приключений, хотя и не самым коротким путём. Корабль с позывными Тетраграмматон их уже ждал. Как в и прошлый раз радары врали о космической пустыне вокруг. Но визуальные датчики радовали сочной картинкой: между двумя огромными тороидами что-то вроде города в прозрачной втулке. Огненная космическая чудо-колесница, как из сказки, замерла в ожидании. Тороиды переливались волшебным цветом.

Оставив на вахте Младшего и Макса, Ангел и Майкл пошли провожать гостя. Отто, к которому традиционное «Младший» так и не смогло прилипнуть, и которого почему-то все звали в основном по имени, смотрел на обзорный экран как заворожённый. Так в первый раз было когда-то и с Максом.

Всё, что произошло в дороге, пассажир видел на своём мониторе. Это был Канцлер. Вместо слов он крепко пожал руки обоим. Спустились в приёмный шлюз. За бортом, как и в прошлый раз, ждала четырёхметровая чёрная пирамида. Корабль её помнил, а Майкл загодя дал разрешение на приём гостей. Он не удивился, снова увидев человека с рептилоидными глазами. В этот раз мистер Джонсон был одет как римский патриций, но по индийской традиции. И в сандалиях, но в носках. Земные модники его бы осудили.

Канцлер и мистер Джонсон дружески обнялись.

— Я же говорил, что на этих парней можно положиться! — мистер Джонсон смотрел на Ангела и Майкла: — Вас ждут великие дела.

— Надеюсь. — поддержал Канцлер: — Я этого никогда не забуду. Спасибо, ещё раз!

— Мы не забудем! — уточнил мистер Джонсон.

На прощание обменялись рукопожатиями. Гости вошли в пирамидальный челнок, словно в нём растворились.

— Ты что-нибудь понял? — спросил Ангел, когда проводы закончились.

— Нет. — честно признался Майкл.

В рубке Отто и Макс беседовали. Слово «разговаривали» в этом случае неподходящее. Беседовать они могли часами.

— Ты можешь представить, что мы с тобой так болтали? — как-то спросил Ангел.

Майкл отрицательно мотнул головой. Но Ангел ждал ответа.

— Я тебя без слов чувствую. — ответил Майкл: — Особенно, когда ты чеснока поешь.

Это же Майкл! Говорить несерьёзно о серьёзном — это может быть более серьёзно, чем выглядит.

— Вы в бога верите?

— Зачем? Я его знаю!

В этом ответе почти весь Майкл. Ангелу нравилось, когда они устраивались рядом поудобнее и молчали. Для них — это содержательнее любого разговора.

Если раньше суета вокруг «Чёрного лебедя» носила светский характер с криминальным оттенком, то после конфиденциального обеда у Канцлера заговорили о политической подоплёке неприкасаемости Корабля. Отказать, Ангел и Майкл, не могли, этого и объяснять не стоит, а после скандального присоединения к экипажу сына Преемника — и подавно! По всей цепочке сопровождения до заветного зала не было ни одного эсэсовца, и ни одного личного досмотра! В рядах Гестапо заговорили не только о скорой отставке своего шефа, но и других перестановках во властных, прежде всего силовых структурах. Ритуальность фигуры Канцлера независимо от его личности, требовала неукоснительного соблюдения протокола. Монарх может позволить себе вольности в нарушение этикета, но не авторитарий! Канцлер — фигура компромисса: все значимые интересанты его власти должны быть уважены представительством, даже если и пустым, а так же, неотъемлемым правом заботы о власти своего Правителя. Ходили слухи о личной разведке Канцлера, которая наводила ужас на чиновников Рейха. Каста сверхдоверенных уполномоченных Правителя — прямой путь к опричнине. Гестапо, разумеется, это отрицало.

Обед был простой, без перемены блюд, всё стояло на столе и действительно был похож на обед, а не на демонстрацию кулинарной роскоши.

— В нашей семье любили украинский борщ. — сообщил по-русски Канцлер.

Ангел и Майкл его прекрасно поняли, прежде чем успели удивиться. Слово «борщ» никаких вкусовых ассоциаций у них не вызвало, хотя было знакомым. Дальнейшее — это шок, по-нашему!

Оказалось, что Канцлер русский мальчик родом из деревни Крюково. Пролетарская революция лишила его родителей, а воспитала семья немецких революционеров, которых впоследствии большевики расстреляли за несгибаемую приверженность к мировой революции и непочтение к авторитету Сталина.

Такая далёкая история казалась почти сказочной. Канцлер учёл шок гостей, а так же их слабое знание предмета. Он не стал вдаваться в политические тонкости. Продолжил о понятном.

— Семнадцатилетний юноша в Берлине 30-х годов… — Канцлер ностальгически вздохнул: — Берлин тогда — мировая столица гомосексуализма! Без преувеличения. Не только, разумеется. Это был город сексуальной раскрепощённости. Мне повезло. Надо мной взял шефство очень влиятельный, умный и… — Канцлер задумался: — Да что объяснять. Я ему обязан так же, как и приёмной семье. Потом была «Ночь длинных ножей». Гонения. Мы перебрались в Штаты. Он меня усыновил. Из интересного… Я отличился во время разгрома эскадры адмирала Бёрда. Операция «Высокий прыжок». Тогда американцы чуть не прижали нас в Антарктиде. Мы дрались самоотверженно. Это был вопрос выживания. Наши челноки не отличались совершенством. Отстрелявшись, многие падали в воду и тонули. Мне повезло.

Ангел и Майкл слушали, раскрыв рты.

— А как же Драко? — ничего умнее Майклу в голову не пришло.

— Как всегда! — ответил Канцлер: — Наблюдали. Мы для них тогда особой ценности не представляли. С Лунной базой они нам помогли… С человеческой позиции Драко понять невозможно. Они могли бы помочь Гитлеру, но не стали этого делать. Не из любви к людям, уверяю. У них игры в долгую. На Марс мы уже пришли без их разрешения. Нас здесь не ждали. Так скоро, во всяком случае. И вот во что всё вылилось! Вы наверняка думаете, зачем я вам это рассказываю?

— Да! — прямо ответил Майкл, получив от Ангела тычок ногой под столом.

— Я о вас многое знаю. Вы обо мне — ничего. Это несправедливо. — объяснил Канцлер с лукавой усмешкой: — Решил восстановить баланс, насколько возможно. Но, если кто-то рассказывает о своей жизни приличными словами, значит, он минимум на половину врёт. Так что на этом я остановлюсь. Я заметил, что молодёжи история не очень интересна, если вообще интересна.

— Почему? — возразил Ангел: — Я историю своего рода знаю.

— Вы чудесный аристократ. Это вам в плюс. А вы, Майкл, плохой американец. И вам это в плюс. К слову… Когда Агент занялась вашей родословной, то выяснилось, что с вашим дедом мы были знакомы. Так, что вы не простолюдин, каким хотите казаться. Семья Брюсов, знаете ли… До сих пор семья Брюсов!

— А вы — целая эпоха. — светски заметил Ангел, чтобы Майкл ещё что-нибудь не ляпнул.

— Уходящая? — спросил Канцлер: — Отчасти. Но могу ещё стариной тряхнуть, затем и собрались. Рейх остановился в развитии по множеству причин. Меня считают ретроградом, поборником отжившей идеологии… Так. Но опять же, отчасти. Мы упёрлись в собственный потолок, как Земля в Купол. Уверен, что вы не в восторге от наших порядков. Тем более что на своей судьбе ощутили их прелести. Резко изменить сложившееся положение, я могу только… — Канцлер взял паузу: — Если уйду в отставку… — и вновь пауза, чтобы собеседники прочувствовали сказанное: — С вашей помощью!

Разговор уже шёл на смеси русского, немецкого, английского. Ангел попросил уточнить по-английски, настолько был ошарашен. Майкл посчитал за лучшее не встревать.

Канцлер не стал наводить тень на плетень. Он объяснил, что объяснение будет сложно для собеседников, которые по естественным причинам глубоко не в теме. Но вот, что ясно без особых объяснений:

— Уйти, но остаться здесь — равносильно самоубийству. Уйти с вашей помощью — подвергнуть и вас, и себя смертельной опасности. Если ваша помощь раскроется, то я уже бессилен буду вам помочь. И при этом, я никак и ничем не могу вас вознаградить.   

— Почему бы и нет? Я не против. — ответил Майкл. Ему очень понравилась мысль насолить всему Рейху разом!

— Твои мысли, иногда опережают твоё сознание. — упрекнул Ангел: — У нас есть выбор?

— Да. — ответил Канцлер.

— Согласен! — не стал больше расспрашивать Ангел.

Подробности операции — с Норманом. Появление этого персонажа в интриге не удивило. Канцлер сказал о нём предупредительно:

— Не ваш фанат, но пока и не ваш враг.

О чём Канцлер умолчал. Совет Ордена принял решение его устранить. Сказались застарелые обиды и ожидание новой чистки в чиновничьем аппарате, после которой влияние Ордена будет сведено к ритуальному. По сценарию Канцлер внезапно почувствует себя плохо до потери сознания. Лёгким ядом отравят одежду. В восстановительную камеру по чудовищной ошибке поступит сильнейшая кислота вместо биологического раствора, в котором она обычно используется в микроскопических дозах. Вариант трансформирования Канцлера в киборги был отклонён, как излишне садистский. Всё же Канцлер!

После достигнутой договорённости, смысл которой так и оставался загадочным, разговор пошёл более свободно. Канцлера интересовало, что помнят его собеседники о своей жизни в другой временной линии? Ничего кроме языка. Нет сомнения, что и там они были парой. Остались некоторые навыки, которых раньше не было. Пожалуй, и всё!  

Говорить о пещерном расизме и рабстве в Рейхе, всё равно, что говорить с людоедом о вреде людоедства. Этих тем избежали, хотя у Майкла язык чесался, но он дал слово Ангелу, что не будет дразнить гусей. Рейх малая часть системы, в которой рабство благодаря развитию науки, снова стало эффективным. А расы и народы всегда враждовали и ненавидели друг друга. ПИсать кипятком по этому поводу бессмысленно, особенно перед человеком, чьё благорасположение бесценно. Глупо думать, что в его воле изменить курс такого корабля, как Рейх. Майкл вынужденно согласился, как считал, с приспособленчеством Ангела. Он искренне верил, что по-американски правильно защищать права и свободы. Ангел не спорил, хотя его картина мира была написана другими красками. Если английский аристократ не понимает, что Англия сражалась с Гитлером, который считал, что берёт пример с англичан, но не с фашизмом, значит, он не понимает своей исторической роли. Расизм и фашизм подарили миру англосаксы, как истребляющая нация, как носитель бремени Белого Человека. Боже, храни королеву, а меня от неё! Ангел любил Майкла больше, чем свои политические убеждения, выкованные совсем не по-американски.

Бабушка Герцогиня, мягко говоря, критически оценивала королевскую семью, но была безусловной роялисткой и симпатизировала национал-социализму. Иллюзий своих внуков относительно мира, в котором им придётся жить, она не щадила. «Лучше бы я родился в семье нашего садовника!» — сказал Ангелу Ричард, прочитав документы, которые Герцогиня положила ему на стол. Там были показания о чудовищном ритуале, «как новорождённых младенцев разрезали на куски на каменном алтаре и съедали, как одних детей заставляли насиловать и калечить других детей и перерезать им горло церемониальными кинжалами». По словам очевидцев, Папа Франциск, бывший Папа римский Ратцингер, генерал иезуитов Адольфо Пахон и архиепископ Англиканской церкви Джастин Уэлби были участниками ритуалов Культа Девятого круга с изнасилованием и убийством детей. Имеются также доказательства причастности к этим ритуалам судьи Верховного суда Великобритании Фулфорда, членов британской королевской семьи, включая принца Филиппа, голландского кардинала Афринка, голландской королевы Вильгельмины, её семьи и супруга короля Хендрика, бельгийской королевской семьи и основателя Бильдербергского клуба принца Бернарда.

Бабушка никогда не комментировала документов, с которыми безжалостно знакомила своих внуков, и она всегда оперировала только документами, чтобы её наследники прочувствовали свою классовую принадлежность к тайнам мира сего. Среди прочего Ангел знал, что практика гитлеровских концентрационных лагерей, включая эксперименты над детьми, впоследствии стала базой для программ ЦРУ по контролю над сознанием. Когда он сказал об этом Майклу, тот обиделся, попенял Ангелу на излишнюю доверчивость жёлтой прессе и гнусным наветам. Но как закрыть глаза на личную историю и документы с грифом «Совершенно секретно»? Очевидно, как и все люди, американцы разные: среди них есть и освободители, и законченные садисты, которые достойно переняли эстафету у своих немецких коллег. Майкл — освободитель, не иначе! Это радовало.

Прощаясь, Канцлер предупредил:

— Когда вы выйдете из этой комнаты, у вас в Берлине останется только один друг. Точнее — подруга. Вы её знаете. Она моя любимица. И всё же Бисмарку я не завидую! Много судачили, почему я его выбрал? По разным причинам. Агнет — далеко не последняя. А мне с женщинами не везло: либо я их совсем не понимал, либо понимал слишком хорошо.

Проводы гостей, обеденные воспоминания… Операция «Побег» закончилась. Казалось, можно было облегчённо вздохнуть. Куда там! Всегдашнюю беседу Отто и Макса прервал сигнал: сработал датчик движение в Комнате Памяти! Это примерно так же, как звонок мобильного телефона из гроба! Вероятно, какая-то ошибка. Ангел и Майкл лишь для порядка решили по пути в рубку заглянуть в Место Памяти.

Пожалуй, слово «шок» для «Чёрного лебедя» от частого употребления потеряло экспрессию. По комнате, словно ничего особенного не происходит, прогуливался Кеша! Совсем недавно он лежал в ряду безвременно покинувших этот мир, хотя и нетленным, с широко расправленными крыльями. Так и хотелось сказать, как живой! И действительно, живой! Он, очевидно, подзарядился от корабля, который, судя по всему, его породил. Следует признать, что слово «живой» применительно к Кеше — некая условность. Но и не мёртвый.

— Больше никогда… — Майкл раздвинул указательный и безымянный пальцы в букву «V»: — Больше никогда так не делай!

Кто старое помянет, тому глаз вон! Казалось, Майкл готов был выколоть глаза Кеше за его фокус с перемещением в другую линию времени. Но злобы в этом не было. Скорее, строгая просьба.

— Родной ты наш! Чудик! — обрадовался Ангел.

Казалось, что Кеша понимает больше, чем по нему можно было догадаться. Как так? Настолько невербальность общения с ним была многогранна!

Отто замер, увидев птицу из сериала. Он считал Кешу в большей степени, авторской импровизацией, чем активным персонажем, хотя и видел его распластанным в Комнате Памяти. Отто принял воскресшего Кешу за копию, но по реакции окружающих понял, что ошибся.

А уж как Кеша вытанцовывал перед Бладом, выражая свою искреннюю радость, это надо было видеть! К нему он всегда был неравнодушен.

— Смотри! Отобьёт! — предупредил Калеба Майкл: — На голову не серет, но пердит крепче американского президента!

Калеба Кеша важно обошёл вокруг, словно приценивался. Деваться некуда, признал, раскланялся, по-птичьи. Перед Максом уважительно склонил голову.

Саныч, по уши погрязший в своих инженерных делах, не обратил на Кешу никакого внимания, не заметил: прыгает что-то там по полу… Вероятно, очередная игрушка командиров. Когда Кеша аккуратно клювом прикоснулся к руке бортинженера, Саныч инстинктивно отбросил птицу с возгласом:

— Срань Господня!

Так не совсем удачно они познакомилось.

Очевидной для всех была влюблённость Кеши в командиров. Они объект его основного внимания. С них он не сводил своих влюблённых глаз. Следил за каждым их движением. Следовал за ними по пятам, и, казалось, от счастья подпрыгивал.

Над Арес Прим Кеша летал как истребитель над покорённым городом. Но в Новый Берлин его пришлось вести в клетке, чтобы какой-нибудь гестаповец не пристрелил ненароком нарушителя воздушного порядка. С киборгом Ваней Кеша только что не расцеловался, садился к нему на руки, без опасения расцарапать броню.

— Цыпочка! — воскликнул маленький Принц.

Кеша нежно клювом коснулся пальчика ребёнка.

А с Агнет Кеша встретился, словно и не расставался, хотя до этого они не были знакомы. Создавалось впечатление, что две подружки сплетничают о том, о сём.

Встречи любимца публики с друзьями после долгой отлучки произошли не в один присест. Они уложились в последующую череду событий, в которых Кеша занял своё, подобающее ему место. Как для него обычно, бывал, то незаметен, то назойлив до наглости. По общему мнению, всем повезло, что он неразговорчив и не телепат.

Возвращение Кеши занимало Ангела и Майкла больше, чем политической буря в Рейхе, которая обрушилась на них, как только «Чёрный лебедь» оказался в пределах Солнечной системы и объявил свои позывные. Канцлер подал в отставку! Видео с его обращением… И так далее, и тому подобное. И как всегда, полуправда. О том, что Канцлер отбыл в неизвестном направлении — ни полслова! Умер король, да здравствует король! Радовало, что в политической суматохе до «Чёрного лебедя» никому дела не было. Это предположение оказалось ошибочным.

***

Говорят, что у русских есть обычай купаться в проруби в мороз. Шеф Гестапо почувствовал себя таким смельчаком. Он словно плюхнулся в студёную воду, когда за шесть часов до объявленного заседания у Канцлера, Государственное агентство новостей выпустило в эфир заявление отставке…

— Лунную группу в расход! Не знаю, как ты это сделаешь. Вопросов не задавай! И найди снайпера! Из-под земли достань! — рявкнул Папаша Мюллер на дядю Ангела, презрев правила вежливости: — Выполняй!

У Дяди от сердца отлегло! С лунной группой он уже разобрался. Несчастный случай! Разведка космической программы имела несколько автономных общежитий, не соединённых тоннелями с основной базой. Это диктовалось условиями секретности и целесообразностью. Обычно скромные жилые комплексы рассчитаны на 20-30 человек. Маскировка некоторых не допускала даже стартовых площадок для челноков. В одно из таких укромных местечек направлялся наземный транспорт типа школьного автобуса. Внезапная разгерметизация — как взрыв, последствия те же. Никогда такого не было, но всё случается когда-то впервые. Раздувшиеся, ещё не смёрзшиеся останки тел, по ошибке упаковали в мешки для мусора… Такое происшествие с военными породило бы серьёзное расследование. Увы, секретность — профессиональный риск разведчика, а мусор на базе — это непорядок!  

— Не торопитесь, и не опоздаете! — посоветовал Норман, когда узнал о подготовке лунной группы к отправке на Марс.

Как было не последовать совету знающего человека?

Но как поступить со снайпером? Придержать улику, или от неё избавиться? Учитывая давнюю дружбу с новым Канцлером, Генрих, небось, уже форму Рейхсфюрера СС примеряет. Игра опасная, но может стоить свеч. Придержать!

Рита приготовилась лишь доложить об устранении Джо-Калеба. Куратор в её, как говорил, «мерзкие подробности» вникать никогда не желал. Но приказ попридержать, озадачил. Рано или поздно своевольника придётся предъявить. В любом случае Рита увидела шанс, который раньше пропустила. Если взять Калеба, за ним придёт Блад, а за Бладом… Можно не сомневаться, за ним придут Ангел и Майкл! Как раз тот случай, когда «не виноватая я, они сами пришли!». Одно затруднение — Калеб перестал выходить на связь, приставку «Джо» он отбросил, и возвращаться к ней не собирался.

Политические новости Ангела и Майкла не удивили. Неожиданным оказалось сообщение от Агнет. Раньше никогда напрямую с «Чёрным лебедем» она не связывалась, но теперь перед ней открылись новые возможности жены Канцлера, она не преминула ими воспользоваться: все ресурсы Рейха к её услугам, в том числе и любой вид связи.

— Куда вы запропастились? Предупреждать нужно! Сколько раз просила!? — начала с вечного упрёка Агнет: — Тут сумасшедший дом! Да и чёрт, с ним! Пересылаю сообщение от Блада. Калеб пропал не по своей воле. Блад — к нему на выручку! Теперь, думаю, их обоих спасать надо!

Женское чутьё Агнет не подвело. Беда! Калеб ничего скрывать от Блада не стал, правда, не сразу, а лишь после того, как решил покончить со своей тайной жизнью. У него не было оснований и подозрений связывать Риту с «Чёрным лебедем». Не по наивности. В сценарий фильма он не вникал, его роль менялась по ходу съёмок, историю легендарного корабля толком не знал. Слухи и сплетни его не интересовали. Без задней мысли однажды Калеб обмолвился о похожести характеров Риты и героини сериала. Получил путаный ответ о фанатстве и какой-то ерунде, которую сразу выбросил из головы. Рита Калебу была неприятна. Он с лёгкостью поверил, что сумасшедшая командирша подражает литературному персонажу, украла её имя и пытается подражать выдуманной судьбе, чтобы не задумываться о своей.

Для Калеба персонаж «Рита» закончился во втором сезоне сериала в психиатрической клинике. В заключительных сериях он снимался мало, к финальной сцене отнеся скептически. Актриса, которая играла Риту, очень старалась выглядеть на экране круто, но получалось фальшиво. Это окончательно убило в сознании Калеба даже небольшую схожесть его командирши с героиней фильма. Зато Блад всё понял, но промолчал. Не захотел бередить застарелый конфликт через Калеба. База Серых, где обосновалась Рита, указание, как стрелка компаса — на дядю Ангела, которого Блад изредка встречал в доме Ричарда и чинно с ним раскланивался. Рассказать о сумасшедшей бандитке остальным — значило разворошить всё снова. Даже миролюбивый Макс считал, что предательство и вероломство Риты, должно быть наказано.

Телепатически связаться с пропавшими на большом расстоянии не получалось. И дядя не сразу нашёлся, потому что служебными делами пренебрегал, оправдывая это секретностью своей работы. Ангел через секретаря припугнул, что выложит в сеть педофильские забавы родственника, компромат на которого детективы накопали воз и маленькую тележку.

— Мог бы и повежливей, племянничек! — не стал скрывать своего раздражения дядя.

— Мог бы, да не до этого. Мне нужно всё о базе Серых. Ты приютил там Риту. — Ангел сразу раскрыл карты.

— Кто тебе такую глупость сказал? — изобразил сердитый вид дядя: - А даже если и так…

— Через два часа мы будем на лунной орбите. — перебил Ангел: — Уверяю, ты всё выложишь и не мне, а всему миру. После этого у тебя будет выбор — либо застрелиться, либо на пожизненное. За сотрудничество обещаю скрыть источник информации.

— Иногда думаю, в кого ты такой? — тяжело вздохнул дядя: — Опасаюсь, что в меня.  Хорошо. Твоя взяла. Ты не представляешь, во что ввязываешься!

Полученная от дяди информация возмутила и взывала к мщению, как пепел Клааса, который стучал в сердце Тиля. Стало очевидно, что база одна из самых гнусных. Пятнадцать разветвлённых уровней вглубь. Некоторые обозначения расшифровал Макс. Там генетические лаборатории, накопители для похищенных, боксы для испытания химического воздействия… Всей мощи «Чёрного лебедя» хватит лишь на то, чтобы проклятое подземелье слегка вздрогнуло. О захвате речи не было. С лунной орбиты с пленниками связаться не удалось, но телепатия легко подавляется медикаментозно, в чём Рита мастерица. Телепортация на секретных объектах блокируется. Это обычная практика.

На появление «Чёрного лебедя» в акватории Луны флот Космической программы среагировал ожидаемо: угрожающим эскортом.

— Вам здесь не рады, как вы сами понимаете. — констатировал адмирал Маунтбаттен.

— Со всем уважением, господин Адмирал! И к вам господа. — обратился Майкл к военным, собравшимся в командном зале Базы Лунных операций: — Мы никому не причиним вреда, если нам не придётся защищаться. К сожалению, взаимный горький опыт есть. Урон, который вы понесёте, будет на вашей совести. К вашему сожалению, весь ваш флот не причинит моему кораблю ни малейшего вреда. И вы это знаете.

— Граф! — Вступил Ангел: — У меня к вам личная просьба. Если вы сочтёте, то ознакомите с ней коллег. Мы готовы опуститься к вам на базу, чтобы продолжить разговор.

В своём кабинете Маунтбаттен встретил Ангела и Майкла объятиями:

— Всё равно рад вас видеть живыми и здоровыми! Вы и у нас ходячая легенда. Про вас уже анекдоты рассказывают! Самое время в политику подаваться!

Адмирал ничего не слышал о подземной базе, на которой инопланетяне держат похищенных людей, проводят над ними генетические и психические эксперименты, испытывают химическое оружие, там много женщин и детей.

— С вашим-то доступом к секретной информации? — удивился Ангел.

— Сверхсекретная информация — как матрёшка. Действует концепция «потребность знать для осуществления работы». Поэтому в правительстве есть люди с особым доступом к секретам, которого нет даже у Президента. Есть программы специального доступа с кодовыми словами, которые знают только участники проекта. А это… Я не знаю, как это назвать. Мы в этом не участвуем.

— Вы солдаты, а не кровопийцы и живодёры. Поэтому и не участвуете.

— Честно сказать, кое-что слышал, но не верилось.

— Предлагаю, не откладывая, пойти с этим к Президенту. Нужна совместная воздушная и сухопутная операция. — предложил Ангел.

— Какой ты скорый! — в сердцах воскликнул Адмирал.

— При всем моём уважении, поверьте искреннем, вынужден поставить условие. Если мы не получим ответ в течение часа, то начнём трансляцию этих документов на Землю. У нас мощности хватит. Эта мерзость находится на территории Америки, под покровительством правительства и Президента, хотя Президент ничего об этом не знает. Красивая история. — предупредил Ангел.

Вышли не прощаясь. Адмирал тяжело молчал, сразу стало видно, что ему давным-давно пора на пенсию.

Реакция поступила быстро. На обзорном экране появился человек, холёный, такими обычно в кино показывают успешных, но крайне подлых адвокатов. Он скептически оценил возраст возмутителей спокойствия и заговорил тоном школьного учителя, который пытается понравиться нерадивым ученикам.

— Видите ли, молодые люди… Вы действительно хотите услышать, как наш Президент смачно пукает? Если повезёт, то он при вас и обсерется. Несерьёзный разговор получается. Угрозы…

— Ты кто? — грубо спросил Ангел: — Я вижу, что ты гнида!

— Я… — Адвокат преодолевал гнев: — Я помощник Госсекретаря…

— Ну и ступай на хуй! Будем говорить только с Президентом. У меня, такие как ты, за обедом прислуживают.

— Вы не понимаете, с чем имеете дело! — багровея, закричал Адвокат.

— Это ты не понимаешь! — поддержал Майкл: — Когда поймёшь, поздно будет!

Адвокат с экрана пропал. Через несколько минут его заменила прямая, строгая как швабра в углу рядом с помойным ведром, с короткой причёской под седину, женщина очень неопределённого возраста и сказала, как выстрелила:

— Кэмп-Дэвид вас устроит?

Ангел и Майкл кивнули головами.

— Но приземлиться вам нужно на Site RT. — приказала Швабра.

— Запасной Пентагон! — уточнил Майкл: — А больше ничего не хотите? Может быть, сразу Зона 51? Или Австралия? Нет, спасибо. Кэмп-Дэвид нам подходит.

— Невероятно! Невероятно! — всплеснула руками Швабра.

Майкл вызвал Базу Лунных Операций. Ответил Адмирал.

— Перехожу на земную орбиту. — предупредил Майкл: — Просьба не мешать.

Кэмп-Дэвид не произвёл впечатления. Основной дом — простецкий, пожалуй, лишь более добротный и основательный, чем у рядовых американцев, укоренённый на земле, словно из неё выросший. Наверное, это правильно. Не то что дворец, особняк в классическом стиле выглядел бы глуповато в окружении неброской природы, фигурного пруда… Вертолётка для Капитанского челнока оказалось маловатой, но уместились: словно огромная жаба опустилась с неба на задний двор. Постройки для общения с делегациями были выделены в отдельный блок. Периметр территории огорожен двойным «военным» забором, контрольно-следовая полоса… Плохо замаскированные, свеженькие крупнокалиберные пулемёты и, вероятно, лазерное оружие, тоже установленное в спешке. К прилёту гостей готовились. Зона обстрела — посадочная площадка. Для челнока — это вооружение, что слону дробина. В небе барражировали военные вертолёты. Наверняка на взлётной готовности и самолёты.

Гостей встретил полковник ВВС и двое солдат с автоматами наперевес. В отличие от видеопереговорщиков, он представился, и не выглядел напряжённым, как следовало бы ожидать. Нормальный, спокойный, ничему не удивляющийся дядька. Прошли в основной дом. Роскошная гостиная: мебель, книги, столы, кресла — картинка из дизайнерского журнала. Словно всё готово для приёма хозяев, которые отсутствовали. Кратчайшая экскурсия по дому закончилась в странной комнате: стол, два стула и больше никакой мебели. Обивка стен, похожая на бархат. Дверь закрылась со щелчком. Приехали!

— Вот суки! — выругался Майкл.

— Комната не иначе как клетка Фарадея. — предположил Ангел: — Чтобы не звонили, куда попало. А у нас даже телефонов нет. Думаю, содержательного общения ждать не стоит. Тянут время.

Майкл крепко стукнул кулаком в закрытую дверь, особо на реакцию не рассчитывая. Её и не было.

— Если мы сейчас же отсюда не выйдем, наш корабль вскипятит Женевское озеро. — Ангел не сомневался, что наблюдатель где-то есть: — Надеюсь, намёк прозрачный? Передайте по команде.

Над ответом думали минут десять. Разумно решили не рисковать. Дверь открыл невозмутимый полковник и развёл руками, мол, ничего личного.

— Никого нет? — спросил Ангел.

— И не было. — ответил полковник.

— Тогда и этого скоро не будет! — сердито сказал Майкл: — Не люблю, когда так шутят. Я шутить не буду. Солдат и обслугу убери подальше! Спасибо скажешь! Думаю, президенту придётся основательно обновить резиденцию.

Полковник насторожился. Взялся за рацию, но передумал. Внимательно посмотрел на Майкла и всё же скомандовал покинуть помещения и перейти в укрытие. К челноку гости вернулись под прицелом со всех сторон.  

— Хороший командир! — сказал на прощание Майкл: — О людях думаешь. Не то, что твои начальники.  

Взлетев над Кэмп-Дэвидом, Майкл несколькими выстрелами поджёг территорию вместе с постройками. В ответ по челноку ударили крупнокалиберные пулемёты. Вертолёты среагировать не успели. Челнок взмыл и растворился в пространстве.

Уже на корабле ждал вызов с Луны.

— Мы не причём! — начал оправдываться Адмирал.

— Уверен, что так. — перебил его Ангел: — Не будем терять времени. Пожалуйста, соедините нас с переговорщиками.

— Ни к чему. — ответил Адмирал: — Мы их отстранили. Президент дал добро.

— Всё же… У меня для них сообщение. — настоял на своём Ангел.

Минут через пять на экране появилась, возможно, одна из комнат Белого дома, судя по не совсем офисной обстановке. За столом сидело пять человек с каменными лицами. Точно не по своей воле вышли на связь.

— Передайте Кругу 13, что я ещё окончательно не решил, как поступлю с их центром под Женевским озером. Но решил, что в наказание заберу одну треть золота из хранилища в Шотландии в порядке компенсации за общение с вами. Они поймут. И напомните им правило нашего клуба — договариваться! А не пытаться обмануть. Поэтому я в своём праве. Вам советую представляться, когда понятия не имеете, с кем говорите. А то ведёте себя как шобла!

Не только Майкл от удивления слушал с открытым ртом. Даже Макс оторопел.

— Там сплошь и рядом мои родственники титулованные. Не прямые, но всё же. — объяснил Ангел про Круг 13: — Трусы и подлецы. Мнят себя устроителями миропорядка. Пусть понервничают!

Помимо аристократических привилегий, Ангел и Ричард по рождению иллюминаты. Такова их семья испокон веков, в глубину которых даже заглядывать как-то страшно. Иллюминаты — прежде всего родословная, идущая издревле. Если вы пролетарий, не помнящий родства, то пожалуйте в планетарий, где вам в очередной раз вобьют в голову расширяющуюся Вселенную. А в иллюминаты — нет! У них Вселенная никуда не расширяется. Иллюминат неофит? Такое возможно, если вдруг открылось ваше происхождение до N-го колена, причём не обязательно аристократическое с поместьями, замками и гербами. В Ордене немало простых людей, но по-своему исключительных. Название «иллюминаты» прилипло к Ордену по недоразумению, потому что говорят о Просветлении, а оно бывает разное. Случались в истории подобные или не подобные организации, но давно сгинули без следа. Не о них речь, хотя именно о них вы можете прочитать в энциклопедиях. Истинным иллюминатам такая неразбериха только на руку. Вопрос членства в Ордене не всегда простой, но решаемый, и зависит от вашей способности стать частью его ритуалов.

Если выразится языком компьютерного времени, Ангел и Ричард не активированы, как члены Ордена. Бабушка твёрдо оградила внуков от ритуалов инициации и воспитания в особых религиозных группах для детей иллюминатов. Но среда, в которой они выросли, за неимением другой, в основном была отравлена идей превосходства Просветлённых над всеми прочими людьми. Ричарда это мало затронуло, Ангел брал с него пример, а бабушка никогда не пыталась ограничить их круг общения исключительно доктринёрами, приобщёнными к таинствам избранности. Поругивала для порядка за дружбу с простолюдинами, но не сердилась. Это уберегло братьев от деформации психики в религиозно-мистическом духе. Теоретически им ничего не стоит влиться в стройные ряды иллюминатов и занять достойное по праву рождения высокое положение среди них. Нужно лишь принять участие в обряде человеческого жертвоприношения и дать клятву верности. Не сговариваясь, тут даже и обсуждать нечего, братья не могли представить себя в таком действии и качестве. Кровные, финансовые и политические узы не позволяли иллюминатам запросто отринуть отщепенцев, к тому же посвящённых Герцогиней в сокровенные тайны Ордена. Ни богу свечка, ни чёрту кочерга – но всё равно свои, хотя бы классово.

Когда на Ричарда герцогство обрушилось во всей полноте, он прочувствовал, что связан с не братьями иллюминатами, больше, чем думал. Высшая аристократия находится в сильной взаимозависимости. Все они плывут в одной лодке и за благо её не раскачивать. Ангел бывал на Земле редко, но когда бывал, то не мог отказать себе в удовольствии подразнить иллюминаторскую свору. Например, мог разыграть удивление: «Как, вас ещё не повесили на фонарях?!». Стоило бы повесить! Ричард в этом не сомневался, но не мог позволить себе вольностей брата. Иллюминаты – это проказа общества. Они проникают в любой бизнес, не гнушаясь ничем. В детской порнографии и проституции, в торговле наркотиками всегда найдётся доля иллюминатов. Они крепко оседлали средства массовой информации, интернет, соцсети. Сырьевой бизнес во многом в их руках. Они грезят господством над миром любой ценой. Это цель и смысл их жизни. Встать у них на пути – самоубийство. Устранением неугодных они не гнушаются. Политически в их подчинении свора масонских лож, призванных исполнять волю Просветлённых.

Редкий иллюминат имеет прямой доступ к Кругу 13. Ангел знал их семьи с детства. И в общении церемонился с ними не больше, чем того требует светская учтивость. Бывал и бесцеремонным. Например, объявил, что убьёт каждого, лично, если они не оставят в покое его семью. Ричард пришёл в ужас, когда ему рассказали об этом. Ситуацию заморозил дядя, иллюминат высшей степени, хотя и не прямой член Клуба. Он рекомендовал собратьям с полной серьёзностью отнестись к словам племянника, если им дорога жизнь и семьи.

— Он не Тот, Кого вы ждёте. — объяснил дядя: — Считайте, что он его сын. Нашу идею он не погубит, но лично вас стряхнёт, как пыль со своих туфлей. Эту войну вы проиграете. Я её уже проиграл. Терпение и выдержка, господа!

Некоторые считают, что иллюминаты — это и есть Кабал. Нет. Они финансовое подспорье Кабала и не единственное. Его сила и магия не в деньгах, а в шизофреническом массовом сознании: в религии (особенно в христианстве); в науке (посаженной на его гранты); в искусстве (протесты, которого он дирижирует); в СМИ (неподконтрольность которых он уничтожил); в политиках (купленных им). Иллюминаты слишком элитарны, слишком закрыты, у них слишком много чертовщины и совсем нет доброго бога. Они годны к употреблению избирательно. Отдельно с ними переговоры вести никто не будет. Они религиозно чокнутые психопаты. Их бог — Люцифер. Он Тот, Кто Грядёт. А люди — лохи! Им нужно, что попроще, поразвратнее и кусок пожирнее Иллюминаты — лишь часть конструкта Кабала, которых он изредка достаёт, как фокусник кролика из шляпы, чтобы отвлечь внимание от себя. Сами они так не считают, часто действуют независимо. Как правило, Круг 13 (число, к слову, необязательное), путают с Архонтами. Это поощряемая Кабалом ошибка. Архонты — не человеческая раса.

А дяде Ангела безразлично кем быть: иллюминатом, тамплиером, иезуитом, фашистом или коммунистом. Главное — чтобы везде, как свой. У него это хорошо получается. Подлецу всё к лицу! По семейным обстоятельствам он, конечно, больше иллюминат, чем всё остальное, но это ему не мешает. Он даже прошёл Посвящение в Ватикане. Где же ещё! Центральное место для Сатаны править бал. Как это было?

Тринадцатилетний послушный подросток, только-только пошёл в рост, прыщавый дохляк. Не в пример своему брату, будущему королю, семьи, разумеется. Он завидно стройный, красивый без усилий со своей стороны, от природы. Своевольный, упрямый, шкодливый. Прозвище — Герцог. Он и был герцогом. В своё время, на Посвящении он устроил дебош, сорвал церемонию. Иллюмината из него не получилось. Никакого. Боле того, он никогда не скрывал своего презрения к Ордену. Называл их ебанутыми на всю голову. Мать это огорчало. Отцу было безразлично, он лишь просил не сквернословить при женщинах. Но Герцогиня не оставила мысли о продолжении семейной традиции. Так младший брат оказался в Ватикане.

Поскольку группу детей вели, Мальчик не запомнил, как и куда они шли. Было не по себе, он волновался больше из-за своих прыщей, чем из-за предстоящей церемонии. Спустились в подвал, пришли в небольшую круглую комнату. В центре большой пентаграммы стоял чёрный, отполированный до блеска стол, может быть, из камня, с золотыми канавками. Трудно вспомнить был ли дополнительный свет, кроме как от множества зажжённых свечей, но тени как бы раздваивались и походили на чертей. На столе сидел голенький мальчик лет трёх-четырёх, безучастный к окружающему. Он не спал, но как спал. Молитвы на латыни расслабили своей монотонностью. В воздухе чем-то запахло, но Мальчик в запахах не разбирался, а это был не церковный запах, который бы он узнал. Руководил церемонией человек в пурпурной мантии. Он что-то более громко и резко сказал на латыни, и его рука блеснула, словно маленькой молнией… Мальчик запомнил только первый удар в сердце жертвы. Ребёнок всхлипнул, глаза его широко раскрылись, он как будто проснулся, но крикнуть не успел, или не смог. Мальчик ослеп от неожиданности и окаменел. Он не мог пошевелиться. Человек в пурпурной рясе резал ловко, уверенно, кровь ребёнка потекла по золотым желобам. Мальчику вдруг показалось, что это он умер и происходящее нереально. Когда чувство тела вернулось, Мальчик неуверенно стоял на ногах. У человека в пурпурной мантии на руке был большой золотой перстень. Он встал пред столом, почти закрыв его собой, и протянул руку для поцелуев. Две девочки и два мальчика — из детей больше никого не было, подходили к нему по очереди, становились перед ним на колени, целовали перстень и клялись служить Новому Мировому Порядку до самой смерти. После перстня у Мальчика во рту остался ужасный вкус, он с трудом промямлил клятву. Что такое Новый Мировой Порядок он не знал. Закончилась церемония словами человека в пурпурной рясе, сказанными для всех: «Пусть то же самое или ещё хуже произойдёт с вами, если вы нарушите эту клятву». От слов «то же самое» у Мальчика, будто что-то взорвалось в голове, он искал глазами выход. Ему хотелось бежать из каменного гроба…

Из Ватикана Мальчика везли какие-то мамины люди. Всю дорогу он молчал. Дома он тоже молчал, но уже вместе с Герцогиней. Он не разучился говорить, но что сказать? Кому? И зачем?

— Мамочка, не убивай меня, пожалуйста! — наконец вымолвил Мальчик и заплакал навзрыд.

Герцогиня крепилась. Именно в этот момент она должна была показать сыну, как нужно стойко переносить душевную боль. У неё это получилось. Мальчик сквозь слезы с ужасом смотрел на свою мать. Сейчас уже можно сказать, что это был конец его детства, но тогда он этого не понял. Мальчику долго снился маленький ребёнок, живой. Он и до сих пор иногда снится. Детская комната Мальчика, в которой он сходил с ума от семейного одиночества, от отсутствия любви и тепла, достанется потом Ангелу.

Иллюминаты не строят жизнь, они её разрушают и не ради прибыли, славы и роскоши. Ради служения идее абсолютной власти над людьми. Из Посвящения дядя Ангела вынес только один урок: нет в жизни ничего, ради чего стоит пожертвовать своей жизнью. Мать он жалел. Она была непоследовательна в своих убеждениях и последовательно разочаровывалась в них всю жизнь.

Сорвав зло на видеопереговорщиках и давних не друзьях иллюминатах, Ангел понял, что погорячился: золото — это их яйца, в которые он всё равно, что ногой пнул. Заодно и проболтался. Теперь они знают, что он знает. Одна треть на Земле — колоссальная сумма. «Чёрный лебедь» богат как никогда! Но по сравнению с богатством врагов — это капля в море.

Обрадовал Отто. Оказалось, что у Блада работает мобильный телефон. Звонить он не стал, чтобы не выдать это Рите.

— Рита не дура! — категорически заявил Майкл: — Если у Блада включён телефон, значит так ей нужно.

— Не сомневаюсь. — согласился Ангел: — Она знает, что мы своих не бросаем. Дорогу нам показывает.

— Это ловушка! — удивился Отто.

— Да. — спокойно ответил Ангел: — Но решение проблемы не в действии, а в учёте противодействия.

— Растёшь на глазах! — похвалил Майкл: — Скоро на тебя снизу вверх смотреть буду. Нужно выучить!

Телефонное местоположение пленников прояснилось странно. Если судить по карте, то они вмурованы в стену. Вероятно, это какая-то потайная комната.

— Сумасшедший риск! Она вас убьёт! — не сдавался Отто.

— Риск, подкреплённый бойцами Космической программы и морпехами! — уточнил Ангел: — Нас убить… Мы наденем бронежилеты.

Отто расхохотался:

— Волоса пизде не защита!

Увы, он прав. До 30% смертельных ранений приходится в голову, около 10% — в туловище, остальное — в конечности. А бронескафандры неудобны, если ты не киборг. Но пуля дура и про статистику ничего не знает, поэтому бережёного бог бережёт, даже если в него не веришь. А в помощь высшим силам экипаж «Чёрного лебедя» с подачи Макса пользуется супер бронежилетами. Его раса умеет из биомассы выращивать особых жуков, которые, пропуская через свой желудок разные вещества, вырабатывают материалы с удивительными свойствами. Если речь о бронежилетах, то они гасят энергию пули ещё на подлёте, до того, как она угодит в цель. В комплекте подшлемник, сеточка на лицо, нарукавники и рептилоидные перчатки с острыми, как бритва коготками. Но полным облачением, как правило, пренебрегают. Каждый такой костюмчик стоит три тонны шоколада и поддон виски. Очень даже не даром. Отто ещё не довелось испробовать волшебную броню на себе, поэтому он недоверчив.

Рита с удовольствием сама застрелила бы Ангела и Майкла, вычистив, как она думала, таким образом, их из своей жизни. Навязчивые идеи в больном мозгу не редкость. Но параноидальное чувство брало верх. Риту пугали случайности, которые не раз ломали её планы. Спонтанность ей удавалась лучше. При этом она делала вид, что так и задумано.

Ангел и Майкл не дурачки. Они понимают, на что идут. У них всегда в рукаве, если не козырь, то нечто переворачивающее ситуацию. Рита верила в их удачливость и боялась её. Невыносимо было сознавать, что они так и остались для неё командирами, за которыми она шла безоглядно. О своём предательстве Рита не думала — это была чёрная, непроглядная яма в мозгу, куда заглядывать невыносимо страшно.

Земные бандиты Риты сначала выловили Калеба, а потом, как на живца, и Блада. Её команда не стала бы этого делать. Калеб — их любимчик. Проблема! Рита хотела запереть пленников в подсобке. Это какая-то в прошлом технологическая выработка, о которой все забыли. На карте её не было. Когда-то кто-то использовал её как слесарную мастерскую, потом — как склад для хозяйственного хлама. О реакции своей команды Рита не подумала. Да и кто будет ухаживать за двумя обозлёнными мужиками: кормить, убирать за ними? Так с самого начала, всё пошло наперекосяк. Красивая, идея завлечь Ангела и Майкла, ослепила и оказалась совершенно не подкреплённой практическим планом.

Оставить любовничков дома в подвале, посадив в клетки? Заманчивая мысль! Интересно было бы понаблюдать. И ждать появления Капитанского челнока? Ну, на хуй! Накачав пленников парализатором, Рита сдала их на прокорм Серым. В подсобке оставила только телефон, заминировав помещение. Сразиться лицом к лицу с отважными покорителями космоса она расхотела.

***

Штурм вражеской базы начался буднично. Центральный вход не столько охраняла, сколько обслуживала частная охранная компания, нанятая Министерством обороны. Удивительное рядом! Несуществующий формально объект находился в федеральной собственности. На месте разбираться с юридическим казусом не стали. Охранники широко распахнули ворота перед военными, мол, охраняем, но не контролируем — добро пожаловать! За оцепление территории, объявленной зоной боевых действий, развёртывание штаба операции, временного госпиталя, столовой и пунктов проверки задержанных и пострадавших — отвечали морпехи. Захват базы производился силами подразделений Космической программы. Обычное оружие в таких случаях малоэффективно. Плазменные и инерционные автоматы лучше всего отвечали поставленной задаче. К тому же вид инопланетян, у людей к этому не подготовленных, вызывает психологический шок.

В Штатах более трёхсот военных подземных баз. Так считают те, кто их считал, удивительно, что им это позволили. Базы могут быть непохожи одна на другую, и в то же время неизбежна их некоторая типичность. Общая черта — наземное сооружение, напоминающее пожарную вышку в несколько этажей, обычно из бетона. Это и есть вход на базу. Там расположены посты охраны и различные виды контроля. На некоторые базы нельзя войти с поверхности земли, нужно пользоваться тайной подземной системой вагончиков. Инопланетяне и криминальные компании обычно находятся в самой глубине, на такой глубине, которая уже не считается территорией Соединённых Штатов. Эта хитрость развязывает им руки для незаконной деятельности, но, как оказалось, не сковывает формальностями тех, кому такая деятельность не по нраву.

В наземной вышке со всеми её контрольно-пропускными ухищрениями, военные сопротивления не встретили. Персонал быстро сообразил, что это не ограбление банка и никто с ними церемониться не будет. Первые три уровня так же зачистили стремительно. Десятки людей сдались, Серые скрылись на этажах ниже. Как позднее выяснилось, большинство задержанных искренне верили, что работают на правительство. Как же плохо нужно думать о свой стране, о своём Президенте, о своём правительстве, которые допускают такую чудовищную «работу»? Или сами люди готовы служить кому угодно, кто обеспечит их комфортное существование? Всегда найдутся слуги, добросовестно исполняющие свои служебные обязанности у газовых камер, и печей крематориев.  

Настоящие бои развернулись на последующих уровнях. К счастью, Серые и, как оказалось, другие недружественные расы, настолько уверовали в свою безнаказанность и неуязвимость, что появление военных стало для них полной неожиданностью. Поэтому сопротивление распалось на очаги, в которых вооружённые инопланетяне несли обычное дежурство. После очистки пятого уровня, наступление было временно остановлено из-за необходимости вывести на поверхность не менее сотни человек заключённых в тюремной форме — в оранжево-белых комбинезонах на голое тело. Люди не понимали, где находятся, вели себя покорно, даже бездумно. Это были мужчины, женщины и дети.

Ангел и Майкл задержались на третьем уровне. Подъярус, который они искали, оказался в тупике и был пуст. Жилые помещения покинуты. На полпути к цели перестал работать ретранслятор мобильной связи, без которого сигнал на поверхность пробиться не мог. Общее освещение отключилось, осталось только аварийное — тусклое, неоново красное. Отметка на карте мало помогла. Стена естественной, не облагороженной отделкой породы, казалась бесконечной и непригодной для каких-либо помещений. Но куда-то бежали крысы. Они чувствовали выход. Проблема с этими животными в подземельях окончательно не разрешима. Они всегда находят себе укромные места, где их никакая санобработка не достанет. Действие специальных излучателей от всеядных грызунов ограниченно жилым и рабочим пространством. Кроме того, некоторые расы с удовольствием едят крыс живьём и развлекаются охотой на них.

Наконец впереди мелькнуло что-то похожее на дверь. Майкл бессознательно, как поступал всегда, бросился вперёд, загораживая собой Ангела. Закрытая дверь в бою — всегда ловушка, а в их случае — проблема: открывать нельзя и не открыть нельзя. Но как поступить, решать не пришлось. Интуиция Майкла не подвела: раздался взрыв. Вероятно, как в той сказке, мышка бежала, хвостиком вильнула, телефон со стола — бац! А потом и — большой бах!

Рита следила за происходящим из своего дома в небольшом городке в 30 милях от базы. Это не было её основным убежищем, а лишь вспомогательным помещением, где размещался дубль пункта управления криминальным бизнесом. К экрану её призвал сигнал сработавших на базе датчиков движения рядом со складским блоком её команды. Творилось что-то непонятное. Вряд ли в силах Ангела и Майкла устроить такой переполох. Пробраться туда под какими угодно личинами — это для них труда бы не составило. Не более! Мысль о захвате базы военными поначалу даже в голову не пришла, как абсурдная. Идеальные отношения с местными властями, чудесные с Министерством обороны — как вечно безоблачное небо в погожий день. Продажность всего и вся обеспечивала почти идеальную защиту от неприятностей.

Рита обожала подглядывать. На всех её легальных и тайных предприятиях было установлено видеонаблюдение: явное — для обычной острастки; и скрытное. Подглядывая за своими сотрудниками, чувствуешь себя меньшим говном, чем являешься на самом деле. В ресторанах повара и подсобные рабочие воровали продукты, плевали в приготовленные блюда, не соблюдали элементарных санитарных норм. Мишленовские звезды элитарного общепита — туда же! Охранники лапали сотрудниц. В коллекции Риты шикарное групповое изнасилование какой-то шлюшки. Поделом. Как жопой перед мужиками крутить, так запросто, а как расплачиваться — так трагедия? Нет уж!

Однажды Рите показали снятое скрытой камерой производство пельменей (есть такое популярное у холостяков и бедняков блюдо). После этого трудно согласиться с обвинением, что ты преступница. Казалось бы, естественный, природный каннибализм среди людей в 21 веке в основном изжит. Бывалая во всех смыслах Рита почувствовала себя наивной девочкой! Да, пожалуй, прежде чем клеймить инопланетян за то же самое, нужно на себя обортиться. Пельмени – они как правда, рано или поздно обязательно всплывают. Всплывёт и это!

Минёрша из Риты плохая, почти никакая. Виртуозным специалистом на взрывные гадости у неё был инсектоид. Но как внятно объяснить минирование кладовки с хламом? Рита решила обойтись собственными навыками. Такой и результат! Когда общее освещение отключилось, кладовка с экрана пропала. Аварийки там не было. Связь с базой оборвалась. Рита бросилась в гараж к машине. На дороге, уже через 10 миль, её остановили военные. Расспрашивать Рита ни о чём не стала и повернула обратно. Чёрт с ней с базой и Серыми извращенцами! Проблема в другом. Количество политически-криминального компромата в кабинете Риты можно сравнить с атомной бомбой, которую лучше бы сразу сбросить на Капитолий, чтобы концы в воду! Рита обильно сдобрила своё подсобное жилище бензином, открыла газ, и была такова!

Подорвавшийся на мине взрыва не слышит. Майкл слышал, значит живой. Он потерял сознание на мгновение, но притворился на минуту. В его голове звучали такие слова, каких он от Ангела никогда не слышал. Странно, что контакт был обычный телепатический, а не звуковой, но в экстремальной обстановке чего не бывает? Это были слова любви, ужас потери… На самом деле Майклу ободрало кожу на правой руке и немного посекло лицо разной всячиной, выброшенной из подсобки взрывом. К счастью, на поверхность выбрались без помех, уже среди своих. Несмотря на протест, Майкла уложили на самоходные носилки. Ангел еле поспевал за санитарами.

После общего сканирования врач сообщил, что внутренние органы целы, а царапины до свадьбы заживут.

— До второй, что ли? — не удержался от шутки Майкл и заверил Ангела: — Не волнуйся, я на тебе и во второй раз женюсь, если потребуется.

Врач расхохотался:

— Таких пули не берут.

Но в целом было не до смеха. Минирование заподозрили. Это очевидное, что можно было ожидать от Риты. Даже прихватили с собой датчик на взрывчатку. Не пригодился. Майкл с перевязанной рукой и с лицом после обработки, словно в подростковых прыщиках, и задумчивый Ангел, оба в рваной форме, из-под которой местами проглядывала специфическая амуниция «Чёрного лебедя», стояли в нерешительности. Из главных ворот выводили и выносили пленных и пострадавших. Инопланетян расстреливали на месте без жалости, ни взирая на пол и возраст, что часто трудно было и определить. Обычная команда в инопланетных войнах — на истребление! Посёлки и города сравниваются с землёй, пленных не берут, с ними морока и неизвестно, что от них ждать. Всё, что нужно знать для боевой операции, предварительно добывает разведка, но она не может учесть всех нюансов той или иной расы. Жёсткость — мера предосторожности. Умеренность на войне неуместна.

В бою нет рас. Есть ты и враг, который может быть человеком, или разумным насекомым. Есть ли разница кого убивать? Как показывает опыт, есть. Убить человека — это всегда переступить заповедь, подумал ты об этом или нет. Это всегда моральное затруднение, если ты не психопат, и не кайфуешь, принося людям боль и страдания. Но есть упоение в бою! Время становится другим, пространство становится другим, ты становишься другим. Секундное промедление может стоить жизни. Стреляй! Думать будешь потом. Или не думать. Твой выбор. Твоё усилие. Лучше, конечно, не думать. Все так поступают. Иначе можно сойти с ума. Настоящий бой начинается после боя. Это бой с самим собой. Я видел, как неверующий крестится, а кто-то, закрыв глаза, плачет без слёз. Война остаётся с тобой, и долго не отпускает. Когда убиваешь жука, будь он трижды разумен, ничего не чувствуешь, сколько бы ты их не убил. Сотню! Хорошо! Естественно приходишь к мысли, что если врага расчеловечить, думать о нем, как о жуке, которого нужно убить, то жизнь становится проще. Ни мыслей, ни усилий. Жук не придёт во сне. Да, инопланетян убивать даже азартно. Лишь бы при этом не убили тебя.  

Когда Ангел и Майкл посчитали свои долгом вернутся к месту гибели друзей, поступило сообщение от Макса. Они живы! И где-то на поверхности. Блад что-то бормочет о свете и свежем воздухе. Подземных узников легко было определить по тюремной форме. Их отводили в огороженные зоны не далеко от дороги, несмотря на близость к боевым действиям. Многие шли с трудом, хотя внешне не выглядели измождёнными. Такого количества спасённых не ожидали. Срочно заказанные для их перевозки автобусы были ещё в пути.

Друзья нашлись в, пожалуй, первой же сотне спасённых, которые безучастно сидели на земле, словно происходящее их мало касалось. Удручающая картина! Ангел и Майкл проигнорировали предупреждение солдат о карантинной зоне. Остановить двух полковников ВВС, которые явно вышли из пекла боя, морпехи не посмели.

После дружеских объятий только что не со слезами на глазах, пробираясь среди беспорядочно сидящих на земле узников, пошли к выходу. Их остановил человек в гражданском. На вид лет сорок. Коротко, по-военному пострижен. Волевое, безучастное к происходящему лицо, почти совсем без эмоций: ещё чуть-чуть и это была бы маска, а не лицо. Холодные, карие глаза, возможно с линзами. В спортивном сложении можно не сомневаться.

— Прошу покинуть пункт временной изоляции. А вы, останьтесь. — настоятельно, почти приказал незнакомец полковникам ВВС и кивнул в сторону «арестантов».

— Нет. — коротко ответил Майкл.

— Федеральное бюро. Повторяю… — настаивал незнакомец.

— Нет! Уши прочисти! — недовольно ответил Майкл.

Незнакомец сделал знак для охраны: таким же, как и он, в штатском. Ангел направил на него автомат.

— Будете стрелять в федерального агента? — насмешливо, показав, что не совсем безучастен, спросил незнакомец.

— И глазом не моргну! Буду. — ответил Ангел.

— Во-первых, в зоне боевых действий вы подчиняетесь военным. И далее… В бою всякое бывает. — попробовал сгладить конфликт Майкл.

Крепкие ребята в штатском приближались. Ангел выстрелил в воздух. Плазменный шар устремился ввысь.

— Тебе как, средней прожарки? Или, чтобы кремация не потребовалась? — издевательски спросил Ангел.

Незнакомец сделал рукой знак своим коллегам, остановится.

— Вы за это ответите! — предупредил незнакомец.

— О, лишь бы не за что-нибудь другое! — отмахнулся Майкл.

Они уже подходили к штабной палатке, когда их догнал капитан морпех. Он говорил миролюбиво и уважительно, слегка тараторил:

— Нельзя так! Их проверят и вернут. Всё-таки федералы…

— Их рассуют по психушкам, а потом выпустят в городские сумасшедшие, чтобы им никто не верил! — зло ответил Ангел: — Вы как дети, блядь! Думаете, что правительству есть до этих людей хоть какое-нибудь дело? Очнись, капитан! Знал бы, кому служишь, то повесился бы!

Мысль о «повеситься» изумила капитана. Он так не думал о своей службе. Его ещё молодое лицо, словно мгновенно состарилось. Служба родине и прочие бла-бла-бла, которые запихивала в его голову пропаганда, давно стали ничего не значащим фоном. Но где-то в глубине души он верил, что не просто отбывает время на службе, а стоит на страже мирной жизни своей семьи, своей страны. Но если подумать, в чём не прав этот молодой, и категоричный полковник? Боевой! Таких не спутаешь со штабными. Как он шуганул федералов! И боль в его словах настоящая, личная. Действительно, защищать капитану придётся не свою семью, о которой вряд ли кто-то даже позаботится. И да, наивно думать, что правительство обеспокоится судьбой спасённых. Если только для виду. На простой вопрос: «Кому служишь?» — у капитана ответа не было.

Майкл зашёл в палатку и вернулся с Адмиралом.

— Господин адмирал, у меня приказ генерала… — начал капитан.

— Как ты меня назвал? — перебил Адмирал.

— Адмирал… — неуверенно ответил капитан.

— Вот именно! Передай генералу, что если ещё кто-нибудь подойдёт ко мне от него с приказом, то он уже не генерал. Свободен, капитан.

— Мне придётся составить рапорт… — не унимался капитан.

— Составляй! — разрешил Адмирал.

Скорость, с которой исчез капитан можно сравнить только со скоростью растворения лёгкой дымки в воздухе. Крутость Адмирала общеизвестна, а его элитарные связи тем более. С президентом он накоротке ещё с их студенчества. Угроза генералу не шуточная.

— Фантастика! — воскликнул Адмирал, присмотревшись к «арестантам»: — Вы — Блад! Моя внучка от вас без ума. Правда, мозгов там, на одну курицу.

Конечно же, Адмирал имел в виду сериал.

— Я Калеб. — Калеб показал ладонью, что, кстати, характерный для джоами жест, на Блада: — Он — настоящий Блад.

— Да. Продюсер и сценарист. И наш Блад! — уточнил Ангел.

— Да… — Адмирал помолчал: — Я подозревал ваш интерес в этом деле. Был уверен, что он не меркантильный и не ошибся. Рад! Как самочувствие, господа невольники?

— Продышались. Там воздух спёртый. — ответил Блад: — Время от времени какой-то газ пускали. Он обезволивал и мешал сосредоточиться.

Адмирал покачал головой: слова не нужны.

— А вы герои? — Адмирал обратился к Ангелу и Майклу: — Или вам бронежилетов не хватило?

— Герои! — не скромничая, ответил Майкл.

— Это и видно, господа космические генералы. Я подал представление и на награды. Если родственники не вмешаются… — Адмирал хохотнул не по-адмиральски, обращаясь к Ангелу: — Ну и, поднасрал им ты! Даже не представляешь! Твоя бабушка Герцогиня была бы довольна, царство ей небесное. Она их всех прокляла, когда за тебя боролась. Особенно Королеву и её муженька. Таких тварей обыщешься, да не найдёшь! Спаси бог Англию от королевы!

Из палатки вышел адъютант и предал адмиралу планшетный компьютер. Бывалый вояка изменился в лице: от его весёлости ничего не осталось. Он передал планшетник Майклу. Оперативная трансляция: на крючьях освежёванные человеческие тела.  

— Я такое уже видел. — ответил Майкл и пустил планшетник по кругу.

— Да… Консервная фабрика. — подтвердил Блад.

— Смотрю на вас… — начал Адмирал: — С виду не скажешь… Молодёжь! А ведь вам всем крепко досталось в этой жизни… И ещё достанется! Судя по всему. Для меня это последняя операция. Тут и гадать него. На смену придёт человек… Он то рыба, то мясо… Не пойму я его. В любом случае, с ним вы общий язык не найдёте. Имейте в виду.

— Спасибо за всё! — поблагодарил Ангел: — Нам бы убраться отсюда побыстрее. Только место для челнока где-нибудь в стороне найдём. Здесь и без нас чудес хватает.

— Ваш монстр! — подтвердил Адмирал: — Смотрел, как вы с Кэмп-Дэвидом разделались! Для Президента это стало последним доводом в вашу пользу. Он не любил Кэмп-Дэвид.

Операция по ликвидации инопланетной базы проходила успешно, малой кровью, лишь по одной причине — объект не был отнесён к Непризнанным Проектам с Ограниченным Допуском. Он считался рядовым. Кому-то выгодно было умолчать о «консервной фабрике» инопланетян, чтобы упростить финансирование. Разница всем разницам разница! Когда Президенту Обаме предложили наконец-то разобраться с пресловутым, набившим оскомину «Объектом 51» (с нерядовым статусом) в Неваде, если потребуется, то с использованием тактического ядерного оружия, знающие люди объяснили опрометчивость намерения. Это Подземная База Глубокого Залегания: на верхнем уровне заложены обычные взрывные заряды, а на самом нижнем уровне — термоядерные. И они будут приведены в действие. Любопытство Президента обойдётся стране дороже, чем очень дорого! А, например, задолго до Обамы, на вопрос Президента Картера об НЛО, директор ЦРУ Буш ответил: «Лично я не скажу вам ничего. Обратитесь в Службу Расследования Конгресса». Картер проявил амбициозную настойчивость, и тогда его посетили в Белом Доме, который, на самом деле, не что иное, как комфортабельная тюрьма, два «человека» в «костюмах» и предупредили: «Сэр, если Вы хотите завершить первый срок в качестве президента, Вам лучше держать свой долбаный рот закрытым».

На армейском джипе, который предоставил Адмирал, спасители и спасённые ехали навстречу уходящему дню. Вечерело. Ласково обдувал ветерок. Хотелось расслабиться, да ни тут то было. Дорогу перекрыли три человека. Их стало видно ещё издалека, но Ангел скорость не сбавил. Майкл устало вздохнул. Остановились метрах в пяти. Главный, с руками за спину, уже известный Незнакомец. Двое с пистолетами наготове. Ангел сделал «руки вверх», показав, что на этот раз он, к сожалению, без оружия. Майкл с перебинтованной рукой — не в счёт.

Разговора не получилось. Сначала у одного из преградивших дорогу голова лопнула, как арбуз, в который попала разрывная пуля, обдав рядом стоящих серо-буро-малиновой жидкостью, даже отдалённо не напомнившей о крови. Такая же неприятность случилось и со вторым пистолет держащим. Знакомый Незнакомец сориентировался мгновенно. На Олимпийских играх в беге по пересечённой местности он выиграл бы золотую медаль. Незнакомец удивил своей нечеловеческой скоростью.

— Это не люди. — прокомментировал Ангел: — Я ещё там понял. Но что это такое?

Пистолеты оказались плазменными. Их забрали подальше от греха. Чего доброго, найдут местные мальчишки! Они не посмотрят, что трупы без голов и не человеческие, будут божиться, что никакого оружия рядом не было.

Когда Капитанский челнок поднялся на высоту более 100 км, с «Чёрного лебедя» поступило сообщение, что наперерез движутся два неземных объекта и сомнительно, что их намерения дружеские.

— Так чего вы ждёте? — спросил Майкл: — Пока вашего Капитана зажарят как цыплёнка? Не пойму, на кого я оставил командование?

Через минуту проблема была закрыта. Пушки «Чёрного лебедя» испарили непрошенных друзей, кто бы они ни были. Нельзя, не представившись, создавать помехи движению Капитанского челнока. Космический этикет пишется кровью. К счастью для НАСА, болванку Международной космической станции не повредили, она там болтается для пущей важности. А то пришлось бы сочинять невесть что, и так заврались дальше некуда!

На Корабле обождались! Пощёлкивание жвал Макса на языке инсектоидов, очевидно, означало ахи и охи. Он не знал с кого начать — с Пилота, с Капитана, с Блада, или с Калеба? Все, на его взгляд, были в плачевном состоянии. Блад указал на Калеба, который крепился, но на ногах еле держался. Газ подземелья чуть не убил его. Блад спасал Калеба своим дыханием. Мёртвых Серые выбрасывали сразу. На консервы годились только живые.

— Корабль по-прежнему на вашей совести. — сказал Майкл Отто и Максу: — Нам нужно посовещаться, в узком кругу.

Майкл увёл Ангела и Блада в переговорную, где в нарушение правил допускалось спиртное.

— А помнишь, как украл бутылку виски? — спросил Майкл, разливая, даже не взглянув что, в стопки.

— Ты хотел выбросить меня за борт. — подтвердил Блад.

— Иногда я жалею о том, чего не сделал. Но не в этом случае. — закончил вступление к разговору Майкл.

Бладу удалось огорошить своих командиров, что случалось редко. А чего они ждали? Исповеди? Объяснения? Да чего угодно, только ни просьбы принести присягу. Зачем?!
 
— Однажды он уже присягал, как я понимаю. И что? — недоумённо спросил Ангел.

— Он только с виду… тортик. А в душе у него ад. Когда он сказал, что должен умереть, потому что человек без чести недостоин любить… — Блад замолчал: — Я не мог понять. У нашей расы любовь — светлый дар жизни. Я сказал, что умру вместе с ним. Не сразу сказал… Но сказал. Верил я в свои слова, или нет? Не знаю. Но поступил бы я так, как сказал. Мы вместе прошли очистительный обряд. Ведьма джоами предупредила, что тот из нас, кто покривил душой и не готов отдать за свою любовь жизнь, умрёт. Мы теперь как одно: пока жив я, жив он; пока жив он, жив я. Он чист от прежних клятв. Он изменил своей присяге, спасая женщин и детей.

— Повстанцы так кровожадны? Он ведь из повстанческой армии? — не уступал Ангел.

— Они не белые, и не пушистые. Вы это знаете не хуже меня. Дети вырастут и станут врагами, а женщины нарожают солдат. В истребительных войнах правды нет. Но есть судьбы, которые неведомы. Если у кого-то из спасённых не поднимется рука, убить чью-то мать, значит всё не зря.

— А служба у Риты? — вступил в разговор Майкл.

— Капитан! Рита умна. Злодейски умна. Она не приказывала того, что они бы не сделали. Она это исполняла сама. Не мне и не вам ставить в укор бандитские разборки.  

  — И не тебе говорить о верности, которая у вас не практикуется. В его верности тебе я не сомневаюсь. Чувствую, что так и есть. А как насчёт тебя? — задал безжалостный, но неизбежный вопрос Ангел.

— Вы же смогли прощать любимого человека? — ответил Блад телепатически.

— Ладно… Скользкая тема. — отступился Ангел: — Но… Нам на корабле только любовных драм не хватает! С одной до сих пор разбираемся.

— Учту! — пообещал Блад.

— Чёрт с вами! — согласился Майкл: — Только чтобы больше никто не знал. А то в привычку войдёт… Без того клятвопреступников — пруд пруди!

— Макс! Он заслужил знать. — возразил Блад.

Слух о том, что по инициативе и с участием «Чёрного лебедя» на Земле уничтожена база Серых и спасены сотни людей от, без преувеличения, лютой смерти, быстро распространился по Космическому флоту. Не то что бы забылся прежний конфликт, но он стал выглядеть как недоразумение, какие, к сожалению, случаются в космосе, когда самый дорогой и невостребованный товар — доверие.

С Земной орбиты «Чёрный лебедь» уходил, можно сказать, под звёздный салют: корабли Космического флота, вряд ли все, но многие в знак уважения прислали свои гербы, которые выстроились на большом обзорном экране почётным караулом. Это чисто земная традиция — каждый корабль имеет свой герб и девиз, как средневековые рыцари. Кто-то и с юмором, и со смыслом прислал дополнительно флаг ЛГБТ сообщества, мол, не такие мы гомофобные, как иногда о нас говорят.

— Всегда бы так дружили! — сожалея, сказал Макс, глядя на самодеятельную и от этого особо ценную реакцию космических коллег: — Земная логика недоступна для разумных существ! — вспомнив о чём-то своём, что вероятно, его когда-то впечатлило, продолжил: — Только человек может утверждать про фигуру, что она идеальный квадрат и идеальный круг одновременно!

— Зато мы творческие! — возразил Майкл.

— Согласен! Потому я и здесь. — не стал спорить Макс.

Клятва состоялась в Комнате Памяти, потому что погибшие как живые, пока о них помнят. Они словно стояли за спиной Ангела и Майкла, которые, взявшись за руки, наложили свободные руки на головы клятву дающих. Церемония прошла минутой молчания.

Калеб стал оружейником «Чёрного лебедя». В его распоряжении находилось всё, что стреляет и взрывается. Он так же отвечал за установления режимов безопасности на корабле, за досмотр и проверку груза, чтобы ни одна космическая мышь не проскользнула. И до этого пустовавшее место стрелка на Капитанском челноке обрело своего хозяина.

Мысль завести герб и девиз Корабля, понравилась. Опрометчиво решили объявить в сети конкурс. Победитель становился внештатным членом экипажа. Это вызвало взрыв активности, которая затмила инаугурацию нового Канцлера. На корабль обрушился ураган предложений, разобраться с которыми жизни не хватит.

В Новый Берлин возвращались с опаской. Отто стал только что ни кумиром немецкой молодёжи: Серых в Рейхе ненавидели не меньше, чем на Земле. Популярность Ангела и Майкла выросла, хотя, казалось, куда больше? Не хватало только радостной встречи поклонников. Канцлеру бы точно это не понравилось. А о Гестапо и говорить нечего! Но обошлось. Прибыли тихо, почти инкогнито.

На удивление Агнет что-то готовила на кухне. Не свойственное для неё занятие, или дурной знак.

— Явились, не запылились! — вместо «здравствуйте», как пощёчину отвесила Агнет: — Почти всё без вас знаю. Даже кофейный автомат об этом рассказывает! Хуже того… — Агнет выдержала безжалостную паузу: — Рита вернулась! Приходила забрать сына!

Удар так удар! Для Отто Принц — всё равно, что младший брат. Для Ангела с Майклом… Слова «сын» они боялись, но по-другому о нём они уже не думали.

— Успокойтесь! — Агнет насладилась впечатлением от действительно жуткой новости: — Я нашла ей место в тюрьме Гестапо. К счастью, теперь жена Канцлера, так что могу себе кое-что позволить.

— И как мы теперь её оттуда вытащим?! — вместо благодарности всплеснул руками Майкл.

Тюрьма Гестапо — похлеще, чем база Серых! Разве что, Тёмный Флот натравить?

— Да, никак! — спокойно ответила Агнет: — Никак, пока я жена Канцлера! Подумайте мозгами! Принц вырастет, и что вы ему скажете? Мы убили твою мать! Молодцы! Ой, мужики вы мужики… — закрыв обсуждение одной неприятности, Агнет перешла к другой: — Сегодня на ужин Канцлер будет. Это не блюдо, не подумайте. Захотел встретиться с вами в неформальной обстановке. Не смотрите на меня так. Я совершенно не при чём! И, кстати… Слуг нет, по вашей милости. Мне кто-нибудь поможет на стол накрыть?

В домашней обстановке Канцлер оказался ни Канцлером, и даже ни Бисмарком, от солдафонства которого подчинённым хоть в петлю лезь, а только что не душечкой. Напрашивался вопрос: Власть — это игра? Или такова игра Власти? Ангел и Майкл не поверили ни новому Канцлеру, ни прошлому Бисмарку, ни застольному дядюшке Вилли. Сколько же у него масок?

Домашний Канцлер рассказал байку Первой мировой. В сентябре 1918 некий английский солдат встретил на линии огня измученного немца, который даже не пытался защититься, имея при себе оружие, он равнодушно смотрел на наведённый на него ствол винтовки. И английский солдат его отпустил. Этим немцем был Адольф Гитлер. А если бы англичанин его убил? История бы изменилась?

— Ничуть! — ответил на свой вопрос Канцлер: — Или в очень мелких, несущественных деталях. Германии нужен был Фюрер, и она получила Фюрера, и получила бы его в любом случае. Сейчас Рейху нужен не Канцлер, а Кайзер и он его получит.

Для Ангела и Майкла и даже для Отто Пёрл-Харбор, Куликовская битва и падение Берлина — это сказочные явления одного порядка.

— История — продажная девка политики. — блеснул чужой сентенцией Ангел: — Она ничему кроме распутства никого не научила.

— Я не об этом. — огорчился Канцлер: — Отто, ты тоже так думаешь?

— Ещё хуже! — ответил Отто: — Наш преподаватель по истории был законченным моральным и физическим уродом. Он щупал мальчиков на физкультуре. Так сказало Гестапо. Как я могу сомневаться?

Упоение, с которым лгут историки, всегда удивляло Ангела. Неужели это только ради куска чужого масла на свой кусок хлеба? Нет. Некоторые верят искренне, считая себя учёными, всех остальных — придурками. Ангел историкам не верил, никаким.

— Молодёжь! Ёрничаете! — не стал обижаться Канцлер и сказал к столу: — А курица неплоха!

— Ребята с Земли привезли. — соврала Агнет.

— Молодцы! — похвалил Канцлер.

На самом деле о курице Агнет сказала в самом плохом смысле в надежде, что гость хотя бы поперхнётся. Широкое употребление на Земле генно-модифицированных продуктов во всём космосе считается самоубийственным. Ходит шутка, что скоро рептилии по этой причине откажутся от человечины. В колониях Рейха о ГМО даже речи быть не может. Только земляне беспощадно поганят свою флору и фауну, и травят себя. Уже лишь очень богатые могут оградиться от ГМО безумия. На кухню Дворца продукты обычно поступают с Внутренней Земли, через Сеть Агарты, где с экологией пока всё в полном порядке.

Дальнейший разговор получился дурацким, бессодержательным, то есть, вполне благополучным.

— Кофе ты не любишь, только кривляешься. — заканчивая с ужином, сказала Агнет: — Я тебе чай твой приготовлю.

— А мы пока у меня в кабинете побеседуем. — предложил Канцлер тоном, не допускающим отказа.

Кабинет Канцлера носил на себе отпечаток кабинета глубокомысленного государственного мужа и очень редко видел своего хозяина. Это, примерно, как с кофе — любить не обязательно, важнее выглядеть любящим. Если с разговорным немецким Ангел и Майкл худо-бедно справлялись, то для них названия, скорее всего, нечитанных книг, но расставленных опытным дизайнером по цвету корешков, были всё равно, что на китайском. Кожаная мебель, тяжёлые шторы, приглушённый свет, но ненавязчиво освещённый стол из настоящего дерева, хотя, кто знает? Короче, всё как у людей высокого государственного пошиба.

— Я решил внести Отто в список преемников. — нарушил затянувшееся молчание Канцлер.

— Отец! Я откажусь! Тут и думать не о чем! — выпалил Отто.

— Не спеши, сын! — устало ответил Канцлер: — Не всё тебе решать. Что скажут твои командиры?

— Мы не станем влиять на его выбор. — ответил Майкл.

— Дайте вашему сыну прожить свою жизнь, а не ту, которую собираетесь ему сочинить. — более определённо ответил Ангел.

— Он молод. Много не понимает. — Канцлер говорил уже с раздражением: — А вы как бревна на его пути! Отпустите!

— Я ещё здесь! — напомнил Отто.

— Тогда оставь нас! — Канцлер начал сердится, но взял себя в руки: — Принеси, пожалуйста, чай. А то в доме проблема со слугами.

— Однажды, давно, я повздорил с Агнет, — начал Канцлер, когда Отто вышел: — Она, как всегда, была не права, наколотила кучу черепков… Я посадил её на гауптвахту и пригрозил, что выброшу за борт. В запале, конечно… У меня трое старших сыновей. Ни один, ни один не заступился за мать! Только Отто как-то чудом добрался до связи и предупредил, что, если я сделаю маме больно, он вырастет и убьёт меня! Вот характер! Вот наследник! Думаете, ребёнок… Нет. Он и сейчас такой же. Я не случайно рассказал байку о Гитлере. Не в Гитлере дело. Сейчас нации нужен не Канцлер, а Кайзер. Уговорите Отто. Как наследника общество примет его на ура. И вас тоже. Вы стоите у рождения новой династии и сами станете членами династии. Подумайте, какие безграничные возможности перед вами открываются!

Отто вернулся с Агнет, которая несла чай.

— Сын. Твои командиры ответили на моё предложение молчанием. — объяснил Канцлер: — Но всё же… Подумайте ещё втроём. Пока это всё, о чём я прошу.

Агнет поставила чай перед Канцлером и села в кресло, давая понять, что уходить не собирается.

В столовой Ангел пересказал предложение Канцлера:

— Твой отец хочет заложить новую династию. Ты ему нужен как наследник. Тебя народ любит, нас знает… Для начала это неплохо, на его взгляд. Только вот нам всё это ни к чему. Абсолютно. Если ты станешь наследником, то тебе придётся уйти с корабля. Сам понимаешь, почему, а не потому, что мы тебя гоним. Если же сейчас мы откажемся от тебя, значит, бросим в беде. А мы своих не бросаем. Тебе решать.

— Нечего решать! — категорически заявил Отто: — У меня ещё три брата, вот пусть с ними и мутит воду!

Из кабинета Канцлер и Агнет вышли злыми. Их разговор продолжался недолго и вряд ли был дипломатичным. Друга на друга они не смотрели.

— Мне пора! — решил откланяться Канцлер.

— Скатертью дорога! — ответила за всех Агнет: — Твоя свита у ворот, наверное, уже все газоны вытоптала.

— Газоны! — тяжело вздохнул Канцлер: — Агнет, Агнет…

На том и расстались.

— У него лиц больше, чем у многоликих богов. — подвела итог Агнет: — За это его старый Канцлер и выбрал. За Принца и Ваню не беспокойтесь. Я за них и грудью, и всем остальным встану, хоть Рейх разрушу! А вам нужно где-то переждать. Он подлый, когда своего добивается. Так вас выкрутит и выжмет, что все слезами умоемся. Я-то уж знаю. Беги от него Отто, как от огня. Грех так говорить, но и не сказать — грех.

***

Кабинет Нормана — застывшее время. Артефакты различных эпох, причудливо сочетаясь, насыщают пространство своей историей. Они не случайны. Для невежды это всё же похоже на антикварную лавку. Увы, людей, понимающих толк в искусстве старинного быта, почти не осталось. Норман с грустью смотрел на посетителя, присевшего на краешек роскошного кресла, как на дешёвую табуретку. Его зовут Рур. Этот тот самый чемпион нечеловеческого бега по пересечённой местности, который пытался остановить Ангела — знакомый Незнакомец.

— Два сотрудника, два челнока, пусть и роботы. Результативно, ничего не скажешь! — Норман отчитывал Рура для протокола, так положено. Это мелочные потери: — Как же ты спасся?

— Повезло. — коротко ответил Рур.

Если человек спасся, узнай как, и ты, многое о нём поймёшь. Но Рур не человек. Это гибридная раса, очень похожая внешне на людей. В контактной разведке они служат исключительно на Земле и никуда больше не годятся. Их называют — Люди в чёрном. На самом деле они не в чёрном, а в разном. Когда-то в какой-то спецслужбе землян был отряд, униформа которого за версту выдавала принадлежность к государственной таинственности. Так и повелось говорить — Люди в чёрном.

— В другой раз не повезёт. Держитесь от него подальше. Он вам не по зубам. — предупредил Норман: — За его братом установите круглосуточное наблюдение. Только крайне осторожно и аккуратно. Посмотрите бизнес его семьи. Меня интересуют слабые места, куда можно ударить побольнее. Но всё — только с моего одобрения. Никакой самодеятельности!

Счёт действительно важных потерь от скандала, устроенного «Чёрным лебедем», ещё не закрыт. Отставка министра обороны. Несколько генералов добровольно ушли из жизни. Перестрелка в ЦРУ, потому что кое-кто не захотел расстаться с жизнью добровольно. Сожжённый Кэмп-Дэвид. Разгромленная база инопланетян. Повезло, что команда Рура добралась до компроматных закромов Риты первой. Иначе «добровольцев» стало бы до неприличия больше. А впереди комиссия Конгресса и прочие прелести демократии. Сенатор, который уже отреагировал — синоним дотошности, ему рот не заткнёшь, что редкий случай. Президент — идиот. Это оказалось не всегда удобно. Командующий Космическим флотом — благородный лось в заповедной куще. Это опасно.

Предстоял тяжелейший разговор с представителями Кабала: истерику устроят. Впервые на Земле задействованы бойцы Космического флота, да ещё и целая дивизия! Норману есть, что ответить — сами проворонили! Не его же Президент у власти! Сами назначили, сами и разбирайтесь! «Чёрный лебедь»? Да, пожалуйста, хоть сейчас забирайте, только головы поберегите. На Земле чужими руками из огня каштаны таскайте, а здесь вам никто не в помощь! Для встречи дорогих гостей нужно попросить линкор Тёмного флота. Это отрезвляет! Для Бисмарка Кабал — всё равно, что еврейская мафия, он в тонкости не вникает, а Норман подзудит. Разозлят своим нытьём Канцлера, так еврейский бог в помощь, чтобы ноги унести. Драко и глазом не поведут. Они такие разборки и в микроскоп не видят, хотя Серые их креатура. К этой расе своих подручных Драко относятся в высшей степени брезгливо, поручая ей то, за что другие из самоуважения даже под страхом наказания не возьмутся. Зато у Кабала Серые в больших друзьях ходят.  

В файлах Риты Нормана особо заинтересовала история видного конгрессмена, возможно будущего Президента, который крышевал поставки героина из Мексики и Колумбии. Наркотики на 15 миллионов долларов еженедельно беспрепятственно завозились в Штаты. Деньги отмывались в банках Флориды, Джорджии, а также Ситибанка Нью-Йорка, откуда переводились в офшоры. Счета, транзакции, суммы… Конечно же, без ЦРУ не обошлось. Годовой, почти миллиардный оборот распадался на ручейки, которые вели к людям, чьи имена лучше не знать, если жизнь дорога. Но для Риты это побочная информация, хотя удивительно как она к ней попала в таком исчерпывающем объёме?

Слабыми звеньями бизнеса оказались рядовые исполнители и болтливые подружки конгрессмена, который не мог удержать член в штанах, а язык за зубами. Вот тут-то в дело и вступила Рита. Первым сломался пилот самолёта, в котором доставлялись наркотики. Лётный ас, в прошлом сотрудник ЦРУ, решил, что ему мало платят. Откусив себе кусочек от героинового пирога, он подался во Флориду в надежде разом решить свои накопившиеся в жизни проблемы. Его зарезали в бандитской разборке. Так это выглядело. Рита особо не напрягалась. Флорида ей как дом родной.

Прокуратура и полиция городка, который был перевалочной базой, что-то имели на пилота и его смерть их разочаровала. Дело завели, но безрезультатно. Любимая проститутка конгрессмена, которая согласилась сотрудничать со следствием, так напилась, что заживо сгорела в своём доме. Алкоголичка, что поделаешь, ничего удивительного. Курить в постели вредно для жизни. Следом почил в Бозе и прокурор. Причину так и не установили. У него была слабость — очаровательные молодые люди. С одним из таких он только-только успел познакомиться. На свою голову. Прошёл бы мимо обворожительного Джо, пожил бы ещё. Следователь по делу внезапно выбросился из окна. Диагноз — помешательство. Он стал слышать голоса, которые однажды превратились в чудовище. Следователь умер с выражением ужаса на лице. Ещё одна говорливая подружка конгрессмена застрелилась… через затылок. Экстравагантная была дама. Техник аэропорта готов был отдаться следствию, но погиб на рабочем месте. Его повинную голову срезало пропеллером. Тоже ничего удивительного. И так ещё 30 человек! Падение вертолёта, автомобильные аварии, сердечные приступы, самоубийства… Одного беглеца вычислили, идентифицировав голос по мобильному среди миллионов других, и вычистили, разумеется. Ничего себе аппаратный уровень! В общих чертах Норман раньше знал эту историю, не в таких подробностях, конечно. Думал, что зачисткой занималось ЦРУ, как ему доложили. Но нет. Поработала Рита и надо отдать ей должное. Убийственное досье. И подобных с десяток.

Норману припомнилось одно срочное устранение его людьми, которое они чуть не провалили. К главе московского бюро журнала «Форбс» попала информация о наметившимся сотрудничестве некого Берёзина, или что-то такое, с контактной разведкой. Для кого фантастика, для кого реальность. В журналиста стреляли девять раз возле его квартиры в Москве. Скорая помощь приехала через час, но пострадавший был ещё жив! В больнице лифт застрял между этажами на восемь минут. Там-то несчастный и умер. Пресса набросилась на чеченский след. Кто такая Чечня, Норман так и не удосужился разузнать. Излишне сочувствовать киллерам, которые жалуются на свою работу, но она у них действительно не простая.

Резанула Нормана информация о провале, отчасти и его личном, целого отдела ЦРУ, который уже не одно десятилетие поставлял наркотики в Японию. Вроде бы сущая мелочь — 70 кг. грязной тайской марихуаны через Окинаву. Но в придачу — ядерная бомба! Ядерное устройство — так точнее. Попались! Но обошлось. Все, или почти все, кто мог бы устроить скандал, оперативно мертвы. Можно допустить какое-то пересечение с наркотическим бизнесом Риты. Но это мало вероятно. А японцев после Фукусимы предупредили, что на очереди — Фудзияма: не лезьте поперёк батьки в пекло с краденными у инопланетян технологиями. Тогда в прессу просочилась информация, что Премьер-Министр Израиля Бенджамин Нетаньяху звонил Премьер-Министру Японии Наото Кану, угрожал, что они организуют другие ядерные катастрофы возле Японии. Какие-то денежные тёрки. Евреи, что скажешь! Всегда готовы на чужом горбу в чужой рай въехать!

Удивительная для Нормана осведомлённость Риты объяснялась непросто. Киллерам обычно выдают очень скупую информацию о жертве. Плюс – меньше знаешь, крепче спишь. Минус – можешь и не проснуться, потому что лучше бы совсем не знал. Риск киллера – стать жертвой другого киллера, чтобы концы в воду… Но Рита работала в спайке с дядей Ангела, который оберегал её от профессиональных эксцессов. По должности в Космической программе он одновременно, автоматически ещё и заместитель директора ЦРУ. Это как не самая эффектная манекенщица на подиуме: все только и ждут, когда оступится. Куратору Риты приходилось выглядеть до тошноты правильным в изумительном бардаке, который представляет собой ЦРУ. Президент, назначая директора, всё, на что мог рассчитывать – узнать о заговоре с целью своего убийства хотя бы за сутки. Не нужно этому удивляться. В ЦРУ правая рука не знает про левую, а левая считает её правою. Директор не в состоянии обозреть своё ведомство во всей полноте, как это было возможно ещё лет пятьдесят назад. Он и не пытается, потому что, скорее всего, его снимут раньше, чем он запомнит имена своих заместителей.

Целенаправленное разрушение ЦРУ началось 1980-х годах, когда оно собой представляло ещё хотя бы что-то разумное. Разведка затеяла детально разработанное интенсивное расследование, включавшее поиск инопланетных существ, проникших на самые высокие уровни правительства Соединённых Штатов Америки. Допустить этого было нельзя. «Инопланетные контактники» хорошо знают своё дело. Они помогли ЦРУ разрастись до неуправляемости, амбиции, стремление к власти, жадность и бесконтрольность сотрудников довершили начавшийся самораспад. Никаких внешних насильственных действий не потребовалось.

Выдавая Рите комплексные задания, Куратор заодно складировал у неё информацию, которую не мог доверить своему рабочему месту, опасаясь, что она сразу станет известна Норману. Это его гарантийная копилка. Управляемость Риты не вызывала сомнений. Сама по себе она лишь сумасшедшая бандитка, которая без его поддержки окажется на электрическом стуле быстрее, чем успеет этого испугаться. В свою очередь Рита проявляла инициативу. Женское любопытство. Да и Куратор не вечен, а запас карман не тянет, и нет ничего лучшего для защиты, чем убийственный компромат, лишь бы он не стал самоубийственным. Когда выпадала возможность, прежде чем устроить жертве подходящую ситуации смерть, Рита вытягивала информацию до последней капли, как вампирша кровь. Под пытками говорят все, если только не сумасшедшие, или религиозные фанатики. Обычно Рита начинала с медикаментозного воздействия, сочетая его с физическим насилием. Очень эффективно внутривенное введение дозами до 40 мг. миорелаксанта дитилина. Он расслабляет мышцы тела и временно парализует их. Сердце начинает биться всё реже и реже… Испытуемый находится полном сознании, испытывая ощущение предстоящей гибели. Им овладевает ужас. В момент, как ему кажется, предсмертного удушья, он готов сознаться в чём угодно, лишь бы скорее прекратить мучение. Так Рита проводила своё следствие, частенько привлекая к допросу рептилоида. Вот тогда развязывались языки и у сумасшедших, и у религиозных фанатиков!

Компромат Риты – это мешки с гноем, который она собирала словно нектар на политико-криминальной ниве. Увы, ничего такого, что могло бы взорвать общественное мнение: смертные грехи по списку. Кого сейчас этим проймёшь! Детская проституция? Ужас! Крику много, толку мало. Она как была, та и есть, и спрос на неё только растёт. И так, чего ни коснись. Быть в политике и во власти, и не быть запачканным политикой и властью в преступлениях — это ещё никому не удавалось, если допустить, что такое стремление изначально бывает.

Частенько к Рите попадает видео. Например, седовласый конгрессмен отсасывает у своего молодого помощника так, что слюни летят в разные стороны. А что вытворяет своей жопой с неграми видный либерал! Это с радостью покупает русское ФСБ, или что там у них. Говорят, что их президент обожает смотреть гомосексуальные развлечения властных персон в рабочих интерьерах. Один русский политик, зная, что его снимают на камеру, устраивает в своём кабинете в Думе настоящие гей оргии, чтобы порадовать президента и таким образом сохранить своё положение во властной элите. Однажды Рите перепало такое, что она берегла пуще ока. Это были съёмки настоящей охоты на детей, которую устраивали персоны королевских кровей где-то в Канаде. Мир не сошёл с ума. Он всегда был сумасшедшим. Блажен, кто верует!

Позабавил Нормана план нападения на замок Грюйер в Швейцарии. Для обывателей — это музей. Экскурсовод, обычно милая девушка, бойко расскажет историю замка и пару легенд с ним связанных. Всё это ложь. Девушка не виновата, её так научили и приучили не задумываться над тем, чему учат. Интерьер в 19 веке считался новоделом. Сейчас он, естественно, постарел, стал выглядеть благородней. Но суть от этого не меняется. Изредка, свободный от туристов, под тройным кольцом полицейской охраны от любопытных, живописный замок Грюйер превращается в клуб для избранных из избранных. Обслуга вышколена, обучена, связана принадлежностью к древнему Ордену Тамплиеров, хотя это тоже неправда: тамплиерство лишь экзотическая оболочка. Правда — что за упоминание об этом собрании где-либо, им головы не сносить. От замка идёт метро в Берлин, по всем городам Швейцарии, 19 входов, 19 выходов. Обычно обсуждается текущая финансовая политика и политика вообще. Собрания не протоколируются, решения не принимаются, достигаются договорённости не обязательно общие. В подвале замка в ячейках-вагонах золото и ценности, которые собравшиеся не хотят доверять банкам. В любое время персональный вагон может быть доставлен по указанному адресу. В случае крайней опасности для гостей замка, или для их имущества, в случае непредвиденных обстоятельств, расквартированная на границе в Германии дивизия НАТО в кратчайший срок придёт на помощь.

С виду декоративный Грюйер на самом деле неприступная крепость, а его завсегдатаи находятся под опекой военных, что красноречиво говорит о политической значимости тайных собраний. Это не мешки с деньгами, которые можно вытрясти в тёмном переулке. Круто замахнулась Леди, вырви глаз! Или это тоже чей-то заказ? Если так, то такой же заказ получила не только она. Обычная практика, когда решение убить принято бесповоротно. Стоит ли вмешаться? Или пусть всё идёт своим чередом? Норман хорошо знал финансовых магнатов, облюбовавших Грюйер. Их смерть мощно встряхнёт подпольные рынки наркотиков, бриллиантов, оружия. Может быть, и к лучшему. Уж очень заносчивыми и высокомерными стали эти господа. Может быть, молодые будут сговорчивее? Норман решил понаблюдать, не вмешиваясь. Для него не было секретом, что этот как бы альтернативный финансовый центр создан Кругом 13 для отвлечения внимания. «Новые люди» — махровые, на словах, антисемиты, Израиль титулуют не иначе как «смешным». Старо предание…

Компромат лишь слегка компенсировал общие потери, которые прямого отношения к Норману не имели, хотя и огорчали. Настоящим ударом для него стала утрата «Охотника». Это ресурс Нормана, а не Генриха, которому он изредка позволял им пользоваться. Приказ шефа Гестапо на уничтожение «Чёрного лебедя», спровоцирован. Задумка красивая: Генрих убивает сына нового Канцлера. Бисмарк бы ему этого не простил. Угроза четвертования — надёжный залог для дружбы с Рейхсфюрером СС. Последнее время Генрих стал зазнаваться, говорить свысока, а в новой должности совсем бы нос задрал. Первая часть плана удалась, но, если бы даже шеф Гестапо струсил, всё равно «Чёрный лебедь» должен был сгинуть без следа на просторах космоса вместе со своим пассажиром. Недооценил капитан «Охотника» своего противника. Пока последствия не поддавались прогнозу. Ситуация стала неуправляемой.

На Ангела пожаловались Ротшильды. Как гешефт по карманам рассовывать, помощники не нужны, а как убытки — так поровну! Старая венецианская школа. В этой жалобе Нормана обеспокоило лишь то, что Ангел знает о тайниках золота в Шотландии. Не иначе как от бабушки Герцогини. Какие ещё секреты она поведала внуку? В исторических закромах этой семьи могут храниться документы взрывной силы. Скромный Королевский Банк Шотландии — это что-то вроде копилки наличного мирового золота, в том числе — для инопланетян. Поэтому Контактная разведка особо опекала тайну вкладов своих доверителей. Осведомлённость Ангела, учитывая его кровный статус, тем более опасна, что Драко сильно преуменьшают размеры этой заначки, считая её безделицей в руках недоумков, которые способны лишь воровать друг у друга.

Посланца Ротшильдов, очевидно, забыли предупредить, что за пределами Земли нужно быть предельно услужливым, что здесь их фамилия не просто пустой звук, а ругательство.

— Передайте своим господам, что если они ещё раз сунуться к нам с подобными претензиями, то мы пустим их голыми по миру! — не сдержался Норман: — И от меня лично. Надеюсь, увидеть всю вашу семью без малейшего исключения на скамье подсудимых на процессе типа Нюрнбергского. Здесь у вас никогда друзей не было, нет, и не будет!

Норман из антарктических немцев. Его ненависть к еврейской мафии впитана с молоком матери. Он понимал, что как политика, это его не украшает, но не мог отказать себе в удовольствии скормить пару-тройку раввинов раптерам в праздник Песах.

А многогранная головоломка дебоша, устроенного «Чёрным лебедем», до примитивности проста. Ни политики, ни тайного смысла в ней нет. Это вульгарное сведение старых счетов, в которое невольно замешанными оказались и дядя Ангела, и друг Генрих, каждый со своими политическими и личными резонами. Повесить бы обоих за яйца! Они настолько увлеклись своими страхами и головоломными комбинациями, что проворонили войну, которую развязала шизофреническая оторва. А корни этой истории, которую необходимо закончить как можно скорее, в блядстве, жадности и глупости всех её участников. Ни к чему распутывать этот узел, он даже запутанный создаёт кучу проблем.

***

— А ты симпатичный парень, как я погляжу! — не с того ни сего Майкл сделал комплимент Отто, войдя в рубку. По дороге ему попался Калеб, вероятно это заставило по-новому взглянуть на Младшего: — Ни корабль, а дом моделей! А я посмотрел на себя утром… Опять зеркало испортилось!

Ангел тоже был в хорошем расположении духа и слегка подколол Отто:

— Как самочувствие наследного принца?

— Прекрасно… — Отто замялся: — Ваше Величество!

Ангел посмотрел на Майкла, потом на Макса, который сразу признался:

— Виноват!

— Кто-то ещё не знает? — поинтересовался Ангел.

— Успокойся! — ответил Майкл: — Все знают!

Полёт начался весело. Летели туда, незнамо куда и совершенно не зачем, лишь бы подальше, да на подольше с глаз долой политической тусовки Рейха. Отпуск для души, отпуск для «Чёрного лебедя».

Ангел и Майкл добросовестно отвахтовав положенное, сдав рубку на попечение Младшего и Заместителя, не удержались от доминошного азарта. Служба на Корабле устроена разумно и в штатном режиме не требует торчать на рабочих местах морковкой на грядке. Автоматика и бионики в рутинном режиме успешно контролировали полёт в линейном маршевом пространстве без временных причуд, «подскоков» и прочих надсознательных кульбитов. Расположение кают-компании на средней палубе позволяло экипажу в кратчайший срок рассредоточиться по зонам ответственности в случае необходимости.

Ангел выбрал неспешный полёт между узлами космической паутины, чтобы растянуть время: ни что их не подгоняло вперёд, и уж тем более они не торопились вернуться, надеясь в пути переждать политический шторм в Рейхе. До запланированной остановки в дружелюбной колонии, где корпорация «Чёрный лебедь» купила себе замечательный курортный участок земли, оставалось по космическим меркам всего ничего. Это настраивало на благодушный лад. Калеб настоял на соблюдении строгой защитной рабочей формы экипажем. Даже Ангел сидел в своём пилотском облачении. Капитаны обычно не спорят со своим режимщиком, иначе, зачем бы они его назначали? Калеб не новичок в космосе. Его боевое прошлое оправдывало непреклонность, когда речь шла о безопасности. Были у него опасения, ли нет, но, к сожалению, чрезвычайная ситуация разразилась.

Рубка ударила в набат. Сигнал тревоги разлился по Кораблю. Кто-то пытался получить доступ в технический отсек к блоку вихревых установок и к генератору масс. БОльшую неприятность трудно вообразить. Несмотря на всю свою техническую и военную мощь «Чёрный лебедь» разлетится на куски и кусочки, и ещё более мелкие кусочки, если его вихревое сердце, не случайно упрятанное подальше от любого внешнего воздействия, взорвётся. К изумлению экипажа, неизвестным оказался известный тихоня, безобидный киборг уборщик, который даже имени не имел, и обычно коротал время в кладовке со швабрами и помойными вёдрами.

Технический отсек разветвлён, внутри нет неприступных диафрагменных перегородок, кроме тех, что отсекают его от остального Корабля. Думать о них уже поздно. Секции разделены обычными дверями с кодовым доступом и люками. Конечно, это не картонные перегородки, лбом их не расшибёшь, если только это не лоб и кулаки киборга, который действует как молот. Под его ударами они продержаться недолго. Времени на оценку пробивной способности взбесившегося киборга нет. Дорога каждая минута.

— Экипажу занять аварийные капсулы! — скомандовал Майкл: — Не обсуждается! Капитан и Пилот в рубке. О готовности доложить!

Аварийных капсул на Корабле в избытке, чтобы до них можно было быстро и легко добраться. Они встроены в корпус, словно часть интерьера. После отстреливания, аварийные капсулы сначала разлетаются, а затем как примагниченные собираются вместе, образуя аварийный отсек с запасом провизии, системой жизнеобеспечения, буйковой и обычной связью. «На дождаться помощи» обычно всего хватает. Но эта мера настолько крайняя, что означает гибель Корабля.

Ангел и Майкл поднялись на скоростном лифте в рубку. Там остался только Кеша. Он, как ни в чём не бывало, сидел на своей обычной жердочке-качеле.

— Зря! — сказал ему Майкл: — Нужно было уйти со всеми. — получив подтверждение о готовности капсул, он сообщил: — Капсулы заблокированы, телепортация внутри корабля тоже. Прости, Макс! Капитан остаётся на корабле!

— Пилот остаётся с Капитаном! — дополнил Ангел.

— Очевидно, что у киборга сработала спящая программа. Он не знает, что делает и слишком хорошо защищён от внешних воздействий. Мы не сможем его остановить… — Майкл передохнул: — Но попробуем. Пилот, приготовить манёвр!

— Вариант только один. Вероятность удачи не просматривается. — доложил Ангел.

— Для меня было честью служить с таким экипажем! — простился Майкл.

— И для меня тоже! Люблю вас! — поддержал Ангел: — Сброс!

Если аварийно не увести Корабль, то погибнут все. Мгновенный пространственный прыжок без Пилота и Капитана невозможен. В обычном полёте он под запретом. Такой манёвр сжигает их жизненный ресурс, как топливо. Неодушевлённая махина без обоюдного решения снять запрет, не сдвинется с места. Первым умирает Пилот, потому что он в Коконе. Капитан переживёт его ненадолго. Вместе со своим Кораблём они станут космическим вихрем, который сольётся с вихрем Вселенной.

Ангел и Майкл не видели, что творилось в капсулах. Экипаж плакал. Мысль, что они прощаются со своими командирами, резала сердца, как острый нож.

(Продолжение следует)    


Вам понравилось? +1

Рекомендуем:

Весёлый доктор

Колыбельная для ангела

Другой

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

6 комментариев

+ -
-4
Леонид Январев Офлайн 8 декабря 2021 17:25
Я легко могу представить себе обобщённый портрет читателя, которому не нравится то, о чём я пишу. Но не могу представить себе читателя, которому интересны мои тексты, потому что за вычетом первого, для второго уже ничего не остаётся.
+ -
+3
Сергей Греков Офлайн 8 декабря 2021 18:36
Цитата: Леонид Январев
Я легко могу представить себе обобщённый портрет читателя, которому не нравится то, о чём я пишу. Но не могу представить себе читателя, которому интересны мои тексты, потому что за вычетом первого, для второго уже ничего не остаётся.

Книги ведь интересны не только тематикой и я точно не стану читать, если кроме определенной тематики там "ничего нет". Даже если сама тема мне интересна.
+ -
-2
Леонид Январев Офлайн 31 декабря 2021 14:22
"Если моя книга никому не понравится, то она всё-таки может быть хороша. Если она некоторым понравится, то наверное хороша. Если же она всем понравится — то, наверное, никуда не годится. " Дидро.
С новым годом!
+ -
0
adduct Офлайн 21 июня 2022 00:31
Цитата: Леонид Январев
Я легко могу представить себе обобщённый портрет читателя, которому не нравится то, о чём я пишу. Но не могу представить себе читателя, которому интересны мои тексты, потому что за вычетом первого, для второго уже ничего не остаётся.

А я вот ждал продолжения приключений главных героев - видимо, я из того меньшинства =) В высшей степени фантастично, и в тоже время кажется: "А почему, собственно, так не может быть на самом деле?" Автор безусловно имеет богатую фантазию, а может, и знает чего-то такое =) Здесь есть место и чувствам, и общемировым социальным проблемам, и вообще философии жизни. Есть над чем задуматься. Прочитал с большим интересом. Радует, что оставлен намек на продолжение. И по-прежнему сохранилась интрига приключений главных героев в России =)
+ -
0
Леонид Январев Офлайн 21 июня 2022 12:14
Цитата: adduct
Прочитал с большим интересом. Радует, что оставлен намек на продолжение.

Несмотря на небольшой интерес, к тому что я делаю, продолжение будет. Каюсь, что с 3-ей книгой слегка поторопился в ожидании грядущих событий... Не подумайте об инсайде. Я о предчувствии. Надеюсь, что 4-ая книга будет основательней. Постараюсь не разочаровать тех, кто следит за судьбой моих героев. Хочу раскрыть те моменты, о которых сказал бегло в других книгах. Почему лишь чуть о России? Плохо говорить не хочу, не ко времени, а хорошего мало. Случайно заметил, что у меня появились недоброжелатели. Они свою масть знают. Мне пофиг! Я не червонец, чтобы всем нравится. Привет обиженкам! А вам спасибо. Доброе слово и кошке приятно.
+ -
0
adduct Офлайн 22 июня 2022 00:35
Цитата: Леонид Январев
Цитата: adduct
Прочитал с большим интересом. Радует, что оставлен намек на продолжение.

Несмотря на небольшой интерес, к тому что я делаю, продолжение будет. Каюсь, что с 3-ей книгой слегка поторопился в ожидании грядущих событий... Не подумайте об инсайде. Я о предчувствии. Надеюсь, что 4-ая книга будет основательней. Постараюсь не разочаровать тех, кто следит за судьбой моих героев. Хочу раскрыть те моменты, о которых сказал бегло в других книгах. Почему лишь чуть о России? Плохо говорить не хочу, не ко времени, а хорошего мало. Случайно заметил, что у меня появились недоброжелатели. Они свою масть знают. Мне пофиг! Я не червонец, чтобы всем нравится. Привет обиженкам! А вам спасибо. Доброе слово и кошке приятно.

Для меня эта история представляется вне времени и вне событий, а скорее, как такая фантасмагория на тему человеческих пороков и борьбы с ними, и что "на самом деле все не так, как в действительности". Очень интересная задумка, много размышлений. Спасибо Вам за труд. Буду ждать продолжения!
Наверх