Кэт Форд

Сильная рука

Аннотация
Николас Сайерс, чтобы подработать, устроился ассистентом к скандально известному фотографу Дамиану Вольфу. Это же ведь только фотографии, так? А вот и нет. Ник никогда не задумывался о своей ориентации и не знал, чего хочет от жизни. Однако работа над каталогом BDSM игрушек на многое открывает ему глаза.





Пролог

УСЛЫШАВ грохот, Дамиан поднял глаза к небесам. У него, верно, был приступ временного помешательства, когда он решил нанять настолько неловкого, угрюмого, инфантильного и неопытного помощника, бесящего и выводящего его из себя.
Глубоко вздохнув, чтобы унять раздражение, он, повысив голос, спросил:
- Ты в порядке, Николас?
- Да, - донесся приглушенный ответ. Даже на таком расстоянии Дамиан разобрал, что парень был расстроен и сердит.
- Что уронил на этот раз? - спросил он.
Эшли, сидевший на высоком табурете и наблюдавший за тем, как Дамиан подготавливает композицию для съемки, прищурился и беззвучно рассмеялся.
- Ничего бьющегося, - долетел настороженный ответ.
- Убери, пока я здесь занят, - велел Дамиан и пробормотал: - Не то меня удар хватит.
Ответ разобрать было невозможно, но тон был явно возмущенный.
- И почему я с этим мирюсь? - вздохнул Дамиан.
- И, правда, почему? - спросил Эшли, посмеиваясь. Он был уверен, что причина ему известна. В конце концов, незадачливый ассистент был самым красивым парнем из всех, кого Дамиан когда-либо нанимал. Ни один из помощников у него не задерживался надолго, но Эшли не сомневался, что все они владели и другими «навыками», помимо фотографирования, благодаря которым легко устроятся на новом месте.
- Он был лучше остальных претендентов, когда Дерек ушел, - проворчал Дамиан, не отрывая взгляда от видоискателя.
Сегодня он снимал только предметы, но у Эшли и от этого захватывало дух. Дамиан Вольф был лучшим фотографом в Лондоне, на его снимках даже самые обычные вещи представали неотразимыми и изящными творениями. Эшли потратил вечность, уговаривая Дамиана сделать фотографии для каталога, и даже использовал их долгую дружбу в качестве аргумента.
У Дамиана было американское гражданство, но, имея отца - француза и мать – итальянку, он был космополитом. Он объездил вместе с родителями весь мир, а, повзрослев, обосновался в Штатах, пока не разразился громкий скандал: его работы были представлены в Верховном Суде как пример непристойности. Дамиан был оправдан в силу свободы творчества, но после этого решил, что ему будет комфортнее работать в Европе.
Ему нравилось говорить, что, хоть Верховный Суд и поддержал его, Америка была слишком молодой страной, чтобы ценить эротику, предпочитая сентиментальщину красоте. По мнению Дамиана большинство американцев заслуживали лишь приторные календари с увитым плющем коттеджами и цветами в вазах, или даже хуже, с малышами в костюмах животных.
Он был принят в артистических кругах Лондона с распростертыми объятиями: широко освещенный в прессе процесс мгновенно сделал его знаменитостью. И, хотя Дамиан пренебрегал славой, он оценил, что это привлекло внимание к его работам таких коллекционеров, как Эшли.
Работая почти исключительно над тем, что было ему интересно, Дамиан создавал настоящие шедевры мужской эротики. Он мог снять обнаженного натурщика воплощением изящества, нежной тропической орхидеей. А затем использовать его же, чтобы создать образ грубой сексуальной энергии, столь чувственной, что она порождала глубокие сомнения в умах мужчин, никогда прежде не находивших мужское тело сексуально привлекательным.
Конечно же, Дамиана это чрезвычайно развлекало.
Эшли Винтроп продавал дорогие эротические игрушки. Он вкладывал деньги в искусство и был большим ценителем эротических произведений. К тому времени, когда ему, наконец, удалось познакомиться с Дамианом Вольфом на открытии галереи, у него уже было несколько работ этого художника.
Они вскоре подружились, обнаружив общие интересы. Эшли был не из стеснительных, он упросил Дамиана сфотографировать несколько вещей из тех, что продавал, а, увидев результаты, продолжил давить на художника, пока тот не согласился снять весь каталог.
Эшли уже сейчас был уверен, что за каталогом будут охотиться коллекционеры. Для любой, самой незамысловатой вещи, такой как, например, наручники, Дамиан создавал простую, но элегантную композицию. Освещенный софитами металл оков сверкал настолько соблазнительным обещанием, что ни один саб не смог бы сопротивляться такому искушению. Ему не терпелось увидеть, что Дамиан сделает с плетью.
Дамиан наклонился вперед, чтобы поправить положение одного из колец, натянув на руки пару гладких перчаток из черной кожи, чтобы не оставить ни отпечатков, ни пыли на сверкающей поверхности. У Эшли в паху напряглось, когда он увидел, как изящные руки касаются металла. Он сразу распознал в Дамиане коллегу – доминанта, с того самого момента, когда тот взял у него в офисе хлыст, пропуская плетеную кожу сквозь пальцы. Сам Эшли не испытывал желания почувствовать укус хлыста, хотя находил фотографа исключительно привлекательным. Но ему очень хотелось увидеть Дамиана в действии, когда покорное тонкое тело склоняется перед ним, охотно отдаваясь любому восхитительному наказанию, которое, он был уверен, Дамиан мог бы придумать.
Дамиан вернулся на свое место за камерой и, пока делал снимки, на Эшли внимания не обращал. Он был доволен результатом, но лишь отчасти. Хотя от этого уже можно было отталкиваться.
- Не понимаю, зачем ты упросил меня это сделать, - проворчал Дамиан, отбрасывая отросшие до плеч волосы и смотря в объектив. - Я буду стоить тебе вдвое дороже, чем любой другой рекламный фотограф, а работать буду втрое медленнее.
- В четыре раза медленнее и в пять раз дороже, - радостно выдал Эшли, потирая руки. - Я уже посчитал, Иан. Но соотношение стоимости к выгоде в мою пользу.
Он не смог бы разглядеть лицо фотографа, скрытое волной блестящих волос, но он на него и не смотрел. У Дамиана было действительно красивое тело: широкие плечи, узкая талия, довольно красивая задница. Эшли знал, что она не для его рук, но помечтать ведь никогда не вредно. И хотя он не смог бы насладиться красотой подчинения с Дамианом, но продолжал восхищаться им. Эшли не переходил к действиям, потому что не был уверен, чью именно задницу будет целовать плеть во время их встречи. Да и вторжение в нее огромного члена Дамиана, о размерах которого можно было судить по телосложению фотографа, казалось весьма вероятным.
- Как оно может быть в твою пользу? - спросил Дамиан, раздраженный собственной медлительностью. У него были очень жесткие стандарты, но обычно клиенты не стояли над душой. Он просто добивался того, чтобы ему самому нравился результат.
- Любители BDSM, будут не просто драться за то, чтобы заполучить этот каталог, но и будут платить за вещи из него, - сказал Эшли. - И будут покупать их. Эти наручники – один из основных моих продуктов уже больше пяти лет, но даже у меня при их виде текут слюнки. Я купил бы их у себя прямо сейчас, если бы было на кого надеть.
Дамиан засмеялся:
- Не сомневаюсь, у тебя есть кое-кто, ожидающий твоих… ласковых знаков внимания, - он откровенно осмотрел Эшли с ног до головы. Рыжеволосый мужчина поежился под пристальным взглядом альфа-доминанта, но легкая улыбка с его губ не сошла. Эшли был достаточно опытным, чтобы знать, как постоять за себя.
- Не могу представить, чтобы ты не…эмм… протестировал эти товары самым тщательным образом, прежде, чем предлагать их клиентам.
Эшли усмехнулся, сверкнув белыми зубами в свете софитов:
- Конечно, я знаю, для чего они все используются.
- Не сомневаюсь, - хмыкнул Дамиан и снова вернулся к работе. Он прекрасно знал, что Эшли был завзятым игроком, а вовсе не дилетантом, продающим игрушки. Хотя сам Дамиан больше не играл. Он устал от сабов, нарушавших правила, чтобы выпросить наказание, которого они так жаждали.
Решив, что лучше никак, чем как-нибудь, он, переехав в Лондон, уже пять лет вел монашеский образ жизни – довольно нелепо для человека, который зарабатывал на жизнь, создавая эротику. Дамиан сам оценил иронию этой ситуации, но к настоящему времени убедил себя, что ему больше подходит то чистое удовольствие, которое он получает от созерцания своих моделей.
В этот момент Ник открыл дверь студии, пропуская свет, как раз, когда Дамиан собирался спустить затвор.
- Черт бы тебя побрал, Николас, когда ты будешь стучать? - рявкнул Дамиан, не поднимая глаз.
Ник поспешно закрыл дверь, обидевшись, что его обругали, когда даже софиты в студии еще не были выключены. Прежде чем войти, он заметил под дверью полоску света, но не собирался об этом упоминать. Ник угрюмо спросил:
- Я просто хотел спросить, принести ли вам сейчас чай.
Эшли с интересом заметил, как бархатно-темные глаза парня нервно перескочили с фотографа на блестящие наручники, словно драгоценность выставленные на подушке из мягких черных перьев.
- Выключи свет, Николас.
Волоча ноги, высокий худощавый юноша подошел к выключателям и, наклонившись, нажал кнопку. Щелчок – и комната погрузилась в темноту. В этот момент в студии была настолько напряженно-эротическая атмосфера, что в ушах Эшли зазвенело. В темноте ни один из них не издал ни звука и не сдвинулся с места, но он точно чувствовал, что, по крайней мере, один человек хотел это сделать.
А потом вспышки внезапно разорвали тьму серией мягких щелчков. Фотограф сделал несколько снимков подряд. Брекетинг (автоматическая последовательная съёмка в диапазоне настроек) – вспомнил Эшли, как это называлось.
- Хорошо, Николас. Свет,- отдал краткий приказ Дамиан.
Щелчок, и студийный свет снова включен. Чтобы не быть ослепленным софитами, Эшли смотрел в сторону Ника. У него была прекрасная позиция для обзора, поэтому он смог заметить мягкий, влажный взгляд парня, когда тот быстро втянул в себя воздух, пристально уставившись на наручники. Через несколько мгновений ассистент вновь нацепил на лицо свою невыразительную маску.
Повернувшись к Дамиану, Эшли обнаружил, что тот еще возится с камерой. Наконец, фотограф выпрямился.
- Думаю, на этом мы сегодня закончим, - сказал он недовольно.
- Объясни мне еще раз, почему ты снимал в темноте? - спросил Эшли.
- Звездный светофильтр, - ответил Дамиан, улыбнувшись так, что от уголков его глаз разбежались морщинки, и откинул волосы с лица. - Твои старые стандартные полицейские штуки засверкают как бриллианты.
И вдруг он увидел, что Николас все еще сидит у выключателей.
- Ты что здесь делаешь? - спросил он резко.
- Пришел спросить, не хотите ли вы чаю, - хриплый голос был тих, но тем не менее передавал все недовольство Ника.
- Иди, вскипяти, или купи, или что ты там с ним делаешь, - сказал Дамиан, теряя интерес.
- Вам с чем чай, мистер… - спросил Ник Эшли, вежливости в его голосе был ровно грамм.
- Уинтроп, - любезно подсказал Эшли, хотя уже дважды сообщал Николасу свою фамилию, - и я бы съел чего-нибудь сладкого, возможно эклер или наполеон. И принеси мне латте, большой, с корицей и без кофеина, со взбитыми сливками. Обезжиренными!
Прежде чем неуклюже вывалиться из комнаты, Ник пробормотал:
- Думаете, это правда поможет?
Дамиан неслышно фыркнул на колкость Николаса, все еще стоя, уперев руки в бедра и глядя на наручники так, словно они были непослушной моделью, которая отказывалась принять позу.
- Эти ужасные мешковатые штаны, - привередливо пробормотал Эшли, глядя вслед Николасу. Если бы юношу одевал он, то тот носил бы что-нибудь узкое и облегающее, в зависимости от того, какая у него задница. Похоже было на то, что эта задница была весьма шикарной, если только широкие джинсы не вводили в заблуждение. Эшли уже попадался: Дерек, предыдущий помощник Дамиана, не только оказался пухленьким, но и не хотел играть.
- Что это было? - спросил Дамиан рассеяно.
- Я попросил у твоего мальчика чего-нибудь сладкого, - ответил Эшли, усмехаясь собственному выбору слов. Конечно же, они привлекли внимание Дамиана, который тоже ухмыльнулся. - Он, кажется, немного растерялся.
- Это потому, что я не держу сладостей к чаю. Думаю, он взял немного денег и побежал в кондитерскую, - обреченно ответил Дамиан. - Пойдем, этот мелкий недоумок либо включил чайник, не налив воды, либо вообще забыл его поставить. Лучше проверить.
Эшли соскользнул с табурета и, любопытно сверкая глазами, последовал за Дамианом из студии на кухню. Что-то заваривалось тут, помимо чая, и он намеревался проследить, что из этого выйдет

Глава 1

НИК взлетел по ступеням подземки, перепрыгивая через одну, надеясь, что не опоздает на работу в очередной раз. Поезд задержался, так что теперь ему приходилось спешить изо всех сил. Он промчался по улице и остановился у склада, в котором Дамиан оборудовал студию, пытаясь выровнять дыхание. Не стоило показывать боссу, что пришлось бежать, чтобы оказаться на работе вовремя.
Он толкнул дверь, открывая, и поднялся на лифте на последний этаж, вместо того, чтобы воспользоваться лестницей, надеясь отдышаться к тому времени, как он прибудет на место.
- Опять опаздываешь? – сардонически спросил Дамиан, услышав, как открылась дверь на чердак. Он и не подумал обернуться, так что не увидел, как на лице Николаса появилось и пропало виноватое выражение.
Голос был угрюмый, как обычно, без следа той тени сожаления, что промелькнула в глазах:
- Не сильно.
- Неважно. Модель опаздывает гораздо больше, - сердито сказал Дамиан.
- Что мне делать? – спросил Ник, сбрасывая рюкзак прямо на проходе, так что любой вошедший споткнулся бы об него.
- Посмотри, не нужно ли чего Гэйбу, только убери эту чертову сумку, - ответил Дамиан. – Я буду в студии.
Ник отпихнул рюкзак с прохода и пошел в гримерную, хорошо освещенную комнату, подходящую для работы стилиста. Гейб был невысокого роста, лысый, одетый в вычурную розовую рубашку, узкие джинсы с блестками и остроносые ботинки на каблуках. Он сидел на стуле и читал журнал, бросив на Ника дразнящий взгляд, когда тот вошел.
- Привет, красавчик. Пришел скрасить одиночество бедной девушки? – просюсюкал гример.
Ник покачал головой:
- Нифига подобного Гэйб. Надо чего-нибудь?
- Урок игры на флейте?
Ник растерялся на мгновение, а потом покраснел, когда понял намек.
- Отвали, дрочила!
- Если бы ты помог бедной девушке, то мне бы и не пришлось…, - крикнул он в след убегающему Нику и захихикал. Он на самом деле очень любил дразнить милых гетеросексуальных мальчиков.
После нескольких звонков в агентство и еще получаса ожидания Дамиан вышел из кабинета и отпустил стилиста.
- Извини Гэйб. Ты тоже можешь ехать домой. Кажется, модель потеряли, или что-то вроде. Его не будет.
- Ты ведь знаешь, что я возьму те же самые деньги за свое время? – сказал Гэйб, начиная укладывать кисточки в набор. – Мне пришлось отменить другую съемку, чтобы приехать сюда.
- Да, знаю. Я договорюсь с клиентом. Мы позовем тебя в следующий раз, - пообещал Дамиан.
Гэйб кивнул и сложил вещи в сумку. Дамиан подписал ему чек, и Гейб сказал:
- Спасибо за понимание. Некоторые люди в нашем деле…
- Знаю, - сказал Дамиан, - можешь не объяснять. Это не твоя вина.
- Ну пока тогда, милый, - попрощался Гэйб, вернувшись к своим обычным манерам. Дамиан проводил его взглядом, пока дверь студии тихо не закрылась за стилистом. Николас распахнул дверь ванной с такой силой, что та громко стукнулась о стену. Дамиан подпрыгнул от этого звука.
- Да пошло оно все к черту! Обязательно надо ломать эту гребаную дверь?
- Извините, - сказал Ник, краснея до корней волос. Глаза юноши уставились в пол, и Дамиан вдруг заметил, как тот был красив, пристыженный.
- Иди в студию, - скомандовал фотограф и направился в комнату, даже не оглянувшись проверить, что Николас подчинился.
Ник повиновался, молча проследовав за Дамианом, отчаянно надеясь, что сумеет справиться с любым заданием, которое даст ему босс.
Твердая рука легла ему на талию и подтолкнула Николаса вперед, туда, где Дамиан разместил разрисованный задник и что-то похожее на балетный станок.
- Просто встань на колени на несколько минут, сможешь? Мне надо проверить освещение.
Вздохнув, Ник опустился и скрестил руки, мрачно глядя в камеру. Игнорируя угрюмый взгляд, Дамиан попросил:
- Повернись. Нет, совсем повернись, ко мне спиной, тупица.
Шаркая коленями, Ник развернулся так, чтобы его спина оказалась напротив объектива.
- Подвинься назад ко мне. Налево. Твое лево! Твое другое лево! – Дамиан вздохнул. Его разочарование только выросло, когда Николас сначала повернулся направо, дальше от основного света, а потом вернулся в первоначальное положение. Он быстро шагнул вперед и, взяв юношу за плечи, рывком усадил в нужную позу.
- Вот так! Я хочу, чтобы ты стоял здесь. Замри и не двигайся.
Он поспешил к камере, тихо ругаясь про себя. Он гадал, почему никогда не замечал скульптурно вылепленных скул и изящной линии подбородка своего ассистента. Дамиан, конечно же, обратил внимание на его глаза. Трудно было их не заметить с этими длинными ресницами, но почему-то недовольство некомпетентным помощником всегда выливалось в то, что он видел только его нос. Легкая асимметрия, казалось, притягивала к себе все внимание Дамиана, когда тот смотрел на Николаса. Но сейчас свет особым образом упал на лицо молодого человека, и фотограф, наконец, разглядел его красоту.
- Николас, - сказал Дамиан, захваченный своим открытием. Как он мог быть настолько слеп?
- Да? – ответил Ник, не смея сдвинуться с места.
- Натурщик отказался работать сегодня. А у меня есть эта идея, концепция, она просто изводит меня. Я хочу сделать снимок. Мне просто нужно его сделать, - начал объяснять Дамиан. Ник обернулся, чтобы посмотреть ему в лицо, и кивнул. Дамиан был потрясен. Казалось, Николас понял, что фотограф хотел сказать и соглашался с ним. Что он там изучал в университете? Без разницы. Кажется, Дамиан и не спрашивал никогда.
- Мне нужна модель, чтобы сделать снимок. Могу я использовать тебя?
- Что нужно будет делать? – спросил Ник. Его голос был живым и заинтересованным, впервые на памяти Дамиана.
- Мне нужно выработать позу, это будет дешевле, чем, если я использую профессиональную модель. С одной из тех вещей, что принес Эшли, - сказал Дамиан, беспечно махнув рукой в ту сторону, где лежали плетки и ремешки.
- Ла… ладно, - слабым голосом ответил Ник, глядя на стол, заполненный инвентарем, зачаровано и нервно.
- Хорошо. Вставай и снимай одежду, тогда, - приказал Дамиан. – Мне нужна голая кожа.
Он усмехнулся, словно дьявол, ожидая, что ему придется уговаривать юношу, когда тот откажется, но был удивлен, когда без малейшего смущения Николас начал раздеваться прямо на съемочной площадке, отбрасывая футболку в сторону.
Он стянул свои спортивные туфли и начал расстегивать штаны, когда понял, что Дамиан смотрит на него в упор. Его руки замерли.
- Неправильно?
Дамиан засмеялся.
- Нет неправильного способа раздеваться. Особенно… - он проглотил конец фразы, подумав, что не стоит перебрасываться скабрезными комментариями со своим помощником. С другой стороны, если так пойдет и дальше, Николас тут надолго не задержится. – Особенно с такой узкой маленькой задницей, как у тебя, - продолжил он, понимая, что ничего не изменится, если Николас с криком убежит прочь. Нет модели – нет снимка, по крайней мере, сегодня. – Зеленые носки?
- О. Я подумал, может, я не должен был бросать одежду на пол, - пробормотал Ник, игнорируя комментарий о ярком цвете его носков.
- Можешь бросать куда хочешь, только чтобы в кадр не попадало, - щедро сказал Дамиан, восхищенный перспективой поиграть с послушной моделью пару часов. Так он получал возможность выработать идею, прежде чем начнет работу с дорогостоящим профессионалом.
Ник продолжил раздеваться, чувствуя некоторое возбуждение, но Дамиан больше не смотрел на него, так что он по быстрому завершил начатое. Он остался стоять на площадке обнаженным в ожидании дальнейших указаний.
Дамиан подошел и взял его за руку, подводя к возвышению у задника.
- Встань на колени, я подложил тут пенопласта, должно быть легче для коленей.
- Спиной к камере? – спросил Ник.
Дамиан закатил глаза.
- Да, спиной к камере. Вот тут, - указал он грубо.
Ник упал на колени, признательный за мягкую подставку под покрытием. Его коленки были довольно костлявыми, и стоять на бетонном полу было бы больно.
Дамиан вернулся, позвякивая чем-то, и Ник бросил быстрый нетерпеливый взгляд на фотографа. Тот держал в руках что-то вроде черных кожаных манжетов, соединенных длинной серебряной цепочкой.
- Дай сюда руки, - распорядился Дамиан.
Ник молча протянул запястья.
Кожаные наручники были такими широкими, что походили на краги, закрывая предплечья почти до локтей. Дамиан застегнул многочисленные пряжки на правой руке и пристегнул цепь к столбу, стоящему перед Ником. Тот был достаточно высоким, доходя почти до плеча Дамиану, так что Нику пришлось поднять руки, чтобы фотограф закрепил второй наручник.
После того, как Дамиан надежно привязал ассистента к столбу, он провел пальцами по гладкой коже цвета меда на обнаженном плече Николаса.
- Нормально?
- Да.
Дамиан подумал, что голос Николаса звучал, словно у того слегка перехватило дыхание, но был слишком возбужден, предвкушая, как его художественное видение воплотиться в жизнь, чтобы заострить на этом внимание. Он склонился над камерой проверить угол наклона и освещение и подавил вздох, когда увидел гибкое тело, длинные мышцы, выступающие на худых плечах, ягодицы, круглые и искушающие, гладкие темные кудри сияющие в свете прожектора. Он и вправду был слеп, подивился Дамиан. Небеса сжалились над ним, когда бесцветный блондинистый натурщик, нанятый для съемок, не пришел на работу. Николас идеально подходил для этого снимка. Дамиан наслаждался видом того, как мышцы на бедрах юноши сокращались, когда тот пытался удержаться в одном положении.
Дамиан проверил фокусировку и быстро сделал пару кадров.
- Ты в порядке? – спросил он.
- Да, все нормально, - ответил Ник, оборачиваясь, чтобы взглянуть через плечо, как раз в тот момент, когда Дамиан спустил затвор.
- Больше так не делай, если не хочешь быть узнанным на фото, где ты голый и в наручниках, - рявкнул Дамиан.
Ник быстро отвернулся. Его сердце билось так сильно и громко, было просто удивительно, что Дамиан этого не слышал. Мысль о том, что у Дамиана будет фотография, где он прикован к столбу обнаженным, заставила его член шевельнуться, а он ведь даже не был геем! Или был? Нет, решил Ник, он не был, и из него не сделают. Он просто помогал своему работодателю. Ничего больше.
Его сердце успокоилось, когда больше ничего не случилось, и вспышка не зажглась в очередной раз. Было тихо так долго, что ему захотелось обернуться и посмотреть, что Дамиан собирался сделать, и он как раз начал движение, когда почувствовал, как что-то холодное прикоснулось к его щиколотке.
- Ч-что это? – нервно спросил Ник, вздрагивая, когда холодный металл сомкнулся на его щиколотке.
Не ответив, Дамиан ступней раздвинул его ноги. Ник внезапно почувствовал себя очень уязвимым, его член немного увеличился, но еще не встал полностью, его яички мотались там, где, он был уверен, Дамиан мог их видеть. Черт, Дамиан мог, наверное, видеть все, что находилось в районе его задницы.
Ник подпрыгнул, когда фотограф раздвинул его ноги еще шире, и холодное кольцо сомкнулось вокруг его второй лодыжки. Когда сильные руки отпустили его, он попытался сдвинуть ноги, но не смог.
- Не волнуйся, это просто распорка, - произнес Дамиан очень довольным голосом. – Превосходно, ты был просто рожден, чтобы на тебя ее надели. Отлично смотришься.
Тихие звуки подсказали Нику, что Дамиан вновь вернулся к камере. Он почувствовал себя капельку увереннее, но не достаточно. Скованный таким образом, он едва мог двигаться. Ник никогда раньше не мог угодить Дамиану, и слышать одобрение в его голосе сейчас, это было… опьяняюще. С другой стороны, еще никогда его ноги не были разведены в стороны распоркой, и это беспокоило его. Он как раз пытался понять, сможет ли он встать на ноги в этих оковах, когда сверкнула вспышка, почти ослепив его.
- Предупреждать надо! – закричал Ник так громко, что сам удивился.
- Извини, - долетел рассеянный ответ, но что-то подсказывало Нику, что Дамиану и не придет в голову предупредить в следующий раз. Он пошевелился, чувствуя себя неуверенно. Почему-то в этих оковах, он ощущал себя более обнаженным, чем когда был просто раздет. Ник гадал, как долго Дамиан…. Вспышки снова ослепили его, но он ничего не сказал в этот раз.
- Подвинь немного задницу. Нет, назад, в мою сторону. Дальше. Нет, слишком далеко, верни, как было. Хорошо, теперь двигай назад. Вот так! Замри!
Последовала серия вспышек, и бедро Ника слегка кольнуло. Он надеялся, что сможет продержать позу достаточно долго для целей Дамиана, пока спину не сведет судорога.
- Откуда у тебя этот шрам?
- Ой, извините, - пробормотал Ник, - несчастный случай. Пришлось делать операцию.
- Он прекрасен, - ответил Дамиан.
Ник был вне себя. Как смел Дамиан сказать такое? Он знал, что шрам был уродлив, черт побери, не было ничего красивого в том, чтобы получить его.
- Ха-ха, - огрызнулся он иронично.
- Заткнись, - произнес Дамиан мечтательным голосом сумасшедшего художника.
Ник закрыл рот, как просили. Он знал, что Дамиан не услышит ничего из того, что он мог бы ему сказать. Руки онемели от недостаточного притока крови.
- Ладно, выпрямись немного. Поверни голову слегка влево. О, отлично, ты запомнил, где лево. Я хочу, чтобы свет выхватывал край скулы и линию подбородка. Вот так. Замри.
Снова серия вспышек. Ник уже понял, что можно закрыть глаза, все равно, Дамиан не снимал его лицо. Когда вспышки отсверкали, он подтянул руки к себе, чтобы распрямить спину, пытаясь сбросить напряжение, скопившееся в плечах.
- Ты прекратишь вертеться? Просто оставайся в той же позе, пока я не разрешу тебе двигаться, - раздраженно потребовал Дамиан, устремляясь вперед и возвращая Николаса в исходное положение. – Делай, как велят, мальчик.
- Да, сэр! – сердито прошипел Ник.
- И прекрати пререкаться, или отшлепаю, - приказал Дамиан.
Ник замер, и только его член начал медленно подниматься, наполняясь прилившей кровью. Жар собрался у него в паху, так что хотелось поерзать, но он сдержался, не желая проверять, насколько серьезна была угроза Дамиана. Слова прозвучали так, будто фотограф и вправду собирался это сделать.
Ник подпрыгнул, почувствовав теплые руки на своих бедрах. Что-то прошлось по его заднице, и он дернулся, хотя больно не было.
- Стой спокойно, проклятье!
Черт, подумал Ник, это серьезно. Он сосредоточился на том, чтобы удержаться в том положении, в котором Дамиан оставил его.
Наконец, его спина и бедро подали предупреждающий сигнал, и Нику пришлось сдвинуться, слегка застонав. Он дернулся и изогнулся, когда тяжелая рука шлепнула его по заднице, обжигая левую ягодицу. Инстинктивно он обернулся, как раз в тот момент когда сверкнула вспышка и прозвучал щелчок затвора.
- Теперь ты будешь стоять неподвижно, или мне ударить тебя снова? – голос Дамиана прозвучал прямо за его спиной, где тот стоял с дистанционным спуском в руке. Ник промолчал и снова повернулся спиной к камере. Перед его глазами стоял отпечаток, красный след на светлой коже его ягодицы. Неожиданно, знание того, что у Дамиан сфотографировал его таким, заставило его почувствовать себя неловко и униженно. Он должно быть сошел с ума, когда сбросил одежду и безо всякого сопротивления встал на колени, думал Ник, пока Дамиан продолжал делать снимки. Нельзя сказать, что у него был большой выбор сейчас, когда босс связал его. Одна мысль об этом была возбуждающей.
- Поймал, - выдохнул Дамиан, когда сделал последний кадр. С этими словами он пришел в себя и хмыкнул, поняв, что перед ним находилось стройное тело его ассистента, растянутое и привязанное. Мышцы двигались под кожей, пытаясь удержать тело в одном положении. Какая чувственная перспектива.
- Извини, Николас. Я немного увлекся, - извинился Дамиан, подходя, чтобы освободить юношу. Он усмехнулся, когда увидел отпечаток ладони на круглой соблазнительной ягодице парня. Он правда это сделал?
Фотограф встал на колени позади Николаса и наклонился чуть ниже необходимого, чтобы вдохнуть слабый ванильный запах, витающий вокруг юноши, пока он высвобождал щиколотки из захватов распорки.
Ник поежился и тонкие волоски на его спине встали дыбом, когда он почувствовал тепло такого близкого тела Дамиана. Несколько мгновений мужчина стоял на коленях позади него, а Ник был словно в ловушке, с раздвинутыми ногами и в наручниках. Если бы Дамиан попробовал сделать что-нибудь для собственного удовольствия, Ник не смог бы и пальцем пошевелить, чтобы защититься. Он был ужасно напуган, и в то же время, его член предавал его, оставаясь болезненно напряженным.
Дамиан заметил, что мальчик дрожал и осторожно освободил одну руку, придержав другую, ощущая, что Николас готов был сорваться с места, несмотря на то, что одно из его запястий все еще было приковано. Как только он освободил мальчика, тот вскочил на ноги с неловкой грацией, держась спиной к фотографу, и бегом рванул к своей одежде, подхватил ее и направился прямиком в ванную, хлопнув дверью.
Дамиан оставался на месте, поглаживая пальцами кожаные браслеты, еще хранящие тепло Николаса. Он уловил легкий запах желания в воздухе. Значит, мальчика это возбудило? До этого мгновения, Дамиан был так увлечен воплощением в жизнь своего художественного замысла, что даже не подумал, что можно было бы сделать с прекрасным юношей, обнаженным и закованным в цепи, стоящим на коленях перед ним. Он услышал, как дверь на улицу громко и яростно хлопнула, и улыбнулся. Вероятно, это означало, что он никогда больше не увидит Николаса, но, черт побери, мальчик был восхитителен. Его член уперся в молнию, причиняя неудобство, так что он расстегнул брюки, чтобы немного снизить давление. Когда он извлек член наружу, холодный воздух коснулся разгоряченной плоти, и его рука на ней была очень кстати. Он закрыл глаза, вставая на колени прямо за тем местом, где Николас был прикован с разведенными ногами, и начал ласкать себя, восхищенно вспоминая красоту, которую они создали вместе. Он кончил с приглушенным стоном, заливая спермой ткань там, где Николас стоял на коленях.

НИК был так рад в этот момент, что не стал выпендриваться и оделся так же, как все его приятели. Хорошо иметь независимое мышление и грести против течения, но иногда мешковатые штаны – твой единственный шанс скрыть стояк.
Головка его члена терлась о мягкую ткань боксеров с каждым шагом. Он надеялся, что сумеет добраться до своей маленькой неряшливой квартиры с вечно холодной водой до того, как кончит в штаны. В вагоне метро было довольно свободно в этот час, и Ник было сел на незанятое место, но тут же вскочил, увидев, как его стояк выпирает из джинсов. Такое только слепой не заметит. Он поразглядывал рекламу над окнами, напрасно надеясь, что его член опустится.
Проблем с эрекцией у Ника не было, и как минимум один раз в течении дня он дрочил, но сейчас его членом можно было забивать гвозди. Когда он сошел на своей станции, каждый шаг давался с трудом. Впервые он задумался, а не стоило ли носить плавки. Ведь когда у тебя стояк, они лучше его… обуздают. Ник застонал, одно только слово «обуздать» заставило его член дернуться.
Поняв, что спасения нет, он поспешил домой. Он добрался до подъезда и взбежал по лестнице. По крайне мере, это усилие слегка уменьшило эрекцию. Когда он отпирал дверь, у него даже появилась надежда, что он может контролировать свое возбуждение. Он не собирался поддаваться этому…этому… чем бы оно ни было.
Он прошел в крохотную ванную и спустил штаны вместе с боксерами. Встал перед зеркалом, нагибаясь и вытягивая шею, пока не увидел отражение собственной задницы с розовым отпечатком ладони.
- Ты идиот, Ники, - пробормотал он и засмеялся над собой. – О чем ты только думал. Если вообще, думал.
И все же вот он. Багряный след с чуть более бледными краями. Ник смотрел на него, чувствуя, как кровь стучит под отпечатком ладони, посылая импульсы прямо в пах. Его член запылал, поднимаясь вертикально вверх. Никогда в жизни у него не стояло так. И это просто убивало.
Лаская себя, потирая большим пальцем головку скользкую от выделившейся смазки, Ник попробовал представить грудь своей последней подружки, а потом предпоследней. Задыхаясь, он ускорил движения руки, слегка поворачивая запястье, но все никак… Вдруг, он вспомнил звук, с которым ладонь Дамиана опустилась на его задницу, и представил, как мог выглядеть мужчина, шлепая его. Он хрипло закричал, кончая. Никогда он не испытывал такого долгого и сильного оргазма.
Ник пришел в себя, стоя на коленях, одна рука вцепилась в край раковины, другая, покрытая спермой, все еще обхватывала член. Он с трудом хватал ртом воздух, вспоминая, что случилось между ним и его боссом.
-Твою мать, - прошептал он.
ПОСЛЕ того, как Дамиан умылся и пришел в себя, он направился с камерой в лабораторию и извлек пленку. Он иногда снимал и на цифру, но все еще предпочитал старые однообъективные зеркалки с ручными настройками, которые давали ему больше возможностей для контроля освещения, глубины поля и фокуса. Ему не терпелось проявить снимки и увидеть, что получилось, однако он осторожно смешал реагенты, и дал изображению закрепиться, а потом поместил пленку в перемотчик. Когда, наконец, кончик негатива показался наружу, он почти носом ткнулся в него, вдыхая резкий запах. Дамиан приподнял край, разглядывая первые кадры в красном свете, и начал улыбаться.
Как только вся пленка оказалась смотанной в бобину, он поместил ее на стол с подсветкой, не дожидаясь, пока та окончательно высохнет. Даже без лупы он мог разобрать, что это была идеальная поза, чтобы показать распорку, наручники с цепями лишь усиливали эффект. Эшли будет в восторге.
Контуры склоненного, подчиняющегося тела, изящные изгибы и грани – невозможно было отрицать, что Николас был идеальной моделью для этой работы.
Только вот, Николас не был моделью. И, скорее всего, он никогда больше не переступит порога этой студии. Дамиан грустно улыбался, рассматривая снимки. Он замер, захваченный кадром, где шлепнул Николаса.
Дамиан облизал губы, рассматривая снимок. Восхитительно. Камера выхватила момент, когда Николас обернулся, бросая взгляд через плечо. Губы мальчика удивленно приоткрылись, глаза широко распахнулись от страха, потрясения и сексуального возбуждения. Последнее, Дамиан был просто уверен, Николас хотел бы скрыть.
Тело на снимке изогнулось так, что был виден один сосок, большой, соблазнительный, просто умоляющий, чтобы его ущипнули. Слегка подсвеченный напряженный член, чьи контуры выделялись на фоне декораций, стоял вертикально и жаждал внимания.
Дамиан провел рукой по бугру под джинсами, когда увидел отпечаток собственной ладони на заднице Николаса. Словно клеймо владельца, красный след выделялся на бледной изящно изогнутой плоти.
- Я должен напечатать это, - пробормотал Дамиан. Что бы ни случилось в дальнейшем, это снимок займет постоянное и выдающееся место в его частной коллекции, не предназначенной для чужих глаз.
Он достал свой член и начал ласкать себя, не отрывая глаз от лучшего снимка, из всех, что он когда-либо делал, пока не достиг еще одного ошеломительного оргазма. И только когда удовольствие накрыло его с головой, он опустил веки.

НИК проснулся в испуге, хотя будильник еще не звонил. Он уныло улыбнулся. После мастурбации в ванной, он попытался засесть за учебу, но не мог сосредоточиться и на две секунды.
Сейчас он лежал в луже своей быстро остывающей спермы. А его член был все еще наполовину возбужден.
- Приятель, - Ник сказал это в слух, - тебе стоит прекращать думать об этом.
Вместо того, чтобы последовать собственному совету, он стал вспоминать каждый мучительный момент прошлого дня. Внутри у него все трепетало. Ник думал, что знал, что делает, снимая одежду. Он учился на факультете художеств, и ему доводилось позировать за деньги. Кроме того, он видел уже, как Дамиан работает. Его босс и пальцем не трогал моделей.
Должно быть, он сам виноват. Должно быть, в нем было что-то такое, о чем Ник и сам не догадывался, но что Дамиан сумел разглядеть. И это что-то побудило мужчину связать его. Не просто связать, но надеть эти кожаные наручники и приковать к столбу. И потом, эта распорка. Холодный металл контрастировал с манящей теплотой пальцев Дамиана, которые легко коснулись его кожи, когда фотограф надевал браслеты на лодыжки Ника. Он перекатился на колени. Не осознавая, что делает, Ник обхватил яички левой ладонью, правой лаская ствол. Он думал о том, как Дамиан погладил кожу на его плече, и затем об этой сильной руке наказывающей его задницу жестким ударом.
А потом Ник закричал, кончая. Его спина прогнулась так, что пульсирующие ягодицы поднялись, словно предлагая себе мужчине, которого воображение рисовало стоящим позади него.

Глава 2

ЭШЛИ вышел из себя:
- Что, этот мелкий педик не явился?
- Нет. И агентство, кажется, не может его найти. Нам придется заказывать другую модель, - сказал Дамиан. Он был немного рассеян. Николас тоже не пришел, а сам он провел беспокойную ночь. Каждый раз, когда он пытался уснуть, рука сама тянулась к выключателю, и он вновь начинал заворожено разглядывать фотографию, с которой на него испуганно смотрел Николас.
Он решил для себя, что сожжет негативы. В конце концов, юноша не давал своего согласия на такие снимки, так что он не мог их сохранить. Он обязательно их уничтожит.
Просто пока руки не дошли.
- Так кого ты видишь в этой роли? Блондина? Брюнета? – спросил Эшли, рассматривая портреты. – Нужно ведь посмотреть на них живьем?
- Конечно. Никогда не поймешь по их карточкам. Они, черт побери, даже про параметры врут, - сказал Дамиан.
- Они указывают свои размеры? – восхищенно переспросил Эшли, уставившись в карточку.
- Рост и вес, Эш, не длину, - хмыкнул Дамиан.
Он обернулся, когда входная дверь тихо скрипнула. У входа стоял Николас, аккуратно убирая рюкзак в угол, подальше от прохода.
- Привет, Дамиан, мистер Уинтроп. Хотите кофе? – пробормотал он, глядя в пол. Он не смел поднять глаза на Дамиана, опасаясь, что тот посмеется над ним. Или, что еще хуже, с первого взгляда поймет, что он дрочил всю ночь, думая о боссе… и, что уж совсем унизительно, о том, какие фантазии при этом рождались в его мозгу.
- Да, пожалуйста, сходи, купи три чашки кофе и каких-нибудь кексов, - довольно сказал Дамиан, протягивая ему деньги.
- Мне латте, - начал было Эшли, - большой, с корицей…
- Я помню, мистер Уинтроп. Большой, с корицей, без кофеина, со взбитыми сливками, обезжиренными, - стараясь не коснуться пальцев Дамиана, Ник осторожно взял банкноту и побежал в любимое кафе босса.
Не веря своим глазам, Эшли посмотрел вслед Нику, а затем обратил внимание на Дамиана, тот стоял, глупо улыбаясь в спину своему ассистенту.
- Что ты с ним сделал? Он сегодня как шелковый.
- Просто слегка отлупил, - ответил Дамиан.
Эшли расхохотался.
- Эх, если бы... но в наши дни, увы, рискуешь получить судебный иск за такое воспитание работников. Жаль, в самом деле, жаль. Скольких мальчиков можно было бы исправить при помощи твердой руки. Ладно, что бы ты ему ни внушил, оно, кажется, работает.
Дамиан засмеялся, гадая, что бы сказал Эшли, если бы знал, что случилось на самом деле.
- Брюнет, - бросил он.
- Что, что… а, модель. Да, пожалуй, соглашусь... разве что, кроме некоторых штучек из черной кожи. Они всегда лучше смотрятся на блондинах, - сказал Эшли, наклонив голову, ещё раз внимательно рассматривая карточки.
- Я подумал, можно использовать Николаса для некоторых снимков, - между делом бросил Дамиан.
Тон его голоса был настолько безразличным, что Эшли понял: что-то произошло. Он решил подразнить фотографа.
- Даже не знаю, мой дорогой Дамиан, нельзя же так просто втягивать невинную овечку во что-то подобное, - засомневался он, потирая подбородок. – Он будет шокирован. Сильно шокирован.
Дамиан ухмыльнулся, вспомнив, как легко Николас разделся по его просьбе.
- Я и не думал снимать его в чем-нибудь совсем уж извращенном. Просто мне пришло в голову, что он будет хорошо смотреться в кожаной одежде.
Эшли задумался.
- Хорошо. Он, конечно, красавчик, хоть и раздражает временами. Спросим его. Заплатим по основному тарифу?
- Если справится. Естественно, мне нужно будет сделать несколько пробных снимков.
- Естественно, - согласился Эшли, весело скривив губы.
Дверь открылась, и вошел Ник, осторожно удерживая на весу коробку с выпечкой и тремя стаканчиками кофе. Он расставил все на небольшом столе в кухне, достав салфетки и картонные тарелки, сливки из холодильника и ложки для сахара.
- Садись с нами, Николас, - велел Дамиан.
Не поднимая головы, Ник бросил взгляд из-под ресниц, не в силах сказать ни слова, настолько неожиданным было приглашение. И, пока Дамиан передвигал один из стаканчиков в его сторону, он гадал, собираются ли его уволить или наоборот предложить что-то.
- У Эшли есть к тебе предложение.
Ник сильно покраснел, подумав, не рассказал ли Дамиан этому красивому блондину, что произошло прошлым вечером. Он начал было вставать, но на его запястье легла тяжелая ладонь, заставляя оставаться на месте.
- Все не так страшно, Николас, он просто хочет спросить, не согласишься ли ты позировать в каких-нибудь вещах из одежды, - Дамиан смягчил голос, чтобы успокоить мальчика.
Эшли подтолкнул к нему старый каталог и Ник увидел обычные кожаные брюки из тех, что он мог бы надеть в ночной клуб. Если бы у него были деньги и на клуб, и на брюки.
Он поднял глаза на Дамиана, тот успокаивающе улыбался ему.
- Я бы хотел сделать несколько пробных кадров, чтобы посмотреть, подходишь ли ты. В конце концов, Эшли должен увидеть, как ты выглядишь на фотографиях, прежде, чем принять решение.
Ник слегка кивнул и облегченно вздохнул. Он понял, что Дамиан пытался ему сказать, что Эшли не видел вчерашние снимки.
- Хорошо, думаю… я мог бы это сделать, - он слегка выделил слово «это».
Удовлетворенный, Дамиан широко улыбнулся. Если удалось уговорить Николаса на позирование в чем-то безобидном, без сомнения, можно вскоре будет убедить его попробовать сняться и в более экстравагантном наряде. Принимая во внимание, что у него было документальное подтверждение, какое Николас получил удовольствие в прошлый раз, при должной осторожности, дело можно было считать решенным.
Эшли слизнул сливки с ложечки, наблюдая за происходящим между этими двумя. Дамиан явно что-то задумал. Эшли был просто уверен в этом. Он наслаждался представлением, разыгравшимся перед ним, потому что вчера Николас вел себя вызывающе и грубо, а сегодня был вежливым и осторожным. Должно быть, что-то произошло между ними.
- Николас, позвони в агентство, договорись, чтобы эти юноши пришли завтра. Когда закончишь, присоединяйся к нам на складе. Мы подберем тебе кожаные брюки по размеру и сделаем пару кадров, - распорядился Дамиан.
Он встал и направился в студию вместе с Эшли, даже не оглянувшись, чтобы убедиться, что Николас выполнил приказ.

- Давай, расскажи мне, - продолжил настаивать Эшли.
- Рассказать тебе что? – переспросил Дамиан.
- Что произошло между тобой и мальчишкой? Ты ведь не лупил его… на самом деле? - Эшли неосознанно поправил ставшие вдруг тесными брюки.
- Если бы и лупил, стал бы я тебе признаваться, - поддразнил его Дамиан. – А если нет, я мог бы и солгать, чтобы произвести впечатление на тебя.
Эшли заржал над этими словами, сгибаясь пополам и сползая с табурета. Дамиан протянул руку, чтобы не дать ему упасть, улыбаясь такому веселью друга.
- Можно подумать, ты сильно озабочен производимым впечатлением, - Эшли задохнулся от смеха.
Ник вошел и молча наблюдал за происходящим, пока Дамиан не заставил Эшли вести себя как подобает.
- Договорился? – спросил Дамиан.
- Да, агентство пришлет большую часть парней между девятью и двенадцатью, но несколько моделей смогут прийти на съемку только между часом и пятью. Подойдет?
- Да, конечно, - сказал Дамиан. – Какой у тебя объем талии и бедер?
Ник пробормотал свои размеры, и Эшли быстро откопал в той куче одежды, что он принес, подходящие брюки. Ник протянул руку, чтобы погладить штаны цвета темного красного вина из мягчайшей кожи.
- Эти мне нравятся.
- Они подойдут тебе по цвету, малыш, - сказал Дамиан, вспоминая гладкую медовую кожу, полностью открытую его взгляду прошлой ночью.
Гадая, о чем думает Дамиан, Ник взглянул на него виновато. Он надеялся, что его возбуждение не очень заметно, не понимая, что его широко распахнутые глаза и приоткрытые губы красноречивее всех слов говорили об этом обоим мужчинам.
- Надень это с брюками, - сказал Эшли, бросая Нику белую рубашку.
Ник поймал ее, шелковистая ткань скользнула по пальцам.
- Иди, оденься, мальчик, - поторопил его Дамиан. – Мы сделаем несколько снимков, чтобы Эшли мог определиться.
Ник пошел в ванную переодеваться, пока Дамиан устанавливал цифровую камеру на штатив, который стоял там же, где и прошлым вечером. Это было так забавно, заставить Николаса сниматься в тех же декорациях, и он ехидно подумал, насколько неудобно почувствует себя молодой человек.
Эшли присвистнул, словно волк из диснеевского мультика, когда Николас вышел из ванной. Рубашка была сшита из очень тонкого шелка, так что темные ореолы его сосков проглядывали сквозь ткань. Кожа плотно обхватила его стройные бедра, обрисовывая ягодицы, так что оба мужчины поняли, что нижнего белья на нём нет.
- Николас, - позвал Дамиан, его хриплый голос источал властность, - иди на площадку. Сложи руки за спиной и откинься на столб.
Ник почувствовал, как его член дернулся, реагируя на тон Дамиана. Слова, сказанные в протяжной манере, были явным приказом, но обещали щедрое вознаграждение за послушание.
Он бездумно направился к декорациям, и ступив на бетонный пол голыми ногами, поежился от холода. Стоять на ткани задника было немного теплее, хотя он запнулся, забыв, что под материю подложен пенопласт.
Дойдя до столба, Ник повернулся вполоборота к Дамиану, так, чтобы попадать под свет софитов. Его глаза вопросительно метнулись к фотографу, проверяя, правильно ли он принял позу.
- Руки за спину. Прислонись к столбу, - воодушевил его Дамиан.
Эшли резко передвинулся к тележке, на которой стоял компьютер, подсоединенный к камере Дамиана, чтобы скрыть свой выпирающий член. Повинуясь приказу Дамиана, Ник завел руки за спину, обхватывая столб. От этого его грудь выпятилась вперед, пуговицы слегка разошлись. Его соски набухли и темными тенями проступили под натянувшимся белым шелком.
- Хороший мальчик, - ласково похвалил Дамиан.
Даже с того места, где стоял Эшли, можно было разглядеть, как мягкая кожа подчёркивала каждую выпуклость, каждую вену на вставшем члене Николаса. Голос Дамиана оказывал особое воздействие на Ника. Как бы тот ни старался заставить эрекцию уменьшиться, член продолжал расти. Сейчас он стоял в такой позе, что создавалось впечатление, будто руки его скованы за спиной, но глаза смотрели вызывающе, а губы были упрямо надуты. Его темные кудри спадали почти до плеч.
Дамиан быстро подошел к мальчику и разворошил его волосы, так чтобы казалось, что тот только встал с постели. Он достал собственный бальзам для губ и втер его в розовые изогнутые губы, так что они заблестели. Дамиан делал вид, что не замечает, как при каждом его прикосновении Николас дергается, тихо хватая воздух приоткрытыми губами. Он внес последний штрих в композицию, расстегнув одну пуговицу. Пальцы лениво пробежались по обнаженной коже, чуть раздвигая полы рубашки. Он улыбнулся прямо в глаза Николасу, когда уловил легкий стон желания, неслышный Эшли.
- Хороший мальчик, - ещё раз похвалил он и вернулся к камере.
Ник прочувствовал каждое легкое, как пух, прикосновение Дамиана к своей коже, когда тот смазывал его губы, когда кончики пальцев прошлись по его груди, когда ладони легли ему на плечи, поправляя позу. Он даже забыл, что Эшли был с ними в студии.
- Дамиан, - сказал Эшли с придыханием. – Это выглядит здорово.
- Достаточно здорово, чтобы съесть? – тихо, так чтобы Ник не расслышал слова, но услышал интонацию, спросил Дамиан.
- Достаточно здорово, чтобы отшлепать, - согласился Эшли, засмеявшись, когда Дамиан нахмурился. Снова вернув себе контроль над членом, он смог подойти и встать рядом с фотографом. – Не беспокойся, он твой. Тебе первым кусать.
- Мой? - Дамиан был потрясен. – Он мне не нужен. Я покончил с этим.
- Нет, ты не покончил, - уверенно сказал Эшли. – Кроме того, этот мальчик твой, хочешь ты того или нет. Посмотри, как он тебя слушает, - повысив голос, он позвал юношу: - Николас, немного повернись налево.
- Хорошо, - уверенно отозвался Ник, сдвигаясь, как попросил Эшли.
- Видишь. Ничего. Теперь ты попробуй.
Дамиан поднял взгляд и улыбнулся Николасу:
- Скользни вдоль столба вниз, вправо от камеры.
- Да, сэр.
Эшли хмыкнул, когда мальчик, еще вчера такой дерзкий, послушно и безошибочно сдвинулся в нужном направлении, выжидательно поглядывая на Дамиана, чтобы убедиться, что все делает правильно.
- Спасибо, - вежливо сказал Дамиан.
У Николаса был такой вид, будто он только что развернул свой рождественский подарок.
- Видишь. Он твой, - настойчиво сказал Эшли.
- Он мне не нужен. Мне никто не нужен, - проворчал Дамиан, начиная съемку.
Конечно, не нужен, но кое-кто тебя хочет, даже если пока не догадывается об этом, подумал проницательный Эшли. И не думаю, что в этом случае решать будешь ты.
Вслух он сказал:
- Прекрати вести себя, как монах, Иан. Тебе только тридцать два! У тебя еще столько лет впереди. Ты хочешь, чтобы все они были пустыми? – он поднял руку предупреждая резкий и необдуманный ответ фотографа. – Я знаю, что у тебя есть твое искусство. Но ты и вправду откажешься от шанса переспать с этим прелестным созданием? – он облизал губы, оборачиваясь к Николасу.
- Расстегни рубашку до конца, - раздраженно бросил Дамиан.
Он почувствовал досаду, когда лицо Николаса приняло обиженное выражение, и мальчик начал расстегивать пуговицы.
Дамиан быстро переместился на площадку и потянул полы, открывая грудь юноши.
- Извини, Эшли меня разозлил, - пробормотал фотограф.
- Ничего страшного, - тихо сказал Ник.
Дамиан рассеяно похлопал по бедру юноши, взглянув прямо в вопрошающие карие глаза, когда услышал резкий вдох.
- Успокойся, малыш. Не сейчас.
Ник кивнул. Его зрачки расширились, и он неровно выдохнул. Он догадывался, что член сильно выделяется под кожей брюк, туго обтянувшей его бедра, и оба мужчины могли видеть это, но не смел опустить глаза, чтобы проверить.
Дамиан принял абсолютно деловой вид, когда вернулся к фотографированию.
- Хорошо, Николас, теперь сними рубашку.
Ник исполнил распоряжение. Под лампами его кожа мерцала, как матовый шелк, и поблескивала каплями пота.
- Красивая татуировка, Николас. Когда ты ее сделал? – спросил Эшли.
Ник бросил взгляд на птицу, часть которой виднелась на его боку, только сейчас заметив, что темные волосы ниже его пупка совершенно не были скрыты низко сидящими брюками.
- Когда переехал в Лондон, чтобы пойти в школу, - ответил он, и затем его взгляд поднялся, натыкаясь на взгляд Дамиана.
Мужчина ухмылялся.
- Хочешь отдохнуть, Николас? - подразнил он, но глаза оставались серьезными, они, казалось, спрашивали, действительно ли с мальчиком все было в порядке.
- Нет!
Ну… Это вырвалось несколько громче, чем он хотел. Ник отвел глаза и понял, что Эшли тоже смеялся над ним. Дамиан приказал ему отвернуться, и он с признательностью повиновался. Бросив взгляд через плечо, он обнаружил что две пары глаз приклеились к его заднице. Но, по крайней мере, когда он стоял к ним спиной, мужчины не могли видеть, насколько его заводило повиновение приказам Дамиана.
Эшли с трудом удерживал свои руки на месте. О, как эти штаны облегали два идеальных полушария, обнимая упругую плоть, погружались во впадинку между ягодицами. Ему точно нужно будет сегодня посетить один из любимых клубов. Как можно скорее. Лучше прямо после обеда.
- Выпяти задницу, Николас, - сказал Дамиан.
Эшли бросил взгляд на его пах. Дамиан всегда выглядел щедро одаренным природой, но определённо... определенно сегодня бугорок выпирал больше обычного. Нужно быть просто сверхчеловеком, чтобы не попасть под очарование такого прелестного мальчика как Ник. Он был прирожденным сабом, уж Эшли-то в этом разбирался, у него просто чесались руки подрессировать его.
Но он был человеком чести, и Дамиан ему действительно нравился. Он уже приглашал его в свой любимый клуб и пытался познакомить с хорошенькими мальчиками, но Дамиан всегда с улыбкой отказывался. А сейчас, Эшли подозревал, фотограф нашёл себе пару. Мальчик имел склонность, но требовался кто-то ответственный, чтобы приглядеть за ним, и он, кажется, уже почему-то привязался к Дамиану. Возможно, потребуется некоторое время, но в итоге, он был уверен, Дамиан поддастся чарам юноши.
- Ум, мне нужно уходить, Иан, - сказал Эшли, нетерпеливо двигаясь.
- Погоди. Дай, я сброшу тебе эти кадры, чтобы ты посмотрел. Все было затеяно, чтобы ты мог решить, хочешь ли ты задействовать его, - настоял Дамиан. – Я быстро.
О, я бы его задействовал, подумал Эшли, но проследовал за Дамианом к компьютеру.
- Иди сюда, Николас. Посмотри, как ты получился.
Ник подошел к мужчинам, ему было любопытно, как он выглядел на фотографиях в этой одежде.
- Твою мать, - сказал Дамиан низким и хриплым голосом, когда увидел снимки на большом экране. – Николас, ты был рожден для этого.
«Рожден быть сабом», подумал Эшли, но вслух сказал:
- Прекрасная работа, Николас. Думаю, мы можем использовать тебя, если ты конечно согласен?
Ник обхватил себя руками, чувствуя слишком открытым, стоя рядом с мужчинами без рубашки. Его беспокоил взгляд Эшли, не отрывающийся от его сосков, словно они были мишенью для стрельбы. Он взглянул на Дамиана сквозь ресницы в поисках поддержки.
Дамиан кивал и улыбался:
- Я бы очень хотел фотографировать тебя, если ты сам этого желаешь.
- Я согласен, - сказал Ник. Его глаза сияли, хотя Дамиан не очень понимал почему.
- Ну, хорошо, - Эшли хлопнул в ладоши, пугая этих двоих, так погрузились они в разглядывание друг друга. – Тогда я пошел. До встречи, Иан, увидимся завтра. Спасибо, Николас. Ты будешь ценным приобретением, я просто уверен.
Он поспешно удался, направляясь в клуб и благодаря небеса за то, что тот находился не слишком далеко. Ему требовалось немного снять напряжение.
Ник так и стоял, обхватив себя руками, гадая, должен ли он идти переодеваться.
- Ну, хорошо, иди, сними это, - сказал Дамиан, откровенно разглядывая бугор спереди, выпирающий из-под штанов. – Мы же не хотим, чтобы ты растянул их до съемок.
Ник жарко вспыхнул и убежал в ванную, не подозревая, что Даман сжал руку на своей ширинке при виде идеальных ягодиц, перекатывающихся под тонкой кожей.
Ник вышел из ванной, чувствуя себя в безопасности под мешковатой одеждой, и повесил кожаные брюки на вешалку предоставленную Дамианом. Услышав шум в проявочной, Ник подошел к двери и заглянув, спросил:
- Что-нибудь еще на сегодня?
Дамиан быстро развернулся, виновато пряча что-то за спиной.
- О! Нет, не думаю. Ты можешь идти, Николас.
- Ну, ладно тогда. До завтра?
Дамиан улыбнулся, радуясь ответной улыбке на полном надежды лице юноши.
- До завтра. Не опаздывай.
- Слушаюсь, сэр!
Дамиан потрясенно посмотрел вслед тонкой фигурке. Возможно, Эшли был прав.
И он, и Ник, оба спали очень мало той ночью.


Глава 3
ВЕСЬ следующий день Ника терзала ревность, хотя он и не распознал источник своих мучений. Дамиан и Эшли уютно устроились на высоких табуретах в студии, предоставив Нику сверять имена приходящих моделей со списком. Ник с грустью подумал, что почти все они выглядели так хорошо, что их можно было назвать прекрасными; оставалось только гадать, как простой парень вроде него мог работать рядом с такими мужчинами. Почти все были выше него, почти у каждого было восхитительное мускулистое тело, и их лица были одинаково красивыми.
Ник мрачно посмотрел на кончик своего носа. Он точно не помнил, как тот выглядел до того, как был сломан, но даже если бы эта часть его тела и была идеальной, во всем остальном он не мог сравниться с профессионалами.
Ему удалось посмотреть, как Эшли роется в коробках со своими товарами, выбирая разные штуковины для предварительных кадров. Все модели, казалось, чувствовали себя абсолютно комфортно, расхаживая полностью обнаженными, и их ничуть не смущала коллекция оков для рук и ног, бондажей для гениталий и масок, которые они надевали для разных снимков. Большинство из перечисленных предметов заставляло Ника покраснеть, но он не мог оторвать от них взгляда.
И при этом он гадал, хотел бы Дамиан увидеть его в чем-нибудь подобном. Ему, конечно, доводилось слышать о таких извращенных удовольствиях. При наличии Интернета в наши дни любой может узнать о вещах, которые привели бы родителей в ужас. Но он и мысли не допускал о том, что окажется в одной комнате с этими штуками, и уж тем более о том, что ему придется их надеть. Кожаные брюки, в которых он снимался вчера, были весьма скромными по сравнению с большинством из «предметов одежды», которые ему довелось увидеть сегодня.
Эшли с Дамианом острили и поддразнивали парней, большинство из которых казались вполне расслабленными. Только двое отказались от работы, увидев эксцентричные приспособления. Ник удивился, зачем они вообще пришли, в агенствах ведь знали, для какого рода проекта предстоит сниматься моделям.
Под шумок, он дважды проскальзывал в ванную, не в состоянии удержать руки подальше от члена. Один раз, когда Эшли со смехом шлепнул блондинистого натурщика кожаной лопаткой так, что у того покраснела кожа на заднице. И другой, когда Дамиан помог юноше надеть кожаную упряжь – клетку на член и ремешки, отделяющие яички. Кажется, блондину понравилось, что его шлепают. Но именно руки Дамиана, прикасающиеся к модели, стояли у Ника перед глазами и воображение рисовало, что это его кожу они трогают, затягивая в сбрую, когда, вцепившись в вешалку для полотенец, он сжимал зубы изо всех сил, чтобы не закричать, кончая.
Когда после обеда прибыли женщины-модели, стало еще хуже, так как они совсем шокировали Ника. Он даже не знал, что Дамиан собирался снимать и женщин. Если бы он хоть немного задумался об этом, Ник предположил бы, что большинство мужчин представляют девушек в подчиненной роли, но две женщины, выбравшие роль домм, привели его в ужас. Казалось, надев костюмы, они получают слишком много удовольствия, пощелкивая кнутами, словно у них был богатый опыт.
Все это слишком смущало. Ник мог бы предположить, что вид женщин в соблазнительных, обтягивающих костюмах должен был бы его завести, но его самой сокровенной надеждой было никогда не попасть с ними в один кадр.
Когда в конце дня все модели покинули студию, Дамиан и Эшли уселись за анализ тестовых кадров, а Ник принялся подглядывать, пытаясь сравнить их со своими вчерашними скромными фотографиями. Потеряв всякую надежду, он решил, что сейчас, когда профессионалы показали, на что способны, Дамиан, скорее всего, забудет, что хотел задействовать его в съёмках.
Эшли с Дамианом быстро рассортировали снимки по стопкам: этих отбраковываем, этих может быть оставим, а этих точно возьмем.
- Тебе нравится этот мальчик? – спросил Эшли, рассматривая блондина, которого отшлепал. – Думаю, он будет хорошо смотреться в черном.
- Да, подойдет, - ответил Дамиан, разглядывая фотографию мускулистого чернокожего мужчины с темными волосами на груди. – Ты ведь не против некоторого количества шерсти? Она составит хороший контраст Николасу.
Ник подпрыгнул, услышав свое имя. Может Дамиан и возьмет его, в конце концов.
- Да, и этот блондин тоже. Тогда мы сможем смешивать разные типажи или подбирать похожие, темное и светлое, или двое темных и двое светлых, - сказал Эшли.
- Не возражаю. Как насчет этого парня в качестве запасного?
- Рыженький? – усомнился Эшли. – Они у меня всегда ассоциируются с Морковной Головой (Скотт Томпсон – американский актер- прим. пер.). Нет, это не секси.
- Но он будет создавать хороший контраст. И Криспину нравятся рыжеволосые, - мягко подразнил Дамиан.
- И правда, а мы должны заботиться о том, чтобы Криспин был счастлив, не так ли?
- Не так, - сказал Дамиан. – Не мы, а ты.
- Туше, - засмеялся Эшли.
- И я подумал, эти две девушки в костюмах домм хорошо вышли.
- Темненькая напоминает мне Бэтти Пэйдж (знаменитая американская фотомодель, снимавшаяся в 1950-1957 годах в таких стилях, как эротика, фетиш и pin-up. Во второй половине 1950х поднялась в США до уровня секс-символа и, как считается, стала предтечей сексуальной революции 1960х- прим. пер.), – заметил Эшли.
Ник подумал, что вернувшись домой надо будет пробить эту Бетти через Гугл, может станет хоть немного понятно, о чём сейчас говорят эти двое.
- Челка похожа, но нет той невинной радости, которая была у Бэтти Пэйдж, - с сожалением в голосе сказал Дамиан.
- Жаль, правда. Хотел бы я посмотреть, что бы ты сделал с настоящей.
- Да, но, увы, я слишком поздно родился. Бэтти умерла недавно (в 2008 году- прим. пер.). Ее всем будет не хватать. – Дамиан порылся в поляроидных снимках. – Как насчет этой блондинки с искусственной грудью? Выглядит прирожденной сабой.
Эшли бросил короткий взгляд на карточку.
- Ты же знаешь, женщины как вид меня не интересуют. Нам точно надо снимать их для каталога?
- Их деньги так же хороши, как и мужские, - сказал Дамиан. – Ты потеряешь половину своих потенциальных покупателей, если исключишь их.
- Ну ладно, выбери на свой вкус, уверен, ты не ошибешься. Для меня они все на одно лицо. – Эшли встал и потянулся, а потом понял, что Ник все еще подглядывает, и похлопал его по плечу. – Буду надеяться, что смогу уговорить тебя сняться не только в тех кожаных штанах, парень. Ты красивее всех этих мальчиков вместе взятых и большинства девочек. Если ты будешь позировать, а Дамиан снимать, этот каталог точно войдет в историю.
- С-спасибо, наверное, - начал заикаться Ник, сбитый с толку таким поворотом событий.
- Ты все еще в универе учишься, правильно? Полагаю, ты из сословия бедных студентов, иначе не работал бы на этого маньяка, - сказал Эшли, с улыбкой кивнув на своего друга. – Если ты будешь стараться, я предложу тебе ту же оплату, что и другим. – Он назвал такую сумму в качестве гонорара за час, что от такой щедрости у Ника отвисла челюсть. Этого было бы почти достаточно, чтобы бросить работу и сосредоточиться на учебе. Вот только сейчас ему совсем не хотелось бросать свое место.
Ник вяло кивнул, и прежде, чем уйти, Эшли воодушевляющее хлопнул его по плечу:
- Отлично. Тогда увидимся завтра.
- Так ты позволишь мне увидеть себя в одном из этих извращенных нарядов? – ухмыляясь спросил Дамиан.
- Ну, некоторые из них немного… немного…, - Ник запутался, пытаясь подобрать слово.
- Экстремальные?
Ник кивнул.
Дамиан улыбнулся.
- Ты привыкнешь. Из всех животных на Земле человек лучше всех умеет адоптироваться. То, что шокирует тебя сегодня, будет самой обычной вещью завтра. Вот увидишь. – Он ободряюще кивнул.
- Не хотел бы я, чтобы моя матушка увидела меня в таком виде, - выпалил Ник.
- Почему-то я сомневаюсь, что она в списке рассылки у Эшли. И даже если она там значится, то, скорее всего, не признается в этом. Но если это тебя успокоит, могу показать тебе снимки, которые сделал в прошлый раз. Убедишься, что никто не сможет разглядеть там твое лицо, - сказал Дамиан, как бы, между прочим, надеясь, что это успокоит юношу. – Неизвестное притягивает сильнее скучной реальности.
- Я бы хотел на них посмотреть, - уверенно ответил Ник. – Не думал, что вы мне их покажете.
- Тебе нужно научиться говорить о том, чего ты хочешь, - мягко отчитал его Дамиан. –Откуда люди узнают, как сделать тебе приятное, если ты не дашь им это понять?
Ник не знал, что на это ответить, но, к счастью, Дамиан положил руку ему на спину, подталкивая к проявочной.
- Присаживайся, - сказал фотограф, приглушая свет. – Я не показывал их Эшли, если тебя это интересует.
Ник моргнул, когда его фотография появилась на большом плазменном экране. Должно быть, Дамиан отсканировал все изображения. Он чуть не вскочил и не убежал, увидев свое обнаженное тело. Это был один из первых снимков, он был гол и только его руки были привязаны к столбу. Ник тихо сглотнул. Он и не подозревал, что может выглядеть так: каждая линия, каждый изгиб и каждая впадинка его напряженных мускулов чётко прорисовывалась под кожей, сияющей под искусным освещением, как полированное золото. Его лицо было повернуто таким образом, что почти полностью скрывалось в тени, и все же света было достаточно, чтобы обрисовать скулу и линию подбородка.
Дамиан запустил автоматический показ, внимательно наблюдая за реакцией Николаса, пока снимки становились все более откровенными. Фотограф держал дистанционный спуск, когда заковывал лодыжки Николаса в распорку, и нечаянно тогда нажал кнопку. Он услышал вздох, когда Николас увидел этот кадр: мужчина склонился над юношей, чтобы раздвинуть тому ноги, бицепсы вздулись под черной футболкой.
Нервничая, Ник бросил взгляд на Дамиана и покраснел, когда понял, что тот смотрит прямо на него. Он снова перевел взгляд на экран, благодаря темноту.
- Мааать, - выдохнул Ник, когда на экране появился последний кадр. Выражение его лица - шок, подчинение и надежда – вместе с отпечатком ладони на ягодице заставили его член встать за считанные мгновения. Его задница начала саднить от воспоминания. Он вздрогнул, почувствовав, как на плечи ему легли руки, чтобы удержать его на месте.
У самого уха раздался страстный хриплый шепот.
- Ты знаешь, насколько эта фотография возбудила меня, Ник? Я не смог уснуть той ночью, всё думал о тебе. О твоей маленькой узкой заднице, о тебе, нагом, стоящем передо мной на коленях. Ты хочешь этого, Ники, не так ли? Ты хочешь быть обнаженным в моем присутствии, стоять передо мной на коленях? Тебе бы понравилось, если бы я использовал тебя, чтобы получить удовольствие так, как бы мне хотелось. Задумывался ли ты о том, каково это будет, если я возьму твой рот, трахну его своим языком?
Дамиану понравился тот низкий стон, который был ему ответом. Ник отвернулся, так что лишь его напряженные плечи и звук участившегося дыхания подсказывали, как действует на юношу это вербальное соблазнение.
- Что, если я найду твои соски и оттяну их своими пальцами, выкручивая и щипая, пока эти темные кружочки не превратятся в торчащие болезненные комочки, пока ты не начнешь думать, что не можешь этого больше выносить? Тебе нравится, когда играют твоими сосками? Тебе нравятся, когда их кусают?
Ник задрожал всем телом.
- Если бы я сказал тебе, что собираюсь спустить тебе штаны и отшлепать твою задницу, возбудило бы это тебя? Встало ли у тебя, когда я тебя ударил, когда ты стоял здесь на коленях, связанный, скованный распоркой, полностью в моей власти? Ты мог двигаться только, если я тебя двигал, ты мог делать только то, на что я давал позволение? Это тебя возбуждает?
- Да, - прошептал Ник. На какое-то мгновение его тело стало податливым, словно воск, под руками Дамиана, его напряженная спина расслабилась, так что он прислонился к крепкому сильному телу сзади. Но потом почувствовал, как руки Дамиана смыкаются вокруг него, и запаниковал.
И сбежал.
Дамиан услышал, как хлопнула наружная дверь, и сомкнул пустые объятия, улыбаясь, заворожено глядя на образ Ника на экране.
- Ты вернешься, мальчик, - произнес он.

ПРОВОРОЧАВШИСЬ в постели всю ночь, утром Ник встал полностью измотанным, с темными кругами под глазами. Он дрочил шесть раз, вспоминая этот порочный голос, шепчущий греховные предложения так жарко в его ухо, пока сам он смотрел на свой совращенный облик, а две сильные руки удерживали его на месте.
Он знал, что Дамиан позволил ему уйти, мужчина был достаточно силен, чтобы удержать его против воли, если бы захотел. И из-за того факта, что Дамиан позволил ему убежать, Ник стал доверять фотографу еще больше.
У него раньше никогда не было таких фантазий. Но Ник не мог не признаться себе, что его невыносимо возбуждала мысль о Дамиане, удерживающем его, перегибающим через свои колени и шлепающем его. Он даже начал раздумывать, какие ощущения дает та кожаная лопатка.
Ник даже не подозревал, что в нем таилось желание переспать с мужчиной, но все о чем он мог думать, его желанным призом было встать на колени, подчиняясь Дамиану, чтобы напряженный член этого мужчины заполнял его рот.
Нику снился запах и вкус этого мужчины. Он знал, что у Дамиана был большой член, судя по внушительной выпуклости под брюками, а фотограф был не из тех, кто стал бы набивать ширинку. И задница у него была красивая. Тут Ник проснулся, осознав, что снова ласкает свой бедный истерзанный ствол, и остановился, ужаснувшись тому, что обратил внимание на задницу другого парня. Боязнь неизвестного заводила его, как ничто раньше, как ни одна из череды девушек, с которыми он встречался, как ни одна из моделей в садо-мазо наряде. Но вопрос о том, пойдет ли он на съемку, даже не стоял. Ник никогда не считал себя необыкновенно храбрым, но он никак не мог сбежать от этого. Он должен был понять. Он должен был еще раз встретиться с Дамианом лицом к лицу.


Комментарий к переводу четвертой и последующих глав.
В тексте используются термины, вычитанные на российских БДСМ форумах, однако они могут изменяться от тусовки к тусовке, я выбрала те, которые мне понравились и показались наиболее адекватными.
1) Тема – БДСМ в целом
2) Быть в теме, Играть – практиковать БДСМ вообще, а не в смысле отдельного эпизода
3) Сцена – отдельно взятый БДСМ эпизод
4) Топ, дом – доминирующий партнер в БДСМ отношениях. Также встречается термин «Верхний», но он мне не нравится, ни звучание, ни грамматическая форма. К тому же там происходит потеря значений.
5) Боттом, саб – подчиняющийся партнер в БДСМ отношениях. Также встречается калька «Нижний», но она мне не нравится по причинам, описанным в предыдущем пункте.

Кроме того. В оригинальном тексте Дамиан обращается к Нику – «pet», что означает домашний любимец. Я уже писала, что перевод этого слова сводит меня с ума. Какое-то время я думала использовать в качестве перевода «саб», но хоть убейте, вот не вкладывается это холодное обращение в уста Дамиана. Исходя из смысла, что pet – это тот, кого ласкают, гладят и воспитывают, а так же из разницы в возрасте персонажей, я написала «малыш». Кто придумает лучше, пусть бросит в меня тапок.

Глава 4

ДАМИАН удивился, когда Ник пришел в студию немного раньше начала рабочего дня, отмечая, что пунктуальность его ассистента изменилась в лучшую сторону с той памятной ночи, однако сегодня впервые за последнюю неделю юноша ходил с гордо поднятой головой и не стеснялся глядеть фотографу прямо в глаза.
Появился гример со своим помощником, и Ник принялся помогать ему заносить оборудование, так что все конфиденциальные разговоры пришлось отложить. Потом Ник был занят, организуя подготовку моделей к съемкам.
Пришел Эшли, и Ника услали за кофе и выпечкой к завтраку.
- Тебе не кажется, что стоит нанять временного ассистента в помощь Николасу? – спросил Эшли, наблюдая за молодым человеком. – А то глупо получается. Он устанет настолько, что заснет в кадре. Оно мне нужно?
У Дамиана отвисла челюсть:
- Как-то в голову не пришло.
- Тупица, - саркастично изрек Эшли, постучав костяшками пальцев по лбу друга. – Сейчас вызову кого-нибудь из моего офиса. Не нужно, чтобы паренек подумал, будто кто-то собирается занять его место. Мой ассистент подойдет.
- Ты имеешь в виду моего бывшего ассистента? – огрызнулся Дамиан.
- А, ты не много потерял, - беззаботно отмахнулся Эшли. – Дереку не нравится, когда его шлепают, так что я оставил его в покое. Но зато он очень эффективный помощник, и не надо от него ничего скрывать.
- Отлично, - засмеялся Дамиан. – Рад слышать, что Дерек справляется с твоими извращенными делами без особых проблем.
Ник ногой открыл дверь, так как руки у него были заняты, и Эшли сорвался с места, чтобы помочь.
- Давай это мне, парень. Я сейчас вызову своего ассистента, он будет на подхвате во время съемок, а тебе сейчас лучше отправиться в гримерную.
Ник осознал, что первые две модели уже в студии и, стесняясь, направился к Гейбу, с облегчением вспомнив, что никто из моделей-женщин не должен был прийти, пока стилист не закончит подготовку мужчин.
- Снимай рубашку, - в один голос проскандировали гример с ассистентом. Гейб и его помощник были очень похожи друг на друга, разве что последний был чуть ниже ростом, чуть шире в талии, волос на голове имел ещё меньше, а одет был ещё более вычурно.
Скрипнув зубами, Ник разделся до пояса, зная, что Гейб получает просто непередаваемое удовольствие.
- Не распускай руки, - сказал он стилисту.
- Ооох, сладенький, не волнуйся. Не хочу, чтобы меня отхлестал твой хозяин, - съязвил Гейб.
Ник мучительно покраснел; простые слова и возбудили, и смутили одновременно. А стилист был последним человеком, которыму он бы доверил свою огромную, сокровенную тайну.
Гейб накинул пластиковую пелерину на его плечи и осторожно похлопал по плечу.
- Не обращай на меня внимания, милый. Мне просто нравится немного дразнить тебя. Я не собираюсь посягать на твое целомудрие, - сказал он тихо, так, чтобы другие модели не могли расслышать. Ник был удивлен искренности в его голосе.
- Спасибо, Гейб, я просто… немного нервничаю. Я никогда раньше этим не занимался.
- Не беспокойся, конфетка. Я уже работал на съемках с Эшли. Если ты не в Теме, он не будет испытывать на тебе свои игрушки. И вообще, сомневаюсь, что Дамиан позволит тебя обидеть.
- Почему? – спросил Ник, надеясь, может, хоть Гейб понимает, что Дамиан чувствует к нему, так как сам не знал, что и думать.
- Судебные иски, милый. Он не может позволить, чтобы моделям причинили боль во время съемок, - самодовольно усмехнулся Гейб. Он толкнул другого натурщика бедром, повышая голос. – Если, конечно, они сами не будут умолять об этом.
- Кто тут говорит о мольбах? – улыбаясь, спросил блондин. Ник узнал в нем того парня, которого Эшли игриво шлепнул во время отборочных съемок. – Это моя специальность.
Гейб наклонился к самому уху Ника и прошептал:
- Насколько я знаю Эшли, Марки сегодня поедет к нему домой, а завтра покажется с несколькими симпатичными красными полосками на заднице. Обожает розги, а Эшли с ними мастерски управляется. Возможно, будет объезжать его до рассвета. Вот крику-то будет.
Неожиданно, Ник подумал, а не совершает ли он ужасную ошибку.

ЗА исключением нескольких восхитительных моментов, позирование состоит из долинных и нудных отрезков времени, решил Ник. Да, и еще несколько моментов были просто ужасными. Еще в начале недели он был абсолютно уверен в своей гетеросексуальности и понятия не имел о некоторых приспособлениях, которые увидел на съемках, а сегодня его впервые обнимал мужчина.
И ему это нравилось.
Причем, возможно, из-за того, что Дамиан бросал пронзающе-ревнивые взгляды, на обнимающих друг друга моделей. Эшли был прав: смуглая красота Ника составляла экзотичный контраст более высокому светловолосому натурщику, чья приятная внешность и бледная кожа служили идеальным фоном.
Марки был выше и плотнее, чем Ник, который выглядел почти хрупким в его руках. Оба были одеты в черные кожаные гамаши поверх черных стрингов прикрывающих гениталии. Ник стоял спиной к камере, а блондин удерживал его за предплечья, так что его лица не было видно, зато его задница была полностью выставлена на всеобщее обозрение, если не считать тонкой полоски шелка между двумя полушариями.
Обычно Дамиан без проблем делал такие снимки – так много у него их было – но видеть Ника в одежде, в разной степени открывающей тело, и руки другого мужчины на этом теле было просто невыносимо. Он позаботился о том, чтобы Ник не столкнулся ни с одной женщиной в кадре и чтобы, по крайней мере, ни один мужчина не коснулся задницы Ника – она была его собственностью. Он поймал себя на этой мысли и разозлился. Откуда она взялась? Был ли он действительно готов открыть свое сердце, тем более ради кого-то на десять лет моложе его самого, ради мальчика, который даже не был в Теме и не представлял себе, что значит Играть? Возможно, Нику просто любопытно, напомнил он себе. Даже если что-то и начнет развиваться, он не позволит себе глубокие чувства по отношению к юноше. Тогда неизбежное расставание будет легче пережить.
Эшли вошел на площадку, чтобы слегка поправить сцену. Он окликнул Дамиана, когда закончил, и отступил. Фотограф поднял глаза и зарычал: блондин впился пальцами в обольстительную задницу Ника, притягивая юношу к себе, пах к паху. Ник слегка изогнулся, пытаясь отодвинуть свой торс, его руки уперлись в обнаженную грудь второго натурщика, словно он не желал в этом участвовать.
Это был великолепный кадр, так что Дамиан снял его. Мозги немного прояснились во время работы. Ник не хотел никого, кроме него. Словно в доказательство, когда светловолосый натурщик отпустил Ника, юноша немного качнулся в попытке отодвинуться и впервые за съемку его член не стоял под стрингами.
Дамиан быстро подошел к Нику и схватил его за руку, помогая удержаться на ногах, протягивая полотенце, чтобы скромный юноша мог прикрыться.
- Это был последний кадр на сегодня. Иди одевайся.
Ник облегченно мотнул головой и прошептал:
- Простите. Я не знал, что он собирался это сделать.
Дамиан кивнул и слегка подтолкнул юношу к раздевалке.
- Одевайся. Поговорим позже.
Когда Ник и Марки покинули комнату, Дамиан повернулся к своему баламуту-клиенту, сверкая глазами:
- Какого черта ты это сделал?
- Я ничего не делал, мой милый мальчик. Меня даже не было в кадре, - беззаботно промурлыкал Эшли. Он выбрал розгу и взмахнул ею, та угрожающе свистнула в воздухе.
Дамиан поймал его руку, останавливая замах.
- Ты сказал блондинчику заграбастать задницу Ника. Вели ему держать руки подальше от моего… - он спохватился, шокированный тем, что собирался сказать.
- Не беспокойся, Иан. Хоть Марки и выглядит топом, в постели он всегда подставляет задницу. И сегодня ночью его задница будет его больным местом, поверь мне, - сказал Эшли, снова взмахивая розгой. – Пора тебе уже образумиться.
- Образумиться? О чем ты говоришь? – сердито переспросил Дамиан.
- Он хочет тебя. Ты хочешь его. Ему любопытно. Назови его своим, прежде чем это сделает кто-то еще. Ник ведь – невинный ягненок, ему так легко причинить боль. Он никогда не зайдет далеко в Теме, но он слишком красивый. Если ты не научишь его, он попадет в какой-нибудь сомнительный клуб и его разорвут на части, - серьезно выговорил ему Эшли. – Ты за него в ответе.
- Почему я? – вздохнул Дамиан, зарываясь пальцами в свои рыжеватые волосы. – Не хочу.
- Это ложь, а ты всегда был правдивым человеком, - заметил Эшли. – Послушай, Иан, ты не обязан мне ничего рассказывать, хотя я бы хотел услышать каждую сочную подробность, каждый стон и вздох, подробное описание, как выглядит его задница, если ее хорошенько разогреть, но он принадлежит тебе. И даже хуже. Ты начинаешь принадлежать ему.
- Это именно то, чего я боюсь, - согласился Дамиан, на мгновение грустно улыбнувшись.
Эшли положил руку на плечо другу.
- Нам нравится думать, что мы владеем ситуацией, но именно мы, топы, настоящие рабы. Мы выполняем всю работу, и мы же должны следить, чтобы боттомы получили те ощущения, которые им нужны, а если они пожалуются, нас с треском выпроводят из Темы, - почти театрально закончил Эшли.
- Бедненький Эшли, - передразнил его Дамиан.
Блондин вышел в студию в своей уличной одежде, и его рука скользнула Эшли на талию.
- Готов, любовничек?
- Для тебя «сэр», - строго сказал Эшли перед тем, как ухмыльнуться Дамиану. – Долг зовет. Эта задница должна быть хорошенько исполосована к завтрашним съемкам с розгами.
- Клади удары ровнее, - поддразнил его Дамиан.
- Обижаешь, - гордо надулся Эшли, сжимая ягодицу Марки, а потом резко ударяя по ней. – Ты, иди давай.
- Да, сэр, - сказал блондин смиренно, но подмигнул Дамиану, прежде чем последовать за Эшли к выходу.
Ник стоял позади в своих обычных мешковатых джинсах, наблюдая за уходом двоих мужчин с раскрытым ртом.
- Запри дверь, Ник, - сказал Дамиан.
Ник молча выполнил указание. Он вернулся и тихо стал ждать, что еще скажет босс.
Дамиан без определенной цели послонялся по студии, казалось, не замечая дискомфорта Ника. Наконец, он направился к своему кабинету, бросив: «Иди за мной».
Ник безропотно последовал за фотографом.
Хотя кабинет был отделан в современном лаконичном стиле, там был один старомодный деревянный стул. Он всегда стоял в углу, и Ник, бывало, раздумывал, какие сентиментальные воспоминания были связаны с ним у Дамиана, слишком уж этот предмет не сочетался с прямыми и строгими силуэтами остальной мебели.
Дамиан вытащил стул на середину комнаты и уселся на него. Он указал на пол и Ник инстинктивно рухнул на колени, ожидая, что последует дальше. Его сердце часто забилось, и дыхание ускорилось. Он с нетерпением взглянул вверх на Дамиана.
- Опусти глаза, мальчик, - приказал Дамиан.
Ник послушно опустил взгляд. Его руки дрожали, и Дамиан сказал:
- Скрести запястья за спиной.
Ник выполнил приказ, надеясь, что это поможет унять дрожь.
- Чего ты хочешь от меня, Николас?
Юноша почти взглянул вверх, услышав едва ли не умоляющую нотку в голосе Дамиана.
- Я не уверен.
- Сэр. Ты будешь обращаться ко мне «сэр», когда мы одни, как сейчас, - указал ему Дамиан, неуверенность исчезла из его голоса. – Прошлым вечером я задал тебе несколько вопросов. Ты их запомнил?
- Да, сэр, - достаточно покорно произнес Ник, но его дыхание его выдавало.
- Я хочу услышать ответ на каждый из них.
Ник сделал глубокий вдох. Если он всё-таки собирался понять себя, то должен был признать свои желания, произнести их вслух. И он доверял Дамиану, тот мог причинить ему боль, но откуда-то Ник знал, что чего бы он ни попросил, Дамиан поймет, как много он сможет вынести.
- Я не знаю, насколько вас возбудила та фотография, но надеюсь, что очень. Я хочу быть обнаженным в вашем присутствии и стоять на коленях. Я хочу доставить вам удовольствие. Я хочу, чтобы вы использовали меня так, как вам захочется. Я мечтал о том, чтобы узнать каков на вкус ваш поцелуй. Никто и никогда не кусал мои соски, так что я не знаю, нравится ли мне это. Я хочу, чтобы вы… - Ник сглотнул и с трудом вдохнул, - я хочу, чтобы вы... чтобы вы, стянули мои штаны и отшлепали мою задницу. Я думаю, это возбудило бы меня.
- Браво, ты запомнил, - медленно сказал Дамиан. – Но ты не ответил на последний. Быть в моей власти, отдать в мои руки свое удовольствие, доверить мне возможность наградить тебя наслаждением, когда ты его заслуживаешь, находиться под моим контролем – возбуждает ли это тебя?
- Да, сэр, - прозвучал ответ.
Не слова даже, просто выдох, но Дамиан без проблем расслышал его.
- Назови самый густонаселенный город Европейского Союза, - потребовал он затем.
- Лондон, - ответил Ник недоуменно.
- Как насчет того, чтобы сделать его своим стоп-словом.
- Что такое стоп-слово?
Дамиан был потрясен, ведь он почти решил проигнорировать очевидный интерес Ника. Но возможно Эшли был прав. Ник нуждался в том, чтобы кто-то взял его под свое крыло. Наивный ребенок не имел понятия даже о том, что такое «стоп-слово».
- Посмотри на меня, малыш, - сказал Дамиан, поднимая пальцами подбородок Ника. – Слушай внимательно, что я сейчас скажу. Ты говоришь мне, что готов войти в мир нестандартного секса и даже не знаешь, что такое стоп-слово. Если я собираюсь сделать что-то с тобой, и это слишком для тебя, ты произносишь стоп-слово, и я тут же прекращаю все, чем бы мы ни занимались, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Опасно играть с кем бы то ни было, какими бы надежными эти люди тебе ни казались, если они договариваются с тобой и не обговаривают стоп-слово. Если я буду бить тебя, ты будешь стонать и извиваться и говорить «нет», но я не остановлюсь, пока сам не решу, что с тебя хватит, но если ты скажешь «Лондон», я прекращу немедленно. Ты это понимаешь?
Ник кивнул. Его глаза горели страхом и возбуждением.
- Попроси у меня, чего ты хочешь, - сказал Дамиан, отпуская подбородок Ника.
Ник поерзал, но ничего не произнес.
Дамиан встал и подошел к окну, устремив взгляд на огни ночного Лондона.
- Если ты не научишься просить, малыш, ты не получишь желаемого.
- Но это так глупо! – воскликнул Ник.
- Сэр, - напомнил ему Дамиан, по-кошачьи хищно усмехаясь.
Ник неожиданно подумал, не сошел ли он с ума. Стоит тут на коленях, сцепив руки за спиной, перед мужчиной гладким и мускулистым, словно ягуар. Опасный блеск в глазах Дамиана напомнил ему о его промахе.
- Сэр, это глупо, - искренне сказал Ник.
- Значит ты пока не хочешь этого достаточно сильно, - сказал Дамиан, теряя интерес. – Можешь идти.
Ник поежился в отчаянии. Если он не попросит этого сейчас, то может никогда больше не набраться смелости вернуться, а ему не хотелось заканчивать эту опасную игру, что они начали.
Он глубоко вдохнул и, покраснев до кончиков ушей, сумел прошептать:
- Сэр, не могли бы вы, пожалуйста… пожалуйста… отшлепать меня?
- Что ты сделал, чтобы заслужить взбучку? – поддразнил его Дамиан.
- Я не знаю. Сэр? – испуганно и сконфуженно произнес Ник.
- Возможно, тогда я отшлепаю тебя просто потому, что мне этого хочется, - сказал Дамиан. – Я еще не устанавливал для тебя правил, но мне казалось, ты не настолько глуп, чтобы позволять Марки хватать себя за задницу.
- Я не знал, что он собирается это сделать! – запротестовал Ник.
- Ну, значит тогда, просто потому, что мне хочется увидеть твою милую попку красной, - вкрадчиво произнес Дамиан. Он вернулся к старинному стулу и сел. – Поднимись.
Ник неловко встал, смущаясь оттого, что его член откровенно выпирает из-под ткани джинсов. Губы Дамиана слегка изогнулись, когда фотограф заметил это, но выражение лица оставалось серьёзным. Он просунул пальцы под неплотно прилегающий пояс джинсов, притягивая Ника поближе и ставя его справа от стула.
- А теперь, - сказал Дамиан, его хриплый голос произносил слова медленно, придавая вес каждому из них, - я собираюсь спустить твои брюки, уложить тебя на свои колени и как следует разогреть твою задницу. Ты, очевидно, нуждаешься в том, чтобы тебя как следует отшлепали, и именно это тебе предстоит, малыш. Тебе есть, что сказать?
- Пожалуйста… сэр… пожалуйста… - бессвязно прошептал Ник. Он был возбужден до дрожи, надеясь, что Дамиан действительно спустит с него брюки. Он не был уверен, что сможет сделать это самостоятельно.
Дамиан протянул руку и медленно расстегнул верхнюю пуговицу, а затем потянул язычок молнии вниз, наслаждаясь тихим металлическим звуком. Штаны Ника упали, как только Дамиан их отпустил, член юноши еще больше поднялся, сдерживаемый теперь лишь тонкой тканью боксеров.
- Шлепки будут ложиться на голую кожу в этот раз, - продолжил Дамиан. Он немного приспустил пояс боксеров, нежно обводя пальцами маленькую татуировку на бедре юноши. – Я вот думаю, может заставить тебя считать каждый удар? Но для тебя это впервые, так что ты можешь сбиться со счета, и тогда мне придется начать заново. Думаю, стоит повременить с этим. Но скажу тебе, что, возможно, ты получишь десять ударов, их будет достаточно, чтобы разогреть эти аппетитные булочки.
Ник подумал, что может упасть в обморок просто от предвкушения, когда теплые пальцы подцепили резинку его боксеров и скользнули вокруг талии, прежде чем стащить белье к коленям. Он чуть не умер от смущения при мысли, что Дамиан видит его истекающий смазкой член.
- Это продержится не слишком долго, - дразнясь, сказал Дамиан. Он за руки перетащил Ника на свои колени, наклоняя его так, чтобы задница торчала вверх, а голова склонялась к полу, а ступни оторвались от пола, так что у юноши не осталось опоры. Он разместил Ника, так чтобы его левая рука оказалась зажата между их телами, и, схватив запястье правой руки, завернул ее за спину, удерживая на уровне талии.
Ник заерзал, чувствуя себя одновременно возбужденно и унижено. Дамиан не прикоснулся к его члену, но когда он передвинул тело Ника, ствол юноши оказался зажатым между мускулистых бедер. Член Ника терся о жесткую джинсовую ткань, когда он пробовал шевелиться, и одного этого ощущения было почти достаточно, чтобы кончить.
Он замер, не зная, чего ожидать, но почему-то чувствуя себя в безопасности в руках мужчины.
- Помни, я шлепаю тебя для собственного удовольствия. И я могу шлепать тебя, когда мне вздумается, - заявил Дамиан.
- Да, сэр, - раздался приглушенный голос рядом с полом.
Безо всякого предупреждения рука Дамиана ударила по его заднице, и Ник вскрикнул от неожиданности:
- Ой!
- Да, удары приносят боль, малыш, - спокойно сказал Дамиан, обозревая чудный отпечаток ладони, оставшийся на правой ягодице Ника.
Его жесткая рука уверенно ударила по левой ягодице юноши, и фотограф проследил, как округлый изгиб плоти сплющился на какое-то мгновение, прежде, чем вновь принять исходную форму. Дамиан почувствовал, как встает его собственный член. Это было даже более возбуждающе, чем представлялось ему в мечтах. Вид невероятно красивого тела, извивающегося у него на коленях, покрасневшие симметричные отпечатки его ладони на ягодицах – это было еще более страстным зрелищем, чем ему грезилось. Он должен был не забыть поблагодарить Ника за это неописуемое удовольствие.
Ладонь фотографа вновь опустилась, и Ник подпрыгнул, чувствуя, как начинает спадать эрекция. Он подумал, что наслаждается происходящим вовсе не в той степени, что ожидал. Он снова дернулся, получив четвертый удар.
- Ты кажешься хорошо разогретым с этой стороны, - высказал Дамиан свое наблюдение. – Думаю, мне стоит позаботиться о том, чтобы равномерно распределить удары по твоей задней части, иначе тебе будет больно сидеть завтра.
Ник вдруг испугался, что завтра его задница будет так же полыхать, как сейчас, так что все вокруг поймут, что его отшлепали.
Словно прочитав его мысли, Дамиан тихо сказал:
- Не беспокойся, следов не останется. Никто не узнает, если ты не расскажешь.
С чего бы ему рассказывать кому бы то ни было об этом, подумал Ник, извиваясь под очередным ударом. Дамиан орудовал рукой над всей его задней частью, особенно сильно обожгло болью то место, где бедра переходили в ягодицы. Ник рефлексивно дернул ногой, когда Дамиан задел чувствительное место.
Он не предполагал, что сможет сконцентрироваться на счете, но все-таки сумел, и, получив десятый удар, расслабился на коленях Дамиана от радости, что все закончилось.
И вскрикнул от неожиданности, когда Дамиан добавил еще два тяжелых удара по каждой половинке.
Фотограф засмеялся:
- Ты все-таки считал, малыш. Я запомню. Я же сказал: «возможно десять». Помнишь?
Ник расслабился, когда тяжелая рука, которая наказывала его, начала гладить пылающую кожу, успокаивая боль. Он осознал, что пульсирующее жжение постепенно переместилось с его зада вперед, и его член начал вновь наливаться кровью. Ник не мог понять почему, но теперь, когда удары закончились, у него снова был стояк. Он незаметно сдвинулся, пытаясь скрыть свое возбуждение от Дамиана.
Фотограф спихнул его на пол, а потом вновь усадил на своих коленях так, чтобы пылающие ягодицы Ника не касались его бедер, и обнял юношу.
- Ты очень хорошо справился, малыш. Для первого раза, ты вынес все достойно и не заплакал. Теперь, хочешь маленькую награду?
- Да, сэр, пожалуйста, - покорно произнес Ник, не вполне уверенный в том, что под словом «награда» они оба подразумевают одно и то же. Он напрягся и резко втянул в себя воздух, когда почувствовал, как рука Дамиана прикоснулась к его напряженному стволу. Пальцы были теплыми и шершавыми, немного мозолистыми, но фотограф ласкал его так, словно знал, чего именно хочет Ник.
Ник беспомощно развел бедра, давая Дамиану больше пространства для маневра. Он застонал, когда большой палец уверенно прошелся по головке его болезненно ноющего члена, размазывая смазку, капающую на ковер.
Дамиан ускорил движения руки, и Ник начал двигать бедра навстречу кулаку, обхватившему его член. Он уже давно не получал такую встряску от простой мастурбации, но в этот раз все было иначе. Возможно из-за того, что его ласкал мужчина, возможно из-за предшествующих ударов, или всего вместе, Ник не знал. Он мог сравнить мощь накрывшего его оргазма лишь с мощью грузового поезда, низводя все его потуги дрочить дома, фантазируя о Дамиане, до ничтожного уровня. Струя вырвалась из его члена, попадая на подбородок фотографу, но юноша так и не осознал этого, закрыв глаза от почти болезненного наслаждения и беспомощно плача. Он чувствовал себя тряпичной куклой в объятиях сильных рук.
Улыбка играла на губах Дамиана, пока он смотрел на своего прекрасного мальчика, и первый оргазм испытанный им в руках фотографа. Он решил, что если юноша захочет, то этот оргазм будет лишь одним из многих. Ник был таким чувственным и отзывчивым. Кроме того, еще что-то в юноше задевало какую-то струну внутри Дамиана. Глаза Ника были все еще закрыты, когда фотограф вытер свой подбородок и облизал пальцы, наслаждаясь вкусом.
Он обнимал Ника, прижимая крепко к себе, пока юноша приходил в себя после оргазма. Дамиан улыбнулся, увидев, что влажные глаза приоткрылись и Ник уставился на него, гадая, что будет дальше.
- Это было удивительно, сэр! – воскликнул юноша с воодушевлением.
- Рад, что тебе понравилось, малыш, - сказал Дамиан. – А сейчас стоит позаботиться о моем удовлетворении.
- Что вы хотите, чтобы я сделал, сэр? – неуверенно спросил Ник.
Дамиан мягко поцеловал его в рот, и Ник прижался ближе, раскрывая губы, но фотограф не стал использовать язык. Нику предстоит еще заслужить эту привилегию.
- Я хочу, чтобы ты встал на колени. Я собираюсь кончить на тебя. Я хочу пометить тебя, малыш, - дал ему указания Дамиан. Хотя ему показалось забавным, что на самом деле Ник пометил его первым, даже не подозревая о том. И теперь будет абсолютно справедливо, если он заявит о собственных правах.
Ник послушно соскользнул на пол, становясь на колени.
- Сними рубашку.
Ник выполнил приказ, рубашка упала с плеч.
- Руки за спину, - напомнил ему Дамиан.
- Да, сэр, - тихо ответил Ник, скрещивая запястья сзади над пылающими ягодицами.
Дамиан встал со стула и расстегнул брюки, выпуская член. Это принесло такое облегчение, что он невольно вздохнул, и тут же услышал, как эхом отозвался его юный протеже. Глаза Ника остановились на восхитительно набухшем органе.
- Какой он большой, - выдохнул юноша.
Расслышав страх в его голосе, Дамиан поспешил успокоить:
- Мы не будем торопиться, Николас, и ты всегда можешь воспользоваться своим стоп-словом, если тебя что-то напугает.
- Да, сэр.
Взгляд Дамиана не отрывался от прекрасного лица. Руки Ника, стоящего на коленях, были скрещены за спиной, торс обнажен, джинсы спущены до колен, лицо поднято вверх, чтобы смотреть на фотографа.
Это не заняло много времени. Дамиан быстро кончил, лаская свой член, ему не терпелось увидеть свое семя на теле Ника. Три струи одна за другой вырвались из головки и покрыли грудь мальчика, блестя на гладкой коже. Ник резко вдохнул, почувствовав горячую жидкость, стекающую по его груди, словно выжигающую след.
- Очень хорошо, малыш. Оставайся в том же положении.
Дамиан прошел в ванную и, намочив полотенце, обтер себя. Он собрался с мыслями и вернулся к Нику, вытерев начисто и мальчика.
- Ладно, детка, поднимайся, - сказал он, помогая Нику встать.
Сейчас, когда эйфория схлынула, Ника стало качать. Колени болели, и он немного закоченел на полу.
Дамиан подвел его к столу и наклонил, так что грудь юноши касалась столешницы. Ник, понимая, что его ягодицы выставлены на обозрение фотографа, нервно задрожал. Рука на пояснице удержала его на месте.
- Прелестная и разогретая, - отметил Дамиан, положив руку на пылающий зад Ника.
Неожиданно юноша ощутил, что его лицо пылает не меньше.
- Тебе предстоит многое узнать о подчинении, - сказал Дамиан. Он убрал руку и добавил: - Стой, как я тебя поставил, малыш.
Ник остался в той же позе и расслабился.
- Тебе это нравится, не так ли? Когда я отдаю тебе приказ? – спросил Дамиан.
Он вытащил тюбик заживляющего геля и немного выдавил на руку. Ник дернулся, когда Дамиан принялся втирать холодную субстанцию в его ягодицы.
- Да, сэр, - скромно признался Ник.
- Ты знаешь, почему?
- Потому, что вы такой сексуальный? – прозвучал наивный ответ.
Дамиан расхохотался от неожиданности.
- Я не это имел в виду, но спасибо. Теперь можешь встать.
Ник поднялся и потянулся было к штанам, но остановился, вопросительно глядя на Дамиана.
- Продолжай, одевайся, - подбодрил его фотограф. – Итак, это было то, на что ты надеялся?
- Мне не понравился сам момент ударов, было больно, - сказал Ник. – Но мне понравились ощущения после. И нравится, когда вы говорите мне, что делать.
- Присаживайся, если хочешь, - предложил Дамиан, переходя к своему стулу. – Лучше на что-нибудь помягче.
Ник сел было на диван, но тут же подскочил.
- Я постою.
- Нам надо поговорить, Николас, - сказал Дамиан. – Если ты получил все, что хотел и, так сказать, удовлетворил свое любопытство, мы больше не будем это обсуждать. – Он сделал паузу, но Ник медленно покачал головой, и довольная улыбка появилась на его лице.
- Не думаю, - произнес Ник. – Я хочу большего.
- Тогда нам нужно установить правила. Мы сформулируем их вместе, по мере необходимости, и посмотрим, будут ли они нам подходить. – Дамиан уселся за свой стол. – Мне нравится Играть. Все эти игрушки Эшли в студии, я испытал каждую из них на себе и использовал на других. Я хочу увлечь тебя глубже во все это и надеюсь, ты будешь хотеть еще и еще, когда я покажу тебе разные вещи. Сейчас все эти инструменты пугают тебя. Мы опробуем каждый, и если тебе действительно что-то не понравится, мы не будем к нему возвращаться. То, что какие-то вещи нравятся другим людям, вовсе не значит, что они понравятся тебе. Понимаешь?
Ник кивнул:
- Да, сэр.
- Можешь не обращаться ко мне так сейчас. Я буду требовать этого только, когда мы разыгрываем сцену. Ты все еще хочешь на меня работать?
- Ну, да, сэр, в смысле, Дамиан, - ответил Ник в полном недоумении. – Мне все еще надо платить за обучение.
- Очень хорошо. Я не никогда не поставлю тебя в неловкое положение в присутствии клиентов или натурщиков, но тебя, вполне возможно, будут ждать сюрпризы. Это часть Темы. И я могу потребовать от тебя подчинения в неожиданном для тебя месте и тогда, когда ты не будешь этого ждать. Если я буду требовать слишком многого, твое стоп-слово…
- Лондон, - выпалил Ник.
- Хорошо. Думаю, мы поладим, - сказал Дамиан, про себя гадая, к чему все это приведет. – Сейчас тебе лучше пойти домой. У нас завтра весь день забит съемками, а мне еще надо сегодня поработать.
- Да, сэр, - покорно согласился Ник. – И спасибо вам.
- Пожалуйста, - вежливо ответил Дамиан.
Он подождал, пока не захлопнется входная дверь, затем выключил свет, так что Ник не смог бы его увидеть, если бы посмотрел на окна офиса, и принялся ждать.
Юноша все-таки посмотрел в окна, и Дамиан быстро сделал шаг назад, не желая быть замеченным. Ник повернулся и побежал к станции метро. Вдруг он радостно подпрыгнул, доставая рукой свисающий указатель и триумфально ударяя по пластине. Потом его руки метнулись к заднице и потерли болевший участок.
Дамиан тихо засмеялся. Маленькая проказа, устроенная сегодня Эшли, показала, что ему надо быть осторожным. Чувство собственника, так остро обожгло его, когда блондинистый натурщик ухватил Ника и притянул ближе, потому что какая-то часть его души уже признала, что Ник принадлежит ему, возможно с того самого момента, когда он первый раз шлепнул юношу, приказывая тому замереть. Что-то разожгло огонь глубоко внутри, несмотря на то, что Дамиан так долго сопротивлялся страсти, и теперь ему хотелось, чтобы мальчик остался с ним навсегда.
Он вздохнул. Вряд ли Ник сможет когда-нибудь полюбить никчемного старикана вроде него, хоть ему было всего чуть за тридцать. Ник был молод, и впереди у него была вся жизнь. Ему было просто любопытно поэкспериментировать. Дамиан в очередной раз напомнил себе, что нужно держать сердце на замке. Их связь могла продлиться какое-то время и быть приятной для обоих, но затем Ник изучит все свои желания и двинется дальше, а Дамиан, без сомнения, вернется к своему целибату.
По дороге домой, Дамиан обнаружил, что раздумывает о том, что Ник изучал в университете, и почему ему раньше не приходило в голову спросить. Это стоило сделать.

Глава 5
НИК был истощен морально и физически, когда добрался до квартиры. Он наспех почистил зубы и упал в кровать, поморщившись, когда его ягодицы коснулись бугристого матраса. Он перевернулся на живот. В первый раз за эту неделю он провалился в сон, едва добравшись до постели, и не просыпался, пока не прозвенел будильник следующим утром.
Он встал, едва удерживая равновесие, на край ванны, пытаясь рассмотреть, как выглядит его задница, в зеркале на дверце шкафчика. Несмотря на слова Дамиана, он переживал, что она будет красной, как лондонский автобус, и все догадаются. Он пожалел, что не посмотрел прошлым вечером, но тогда он просто был слишком усталым.
Дамиан был прав: ни следа. Его кожа была того же оттенка, что и всегда. Ник почти в расстройстве принялся принимать свой холодный душ. Экспериментируя, он попробовал ударить себя щеткой по заднице: «Ой!»
Он позабыл, что это больно, и совершенно не возбуждало, что он бил себя сам.
- И какого черта, я хочу повторить это? - проворчал он, отчаянно надеясь, что не поставил себе синяк. Он проверил и расслабился, найдя лишь слабо покрасневший участок, зная, что краснота сойдет, к тому времени, как он доберется до работы.
Нет, это совершенно не работало, когда он бил самого себя. Он подумал, что должно быть, возбуждение было связано с Дамианом. Когда его красавец-босс отдавал приказ, у Ника просто мурашки ползли по телу, и он торопливо повиновался. Было что-то невероятно сексуальное в том, чтобы стоять на коленях перед Дамианом. Ему придется спросить, почему.
ЭШЛИ нашел, что к Нику вернулась часть его шершавых манер, хотя парень больше не был угрюмым. Вернее, он просто довольно сиял, словно кот добравшийся до сметаны, исчезли черные круги под глазами. Так что теперь он подозревал, что Дамиан все-таки что-то сделал прошлым вечером.
Эшли не терпелось вытащить детали из Дамиана, но для начала он задержался в проходе у гримерной, чтобы посмотреть на реакцию Ника на украшения, что он оставил прошлой ночью на ягодицах Марки, прежде чем трахнуть его ко взаимному удовольствию.
Гейб, кажется, понял намерения Эшли, так что стилист развернул стул Ника, чтобы мальчик мог как следует рассмотреть Марки, когда тот сбросил штаны. Ник побледнел, когда увидел шесть фиолетово-красных полос расположенных на равномрасстоянии друг от друга.
Марки взглянул через плечо и завилял задницей.
- Ну спроси, повезло ли мне прошлой ночью? – провокационно сказал он.
- Можно и не спрашивать, ты, счастливчик, - ответил Гейб. – Выглядишь абсолютно довольным.
- Я такой и есть, - вздохнул Марки и поморщился, усевшись на полотенце наброшенное на соседний стул.
Эшли вышел, посмеиваясь про себя.
Дамиан ожидал, когда закончится подготовка моделей, когда Эшли вошел в студию, все еще фыркая.
- Что ты натворил на этот раз, Эш?
- Ничего. Совсем. Просто …ээ, смотрел как Марки спустил штаны и дал Нику полюбоваться своей задницей, - засмеялся он.
- Сколько? – спросил Дамиан, иронично усмехаясь.
- Шесть. Высшего качества. Сколько ты дал Нику? – поинтересовался неугомонный Эшли.
- Если бы я дал, я бы тебе не сказал, а если бы не дал, то солгал бы, - ответил Дамиан.
- Ты убиваешь меня, - пожаловался Эшли. – Я рассказываю тебе все о своих победах, а ты травишь меня скукой уже пять лет. Наконец, когда у тебя…
- Прекрати! – велел Дамиан. Эшли обернулся и увидел, что вошел Ник. Вцепившись пальцами в полотенце, он следовал за обнаженным Марки, гордо вышагивающим и демонстрирующим свою разукрашенную задницу потрясенному юноше.
Эшли принялся надевать маску и кляп в виде шарика на Марки. Он провел блондина к скамье для наказаний и закрепил его лодыжки, а потом согнул натурщика, приковывая наручники к передним ножкам.
Он нашел ару узких, низко сидящих кожаных штанов и протянул их Нику:
- Надень их, малыш.
Его тренированный взгляд уловил, как Ник слегка дернулся, и он довольно улыбнулся.
- Ты не выдержал расстояние, Эшли, - позвал его Дамиан, - Один из следов лежит слишком близко.
Гордость Эшли была задета, он развернулся, мрачнея:
- Марки дернулся в последний момент. Так что я не виноват. – Он подошел к Дамиану и стал с ним рядом за камерой.
- Предупреждаю тебя, Эшли: никаких подлянок, - сказал Дамиан с тихой угрозой в голосе.
Эшли поежился, припоминая, что Дамиан, хоть и был немного ниже, был намного сильнее и мог заставить Эшли подчинится, если его хорошо разозлить.
- Я ничего не сделал.
- Ты назвал его малышом. Ты не обращаешься так к мальчикам. Ты вынюхивал. Прекрати. Я не хочу, чтобы он испугался или почувствовал себя неловко, - произнес Дамиан жестко, но тихо. – Сделаешь так еще раз, и я не буду снимать твой каталог.
Эшли поморщился, но он прекрасно понимал, что Дамиан был прав, и ему самому искренне нравился Ник. На самом деле он не хотел ни унизить, ни обидеть его. Кроме того, все это можно было оставить в ведении Дамиана, раз уж тот взял Ника под свое крылышко.
- Просто ответь мне: он теперь твой? – серьезно спросил Эшли.
Дамиан глубоко вздохнул:
- Да, - произнес он, понимая, что связывает себя обязательствами.
- Хорошо, - сказал Эшли. – Я действительно не хочу, чтобы он страдал. Ну ты понимаешь, о чем я.
- Я понимаю, - ответил Дамиан с легкой улыбкой.
Эшли облегченно усмехнулся.
- Я не буду дразнить твоего мальчика, но ведь тебя-то можно?
- Только когда его нет рядом. Договорились?
- Договорились.
Ник вышел из ванной. Свет играл на тесно облегающей его бедра коже штанов. Он взглянул на Дамиана:
- Так нормально?
- Больше, чем нормально, - ответил Дамиан, задохнувшись. – Ты когда-нибудь держал розгу?
- Нет, никогда не прикасался даже, - сказал Ник, заворожено протягивая руку, чтобы прикоснуться к устрашающей вещи.
- Смотри сюда, Николас, я хочу чтобы ты взял розгу и встал вот тут, - пояснил для него Эшли. – Я хочу, чтобы выглядело, будто ты только что оставил эти полосы на заднице Марки, будто ты его как следует выпорол.
Ник неловко взял розгу, держа ее так, словно это была змея, которая его вот-вот укусит.
- Николас! – воскликнул Дамиан. – Предполагается, что ты должен выглядеть, как дом, так что выпрямись и подумай о власти, которую ты имеешь над этим мужчиной, который больше тебя, но прикован к скамье и умоляет тебя выпороть его. Тебе не нужно и вправду бить его. Я бы даже сказал, что каждый из присутствующих предпочел бы, чтобы ты этого не делал. Просто сделай вид, что он разозлил или предал тебя, и ты в праве наказать его.
- Я постараюсь. – Ник набрал воздуха в легкие и принял властную позу. Когда Эшли показал ему, как держать розгу, он сказал: - Я готов.
Дамиан сделал несколько снимков, но они его не удовлетворили. Он снимал на цифровую камеру, вместо пленки, пытаясь выработать идею, но что-то не клеилось. Эшли молчал. Он был бы доволен уже сделанными кадрами, но уважал опыт Дамиана. Именно поэтому он коллекционировал работы Дамиана: когда тот добивался своего, его фотографии были гораздо большим, чем просто красивые картинки, образ бил электрическим разрядом по зрительным нервам, и именно этой силы ощущений Эшли и желал для своего каталога.
- Не выходит, - сказал Дамиан, хмуро вглядываясь в монитор.
- Можно посмотреть? – попросил Ник.
- Конечно, оторвись, - ответил Дамиан удивленно. Ник редко проявлял инициативу во время съемок, и фотограф подумал, не сделало ли их небольшое приключение юношу немного более уверенным.
Ник подошел к монитору, и Дамиан тихо заворчал, заметив, что Марки провожает взглядом перекатывающиеся под тесно кожей штанов ягодицы, хотя молодой человек совершенно не обращал внимания ни на него, ни на Эшли.
- Ну, что ты думаешь? – спросил Дамиан, когда Ник рассмотрел изображение.
- Ну, если вы не возражаете, если я выскажусь, - засомневался Ник.
- Я бы не спращивал, если бы возражал, - ответил сардонично Дамиан.
- Ну для начала, мне кажется что больший эффект был бы, если бы меня не было в кадре. Я одет практически так же, как и он. Думаю, лучше показать руку Эшли, и чтобы он был одет, как сейчас, но только его руку, с розгой в ней. И если вы добавите заднюю подсветку, вот тут, - Ник ткнул пальцем, - это подсветит у Марки поп… эээ, зад эээ…
- Его задницу. Мы поняли. Продолжай, - перебил его Дамиан, когда Ник начал запинаться от смущения.
- Это позволит отделить фигуру от теней на заднем плане, - закончил Ник.
Дамиан принялся изучать кадр, а затем повернулся к декорациям.
- Тогда придется проделать дырку в заднике.
- Нет, если у вас будет маленький раб, - указал ему Ник.
Эшли, приоткрыв рот, переводил глаза с одного на другого, словно наблюдая теннисный матч, но, услышав этот комментарий, рассмеялся.
- Ты предлагаешь себя на должность маленького раба, Николас?
Ник вспыхнул, но Дамиан проигнорировал вмешательство.
- Это именно то, что надо. Ник, ты знаешь, где у меня лежат маленькие лампы?
Ник кивнул, уже начав двигаться в том направлении. Он сунул розгу в руки Эшли, проходя мимо мужчины, отчего тот рассмеялся еще сильнее.
- Так что, я теперь тоже модель? – спросил он. – Что мне надеть?
Ник бросил через плечо:
- Оставайтесь, как есть. Марки обнажен, и ваш черный костюм с белой рубашкой, контрастируя, придадут снимку…
- Эротическое напряжение, - закончил за него Дамиан. Он потащил Эшли к декорациям. – Если ты встанешь здесь, ты практически не будешь попадать в кадр. Мы будем видеть только твою руку. Я добавлю немного света, так что твоя рука, розга и следы на заднице Марки будут в центре внимания зрителя, подчеркивая продукт и желаемый результат.
Оценив двусмысленность, Эшли снова начал смеяться, пока Дамиан ставил его на площадке.
- Только подумать! После всех этих лет я позирую для собственного каталога!
- Подумай об этом как об эпизодической роли сыгранной режиссером, как Хичкок, - предложил Дамиан.
Ник принес маленький прожектор и аккуратно поставил его так, чтобы он был скрыт ногами Марки. Наблюдая это процесс, Дамиан подумал, насколько практичным будет заставить ассистента всегда одеваться таким образом во время работы.
- Принеси с-образную стойку, Ник, - крикнул Дамиан, разворачивая провод вторичного прожектора. Вместе они поставили освещение и проверили, что вторичное освещение включается вместе с основным.
Ник стоял рядом с Дамианом пока, тот объяснял Эшли, как встать. Дамиан остро чувствовал запах и тепло, исходящие от юноши, но его внимание было сфокусировано в основном на сцене перед ним. Он щелкнул затвором, и изображение на мгновение появилось на экране камеры, этой доли секунды хватило Дамиану, чтобы понять, что это именно то, чего он добивался.
- Окей, Эшли, стой где стоишь. Николас, другую камеру!
Дамиан начал снимать, прося Эшли согнуть руку под разным углом, прежде чем удовлетворенно вздохнул.
- Получилось.
Эшли опустил руку и вздохнул с облегчением. Он стоял вне кадра, но ему пришлось наклониться так, чтобы его рука попадала в объектив, поэтому теперь у него болел спина. Неожиданно он смог взглянуть с совсем другой стороны на работу модели, она могла быть весьма болезненной.
- Ты в порядке, Марки?
- Мммфф, - выдал блондин сквозь кляп.
- Будем считать, что это значит «Я хотел бы слезть с этой скамьи, если бы мог», - сочувствующе сказал Эшли. – Я только спрошу Дамиана. Эй, Иан! Я могу освободить Марки?
- Конечно, - ответил Дамиан. – Будем готовится к следующей сцене.
Он повернулся к Нику, который стоял чуть сзади и справа от него.
– Ты не мог бы задержаться ненадолго после работы?
Ник кивнул, его губы приоткрылись, а в глазах зажглись звезды.

МОДЕЛИ разошлись, Гейб складывал свои принадлежности, а Эшли разговаривал с Дамианом, когда Ник вышел из ванной в собственной одежде. Он нашел, чем занять себя, не желая, чтобы окружающим показалось, что он прислуживает, чтобы получить внимание Дамиана, пока не уйдет Эшли.
Эшли несколько раз подходил к выходу, но возвращался, вспоминая еще что-то, что он хотел сказать Дамиану. Наконец, и он ушел, придержав напоследок дверь для Гейба.
- Никого не осталось? – спросил Дамиан.
- Я проверю. – Ник обошел помещения и вернулся с докладом. – Все чисто.
- Хорошо. Запри дверь. Иди в мой офис и жди меня, малыш.
- Да, сэр, - Ник сказал это тихо, но его сердце учащенно забилось, и дыхание ускорилось в предвкушении. Он стоял по середине комнаты, уставившись на деревянный стул, когда Дамиан вошел и закрыл за собой дверь. Он держал в руках черный бархатный мешок, который положил на стол.
- Ты мой, малыш, не так ли? Ты принадлежишь мне?
Ник выглядел немного настороженным, но тем не менее сумел выдавить:
- Да, сэр?
Дамиан фыркнул.
- Звучит не слишком уверенно. Позволь мне сформулировать вопрос иначе. Хочешь ли ты заниматься этим с кем-нибудь другим?
- Нет, сэр, - выдохнул Ник.
- Разденься! – прозвучала команда.
Ник начал тяжело дышать, услышав хриплый голос, которым он была брошена. Он поспешно стянул одежду, словно это был его последний шанс, бросая каждую деталь на диван сзади него.
- На колени.
Ник упал на колени, автоматически скрещивая запястья за спиной и опуская глаза, хотя ему хотелось смотреть на Дамиана. Дьявольская улыбка, с которой мужчина приказал ему раздеться, возбуждала и пугала одновременно. Ник не был уверен, какое из этих ощущений заставило его так торопиться.
Его член медленно наполнялся кровью, и он покрылся мурашками от желания, опускаясь на пол. Он затрепетал осознавая, что совершенно обнажен перед полностью одетым Дамианом, его желудок сжался в предчувствии.
- Посмотри на меня, - сказал Дамиан. Он сидел на краю стола, покачивая ногой. – Что ты изучаешь в университете?
- Ээ, искусство, скульптуру, - удивленно ответил Ник.
- На каком ты курсе?
- На последнем. Этим летом выпуск, - сказал Ник слегка дрожа. Он не совсем знал, что ему делать после, возможно ему придется оставаться на этой работе, или на какой-нибудь другой, пока он не научится продавать свои произведения. Этому в универе не учили.
- Мне было любопытно. Твоя идея с освещением сегодня, должно быть дали о себе знать занятия по форме и светотени. Тени получились очень объемными с дополнительной подсветкой. Думаю, это будет отличный снимок.
Взгляд Дамиана пробежался по телу коленопреклоненного юноши. У него были еще вопросы, но он решил проверить свое новое приобретение, пока будет их задавать. Всегда делай несколько вещей одновременно, если можешь, подумал он.
Он встал и медленно обошел вокруг Ника. Красивая кожа, в самом деле безупречная, гладкая, теплого цвета, такое восхитительное сочетание. Удивительные ягодицы, круглые, крепкие, шикарные, так и напрашиваются на порку. Каждый изгиб, каждый угол идеально вылеплен, элегантно отшлифован. Волосы у Ника были густыми и блестящими, и насколько Дамиан мог разобрать, ему едва ли нужно было бриться. Его грудь, должно быть, была естественно безволосой.
- Ты придешь завтра? – спросил Дамиан.
- У меня занятия. Это один из тех дней, когда у меня пары до самого вечера, - ответил Ник.
- Сэр, - напомнил ему Дамиан. В тот же момент он решил, что запланирует кадры с женщинами-моделями на дни, когда Ник будет отсутствовать. Он заметил, что похожая на Бетти Пейдж девушка уже положила глаз на его ассистента.
- Сэр.
- Ты справляешься со своими домашними заданиями?
- Эм, на самом деле, мне нужно сдать завтра доклад по Пикассо, сэр, - пробормотал Ник.
- Тогда ты должен им заняться, - резко сказа Дамиан.
- Вы имеете в виду, мы не будем…, - замялся Ник.
- Я не буду тебя шлепать, если ты собирался это спросить. Но я собираюсь сказать тебе, что именно ты будешь делать, потому что я знаю, что тебе нравится, когда я отдаю тебе приказы. Так ведь, малыш?
- Да, сэр, - ответил Ник, задохнувшись.
- Встань. Руки за голову.
Ник качнулся вперед и плавно встал.
Дамиан удивленно на него посмотрел.
- Очень хорошо. Ты тренировался?
- Эм, да, - Ник покраснел и смущенно переступил с ноги на ногу. – Я подумал, вам наверно не понравится, если я потеряю равновесие, вставая.
- Инициатива. Мне нравится, когда мои сабы ее проявляют, только не слишком много. Подними голову. Закрой глаза.
Ник подпрыгнул, почувствовав, как Дамиан провел рукой вдоль его бедра. Он задрожал, почувствовав теплое дыхание на своем члене. Дамиан встал на колени перед ним? А затем руки Дамиана, ласкающие его, принялись что-то на нем застегивать. Член Ника наливался, пока что-то его не сжало. Ощущение было неприятным, но не болезненным, хотя уменьшило его эрекцию.
Руки Дамиана приласкали его в последний раз, и затем фотограф сказал:
- Открой глаза, малыш.
Ник так и сделал, уставившись на мгновение на Дамиана, прежде чем опустить голову и посмотреть на себя. Его член едва виднелся под черной кожей и серебряными застежками, покрывающими кожу. Ник почувствовал возбуждение в паху. В следующий миг он застонал, когда его налившийся ствол сдавило кожей.
- Это генитальный бондаж, - удовлетворенно объявил Дамиан. – Ты не сможешь кончить, пока я не разрешу тебе, малыш. Это позволит тебе сосредоточиться на твоей учебе, а не на твоем члене.
Он приподнял перетянуты пенис и погладил яички, позволяя Нику разглядеть полоску, которая перетягивала и эту часть его тела.
Горячее дыхание Дамиана коснулось уха юноши.
- Помнишь, какое удовольствие ты получаешь, когда я отдаю тебе приказ?
- Да, сэр, - выдохнул Ник.
- И что ты согласился подчиняться мне?
- Да, сэр.
- Иди и делай свое домашнее задание. Увидимся в пятницу.

Дамиан повернулся и уселся за свой стол, закинув на него ноги.
– Сессия окончена. Можешь идти.
- Но сэр! – возмущенно воскликнул Ник. - Я что, должен носить эту штуку все это время?
- Мне кажется, я предупреждал, что не все из того, что я буду с тобой делать, тебе понравится, не так ли? – спокойно спросил Дамиан, наслаждаясь видом своего юного ассистента, который негодующе отчитывал босса, совершенно забыв, что стоит посреди комнаты абсолютно голый с заложенными за голову руками.
- Предупреждали, - выдавил Ник сквозь зубы.
- Ну, так вот. Я могу велеть тебе подставить задницу или приказать помыть посуду, - ухмыльнулся Дамиан.
Ник опустил руки и отвернулся, чтобы подобрать свою одежду, пока Дамиан нежно поглядывал на его круглые ягодицы.
- Что, если эта штука нанесёт мне серьёзную травму? – проворчал Ник, одеваясь.
Он выпрямился и пискнул от неожиданности, когда Дамиан одним резким движением встал из-за стола и ринулся к нему. Фотограф был невероятно быстрым, и у Ника просто не было времени отреагировать до того, как сильная рука пригвоздила его к стене.
- Я никогда не сделаю ничего, что могло бы изувечить тебя, Николас, - сказал Дамиан, его глаза смотрели на юношу серьезно и властно. – Я даже не застегнул бондаж. Если он будет причинять тебе боль, ты можешь позвонить мне, и я, возможно... возможно... позволю тебе его снять. Если же ты не сможешь до меня дозвониться, а тебе будет совсем невыносимо, или окажешься в трудной ситуации, можешь снять его сам, а потом объяснишь мне, что случилось. У тебя ведь есть мозги - пользуйся ими. Я сказал, что ты не можешь кончить без моего разрешения. Ты должен будешь контролировать себя. Я пытаюсь облегчить тебе выполнение этого приказа. Понятно?
- Д-да, сэр, - пропищал Ник.
Он едва мог дышать, так крепко прижимала его рука Дамиана к стене. И вместе с тем, ощущать себя пойманным, неспособным освободиться, было невыносимо эротично. Ник чувствовал, как член начинает упираться в сбрую, но кожаная конструкция не давала ему налиться кровью.
- Хорошо. – Дамиан наклонил голову, чтобы в первый раз за этот день овладеть ртом Ника и почти потерял голову от готовности юноши подчиняться.
Когда фотограф отпустил его, в глазах Ника стояло изумление, а дыхание с трудом вырывалось через слегка приоткрытые припухшие и влажные губы.
- Иди домой, делай задание, посещай занятия и слушай внимательно лекции. Вот мои приказы. Иди! – Дамиан сделал шаг назад, наблюдая, как юноша вслепую шарит руками по стене, пытаясь восстановить равновесие.
- Да, сэр, - пробормотал Ник и сбежал.
Дамиан услышал, как аккуратно закрылась входная дверь. Он уселся за стол и тихо засмеялся. Прошла всего неделя, а манеры Ника уже неизмеримо улучшились.

ЭТОТ вечер был для Ника сущей пыткой. У него то и дело начинало вставать, стоило только подумать о том, как он стоял обнаженным на коленях перед Дамианом, а тот исследовал его тело. Ощущение твердых рук, гладящих его бедра, никак не проходило, но каждая эротическая мысль приносила неприятные ощущения в паху, и его разум отвлекался.
Наконец он сдался и, выбросив из головы все мысли о Дамиане, полностью сконцентрировался на домашнем задании. И удивился, насколько быстро ему удалось написать работу. Перечитав текст и исправив ошибки, которых оказалось очень мало, Ник распечатал доклад и сложил его в папку.
В тот же момент мысли о руках Дамиана на его члене вернулись с новой силой.
- Ой, мать… ох, - пожаловался он вслух.
Ник решил лечь пораньше, надеясь, что его обычные сны не превратят ночь в в один сплошной кошмар. И хотя, ему всё-таки пришлось несколько раз встать, чтобы отлить, но это, похоже, немного сняло напряжение, и он смог благополучно заснуть.
«И почему я хочу продолжать?» - думал он, закрывая глаза, но волнующая неизвестность того, что еще может сделать с ним Дамиан, была слишком притягательна, чтобы ей сопротивляться.
Придя в класс, Ник понял, что так ему легче сконцентрироваться на лекциях, но поход в туалет заставил его понервничать. С этой штуковиной на его члене он не мог воспользоваться общим писсуаром, так что пришлось запереться в кабинке.
Бондаж не давал ему забыть о своем пенисе ни на секунду, даже когда он шел, скольжение ткани брюк по кожаной сбруе приводило его в отчаяние. Ник не помнил, говорил ли он с кем-нибудь в классе. Все его мысли были сконцентрированы на символе его подчинения Дамиану и собственной эрекции.
К тому времени, как Ник вернулся домой, он устал настолько, что даже не стал есть, а просто лег спать.

В ПЯТНИЦУ утром, весь кипя от негодования, Ник расхаживал перед запертой дверью в ожидании фотографа.
- Снимите с меня эту чертову штуку! – потребовал он.
- И тебе доброго утра, Ник, - невозмутимо ответил Дамиан. Он неторопливо отпер дверь и направился в офис.
Ник следовал за ним по пятам.
- Ты…?
- Я не притрагивался к себе. Снимите ее! Немедленно! – сердито выпалил Ник.
Дамиан сел и жестом велел юноше подойти ближе.
- Мы должны поговорить о попытках командовать снизу. Я не позволяю такого, малыш.
- Да, сэр, - проскрипел Ник, не имея понятия, о чем говорил Дамиан. Он облегченно вздохнул, когда фотограф расстегнул пряжки и потер его онемевший член.
Дамиан осмотрел страдальца. Несколько покрасневших участков кожи, но никаких повреждений.
- Если это так раздражало тебя, почему ты просто не снял бондаж?
- Вы сказали не делать этого, - пробормотал Ник так, словно это само собой разумелось.
Дамиан кивнул.
- Я горжусь тобой, ты отлично справился.
Губы Ника изогнулись в робкой улыбке.
- Спасибо, сэр.
- Иди, сделай мне кофе, - сказал Дамиан и слегка его шлепнул.
Глаза Ника потемнели от желания, но он послушно повернулся и направился к двери.

ТАЩА за собой молодого человека с кудрявыми темными волосами и удивительно зелеными глазами, в студии появился Эшли.
- Займи себя чем-нибудь полезным, Дерек, - распорядился он, и в его голосе явно ощущалась холодность.
- Обязательно, - охотно согласился молодой человек, хотя в его взгляде скользнула досада. – Как жизнь, Дамиан? – поприветствовал он фотографа с такой фамильярностью, что просто ошеломил Ника и даже заставил ревновать.
Затем Дерек подошел к Нику и спросил:
- Ты один из натурщиков?
- Нет, я всего лишь помощник Дамиана, но меня попросили попозировать с несколькими вещами из каталога, - скромно ответил Ник, гадая, сможет ли он когда-нибудь так запросто обратиться к боссу. – Меня зовут Ник Сэйерс.
- О, помощник. Значит ты на моем старом месте. Я Дерек Стернс. Ох, ни за что бы не надел ничего из этих вещичек, только через мой труп, - заявил Дерек, бросая взгляд через плечо, чтобы проверить, не находится ли Эшли в переделах слышимости. – Ты только глянь на этих цыпочек. Вот они крутые, приятель.
- Ты, значит, любишь птичек?
- Не совсем. Я очень мужественный мужчина, если ты понимаешь, куда я клоню.
- Ты американец, так?
- Ага. Приехал набраться опыта, пока не впрягусь в настоящую работу. Проехал всю Европу. Тут можно реально потусить. Эй, а у тебя мурашки не бегут по коже от всего этого барахла Эшли? – полюбопытствовал Дерек.
- Нет. Вовсе нет, - уверенно солгал Ник.
- Ну, тогда лучше ты, чем я, - пожал плечами Дерек. – Хочешь, я займусь кофе?
- Нет, я знаю, какой Дамиану больше нравится, но ты можешь сбегать вниз, купить выпечки, и Эшли обычно латте заказывает, - предложил Ник.
- Да, я знаю. Ладно, куда мне идти, сколько и чего брать? – спросил Дерек.
Ник объяснил и выдал денег. Когда Дерек ушел, на кухне появился Эшли и сказал:
- Надеюсь, ты не станешь возражать надеть сегодня кое-что... несколько необычное, Ник. Я сделал это специально для тебя. Начинаю новую линию, уверен, она станет хитом продаж.
Вошедший Дамиан заметил:
- Мне кажется, тебе стоило сначала проконсультироваться со мной, Эшли.
Эшли энергично закивал.
- Ты прав, но я был уверен, что ты согласишься. Я сделал эту штучку специально для Николаса. Его цвета.
Он провел обоих к коробке, которую ранее оставил в студии, извлек из нее красный кожаный ящичек и трепетно открыл его.
Ник заглянул внутрь и увидел мягкий ошейник из красной кожи. Он не был похож на собачий. В отличие от большинства ошейников этот был сконструирован так, чтобы лежать горизонтально у основания шеи.
Эшли в это время объяснял Дамиану:
- По-моему, ошейник - скорее символ, который выбирают на свой вкус, он не обязан выдерживать такую нагрузку, как собака, тянущая поводок. Я подумал, те мастера, которые понимают, которые желают подчеркнуть красоту своих сабов, а не просто таскать их за собой, выберут именно такой.
Эшли достал ошейник из ящика.
- Николас, повернись, пожалуйста.
Он застегнул ошейник и аккуратно разгладил его. Спереди ошейник имел v-образную форму, которая ложилась в маленькое углубление у основания горла.
Ник поднял руку и прикоснулся тонким пальцем к мягкой коже, не отрывая взгляда от Дамиана.
Эшли довольно улыбнулся.
- Он тебе идет Ник. Только посмотри на себя. – Он потянул юношу в гримерную к зеркалу. У Ника перехватило дыхание, когда он увидел своё отражение - темно-красная полоска на его блестящей коже.
- Николас, иди за мной, - сухо скомандовал Дамиан.
Ник, предчувствуя неприятности, пошел за фотографом и остановился в его офисе, переступая с ноги на ногу.
Дамиан строго произнес:
- Ты не заслужил этот ошейник, не от меня. Ты можешь носить его во время съемки, но он не твой. Понятно? – Он расстегнул и снял ошейник, осторожно положив на стол.
- Конечно, - выпалил Ник, не понимая, что имел в виду Дамиан. – Тут нет ничего моего. Я не собираюсь красть!
Дамиан рассмеялся. Вид его прекрасного мальчика в ошейнике совершенно выбил фотографа из колеи, и хотелось бы, чтобы Николас носил это украшение постоянно.
- Я рад, что ты понимаешь, но я и не думал, что ты его украдешь. – Чтобы отвлечь Ника от собственной, слишком бурной реакции на символическую полоску кожи, он продолжил: - Мне нравится видеть драгоценности на своих сабах, а ты совсем их не носишь. Так что, давай попробуем вот эту, посмотрим, подойдет ли размер. Расстегни рубашку.
Пальцы Ника взлетели, мгновенно расстегивая рубашку с бирюзовыми полосками и обнажая грудь. Дамиан подошел к юноше и указал на пол. Ник упал на колени, слегка нервничая: дверь офиса хоть и была закрыта, не была заперта.
- Закрой глаза, малыш.
Ник послушался и резко вздохнул, когда теплые пальцы обвели его соски. Он задрожал, почувствовав, как они напрягаются в ответ на нежную ласку.
- Ты очень отзывчивый, мой малыш, - вполголоса промурлыкал Дамиан. Он осторожно потянул темные комочки плоти, зажатые между большими и указательными пальцами, наблюдая, как запрокидывается назад голова Ника и приоткрывается его рот.
Ник подавил чуть не вырвавшийся писк, когда Дамиан начал щипать и выкручивать его соски; от предвкушаемого удовольствия по нервным окончаниям словно пробегал ток, а член встал, показывая, насколько приятны действия фотографа. Кровь прилила к соскам и паху, и он закачался на волнах наслаждения.
Дамиан уверенно подергал темные комочки, решив, что добился максимального результата. Ему ужасно хотелось встать на колени рядом с Ником и взять их в рот, проверить так ли они сладки на вкус, как выглядят, но его план предполагал другое.
Ник вздрогнул, когда руки Дамиана оставили его, и качнулся вперед, словно потянулся за этим чувственных прикосновением, что удерживало его на грани. Затем юноша тихо охнул, почувствовав, как один из его сосков оттянули, а потом что-то холодное вцепилось в кожу. Он почти открыл глаза, но вовремя вспомнил, что должен слушаться Дамиана. Босс не говорил ему, что он может смотреть, а получать порку, когда за дверью полно народу, и любой желающий может услышать, совсем не хотелось.
Что-то вцепилось и во второй сосок, и Ник почувствовал холодное прикосновение к ребрам.
- Открой глаза, малыш, - велел Дамиан, весьма довольный собой.
Ник послушался и взглянул вниз на два серебряных зажима, блестящих на его груди. Между зажимами, задевая торс, раскачивалась цепочка.
- Что это, сэр?
- Зажимы для сосков, - ответил Дамиан, лукаво усмехаясь. – Мы снимаем их сегодня. Мне подумалось, ты не захочешь, чтобы Эшли или Гейб надевали их на тебя.
Ник поежился в ужасе:
- Нет. Спасибо, сэр.
- Очень хорошо, малыш. Не забывай благодарить меня, что бы я ни дарил тебе: боль, удовольствие, или и то, и другое, - произнес Дамиан, лаская подбородок Ника длинными тонкими пальцами. – Как ощущения?
- Сначала, как прищемило. А теперь вроде онемело, - ответил Ник, подумав несколько мгновений.
- Будет гораздо больнее, когда будем их снимать. Понимаешь? – сказал Дамиан. Он был доволен страхом, появившимся в глазах Ника. – Но ты сможешь вынести эту боль. На самом деле, я уверен, ты сполна насладишься тем, что я для тебя запланировал. А теперь, оденься. Мы еще не скоро приступим к этому кадру.
Ник застегнул рубашку, но остался стоять на коленях, ожидая, когда Дамиан его отпустит.
- Ты можешь идти, малыш. Сессия окончена.
- Спасибо, сэр, - сказал Ник и поднялся с пола.

 
Глава 6
НИК уселся в кресло гримера, отказавшись снять рубашку.
- Дамиан так велел, - объяснил он Гейбу, который понимающе улыбнулся и начал накладывать пудру.
- Ну, ЕГО приказы мы нарушать не будем, да? – поддразнил Гейб.
- Он – фотограф, - сказал Ник, надеясь, что голос не выдает его нервозность.
К тому времени, как Дамиан был готов снимать его, только Ник и два блондинистых натурщика еще оставались в студии. На моделях из одежды были лишь кожаные штаны, и юноша не мог отвести завороженного взгляда от их сосков. На них тоже были зажимы, и он гадал, ощущали ли модели ту же пульсацию в сосках, в одном ритме с сердцем, что и он.
Ему выдали пару кожаных брюк, которые он надел в ванной. На площадку он вышел босым в накинутой рубашке, признательный Эшли за то, что тот выставил за дверь моделей женщин. Они хотели остаться посмотреть, но Эшли пошутил, что дамы хотели потянуть время пребывания на площадке, чтобы стребовать больше денег.
Дамиан поставил всех троих мужчин в декорациях, так что с каждой стороны от Ника стояло по блондину. Он поправил прожекторы, затеняя нижнюю половину кадра, теперь только по дразнящим отблескам света на коже можно было угадать очертания ног.
Фотограф поймал взгляд Ника и точно рассчитанным голосом приказал:
- Сними рубашку, Николас.
Это был голос дома, и Ник поежился от запретного возбуждения, которое ощутил, выполняя приказы в присутствии людей, не знавших об их отношениях.
- Да, сэр, - ответил он хрипло.
Он снял рубашку, ожидая, что все вокруг охнут от удивления, но блондины отнеслись совершенно равнодушно к зажимам на его груди.
- Поехали, Марки, я хочу, чтобы ты взял Ника за волосы и оттянул его голову назад, чтобы только нижняя половина его лица была освещена. Да, вот так. Теперь ты, Крейг, возьми запястье Ника подними чуть выше, чем оно сейчас, и удерживай в таком положении.
Дамиан велел натурщику заломить руку Ника за спину, немного отведя ее от тела.
- Теперь Марки. По моему сигналу, протягиваешь руку и снимаешь правый зажим. Твоя рука должна двигаться очень медленно. Я снимаю на пленку с движком в тандеме с цифрой, чтобы поймать именно тот момент, который мне нужен. Понятно?
Все трое кивнули, уяснив задачу. Ник почувствовал, как пальцы Марки крепко вцепляются в его волосы.
Дамиан посмотрел через видоискатель.
- Крейг, можешь взять и вторую руку Ника? Он должен выглядеть пойманным.
- Конечно, - радостно ответил блондин.
Ник почувствовал себя пойманным, и его член тоже, когда начал вставать под тесной кожей. Юноша не мог видеть, что происходит вне освещенного участка студии, но знал, что Дамиан и Эшли смотрят прямо на него. Он нервно прикусил нижнюю губу.
- Не смей кусать губы, Николас!
Ник отпустил губу и нервно лизнул ее.
- Хорошо, и начали! – скомандовал Дамиан.
Тело Ника вздрогнуло, когда рука Марки прикоснулась к его животу, медленно скользя вверх по торсу, пока пальцы не нащупали зажим. Его голова была запрокинута, и он с усилием сглотнул. Затем Марки снял зажим - волна боли затопила Ника, и осознание того, что Дамиан наблюдает за ним, взбудоражило его чувства. Он вскрикнул: кровь прилила к соску, посылая болезненные разряды по всему телу, член напрягся так, что юноша испугался, что кончит прямо сейчас, на глазах у всех.
Дамиан закончил снимать, когда Ник обессилено осел на руках у Марки.
- Это было гениально! Гениально, мать твою! – воскликнул Эшли.
- Посмотрим, поймал ли я то, что мне было нужно. Иначе придется все повторить, - сухо произнес Дамиан.
Блондины отпустили Ника. Марки похлопал юношу по спине, когда тот покачнулся:
- Первый раз с этими штуками?
- Ага, - признался Ник, хотя, сначала ему захотелось солгать, что это был не первый опыт.
- Не волнуйся, скоро будешь профи не хуже меня, - заверил его Марки, с самодовольным видом подошел к Эшли и уставился в монитор через его плечо.
Этот комментарий только прибавил Нику мучений. Неужто все понимали, что с ним происходит? Почему все думали, что он не просто позирует с этими ерундовинами?
Ник подошел к Дамиану, невероятно остро ощущая с каждым шагом, как раскачивается цепочка, как ее свободный конец задевает торс. Ему хотелось снять и второй зажим, но он побоялся, что снова вскрикнет в присутствии всей группы.
Ник смотрел, как на мониторе автоматически сменяют друг друга снимки с цифровой камеры, словно мелькают кадры хроники. Когда Марки оттянул его голову назад, освещенными оказались его грудь и шея, а на лицо упала тень.
Дамиан остановил слад-шоу на том самом кадре, который пытался поймать.
- Вот оно. То, что я хотел.
- Гениально, - возбужденно выдохнул Эшли.
Ник уставился на свое изображение. Его тело выгнулось и напряглось в руках, поймавших его, так что под гладкой кожей был виден каждый изгиб мускулов. Его рот был приоткрыт, искаженный болью и наслаждением. Его руки были скрыты тенью, но зритель мог рассмотреть ровно столько деталей, чтобы понять: они были в плену.
Рука Марки отбрасывала темный силуэт на его грудь, а тонкий луч света танцевал на металле зажима.
- Это тот момент, ровно тот момент, когда саб понимает, кто контролирует его тело. – Эшли с восхищением уставился на снимок. – Это будет лучший каталог всех времен и народов!
Он ликующе хлопнул Марки по заднице, поздравляя. Блондин подпрыгнул и ойкнул: следы от розги заболели с новой силой от этого удара. Затем Эшли схватил Ника и притиснул к себе. Ник пискнул, когда его зажатый сосок врезался в грудь Эшли.
- Прости, парень, - сказал Эшли с усмешкой и лукаво подмигнул, - совсем забыл об этом.
Ник заметил, что Дерек с уважением смотрит на него, но обратил свои умоляющие глаза к Дамиану. Как бы, черт возьми, снять второй? Он не мог сделать этого у всех на глазах, особенно, когда они видели его реакцию, навсегда запечатленную на пленке. Дамиан пришел на помощь.
- Иди за мной, Ник.
Ник услышал пару смешков за спиной, но ему настолько хотелось избавиться от этой проклятой штуки, что его не беспокоило, над ним ли смеялись. Он поспешил за Дамианом, молясь богу, чтобы босс не отправил его домой, не сняв этот новый пыточный инструмент.
Дождавшись, когда юноша войдёт вслед за ним в офис, Дамиан закрыл дверь.
- Иди сюда, Ник, - сказал он ласково.
Фотограф развернул юношу и притянул его спиной к своей груди. Одна рука Дамиана легла на талию Ника, удерживая его запястья прижатыми к бокам.
- Ты понимаешь, что будет больно?
Ник кивнул. Он выгнулся и вскрикнул, когда Дамиан снял второй зажим, с благодарностью ощущая спиной тепло мужчины. Дамиан отбросил зажимы на стол - металл тихо звякнул – и начал успокаивающе массировать покрасневшие соски.
Ник расслабился, почти растекшись на нем, чувствуя, как что-то твердое и теплое прижалось к его ягодицам. Дамиана возбудило зрелище? Его собственный член пульсировал в том же ритме, что и ноющие соски, и он начал наслаждаться ощущением, которое дарили ласкающие его пальцы Дамиана.
Хриплый шепот заверил его:
- Мы поиграем чуть позже, детка. Сейчас нам нужно вернуться к работе.
В последний раз ласково проведя пальцами по соскам, Дамиан осторожно отодвинул его от себя, тихо фыркнув, когда увидел подернувшиеся поволокой глаза юноши.
- Соберись и приходи, когда будешь готов. У нас еще один кадр на сегодня.
Он наклонился и лизнул красный сосок, прежде чем выйти из офиса. Рука Ника сама потянулась к паху, потирая его сквозь кожаные брюки.
Дверь открылась, и он подпрыгнул, мгновенно убирая руку, испугавшись, что его застали за таким занятием.
- Не смей кончать, пока я тебе не позволю, - приказал Дамиан и скрылся.

В СТУДИИ, наконец-то, все стихло. Чувствуя себя совершенно истощенным, Ник сидел за столом на кухне. Он больше суток носил генитальный бондаж, из-за которого у него не могло быть эрекции. А весь следующий день он проходил разрываемый возбуждением и страхом, и эрекция была почти непрерывной.
Он был голоден. Он ужасно устал. И отчаянно хотелось трахаться.
Дамиан вышел из офиса и бросил взгляд на своего ассистента.
- Выглядишь усталым. Хочешь пойти домой?
- А какой у меня выбор? – спросил Ник. – Если я пойду домой, можно мне подрочить?
Дамиан засмеялся:
- Ну если хочешь. Или я могу сделать это для тебя.
Ник выпрямился на стуле, оживляясь.
- Вы правда можете?
- Ну не сию же секунду, - поддразнил его Дамиан. – Я хочу есть. Хочешь, закажем в офис еду из индийского ресторана?
- Да, - охотно согласился Ник. – Хотите, сбегаю за угол, заберу?
- Нет, попросим доставить. Все равно я хотел с тобой поговорить.
Дамиан развернулся и ушел в офис. Через мгновение его голова показалась в двери:
- Ты где?
- Вы не сказали идти за вами, - указал Ник, поспешно присоединяясь к боссу.
Дамиан закатил глаза:
- Если я не объявляю это сессией, можешь вести себя, как обычно, Ник.
Он перебрал меню в ящике стола и вытащил одно, снимая трубку, чтобы сделать заказ. Затем откинулся на стуле, потягиваясь.
- Что тебя беспокоит?
- Вы… вы мой босс, - произнес Ник неуверенно, - и еще вы мой… мой… мой кто?
Дамиан сочувствующе улыбнулся.
- Понимаю твое затруднение. Мы слишком быстро переключаемся. Но мне не хотелось устанавливать сразу все правила. Однако, на данный момент у нас есть несколько. Во-первых, как твой босс, я могу попросить тебя принести кофе или забрать еду из ресторана, и это нормально. Я не могу указывать, что тебе делать со своим телом, это незаконно. Я не могу принудить тебя к чему-либо или заставить заниматься с собой сексом. Ты совершеннолетний и в любой момент можешь уйти, если захочешь. Ты также работаешь как модель для каталога секс-игрушек. В рамках этого, я могу велеть тебе встать в определенную позу, но у тебя есть право отказаться, если она причиняет тебе дискомфорт.
- Сегодня было немного слишком, - пробормотал Ник.
- Я понял. Мне не стоило так с тобой поступать, и приношу свои извинения. С этого момента, что бы это ни было, мы это сначала будем пробовать, а потом ты скажешь, хочешь ли ты позировать так.
- Вы извиняетесь? – выдохнул Ник, широко распахнув глаза.
- Да, а что? – удивленно спросил Дамиан.
- Разве вы должны извиняться, если вы … как его… мастер?
- Предпочитаю «топ», и да, я, конечно же, должен, если поступаю неправильно, - засмеялся Дамиан над удивленно вытянувшимся лицом Ника. – Послушай, помнишь, как ты предложил оставить в кадре руку Эшли и одного Марки на скамье?
- Да.
- В тот раз мы работали вместе, создавая не просто красивый снимок, но и показывая продукт в наиболее выгодном свете, вызывая определенное настроение. У нас получилось. Мы сотрудничали, создавая этот особый снимок.
- Вы хотите сказать, мы в этом вместе, - медленно выговорил Ник.
- В точку. Ты хочешь, чтобы тебя отшлепали – мне нравится шлепать. Без тебя у меня не будет милой попки, извивающейся на моих коленях. У нас с тобой договоренность. Я хочу, чтобы ты получил то, что ты хочешь, и я точно не стал бы этого делать, если бы мне не нравилось.
- Вам нравится меня шлепать?
Дамиан опять чуть не рассмеялся над удивленным выражением, появившемся на лице Ника.
- Да, очень нравится, Ник, и, надеюсь, тебе тоже. Я надеялся, что ты захочешь задержаться сегодня, чтобы я мог показать тебе кое-то еще.
Ощущая внезапный прилив сил, Ник ответил:
- Да, сэр!

ПОСЛЕ совместного ужина, за которым Дамиан рассказывал о своих идеях для каталога Эшли, Ник вымыл посуду, Дамиан вытер ее полотенцем и убрал в шкаф. Юноша задавался вопросом, почему фотограф всегда казался ему таким строгим и непреступным, в то время как сам Дамиан удивлялся изобретательности и чувству юмора своего ассистента. Нечасто Дамиану попадались настолько красивые юноши, не боящиеся выглядеть смешными.
- Иди в офис. Жди меня там, малыш.
Нику больше не требовалось слышать, как Дамиан зовет его малышом, чтобы понять, что началась сессия. Тягучего властного тона было достаточно, чтобы предупредить его. Он вошел в офис и растерялся: нужно ли ему было просто стоять или встать на колени, и что вообще делать. Он все еще раздумывал, нахмурившись, когда вошел Дамиан.
- Что не так малыш?
- Мне нужно встать на колени или как?
- Ты чувствуешь себя спокойнее, когда знаешь, чего от меня ждать?
- Сэр, мне хочется угодить вам, - просто ответил Ник.
Дамиан удивился, насколько это его тронуло.
- Если хочешь угодить мне…
- Да сэр?
- Сними с себя все.
Дамиан наблюдал за Ником, пока тот дрожащими пальцами стягивал с себя одежду. Он наслаждался каждым движением; мальчик был необычайно грациозен даже в самые неловкие моменты, снимая брюки без прыжков и путаницы в штанинах. Наконец, он встал, застыв в подчиненной позе перед Дамианом, полностью открытый.
Дамиан обвел пальцем ореол соска и едва справился с дрогнувшим дыханием.
- Болят?
- Не совсем, сэр, просто… немного… ноют.
- Тебе понравилось, когда я привязал тебя к столбу, сковал тебя для своего удовольствия?
Ник задохнулся, но сумел ответить:
- Да, сэр.
- Мне тоже. И все-таки, если я пожелаю обездвижить тебя одним лишь своим голосом, ты послушаешься?
Ник кивнул, заворожено глядя в синие глаза.
Дамиан обошел Ника, отмечая немного напрягшийся позвоночник. Он выключил верхний свет, и теперь комнату освещала только настольная лампа, отбрасывая теплый свет на обнаженного мальчика. Он немного отодвинул кожаный диван от стены, достал плотный шарф и сказал:
- Повернись ко мне.
Дыхание Ника участилось, и он выполнил приказ. Дамиан видел, как под золотистой кожей бьется в груди сердце.
- Я собираюсь завязать тебе глаза. А потом я собираюсь трогать тебя, как пожелаю. Ты – мой, пока я не отпущу тебя. Ты – мой?
Ник медленно кивнул.
Дамиан завязал Нику глаза и проверил, что у юноши нет возможности подглядывать. Фотограф взял его за руку и подвел к дивану.
- Встань коленями на диван для меня, малыш. Руки за спину. – Он помог Нику встать коленками на подушку и наклонил так, чтобы руками тот упёрся в спинку дивана.
Медленно, очень медленно Дамиан провел рукой вдоль позвоночника юноши, отмечая, как тот начал немного дрожать, когда пальцы приблизились к его ягодицам. Он встал так, чтобы его левая рука легла на спину юноши, а правая могла свободно двигаться, куда ему вздумается.
Ник гадал, что Дамиан сделает дальше. Босс сказал, что будет трогать его там, где захочется, но к некоторым частям его тела никто и никогда не прикасался. Ник почувствовал себя очень уязвимым и сбитым с толку, но кровь в его венах бурлила от захватывающего опыта.
Он почувствовал, как шершавые пальцы ущипнули его сосок, и его член тут же встал. Он вспомнил о зажимах, которые Дамиан надевал на него сегодня.
Юноша ощутил легкое прикосновение к своему уху, и Дамиан сказал:
- Ты не кончишь, пока я не позволю.
- Да, сэр, - хрипло отозвался Ник.
Ладонь легла на его ягодицу и скользнула по изгибу, а затем последовал шлепок. Ник почувствовал жжение, кровь прилила к месту удара, но настоящей боли не было. Нику пришлось взять себя в руки, когда он представил, как это выглядело со стороны: он стоит на коленях, выставив обнаженную задницу, открывшись другому мужчине, а полностью одетый Дамиан прикасается к нему, где пожелает.
Он подпрыгнул, почувствовав, как зубы прикусили кожу на шее у кромки волос. Рука Дамиана покинула его спину, оставляя без ориентира, в темноте и одиночестве. Следующее прикосновение: ногти слегка процарапали кожу от колена и почти до яичек. Он поежился и сдвинул ноги.
- Мне принести распорку? –При этих словах покраснела даже спина Ника. – Похоже, да. Мне нравится, как ты выглядишь в ней: так беспомощно и уязвимо.
Ник услышал, как шаги отдалились, а потом приблизились опять. В этот раз он был готов к холоду браслетов на лодыжках, которыми Дамиан пристегнул его ноги к перекладине.
- Попробуй, малыш. У тебя не получится сдвинуть ноги. Перекладина удерживает тебя раскрытым для меня.
Ник попробовал. Свести ноги вместе не получилось. Он остро чувствовал, как прохладный воздух касается его яичек, слегка раскачивающихся, когда он двигается.
- Держи руки там, где они сейчас. Я предпочёл бы не ограничивать твои движения полностью. Почему ты будешь держать свои руки на спинке дивана?
- Потому что вы так сказали, сэр, - ответил Ник.
- Очень хорошо, - сказал Дамиан.
Тело Ника выглядело так невероятно красиво, податливо сгибаясь над диваном, лоснясь от мелких капелек пота в приглушенном свете лампы.
Он провел рукой по задней стороне бедра юноши, а затем запустил пальцы в его кудри, оттягивая его голову назад, как немногим ранее это делал Марки. Сухожилия мальчика натянулись под тонкой кожей. Налюбовавшись, Дамиан склонился и впился в прекрасные губы, нежно кусая нижнюю, прежде чем ворваться языком внутрь. Он тщательно исследовал этот сладкий рот, очерчивая зубы, губы, встречая язык Ника, завоевывая его, утверждая свое право. Наконец, он освободил рот мальчика, получая короткий стон в качестве приза.
Он отпустил Ника, и кудрявая голова упала на спинку дивана. Юноша тихо всхлипывал, пытаясь восстановить дыхание.

Ник выгнулся и застонал, когда теплые губы сомкнулись на его соске. Зубы потеребили чувствительную плоть, а язык Дамиана быстрыми движениями принялся ласкать кожу, превращая сосок в острый пик. Фотограф специально не притрагивался больше нигде к Нику, так что, когда он оставил юношу, тот совершенно потерялся в пространстве, не зная, откуда ждать следующего прикосновения. Дамиан встал и снова обошел вокруг красивого мальчика, четыре раза шлепнув его по беззащитной заднице. Он с удовольствием отметил, что Ник приподнимал ягодицы навстречу каждому следующему удару.
- Выгни спину, приподними зад ко мне, малыш, - прошептал Дамиан, его тихий голос так разнился с хлестким и звонким звуком ударов.
Ник послушался и почувствовал, как ладони Дамиана скользнули по изгибу его ребер, обхватили талию.
- Такой красивый, и такой тонкий, как тростинка. Я мог бы сломать тебя. Но не буду. Я лучше поберегу тебя какое-то время, - вслух размышлал Дамиан. – Я возбуждаю тебя?
- Боже, да, сэр, - простонал Ник.
Член его, забытый до этого момента, поднимался к животу, яички подрагивали от избытка ощущений. Ладони Дамиана скользили по коже, отчего удовольствие электрическими разрядами пронзало тело. Он не осознавал до сих пор, что весь превратился в эрогенную зону, но нежные ласки, острые щипки, неожиданные удары и редкое мягкое тепло губ и языка Дамиана возбудили его до крайности, хотя мужчина даже не прикоснулся пока ни к его члену, ни к мошонке.
Дамиан ущипнул предплечье юноши и почувствовал дрожь мускулов, словно они больше не могли держать Ника в заданном положении. Он опустил ладонь на округлую ягодицу мальчика и спросил:
- Не отшлепать ли мне тебя? Возможно, я так и поступлю. Просто потому, что могу. Просто потому, что мне так хочется. Мне нравится смотреть, как ты дергаешься, и ерзаешь, и вертишь задницей, когда я ее разогреваю. Я отшлепаю тебя так сильно, что ты не сможешь сидеть завтра. Тебе бы этого хотелось?
- Если вам это понравится, сэр, - прошептал Ник.
Его сердце колотилось в груди. Он помнил, что это больно, но его член так напрягся сейчас, дрожа от желания почувствовать руку Дамиана на своей горящей плоти. Он хотел этого до смерти.
И тогда ладонь со звучным хлопком соприкоснулась с его ягодицами, и было больно и горячо, но Ник хотел еще. Он приподнял зад, чтобы встретить следующий удар и ощутил, как тепло цветком распускается внизу его спины. Дамиан резко шлепал его, покрывая каждый дюйм попы, пока та не заполыхала огнем и юноша не задохнулся от этого жара.
А потом рука снова принялась его гладить, ласкать, успокаивать, отгоняя жжение и оставляя лишь приятное тепло.
- Ты так прекрасен сейчас, с алеющей горячей кожей, склонившийся передо мной, готовый принять все, что я захочу тебе дать. – Дамиан отметил дрожь, прокатившуюся по телу Ника в ответ на эти слова. – Сейчас я принесу чего-нибудь остужающего, Ник. Не двигайся.
Он отошел к столу и выдвинул ящик, в поисках лубриканта, который купил на прошлой неделе в надежде, что тот может пригодиться. Выдавил немного на ладони и размазал по красным ягодицам.
- Ты просто сияешь, малыш. Мне нравится видеть тебя таким. Однажды я сфотографирую, что я с тобой делаю, и ты увидишь, насколько ты желанен сразу после порки.
Ник почувствовал, как жжение уходит, когда руки Дамиана втерли в него какую-то мазь. Он пискнул, когда ладони фотографа прошлись между его бедер, размазывая лубрикант по коже, и тыльные части рук задели яички.
Ладони прошлись там еще раз, и пальцы Дамиана погрузились глубже в его расщелину. Чувствуя себя неудобно, когда руки были так близко к его самому потаенному месту, Ник попытался сдвинуть ноги, забыв, что его лодыжки скованы распоркой.
Дамиан рассмеялся над этой бесплодной попыткой защититься.
- Ты в моей власти, Николас. И я буду трогать тебя именно там, где мне хочется, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить меня.
Ник задохнулся и запрокинул голову, когда палец Дамиана, скользнув по ложбинке между ягодиц, прошёлся по дырочке.
- Нет, пожалуста... не надо... трогать меня там, - взмолился он, хотя действие это было невероятно возбуждающим.
Другая рука Дамиана нашла затвердевший ствол юноши и нежно погладила его.
- Твой разум говорит нет, а твое тело говорит да, Николас. И я буду трогать тебя там, где мне хочется.
- Пожалуйста.... не надо, - попросил Ник.
- Не забывай: ты принадлежишь мне, и я буду прикасаться к свой собственности, как пожелаю. Каждая частичка тебя просто прекрасна, малыш. Ответь мне правду. Тебе нравится, когда я трогаю тебя здесь? – спросил Дамиан, массируя сморщенную кожу у ануса.
Ник вспомнил, что он должен говорить только правду. Он чувствовал, что это было слишком «гейским», но в то же время таким порочно-приятным.
- Мне... нравится, - признался он.
Дамиан увидел, как напряжение покинуло тело Ника, как только юноша высказал свое желание.
- Тогда я покажу тебе, как много удовольствия я могу тебе подарить. Как же красиво ты выглядишь, малыш, на коленях передо мной, открытый мне, когда твоя задница краснеет от ударов, нанесенных моей рукой, когда ты так жаждешь, чтобы я исследовал тебя.
Ник выгнул спину, подставляя зад под ладонь Дамиана. Палец, который только потирал дырочку, надавил на нее. Юноша резко втянул воздух и застонал, когда Дамиан медленно ввел палец внутрь.
- Жжется, - захныкал Николас.
- Это пройдет, малыш. Вот увидишь, - пообещал Дамиан хриплым голосом. – Ты делаешь это, чтобы доставить мне удовольствие, помнишь?
- Да...
Дамиан проник глубже, осторожно водя пальцем взад и вперед, с каждым движением продвигаясь всё дальше и дальше.
Ник дернулся, когда палец Дамиана задел что-то запрятанное глубоко внутри, что послало удивительно приятное ощущение прямо в член. Юноша чувствовал себя настолько возбужденным, что едва мог дышать. Сейчас палец Дамиана двигался легче внутри него, и Ник застонал, когда фотограф его убрал.
Ладонь похлопала его по спине.
- Тебе понравилось.
Два пальца вошли в него, и Ник подался назад, желая почувствовать себя наполненным, хоть и застонал от боли, когда узкое кольцо мускулов натянулось. Но он достаточно сильно хотел ощутить то прикосновение глубоко внутри для того, чтобы перетерпеть острую боль, чтобы заработать то удовольствие.
Дамиан осторожно проникал пальцами в дырочку Ника, поглаживая ее изнутри и время от времени поворачивая пальцы. Мальчик был раскаленным внутри, словно ад, и шелково гладким. И Дамиану безумно хотелось погрузить туда свой член, застолбить территорию, оставив там семя и пометив юношу как свою собственность.
Но он знал, что спешить нельзя. Он не будет трахать Ника сегодня. Скоро, но не сегодня. Вместо этого, он дотронулся до возбужденного ствола юноши и обнял его скользкими пальцами.
Ник застонал от слишком сильного удовольствия, он принялся раскачиваться, толкаясь в руку, обхватившую его ствол, и каждый раз, когда подавался назад, глубже насаживался на пальцы Дамиана. Казалось, Дамиан ласкает его член одновременно изнутри и снаружи. Он никогда не испытывал подобного наслаждения, и его экстаз наростал, и движения ускорялись.
Дамиан нагнулся и прошептал Нику на ухо:
- Кончи. Сейчас!
С хриплым вскриком Ник сильнее насадился на руку Дамиана, забрызгав кожаный диван белыми потеками, тело его дрожало от напряжения. Оргазм почти оглушил юношу, и он упал ничком, безжизненно уткнувшись в спинку дивана.
Дамиан улыбнулся и убрал пальцы. Он оставил коленопреклоненного Ника, вымыл руки и принес мокрое полотенце, начисто вытерев юношу. Фотограф снял повязку с глаз, юноша посмотрел на него затуманенными глазами и улыбнулся.
- Спасибо, сэр. Это было...
- Рад, что тебе понравилось, хотя ты думал, что не получишь удовольствия, - поддразнил его Дамиан.
- А как же вы, сэр? Что я могу сделать, чтобы доставить удовольствие вам? – с нетерпением спросил Ник.
Дамиан был доволен, что Ник уже был готов услужить ему. Фотограф помог Нику встать, помня, что распорка ограничивала движения молодого человека, и устроил его коленями на ковре.
Дамиан встал пред обнаженным юношей.
- Достань мой член.
Дрожащими пальцами Ник расстегнул его джинсы и немного сдвинул их вниз, чтобы член не соприкоснулся с зубцами молнии. Оказалось, что Дамиан тоже носит боксеры. Он посмотрел вверх, чтобы получить разрешение. Дамиан кивнул.
Ник вытащил член Дамиана и охнул. Он уже и забыл, насколько большим тот был. Он заметил, что головка уже сочилась смазкой, и, не задумываясь, наклонился и слизнул капельку языком. Она была соленой и горькой, и немного сладкой в конце. Он не был уверен, понравился ли ему этот вкус.
- Воспользуйся руками. Доведи меня до оргазма, - приказал Дамиан.
Ник лизнул ладони и с жаром принялся исследовать мужское достоинство в своих руках. Из интереса он разгладил надувшуюся вену, которая шла снизу, и взглянул вверх, услышав, как втянул воздух Дамиан. Окрыленный этим успехом, и чувствуя себя властителем мира, раз смог доставить удовольствие старшему мужчине, Ник усилил нажим, гадая, что будет, если он посмеет прикоснуться к мошонке Дамиана без прямого разрешения.
Он осознал, что стоя в такой позиции, у него нет достаточно удобного угла для выполнения задуманного. Тогда юноша наклонился и попробовал лизнуть головку члена.
Бедра Дамиана дернулись вперед, когда фотограф почувствовал теплое, влажное прикосновение языка. Он поглядел вниз на мальчика, завороженно смотрящего на твердый ствол перед собой.
Затем Ник закрыл глаза и вдохнул терпкий аромат мужчины, густые ресницы затрепетали над щеками. Дамиан пах возбуждением и мускусом. Он наклонился ближе и потерся щекой о гордо стоящую плоть в своих руках, смакуя ощущение твердого члена у своего лица. А потом открыл рот и втянул головку, медленно обводя языком по краю, изучая ее вкус и текстуру.
Дамиан едва не кончил в тот же момент, просто от одного вида своего члена во рту у Ника. Ему и в голову не могло прийти, что юноша был готов к такому, потому и не требовал этого, но опаляющий влажный жар и мягкие губы были настолько пленительны, что он не смог оттолкнуть Ника несмотря на то, что тот не стал следовать указаниям Дамиана.
Ник попытался взять в рот всю длину, но столкнулся с рвотным рефлексом, когда кончик уткнулся в заднюю стенку его горла. Он почувствовал, как пальцы Дамиана нежно вплелись в его волосы, осторожно потянули за кудри.
- Не торопись. Ты не обязан брать глубоко в горло в свой первый раз, малыш. Расслабся, притормози. Попробуй меня на вкус, пойми, каково это, держать во рту напряженный член.
Член Ника дернулся и начал наливаться снова. Юноша подумал, сможет ли он когда-нибудь находится в присутствии Дамиана и не испытывать мучительной эрекции. Даже просто звук его голоса отключал мозги и действовал прямо на пах. Ник больше не мог думать, он мог только ощущать мягкую кожу, покрывающую тугую плоть, так убедительно заполняющую его рот. Он неожиданно обнаружил, что ему нравится чувствовать вес члена Дамиана на своем языке, и ему захотелось большего.
Он благоговейно обвел языком вокруг головки, провел по краю, заметив, как в ответ выступила смазка. Ник привык к запаху капелек сочащихся из кончика, начал смаковать их соленый вкус. Он взял в ладонь основание члена Дамиана, другой рукой обхватил яички, перекатив их пальцами. Это был первый раз, когда он действительно прикасался к фотографу, и ему хотелось, чтобы мужчина снял одежду, чтобы он смог увидеть все тело Дамиана.
Подрагивание бедер перешло в ритмичные движения, Дамиан погружался в его рот со все увеличивающейся скоростью. Ник открыл губы шире, скользя языком вдоль ствола, когда тот погружался внутрь. Он почувствовал, как напряглись и подобрались яички в его руке, а ствол еще увеличился, он вытянул губы в отчаянной попытке не выпустить Дамиана.
- Я близко, - предупредил Дамиан сдавленным голосом. – Ты не обязан...
Ник замычал, и вибрация довела Дамиана до вершины. Мышцы его живота содрогнулись, он сильно толкнулся вперед, одна рука на затылке Ника, чтобы удержать юношу на месте, другая на его ухе. Ник проглотил, сомневаясь, нравится ли ему консистенция, но вот то, что он смог заставить Дамиана кончить так бурно, привело его в восторг.
Дамиан замер, и Ник почувствовал последнюю конвульсию, прежде чем тело мужчины расслабилось. Через мгновение фотограф осторожно отодвинулся и приказал:
- Оближи меня начисто, малыш.
Ник послушно принялся вылизывать член, почтительно держа обмягший орган в руках.
Дамиан сделал шаг назад, и Нику показалось, он потерял что-то важное, когда контакт между ними прервался. Фотограф привёл себя в порядок, застегнул молнию на джинсах, не спуская глаз с юноши, который с надеждой смотрел на него.
- Спасибо, малыш. Это было очень... мило.
Дамиан вздохнул. Более, чем мило. Было высочашим наслаждением ощущать свой член во рту Ника, особенно зная, что он был первым, кто туда проник. Дамиан нашел ключ и освободил лодыжки юноши из распорки.
- Иди сюда.
Ноги Ника онемели от долго стояния на коленях. Покачиваясь, он встал и доковылял до Дамиана, который засмеялся и, схватив за руку, развернул юношу к себе задом. Его рука погладила ягодицы Ника.
- Все еще теплая и розовая. Сессия окончена. Иди одевайся.
Неожиданно почувствовав холод, теперь, когда его член опал, Ник принялся натягивать одежду, стоя спиной к фотографу. Закончив, он молча выпрямился, ожидая, когда его отпустят.
Дамиан уселся на свой большой кожаный стул и развел руки:
- Иди сюда, посиди со мной, Ник.
Ник ринулся к нему, с благодарностью ощутив, как сильные руки смыкаются вокруг него и тянут вниз на колени к Дамиану. Мужчина притянул его голову к своему плечу и выключил настольную лампу, так что теперь лишь свет из холла освещал комнату.
- Тебе понравилось?
- Да, очень сильно, - почти неслышно выдохнул Ник. Он засомневался, куда бы ему деть руки, но решил рискнуть и обнял торс Дамиана, завороженный движением сильных мышц под своими ладонями. Было так спокойно сидеть в темноте, где его наконец-то никто не видел.
- Тебя не испугало, что я завязал тебе глаза?
- Не слишком. Особенно, когда я понял, зачем вы это сделали, - ответил Ник.
- И зачем я это сделал?
- Чтобы я чувствовал, а не думал, - сказал юноша. И потом признался: - И еще это очень возбуждало, что я не знал, что будет дальше.
Дамиан фырнул, движение его груди еще больше раслабило Ника.
- Тебе понравилось, когда я трахал тебя пальцами?
- Вот что это было. Я не думал, что мне понравится, но было здорово, - честно ответил Ник. Он начал понимать, зачем Дамиан задает все эти вопросы. – Очень приятно.
- А порка? Я отшлепал тебя сильнее, чем в первый раз, и дольше, но мне показалось, тебе понравилось.
Ник уткнулся носом в основание шеи фотографа.
- Да, - донесся приглушенный ответ.
- Тут нечего смущаться, Ник, - сказал Дамиан, гладя его спину. – Сегодня днем, тебя что-то расстроило. Что именно?
- Что Марки снял зажим при всех... нет, не это, а моя реакция. Я едва не кончил. Я не хотел, чтобы все знали, насколько мне это понравилось, - сказал Ник, с трудом облекая мысли в слова. – Эшли ведь не знает... не знает, что вы меня шлепаете?
- Он знает, что что-то происходит между нами, но не знает деталей, - ответил Дамиан, гадая, какой ответ был бы правильным. Ник задрожал в его руках.
- Откуда? Откуда он знает? – испуганно прошептал юноша.
- Детка, - Дамиан поднял подбородок Ника пальцами, - Эшли в теме. И он знает, что я в теме, и что я дом. Ни при каких обстоятельствах я не позволю мальчику вроде тебя быть сверху, отсюда он делает вывод, что ты снизу. Он не знает точно, чем мы занимаемся, но он спрашивал меня, объявлю ли я тебя своим. Он боится, что ты можешь обратиться к кому-то другому, и тебе причинят боль.
Информации было слишком много, чтобы Ник смог всю ее усвоить, так что он сосредоточился на главном:
- И вы... вы объявите меня своим?
- Уже это сделал. Каждый раз, когда мы устраиваем сессию, ты принадлежишь мне и делаешь, как я велю, - сказал Дамиан тем хриплым тягучим тоном, который преследовал Ника во сне.
Он почувствовал некоторое огорчение от того, что Дамиан делает его своим только на время сессий, но он сам не был еще уверен, что хочет большего. Хотел ли он принадлежать Дамиану все время? И что это будет значить, если так будет всю его оставшуюся жизнь?
Инстинкты Дамиана подсказывали, что что-то происходит в гудящей голове юноши, но он только обнимал Ника и гладил по спине.
- Что еще вы будете делать со мной? – стесняясь, спросил Ник.
- Если я скажу, я не смогу тебя удивить, так ведь? – засмеялся Дамиан.
- То что мы делаем, это... как геи?
Дамиан нахмурился.
- Тебя это смущает? Я дарю тебе удовольствие, ты даришь удовольствие мне. Хотел бы ты, чтобы женщина делала это с тобой?
- Нет, ох, нет! – искренне воскликнул Ник, его передернуло от мысли, что та симпатичная женщина, которая играла на съемках доминатрикс стала бы... что-нибудь делать с ним. – Я просто спросил...
- Тебя пугает подозрение, что ты гей?
Ник кивнул, а потом покачал головой.
- Да. Нет. Не знаю.
- Если тебе нравятся и женщины, то ты, скорее всего, би. Я – гей, - сказал Дамиан. – Мне хочется трахать только таких красивых мальчиков, как ты, - добавил он, прижимая Ника к себе. Ник напрягся в его руках.
- Вы собираетесь трахнуть меня? Вы никогда не поместитесь! – воскликнул он с ужасом.
Дамиан столкнул юношу с колен и указал на пол. Ник неуклюже встал на колени, скрещивая запястья сзади. Он ведь не рассердил Дамиана? Мысль, что он может потерять все, когда только начал открывать эту часть себя, испугала его.
- Я буду делать с тобой все, что мне заблагорассудится. Я не обязан обсуждать это. Я решаю, что доставит мне удовольствие, а ты это выполняешь. Понятно?
Ник кивнул, судорожно сглотнув.
- Ты подчинишься мне?
- Да, сэр, - донесся тихий ответ.
- Я пугаю тебя, Николас?
- Да, сэр.
- Отлично. – Дамиан расслабился, с удовольствием рассматривая изысканно-подчиненную позу тела, склонившегося перед ним. – Ты доверяешь мне?
Ответ вырвался изо рта, до того как Ник успел подумать, удивив даже его самого:
- Да, сэр.
Дамиан встал и потянулся, зевая.
- Мы снимаем в субботу. Я знаю, тебе нужно дописать реферат. Придешь если сможешь кончить? – Он усмехнулся двойному смыслу.
- Приду, сэр, - сказал Ник голосом полным надежды.
- Будь в девять. И не опаздывай. Ладно. Теперь домой и хорошенько выспись.
Ник встал. Голова у него шла кругом.
В метро ему пришлось стоять, скрестив ноги и крепко держась за поручень, своевольный член никак не хотел слушаться. Было слишком много всего, о чем следовало бы подумать. Эшли беспокоился, что ему сделают больно, хотя они как раз занимались вещами, от которых было больно. Он сосал мужской член. В первый раз. Стоя на коленях. Его отшлепали и засунули пальцы в анус. Дамиан трахал его пальцами и в это же время дрочил ему. На него надели ошейник, пусть и не надолго. И прицепили зажимы к соскам.
И Дамиан собирался его трахнуть! И он согласился! Что с ним происходит? И только в одном он был уверен: никогда в своей жизни он не был возбужден и удовлетворен больше, чем сейчас, когда вручил себя этому мужчине.
Интересно, что будет в субботу?
Страницы:
1 2
Вам понравилось? +63

Рекомендуем:

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

5 комментариев

+ -
0
Topkin Офлайн 3 января 2013 12:20
Никогда не думала, что тема БДСМ, описанная в этом расказе сможет мне понравится. Очень волующе и чувственно написано. Спасибо за отличный перевод.
+ -
0
Маша Маркова Офлайн 4 января 2013 16:54
Тоже не думала, что мне понравится. Вначале читала через строчку, а потом зацепило, что-то в этом произведении есть такое, что не оставляет равнодушным. Наверное потому . что не просто описываются сексуальные сцены, а показаны чувства главных героев, а БДСМ как целая философия отношений.
+ -
0
приятная Офлайн 26 января 2013 12:18
Спасибо автору и переводчику! :winked: Полностью согласна с предыдущими комментариями. Понравилось не смотря на специфику БДСМ. Только окончание истории слишком оборвано. Повествование кончается как бы на середине. :feel:
+ -
-1
DovLez Офлайн 27 февраля 2013 14:14
"- Встань коленями на диван для меня, малыш. Руки за спину. – Он помог Нику встать коленками на подушку и наклонил так, чтобы руками тот упёрся в спинку дивана."
Руки за спиной и в то же время он должен упереться в спинку дивана, что-то не так. И в конце этой 6-ой главы Ника назвали Эшли.
+ -
0
Still M.E. Офлайн 8 марта 2013 13:50
А мне понравилась пресловутая "специфика БДСМ", я в восторге!
Наверх