Геннадий Нейман

Убить Малфоя

Аннотация
Один из лучших слэш-романов фан-дома Поттерианы.
Первая часть.






   Глава 1



    Драко никогда не предполагал, что будет ощущать себя в родном доме, как в тюрьме.

    Нет, ему повезло в чем-то, настоящей камеры и настоящей тюрьмы ему пока попробовать не довелось. Но домашний арест, на его взгляд, был ничем не лучше. Авроры в родовом поместье, запрет на магию, и полное – абсолютное – одиночество.

    Он скрывался после войны почти три года. Иногда успешно, иногда уходя от облав в последний момент. Один раз он успел вылезти на крышу и аппарировать за несколько секунд до того, как в его комнатушку в захудалой провинциальной гостинице ввалились авроры Министерства, которых навел пронырливый портье, опознавший в высоком, на ходу засыпающем парне, одного из Пожирателей. Впрочем, Драко тогда был виноват сам – элементарно забыл наложить чары на чертову татуировку. Слишком устал. Слишком был вымотан погоней, уже неделю висевшей у него на хвосте. Мотели, фермы, пансионы – сплошной поток лиц, в каждом из которых ему чудился аврор или агент Министерства. Он пытался спрятаться даже среди магглов, но в аврорате тоже были не лыком шиты, а уходить из мест, где практически невозможно было применить магию, оказалось еще тяжелее.

    Если бы Драко знал, что аврорам его сдадут свои же…Ему следовало заподозрить неладное еще тогда, когда Бэддок предложил отлежаться у него. Драко так долго не спал в нормальной постели, не ел нормальной еды, не смывал грязь под нормальным горячим душем. Он привык за три года никому не верить, но Малькольм был свой, слизеринец, и Драко расслабился. Кто ж знал, что Бэддоки купили свое право на свободу такой ценой.

    Его взяли, что называется, тепленьким, рано утром, в той самой – нормальной – постели. Он спал, как убитый, и его обострившееся за эти годы чувство опасности спало вместе с ним. Впрочем, Драко не сомневался, что Малькольм приложил к этому руку – сонное зелье или еще какая-нибудь хрень. Такая же подлая и неопределяемая.

    В Азкабан его не отправили. Допросили, швырнули палочку в зачарованный сейф аврорского отделения и препроводили в Малфой Мэнор под домашний арест. До лучших времен. Впрочем, в последнее время Драко сомневался, что лучшие времена когда-нибудь настанут.
    Малфой Мэнор был пуст. Родители скрывались где-то на Континенте, Драко давно уже потерял с ними связь. В поместе царили запустение и разор. Защитные заклятия были взломаны и сняты, большинство пристроек и хозяйственных флигелей либо сгорело, либо было разрушено. На счета Малфоев арест наложили еще в самом начале войны, так что рассчитывать на что-то, отдаленно напоминающее довоенную жизнь, Драко не мог. Скудного пособия Министерства едва хватало на то, чтобы не сдохнуть с голода. Но это было не самое худшее. Голодать сутками он привык за время своего нелегального существования. Самым худшим оказалось то, что его, Драко Малфоя, сторожили. И не кто-нибудь, а те, кого видеть в своем родовом гнезде для потомственного аристократа было хуже смерти. Особый отряд Департамента Правопорядка. Магглокровки. И командовал этой нечистокровной бандой, нагло расположившейся в Малфой Мэнор, не кто иной, как Рон Уизли. Чертов рыжий Уизли, дослужившийся до сержанта, беспардонно закидывающий ноги в тяжелых грязных ботинках на обеденный стол, демонстрируя свое пренебрежение к Драко и всем условностям на свете.

    Драко с силой провел ладонями по лицу и еще раз взглянул в зеркало. "Хреново выглядишь, Пожиратель, - сказал он сам себе. – Ни тебе лоска, ни аристократической бледности. Зеленая от недоедания и злости морда, сумасшедшие глаза и откровенное желание голыми руками передушить всю эту аврорскую свору. Нервишки бы тебе подлечить, Драко Малфой, да только здесь никому нет дела до твоих психозов. Так что сжимай зубы покрепче, одевайся и спускайся вниз, если не хочешь до вечера сидеть на воде и черствых пряниках, о которые бы даже Хогвартский лесничий свои челюсти сломал”.

    Выбор гардероба был скуден. Довоенная одежда была Драко мала – он прибавил в росте и раздался в кости, а трехлетняя жизнь в бегах скрутила мышцы в узловатые канаты. Меньше всего наследник Малфой Мэнор хотел выглядеть смешным в школьных брючках и ветхих батистовых рубашечках с оборками. Вернувшись в поместье под арест, он велел эльфам в первую очередь сжечь все это барахло, основательно потраченное молью. Оставалось либо то, с чем его взяли два месяца назад, либо отцовская одежда, тоже далеко не новая. Впрочем, до отцовской стати он все равно еще не дорос, а подтягивать спадающие брюки при Уизли…
    Драко вздохнул и потянул к себе серый домашний свитер Люциуса из грубой овечьей шерсти и свои джинсы. Рукава у свитера можно подвернуть, не проблема. К тому же он достаточно длинный, чтобы скрыть от посторонних глах основательно протертые на заднице штаны с разлохмаченными карманами. Эльфы, конечно, мастера на все руки, но справиться с расползающейся одеждой они тоже не в состоянии. Хочешь не хочешь, а придется в следующем месяце каким-то образом выкраивать деньги на новую.

    Драко провел расческой по волосам. Ау, где ты, модная прическа? Честное слово, форменная стрижка авроров выглядит приличнее этого отросшего до плеч кошмара. И в хвост не собрать толком, и не уложить по-человечески. Как там звали этих…во времена молодости отца? Хиппи, да. Драко тряхнул головой – а провались оно все пропадом. Чистые? Чистые. Ну и пес с ними. Нашел перед кем комплексовать – перед Уизли. Зато если он сейчас же не пойдет в столовую – то точно останется голодным.

    К Уизли прибыли гости. Кто-то сидел, развалившись в любимом отцовском кресле с банкой пива в руке. Из-за высокой спинки была видна только макушка, да рука небрежно свисала с подлокотника. "Ноги, небось, опять на ломберном столике, - злобно подумал Драко. – Быдло, кол им всем в глотку, никакого понятия о приличиях”.
    Приятели навещали Уизли нередко. Как правило, заканчивались такие "гости” попойкой с громкими песнями, перебитой посудой и поломанной мебелью. Сначала Драко еще лелеял надежду воспользоваться этими пьянками. Потом понял, что в любой ситуации двое авроров из шести были трезвы и настороже.

    - А вот и наш гостеприимный хозяин, - Уизли насмешливо ткнул в сторону Драко банкой пива, выплеснув часть содержимого на ковер. – Малфой, иди сюда. Выпить хочешь?

    Драко на подобные "приглашения” не реагировал. Во-первых, он не пил пива. Во-вторых, он не пил с утра, разве что в крайних случаях. В-третьих, он не пил с Уизли и не собирался этого делать никогда вообще. В-четвертых, он банально хотел есть, хотя бы осточертевший уже омлет с крохотной чашкой кофе.

    Гость Уизли приподнялся с кресла, поворачиваясь к Драко, и у молодого хозяина Малфой Мэнор немедленно отшибло все желание завтракать. "Мать твою, - мелькнуло в голове. – Ну за что мне такое наказание, а? Уизли мне было мало?”
    - Малфой. Какая неожиданная встреча, - Гарри Поттер разглядывал своего старинного недруга с насмешливо-снисходительным видом.
    - Можно подумать, Поттер, ты рассчитывал здесь встретить кого-то другого, - Драко неожиданно болезненно осознал свой необратимо затрапезный вид и полную зависимость от присутствующих.
    - Да нет, - Поттер усмехнулся. – Знал, куда еду.
    - Тогда не разыгрывай из себя девственницу, обнаружившую инкуба в своей спальне, - огрызнулся Малфой.
    - Смотри-ка, - удивился Гарри. – Не разучился отбрехиваться. А я думал, тебе зубы-то давно пообломали. Вместе с фамильной гордостью.
    - Собаки брешут, - зло ответил Драко. – А мою фамильную гордость у вас руки коротки обломать.
    - Ой ли? – аврор прищурился. – Не буди лихо, пока спит тихо, Малфой.

    "Остановись, - приказал Драко сам себе. – На их стороне сила. А у тебя ни палочки, ни защитной магии в доме. И Снейп с того света не появится, чтобы шугануть распоясавшихся гриффиндорцев. Они могут делать все-что-угодно. Они победители. А ты под домашним арестом. И еще неизвестно, чем для тебя этот арест закончится.”

    - Молчишь? – Гарри опять усмехнулся. – Правильно делаешь, Малфой. Я даже знаю, о чем ты думаешь. Ты до смерти боишься нас разозлить, потому что знаешь, чем это для тебя чревато, Пожиратель. Покажи-ка белы рученьки, давно я Смертного Знака не видел.
    - Что, виноватых всех отловили – теперь за невиновных взялись? – Драко вскинул голову.
    - Невиновных не трогаем, - процедил сквозь зубы Поттер, в два неуловимых шага оказываясь рядом и перехватывая кисть бывшего слизеринца профессионально-быстрым движением. – Только ты в их число не входишь, Малфой.

    Метка на прозрачно-белой коже выглядела уродливым грязным пятном. Драко ненавидел этот знак, не только испоганивший его руку, но и сломавший жизнь. Нет, он никогда не жалел о своем выборе – совершенно добровольном – но при виде этого тавра Хозяина ощущал себя заклейменным животным. Насколько все было бы проще, не будь у Лорда пристрастия к дешевым эффектам.

    - Насмотрелся, потешил самолюбие? – Драко встряхнул рукой, опуская рукав свитера. – Теперь я могу спокойно позавтракать?
    - Завтрак аристократа, - Гарри кинул насмешливый взгляд на стол, где давным-давно простывший омлет осел на тарелке грязно-желтой лепешкой. – Приятного аппетита, Малфой.
    - И похуже едали, - невозмутимо ответил Драко, отодвигая стул, садясь и беря в руки приборы. – Тебе никогда не понять, Поттер, что дело не в еде, а во внутреннем состоянии. И с фарфоровой тарелки можно есть по-свински.

    Он не ожидал, что молчавший до этой минуты Уизли рывком сдернет скатерть со стола вместе со всем, что на нем стояло. Прилетевший на звон битой посуды эльф замер, в испуге переводя взгляд с хозяина на грязный пол.

    - Убери это, Тедди, - устало сказал Драко. – И принеси мне кофе, если еще остался.
    - Да, хозяин, - пропищал эльф.

    Сцепив пальцы, Драко положил кисти рук на стол и застыл, глядя в окно. На кусты жимолости в парке медленно летели с небес белые хлопья. "Скоро Рождество, - безразлично подумал Драко. – Еще один год позади. И очень может быть, что это мое последнее Рождество. Висит на мне немало. В самом лучшем случае я получу Азкабан пожизненно. В худшем…Проклятые Бэддоки. И ведь я нашел канал в Европу. Можно было уходить, просто сил на трансконтинентальный рывок не осталось. Последние полгода впроголодь и сон урывками. Мне нужны были только сутки, сутки нормального отдыха и один хороший сытный обед. Проклятые Бэддоки…”

    Он не замечал, что две пары внимательных глаз рассматривают его слишком пристально. А если бы заметил, то, вероятно, испугался бы. Но Драко не испытывал никакого желания оценивать и анализировать поступки своего тюремщика и его друга. Психология никогда его не увлекала, в отличие от того же зельеварения. Кроме того, как бы ни изменила война его вечных соперников, он подсознательно никогда не отказывал им в определенном благородстве к поверженным врагам. Слизеринцы могли пнуть упавшего. Гриффиндорцы протягивали руку и помогали встать с земли. Драко никогда не обольщался в том, как именно к нему относится знаменитое хогвартское трио. Грязнокровка его презирала, Уизли ненавидел, Поттер….Поттер воспринимал Драко Малфоя, как неприятное приложение к Хогвартс и не более того. В общем-то, Драко никогда и не стремился стать для Поттера чем-то еще. Он отдавал себе отчет в том, что гриффиндорский герой сильнее, и он, Драко Малфой, никогда не выйдет из прямой схватки победителем. В словесных дуэлях и в учебе Поттер проигрывал ему с разгромным счетом, но когда дело доходило до кулаков или боевой магии…Разумеется, опыта за прошедшие годы Драко набрался. Опыта достаточно опасного для возможных противников. Но Малфой был реалистом и не сомневался, что такого опыта хватает и у Поттера с Уизли. Кроме того, у них была магия, а у него – только возможность в определенной степени командовать домашними эльфами. Например, распорядиться приготовить обед или подлатать одежду. Велеть им украсть палочки у авроров или удавить их во сне Драко не мог. Хотя иногда очень хотелось. Как сегодня, когда по милости рыжего сержанта Уизли он остался голодным.

    У кисти левой руки еле слышно звякнула о блюдце чашека с кофе. Эльф исчез, осторожно погладив хозяина по тонкому запястью.
    "Дожил, - отстраненно подумал Драко. – Отцовские эльфы меня жалеют. Впрочем, я никогда не был с ними груб.”

    - Слушай, Малфой, - голос Рона Уизли вывел Драко из задумчивости. – Про тебя в Хогвартс куча сплетен ходила. Это правда?
    - Что именно? – Малфой поднес к губам чашку, наслаждаясь пряным горьковатым ароматом.
    - Что ты со Снейпом спишь и вообще мужиков предпочитаешь, - Рон фыркнул, как скаковая лошадь перед забегом.

    Кофе неожиданно показался Драко слишком горьким и слишком горячим. Он поставил чашку на место и в упор посмотрел на своих тюремщиков. На их лицах было написано неприкрытое любопытство. Сказать им правду Драко не мог, а отрицать то, что было прекрасно известно всему Слизерину и время от времени просачивалось за стены родных подземелий…Оставалось подбирать относительно уклончивые фразы, чтобы Уизли и Поттер так и оставались в неведении. Чем дальше, тем лучше.

    - Тебя так волнует моя интимная жизнь, Уизли? Или просто рука бойца дрочить устала, нужна тема для фантазий? В Лондоне хватает борделей, устрой себе выходной и оттягивайся до мозолей.
    - Ты не ответил, Малфой, - Поттер запустил пустой банкой из-под пива в камин и достал из сумки следующую.
    - А я обязан отвечать? – Драко пожал плечами. – Я хоть и под арестом, но не на допросе.
    - А это можно устроить, Малфой, - Рон уселся на стол и покрутил в руках палочку. – Я имею в виду допрос. И даже без веритасерума. С банальным круцио.
    - Непростительные к арестованному, да еще и без повода? – Драко очень надеялся, что его голос звучит насмешливо. – Я не поверю, что ты так окосел с двух банок пива, Уизли, что не учитываешь последствия.
    - Какие последствия, Малфой, - Поттер рассмеялся. – Семеро свидетелей твоей попытки бегства из-под ареста. Включая меня. Нас под веритасерумом допрашивать не будут. А ты огребешь обливиате и все равно ничего не сможешь вспомнить. Ну так что?
    - Я никогда не спал с профессором Снейпом, - это была чистая правда, Драко не спал со своим деканом, хотя честно пытался его соблазнить еще на пятом курсе. Но Северус Снейп был железобетонным натуралом.
    Допив кофе одним глотком, обжегшим гортань, Малфой встал из-за стола, негромко приказал:
    - Тедди, прибери, - и, повернувшись к аврорам спиной, пошел по лестнице на второй этаж, до боли сжав зубы.
    "Спокойно, Драко. Они не посмеют. Так что спину прямо, голову повыше. В спальню? Нет, к чертям. В библиотеку”.

    - Видал? Нет, ну ты видал? – Рон поболтал в руке банку и, запрокинув голову, высосал остатки пива. – Ему в зените вместо солнышка Поцелуй маячит, а у этой дряни гонора столько, как будто он до сих пор хозяин жизни.
    - Он боится, - задумчиво ответил Гарри, опускаясь назад в кресло. – До смерти боится. Ты не почувствовал?
    - Чего это он - и вдруг боится?
    - Не знаю, Рон, - Гарри дернул за кольцо очередную банку. – Меня, тебя, будущего, неизвестности. Запусти ему в спальню боггарта и проверь – чего именно. Если тебе так уж любопытно.
    - Мне – не любопытно. Я жду не дождусь, когда его выдернут на суд, - Рон нахохлился. – Осточертело мне этого хорька каждый день разглядывать. Сажали бы в Азкабан сразу.
    - На суд…- Гарри покрутил в руках банку. – Здесь не менее надежно, чем в Азкабане. Может быть, даже более, потому что никто не знает, что он тут. Кроме руководства, разумеется. Ты его досье видел? А я видел. Мне перед приездом сюда почитать дали.
    - Ну ты ж у нас спецагент.
    - Лучше бы я был простым аврором, Рон, - Гарри устало прикрыл глаза. – Последние три месяца войны Малфой такое творил….черти бы в аду позавидовали. И ни одного свидетеля. Он свидетелей не оставлял в живых, понимаешь? В рейды ходил только в одиночку. Все, что мы знали тогда – знали от взятых в плен Пожирателей. Нотт кое-что порассказал, МакНейр. Но и того с лихвой хватило. Если бы при захвате не полный дом народа – лежал бы Малфой сейчас в министерском морге с биркой на ноге. Зааваженый при попытке сопротивления. На переходе или у портала точно бы положили, а так… Когда его с веритасерумом допрашивали, то такие подробности всплыли, что за один раз протокол не прочитаешь – блевать тянет. Ближний круг, особо натасканные на убийство. А Малфой еще и некромант, наследственный. Он целые кладбища поднимал так, что к утру в деревнях живых не оставалось. Трупы да скелеты. И всегда успевал уйти до подхода авроров.
    - Так надо было после допроса грохнуть.
    - Рон, ну какое там грохнуть. Все газеты раструбили, что Драко Малфоя взяли. Не бывает у нас без утечек информации, а тут такое. Думай головой, что говоришь.
    Рон Уизли задумчиво почесал рыжий затылок.
    - Ну и чего тогда не судят, если все документы есть.
    - Не судят, - Гарри опять покопался в сумке, но пиво закончилось. – Понимаешь, он Малфой.
    - И что? Дементоры Малфоев не целуют, их тошнит?
    - Не в том дело. Он в родстве чуть ли не со всеми чистомагическими семьями Британии. И не только Британии, но и по ту сторону Ла-Манша. Чуть ли не самый древний магический род страны. На суде всякое может всплыть, а Малфой молчать не станет. Ему терять нечего. В общем, судить его не будут, Рон. Ни при каких условиях. Слишком многие в Министерстве имеют основания такого суда опасаться.
    - Так что? – Рон подхватил пустую банку и с силой швырнул ее в стену. – Пусть этот душегуб живет, так что ли?
    - Нет, - Гарри тяжело вздохнул. – Он должен умереть.
    - Очень интересно. И каким же образом?
    - Каким угодно. Повеситься в сортире, вены вскрыть, с крыши кинуться. Но, Рон, добровольно, понимаешь? И желательно с предсмертной запиской – мол, раскаиваюсь, осознал, не могу жить с таким тяжким грузом на совести…Ну и все в таком роде. С сывороткой правды здесь никого допрашивать не будут, но все заклятия отследят независимые международные эксперты, чтобы аврорат и Министерство нельзя было ни в чем обвинить. Чтобы гарантированно – он это сделал сам безо всяких империо. Чистый суицид.
    - Ничего себе, - сержант Уизли ошарашенно посмотрел на друга. – То есть мы должны довести Малфоя до самоубийства?
    - Да, Рон, именно поэтому я здесь, и, видимо, надолго, нервы у гада железные, - Гарри порылся в карманах мантии и достал сложенную газету. – А для начала – попроси кого-нибудь отнести Малфою вот это. Впрочем, можно и тут на стол кинуть. За обедом прочитает, не удержится.
    - Это что? – Рон развернул газетный лист.

    Всю страницу занимала большая колдография – черная машина с размаху врезалась в гранитный парапет и, несколько раз перевернувшись в воздухе, падала на крышу. Заголовок был написан на совершенно непонятном Рону языке.

    - Это "Магический Рим” за вчерашнее число. А если тебя интересует статья…Позавчера вечером на Капри в автомобильной катастрофе погибли Люциус и Нарцисса Малфой. Смерть наступила мгновенно, тела опознаны и отправлены в местный морг.
    - Фальшивка? – Рон вскинул на Гарри глаза.
    - Нет. Чистая правда. Спецгруппа сработала чисто – никаких подозрений. Так что пусть Малфой привыкает к мысли, что он теперь сирота.



    В библиотеке пахло пылью и застоявшейся магией. Драко подошел к окну, отдернул тяжелую штору и ударом ладони распахнул фрамугу. В комнату ворвался морозный чистый воздух. Малфой достал из кармана пачку сигарет, уселся на подоконник, щелкнул зажигалкой, прикрывая огонек от ветра, глубоко затянулся.

    "Бросать надо, - подумал он. – Денег на курево уходит просто прорва. А их и так кот наплакал. Хотя с другой стороны, не все ли равно. Долго мне здесь рассиживаться не дадут. Чует мое сердце – не зря к рыжему Поттер приехал. Не просто так. Для дружеских встреч они могли бы и другое место выбрать, не Малфой Мэнор. В "Дырявом котле” вспоминать школьные годы много уютнее.”

    В груди привычно заскреблось. Что-что, а инстинктивное чувство опасности Драко никогда не подводило. Точнее, подвело только один раз, именно тогда….Малфой тряхнул головой, пытаясь справиться с подступившей паникой.

    В первые дни, когда он, отупевший от допросов и совершенно потерянный, бродил по родному дому, ему все казалось, что вот еще немного – и в имении проснется древняя магия. Сгребет за шиворот авроров, вышвырнет их за пределы поместья, прикроет хозяина от возможных нападений. Но дом был мертв. Неподвижно застыли портреты на стенах, и любимый южный сад Нарциссы Малфой, не защищенный больше согревающими заклятиями, лежал за окном черными гнилыми обломками, которые медленно укрывал сейчас снег.

    Дверь в библиотеку открылась, но Малфой не повернул головы к вошедшему. Он давно не обращал внимания на авроров, которые могли войти без стука куда угодно – хоть к нему в спальню, хоть в ванную комнату. Право у них было такое – контролировать своего подопечного в любое время суток и в любом месте. Сначала это Драко бесило, потом он привык и обращал на охранников не больше внимания, чем на предметы обстановки.

    Гарри разглядывал Малфоя со странным чувством. Они не виделись пять с лишним лет – с момента выпуска из Хогвартс. В его воспоминаниях Драко так и оставался изящным избалованным юношей со смазливой физиономией. Однако молодого мужчину, сидящего на окне, нельзя было назвать ни изящным, ни смазливым. Свободный длинный свитер скрывал фигуру, но по движениям Малфоя, по тому, какой обманчиво-расслабленной была его поза, по ощутимому, жестко сдерживаемому напряжению было понятно, что мешковатая одежда прячет под собой сильное гибкое тело. Да и в лице от прежнего Драко сохранилась только мимика. Заострившийся профиль, тени в провалах худых щек, плотно сжатые, неулыбчивые губы, постоянно прищуренные глаза, в которых невозможно было увидеть отражение каких-либо эмоций – Малфой больше всего напоминал сейчас хищную птицу.

    Гарри знал, что они все изменились за это время. Война меняла как внутреннюю суть, так и внешность. Но за всеми переменами Гарри никогда не терял тех, кого продолжал считать своими друзьями. И в сержанте Уизли, безжалостно гонявшем на плацу своих солдат, он видел все того же круглоглазого рыжего Рона. А в строгом, сосредоточенном военном колдомедике Грейнджер – вечно встрепанную Гермиону.

    Подойдя к подоконнику, где расположился Малфой, Гарри кинул ему на колени газету. Он решил отнести ее Драко сам из чистой лихости – надо было посмотреть, как тот отреагирует на известие.
    Малфой скользнул глазами по фотографии, потом по заголовку и передовице. Затем снова – по фотографии. Рука, до этого момента спокойно лежавшая на колене, вдруг с силой сжала сигаретную пачку, сминая ее в бесформенный ком так, что сквозь пальцы посыпались табачные крошки. Медленно, очень медленно Малфой спустил ноги с подоконника и встал напротив Гарри:
    - Уйди отсюда, Поттер.
    "Ого, - подумал Гарри, - Вот это ярость. Такому бешенству в глазах и Волдеморт бы позавидовал. Не так уж здорово Малфой себя контролирует”.
    - Я имею право находиться там, где хочу. Здесь тебе не личная собственность, и ты в имении не хозяин. Ты арестант, Малфой.
    - Даже в Азкабане заключенные имеют право на уединение, - негромко сказал Драко, и рука его обхватила узкое горлышко напольной вазы. – Убирайся отсюда. Вон!

    Справедливо полагая, что увиденного и услышанного более, чем достаточно, Гарри быстро шагнул за дверь и закрыл ее. В то же мгновение в дубовую створку изнутри что-то мощно ударило и рассыпалось на множество осколков.
    Гарри спустился по лестнице в обеденный зал и сел в кресло.

    - Это что было? – с любопытством поинтересовался Рон.
    - По-моему, ваза, - Гарри пожал плечами. – И если бы я не поторопился, она разбилась бы о мою голову.
    - Силен Малфой, - Рон округлил глаза. – Видел я эту вазу в библиотеке. Неподъемная такая штуковина в половину меня высотой.
    - Вот именно. И швырнул он в меня ее одной рукой.

    "Вот и все. Вот и все, - мысль назойливо билась в висках Драко, тупо смотрящего на дверь, о которую он только что грохнул старинную вазу, купленную отцом за бешеные деньги на каком-то маггловском аукционе. – Вот и все.”
    И вслед за этой, первой мыслью, пришла вторая – "Я следующий на очереди. Они их убили, и теперь я – следующий. Этот дом станет моей могилой.”

    Драко ни минуты не сомневался, что отца и мать убили. Люциус Малфой обладал множеством талантов. В том числе – умением прекрасно пользоваться маггловской техникой. А уж машины он водил как заправский автогонщик. Он должен был выключиться прямо за рулем, чтобы вылететь с трассы на такой огромной скорости. Или в машине должно было что-то отказать, например, тормоза и рулевая колонка сразу. Что было очень сомнительно, зная способности отца в защитной магии. Значит, их убили, обставив дело как автокатастрофу. И он, Драко Малфой, никогда не узнает, как это было сделано.

    Драко сполз по стене на пол и позвал внезапно охрипшим голосом:
    - Тедди.
    Эльф немедленно материализовался рядом:
    - Слушаю, хозяин.
    - Принеси мне выпить. Виски, бренди, коньяк какой-нибудь. Что угодно, но крепкое. Немедленно.
    Домовик замялся:
    - Хозяин…
    - Я знаю, что неположено. Принеси.
    Эльф горестно возвел глаза к потолку:
    - Я не могу. Мне запрещено.
    - Хорошо, - на Драко наваливалась одуряющая усталость, но он нашел в себе силы встать. – Я сам их…попрошу.

    Гарри поднял голову. Малфой шел вниз неохотно, словно против воли. Не доходя нескольких ступеней до конца, он остановился:
    - Уизли, - и тут же поправился. – Сержант Уизли.
    - Да, Малфой, - Рон развалился в кресле, всем своим видом показывая, что арестант отвлекает его от очень важных дел. – Я слушаю, говори.
    - Я прошу разрешить домовому эльфу принести в библиотеку виски.
    - Напиться хочешь, Малфой? – Рон задумчиво покачал ногой.
    - Хочу, - интонации не изменились, но Поттер мог поклясться, что это слово было сказано сквозь зубы.

    "У него было какое-то прозвище среди Пожирателей, - неожиданно подумал Гарри, - Я читал в досье, что-то мерзкое. Дракула? Вервольф? Берсерк? Не могу вспомнить, черт.”
    Рон весело взглянул на друга. "Поиграем на нервах? – спросили его глаза. – У Малфоя?”
    - Ты забыл волшебное слово, Малфой, - сказал он с улыбкой.

    Гарри увидел, как на скулах арестованного на мгновение вспухли желваки, словно Драко через силу удерживался от бешеного крика.
    - Пожалуйста, Уизли. Пожалуйста, разреши Тедди принести мне виски или коньяк.
    - Нет, - с удовольствием ответил Рон. – Инструкцией запрещено, Малфой.

    Лицо Драко внезапно изменилось – ноздри тонкого носа раздулись, глаза сощурились так, что превратились в две узкие щелочки, верхняя губа вздернулась, обнажая зубы, пальцы руки, лежавшей на перилах, резко сжались.
    - Знаешь, Уизли, - неожидано лениво сказал он, и слова его падали в тишину зала, как яд с клыков чудовища. – Я очень сожалею, что, когда Лорд велел сравнять с землей Нору, он поручил это не мне. Будь там я, близнецами с мамашей твоя семейка не отделалась бы.

    "Василиск, - вспомнил Гарри. – Нотт показал на допросе, что в ближнем кругу Волдеморта Малфоя называли Василиском. Любимое чудовище Тома Реддла.”
    Дальнейшие события развернулись перед Поттером, как раскадровка маггловского фильма.

    Кадр первый: с губ Рона исчезает улыбка, мгновенно, словно ее выключили.
    Кадр второй: Рон срывается с кресла к Малфою, забыв про волшебную палочку. На перекошенном лице – жажда убить Драко голыми руками безо всякой магии.
    Кадр третий: Рон около лестницы, и его кулак летит Малфою прямо в насмешливо искривленный рот.
    Кадр четвертый: Малфой легко перехватывает одной рукой запястье Рона и отводит его в сторону. Вторая ладонь ложится Рону на лицо и сжимает его, а два пальца упираются сержанту Уизли в веки.
    Кадр пятый: Гарри вскакивает со своего места, и его палочка оказывается нацелена Малфою прямо в лоб.

    На этом месте время дернулось и пошло отсчитывать секунды с прежней скоростью.
    - Стоять, Малфой!!! - заорал Гарри, краем глаза заметив авроров, сбегающих по второй лестнице с галереи, - Отпусти его!!!

    Точно рассчитанным движением Малфой отшвырнул от себя Рона – в меру грубо, чтобы тот рухнул на каменный пол, в меру аккуратно, чтобы при этом не покалечился. И, спокойно повернувшись, пошел наверх, оставляя за спиной ошарашенного Уизли, вспотевшего от облегчения Гарри и растерянных авроров.

    Дождавшись, когда Малфой исчез из вида, Гарри присел на корточки рядом с Роном. Тот сидел, осторожно потирая глаза. На лице отчетливо проступали красные пятна, оставленные пальцами Малфоя.
    - Чумовой, - негромко сказал Гарри, все еще не отошедший от увиденного. – Что ты с кулаками полез? Он ведь мог тебя убить сейчас.
    - Прости, - Рон качнул головой. – Крышу снесло напрочь. Вспомнил, как мы в Норе нашли…маму и Фреда с Джорджем. Близнецы зал с камином прикрывали, пока все остальные эвакуировались – детей же в доме полно, девчонок. Как раз тогда и Флер со своим выводком приехала, и Перси с Катрин, а она беременная была первенцем. Джинни с подружками еще…
    - А почему Молли со всеми не ушла?
    Рон посмотрел на Гарри, как на сумасшедшего.
    - Там же Фред с Джорджем оставались. Как он могла их бросить?
    - Да, прости, - Гарри вздохнул. – Вставай, Ронни. И вот что…отправь-ка ты с эльфом Малфою выпивку.
    - Че-го? – на лице Рона было написано откровенное возмущение. - После всего??? Перебьется хорек.
    - Если бы хорек, - Гарри поднялся на ноги.- Стервятник он, а не хорек. Отправь, Рон. У пьяного легче найти слабые стороны. А по логике он сегодня должен просто вдрызг нажраться к вечеру.

    Появившийся эльф покивал лопоухой головой и торопливо исчез. Рон и Гарри вернулись в кресла. Собственно говоря, им тоже хотелось выпить чего-нибудь покрепче пива. Авроры разошлись по имению.

    На втором этаже открылась дверь, в воздухе что-то блеснуло и через пару секунд с оглушительным звоном хлопнулось о мраморные ступени, взорвавшись миллионом брызг и стеклянных осколков. Резко запахло спиртным.
    - Логика, говоришь? – Рон усмехнулся. – Вон твоя логика, всю лестницу изгваздала.
    Гарри помотал головой и закатил глаза.
    - Ну, Малфой, - со вздохом сказал он.

Глава 2

    "Идиот, - злился на себя Драко, поднимаясь вверх по лестнице в комнату. – На Аваду захотел нарваться? Жить надоело? Мало тебе того, что за войну на твоих плечах повисло, решил красиво уйти, выдавив глаза тюремщику? Ладно, мозгов хватило очухаться, Поттер вовремя заорал. Ты конченый придурок, Драко Малфой. Вместо того, чтобы напрячься и подумать, как отсюда выбраться, ты два месяца предаешься рефлексии. Хотя…куда ты выберешься без палочки. До первого аврора, который тебя опознает и припечатает парализующим заклятьем до прибытия подкрепления.”

    В комнате на постели валялась раскрытая книга. Драко безразлично повертел ее в руке. "Великий Квартет. История самых громких открытий в зельеварении”.
    Рядом с негромким хлопком возник домовой эльф с изящным небольшим подносом. На нем стояла запечатанная бутылка огневиски и бокал.

    - Вот, - вслух подумал Малфой. – Вот, безусловно, самое великое и громкое открытие, как в мире магглов, так и у нас. Выпивка. Наилучший способ залить как горе, так и радость. Наилучший способ ни о чем не думать и ничего не бояться. Наилучший способ вскрыть человеку мозги безо всякого веритасерума, да еще так, что к концу вскрытия он будет считать тебя лучшим другом на всю оставшуюся жизнь. Молодец, Поттер, десять баллов Гриффиндору, хотя на идею я сам его натолкнул. А вот Уизли бы не додумался. Сегодня я напьюсь, завтра буду маяться похмельем, и мне не запретят еще выпить. А смерть мамы и папы никуда не денется. Поэтому завтра я напьюсь снова. И послезавтра. И так до тех пор, пока меня не отправят в Сент-Мунго с delirium tremens. Или я просто по пьяни сверну себе шею в собственном доме, свалившись с какой-нибудь лестницы.
    Пинком распахнув дверь, Драко послал бутылку в короткий полет, ни мало не задумавшись, на чью голову она может приземлиться.


    К обеду Малфой не спустился, сообщив через эльфа, что будет есть в своей комнате.
    - Передай арестованному, - спокойно сказал Гарри. – Либо он будет обедать здесь, либо не будет обедать вообще. Ты понял? Здесь не гостиница, и правила устанавливаются не для удобства Малфоя.
    Эльф кивнул и растворился.
    - Я бы и без Малфоя пообедал, - проворчал Рон. – Пусть бы сидел у себя.
    - Рон, тебе он очень противен?
    - Спрашиваешь? – Рон удивленно посмотрел на друга. – Я его видеть не могу.
    - Ну так мы ему, мой милый сержант, противнее в сто раз, - Гарри улыбнулся. – А именно в этом наша задача и состоит – сделать жизнь Малфоя невыносимой до предела. Чтобы ему жить вообще расхотелось. Так что соберись и постарайся отобедать с аппетитом.

    К столу Малфой вышел весь в черном. "Траур надел”, - подумал Поттер, разглядывая бывшего Пожирателя. На этот раз Драко был в черной рубашке и в черных же брюках. Короткие рукава позволяли видеть не только Метку Волдеморта. На второй руке от широкого серебрянного браслета на запястье и до локтя извивалось какое-то страшилище.

    - А это еще что? – Гарри бесцеремонно подошел к Малфою. – Покажи.
    - Василиск, - холодно ответил Драко.
    Татуированное чудовище оскалило зубы и облизнулось раздвоенным языком.
    - Ты, Малфой, просто ходячая галерея монстров. Весь такой разукрашенный?
    - Посмотреть хочешь? – Драко неприятно ухмыльнулся.
    - Захочу – посмотрю, - Гарри пожал плечами. – Хотя не испытываю большого желания любоваться всевозможными рисованными крокодилами. В реале насмотрелся.
    - Жаль, не нашлось крокодила, который отожрал бы тебе твою лохматую башку, - Малфой сел за стол и пододвинул к себе тарелку.

    Обедали молча. Гарри с любопытством отмечал для себя, насколько арестантское меню Драко отличается от того, что ели они с Роном и освободившиеся с дежурства авроры-охранники. Им всем эльфы подали хорошо прожаренные бифштексы размерами с тарелку. На взгляд Гарри, одному такой ломоть мяса можно было осилить только в два приема с часовым перерывом. Малфой с неудовольствием ковырялся в тарелке овощного рагу, где основным составляющим блюда была тушеная капуста. Мяса Гарри не заметил. "Скудновато, - подумал Поттер. – Неудивительно, что у Малфоя такая тощая морда. Интересно, откуда он еще деньги на сигареты выкраивает. Не очень-то Министерство расщедрилось на содержание самого знаменитого арестанта.”

    Спрятаться в спальне после обеда Гарри Малфою не позволил. Просто запретил уходить из обеденного зала и все. Равнодушно кивнув, Малфой уселся в кресло у камина, вытянув к огню длинные ноги, откинулся назад и закрыл глаза.
    - Мэй, - услужливый эльф немедленно склонился перед Гарри. – Кофе с коньком на троих, сигареты, пепельницу. И зажигалку мистеру Малфою.
    Глаза Драко изумленно распахнулись, он подобрался в кресле, бровь взлетела наверх знакомым изломом.
    - И как это понимать, Поттер?
    - Никак, - Гарри сел напротив, рядом на широком подлокотнике устроился Рон. – Считай это моей доброй волей.
    - Я не верю в добрую волю представителей Министерства Магии, - отчеканил Малфой. – Тебе что-то нужно, только и всего.
    - Мы не закончили наш утренний разговор.
    Глаза Драко на мгновение остановились на лице Рона Уизли.
    - Нет, - ответил Гарри на незаданный вопрос. – Не о твоих преступлениях во время и после войны. О твоих сексуальных пристрастиях.
    - Поооттер, - Малфой прикурил, выпустил в потолок колечко дыма и ухмыльнулся. – Ты что, в постель ко мне набиваешься? Или решил, пока суд да дело, меня напрокат в бордель сдать?
    - Неплохая идея, - рассмеялся Рон. – Представляю себе, сколько найдется желающих поиметь самого Драко Малфоя. Подзаработаем.
    - Прогоришь, Уизли, - Драко взял со столика чашку с кофе. – Вряд ли найдутся дураки, готовые рисковать физическим контактом с Пожирателем по кличке Василиск. Чревато, знаешь ли.
    - Чем же чревато? – тихо спросил Гарри, глядя в лицо Малфою.
    Серые глаза встретились с зелеными и мгновенно потеменели. "Как небо тучами затянуло”, - подумал Поттер.
    - Кому охота по доброй воле заглядывать в бездну? Можно ведь и не выбраться, - так же тихо ответил Драко.
    - Значит, ты точно педик, - заржал Рон, радостно хлопая ладонью по колену. – Кто бы сомневался.
    - Это ты педик, - Малфой кинул окурок в пепельницу. – А я гей. И если тебе неизвестно, в чем разница, то я тебе ее в любой момент продемонстрирую, Уизли. Правда, сомневаюсь, что ты после этого ходить сможешь без заживляющих заклинаний.
    В зале повисла звенящая тишина.

    "Вот ты и сказал это, Драко Малфой, - думал Гарри, разглядывая сидящего напротив врага. – Собственно, я узнал это еще на седьмом курсе в Хогвартс. Случайно оказался в квиддичной раздевалке незадолго до отбоя. И увидел тебя с этим слизняком Бэддоком. Было достаточно темно, чтобы спрятаться, и недостаточно темно, чтобы не понять, чем вы там занимались. Ты прижал Малькольма к стене, его ноги обнимали тебя за талию, пальцы вцепились в твои плечи, и весь он извивался и стонал от наслаждения, пока ты резкими толчками вбивал себя в его зад. Я видел, как напрягались мышцы на твоей спине при каждом движении, я слышал, как ты хрипло дышал, удерживая себя на последней грани. И когда все закончилось, ты откинул назад голову и завыл – тихо и страшно, содрогаясь всем телом. Мне удалось сбежать оттуда до того, как вы с Бэддоком начали замечать окружающее. Мне даже удалось забыть то, что я видел. Почти забыть – до сегодняшнего утра, когда я взял твою кисть и почувствовал, как за тонкой кожей под моими пальцами пульсирует вена. Тебе скоро придется умереть, Драко Малфой, но я хочу до твоей неизбежной смерти еще раз услышать этот вой. Именно поэтому сюда приехал я, а не кто-то другой. Я зубами вырвал это задание в Министерстве – обманывая самого себя, что просто хочу свести старые счеты. У нас с тобой их хватает, этих старых счетов, их хватило бы не только на нас двоих, а на добрый десяток других магов. И никто в целом мире не усомнится, что Гарри Поттер приехал в Малфой Мэнор убить своего врага, хотя бы там была сотня межминистерских экспертов. Так же как никому в целом мире не придет в голову, что за это право Гарри Поттер получит плату с тебя.”

    - Малфой, - Рон Уизли приворно-сочувственно покачал головой. – Это ж в каком ты аду живешь. Рядом с тобой здесь столько мужиков, а ни до одного не дотянуться. Ты как привязанный к дереву распутник, окруженный обнаженными гуриями. Видит око, да зуб неймет.
    - Не льсти себе, Уизли, тоже мне, гурия, - фыркнул Драко. – У меня в любовниках никогда не числилось ни рыжих туповатых сержантов, ни исполнительно-безликих служак. Меня не возбуждают люди в форме.
    - И каков же твой сексуальный стереотип? – Гарри покачал на открытой ладони чашку с кофе.
    - Зачем тебе такие подробности, Поттер? – Малфой вытянул еще одну сигарету из пачки. – Прикидываешь свои шансы? Так могу сказать откровенно – ты в мой стереотип вполне вписываешься.

    Бэмс. Фарфоровое невесомое чудо кувырнулось с ладони, задело колено, отлетело к каминной решетке, где и рассыпалось белыми черепками. Малфой расхохотался, глядя в лицо Гарри. Рон вскочил на ноги:
    - Убирайся к себе, Малфой.
    Драко раздавил в пепельнице сигарету, встал и лениво потянулся, закинув руки за голову:
    - Не играй с огнем, Гарри Поттер. Честное слово, это опасно даже для победителя Волдеморта.
    "И будь я проклят, если ты сегодня же ночью не прибежишь в мою спальню, Мальчик-Который-Тоже-Гей”, - добавил он про себя.

    Рон и Гарри остались вдвоем, если не считать эльфа, с горестными вздохами подбиравшего осколки. Гарри прислушался:
    - Каждый день что-то разбивают, что-то портят. То ковер прожгли, то блюдо расколотили, теперь вот за свадебный сервиз хозяйки взялись. Скоро дом начнут по камешку разносить. А куда бедному эльфу деваться – чини, склеивай, штопай. А молодой хозяин молчит. Молодому хозяину все равно. Молодой хозяин сам сегодня вазу разбил. А уж как ее мистер Малфой ценил, да кому какое дело. Только старый Тедди переживает…
    - Заткнись, мелкий, - Рон раздраженно щелкнул пальцами.
    Эльф испарился.
    - Гарри, что происходит, а?
    - Ты же сам затеял утром разговор про секс, - Гарри протянул руки к огню. – Ну и холодина. Мне в свитере холодно, как он не мерзнет в одной рубашке, да еще с коротким рукавом?
    - Не уводи разговор в сторону. Я тебя знаю чертову уйму лет. Я, конечно, "рыжий придурок Уизли”, но извини уж, твои сексуальные стереотипы мне достаточно хорошо известны. Ты сюда приехал Малфоя до суицида доводить или трахаться с ним? Или совместить это дело собираешься? Так Малфой стопроцентно прав – он такая змея, что с ним опаснее связываться, чем с Волдемортом. Его можно в Хогвартс вместо привычного слизеринского символа использовать.
    - После Рождества Малфой должен умереть, - голос Гарри звучал совершенно равнодушно. – Каким образом я этого добьюсь – никого не должно волновать. И тебя, Рон, тоже. От несчастной любви вены режут достаточно часто.
    - Это Малфой-то вены от несчастной любви будет резать? – Рон фыркнул. – Он не пятнадцатилетний подросток, Гарри. Он достаточно искушенный, совершенно аморальный тип. Он в принципе не знает, что это такое – любовь.
    - Я тоже не знаю, - Поттер посмотрел на друга. – Мы с ним в одинаковой ситуации. Только на моей стороне власть и сила.
    - А на его стороне хитрость и чертовски изобретательная изворотливость, - парировал Рон.
    - Рон, - Гарри выпрямился. – Ты помнишь, что такое – Драко Малфой? Потомственный аристократ древнейшего магического рода. Сверхъестественный сноб, своей гордыней и надменностью заслуживший в Хогвартс звание Принца Слизерина. Он даже здесь, под арестом и постоянной угрозой Азкабана, чувствует себя некоронованным королем. А я – нечистокровный маг, по его понятиям – недостойный внимания парвеню. Так вот я, почти грязнокровка, могу сделать с ним, магом голубых кровей, все, что мне заблагорассудится. В том числе и в постели. Сексуальное насилие ломает почище круцио, потому что оно наиболее унизительно. Драко Малфой, изнасилованный Гарри Поттером – не то же самое, что Драко Малфой, переспавший с Гарри Поттером. Особенно, если об этом знают не только они двое, а еще шесть здоровых мужиков совершенно стандартной ориентации. Которым тоже может захотеться в один прекрасный день попробовать, каково это – трахать бывшего Пожирателя и приближенного самого Волдеморта.
    - Ну-ну, стратег, - хмыкнул Рон. – Смотри, как бы тебя Малфой сам в оборот не взял.
    - Не получится, - Гарри покачал головой. – Он здесь один, а я нет. Кстати, про боггарта я с утра не просто так сказал. Мне очень интересно, чего может бояться Малфой. Так что я сейчас в Министерство, а вечером проверим.

    Смеяться Драко перестал сразу же, как оказался у себя. Он подошел к кровати и устало опустился на покрывало, пряча лицо в ладонях.
    "Ты сумасшедший, Малфой из Малфой Мэнор, - с отчаянием подумал Драко. – Зачем тебе понадобилось дразнить гусей? Да, это было весело в первую минуту – увидеть обалдевшие глаза Поттера. И четкое подтверждение собственных догадок. Недаром у него никогда в Хогвартс с девчонками не получалось – только чистая незамутненная дружба. Уж как ему Чанг навязывалась, а дальше поцелуев под омелой дело не продвинулось. Тебя, глупый Драко, развеселило предположение, что Поттер ночью прибежит в твою постель? И что ты, в этом случае, делать будешь? Неужели тебе хоть на мгновение могло придти в голову, что это будет чем-то иным, кроме насилия тюремщика над арестантом? Рассчитываешь на благородство Гарри Поттера? А что ты о нем знаешь, собственно говоря, чтобы на это рассчитывать? Твои соратники, те, кому удавалось уйти из стычек с его участием живыми, много чего рассказывали с откровенным ужасом в глазах. Ты сам видел то, что осталось в катакомбах после решающей схватки с Темным Лордом. Тебе полгода потом в кошмарах снилось это кровавое месиво, хотя тебя сложно было поразить смертью и кровью. Ты знаешь, что Поттер не аврор, а спецагент Министерства Магии – об этом как-то проговорился Уизли, хвастаясь достижениями своих друзей и подруг. Их выжило гораздо больше, чем твоих сокурсников. Так во что ты сегодня так глупо вляпался, Драко Малфой? Это шаг к приговору или шаг к свободе?”

    До вечера Драко провалялся на кровати, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей "Великим Квартетом”. К пятичасовому чаю он спустился совершенно не в духе, злой и голодный. Несколько тонких крекеров на тарелке настроения Драко не прибавили, а чай с молоком он с детства ненавидел. Он отметил для себя, что Поттер и Уизли откровенно его рассматривают, и это разозлило еще больше.

    - Вам никогда не приходило в голову, что разглядывать человека за едой неприлично? – буркнул он злобно, отодвигая чашку.
    - Малфой, мы тут хотели поразвлечься, - ухмыльнулся Уизли. – Присоединяйся, если закончил.

    Ответить Драко не успел. Рон щелкнул задвижкой какого-то ящика, стоявшего около стола на полу, и оттуда вылетел лохматый клубок, метнулся к столу, к Драко, вырастая в худую фигуру в черном. Малфой шарахнулся прочь, опрокидывая стул, на котором только что сидел. Гарри взмахнул палочкой, загоняя боггарта назад в ящик.

    Драко стоял, схватившись рукой за горло, и тяжело, с усилием, дышал.
    - Идиоты, - наконец прохрипел он. – Руки вам поотрывать за такие развлечения. И ноги тоже.
    Гарри промолчал, пытаясь сообразить, что же он такое видел, и как это можно объяснить. Потому что больше всего на свете, как они только что выяснили, Драко Малфой боялся себя самого.

    Попытку арестанта сбежать наверх Рон пресек в зародыше, наставив на Малфоя палочку:
    - Стоять!
    - Что тебе еще надо, Уизли? – Драко уже пришел в себя, только голос оставался хриплым.
    - Объясни, что это мы тут сейчас видели. И вообще, ты слишком много времени торчишь один. Это не положено, мы должны за тобой наблюдать. Так что с сегодняшнего дня в своей комнате ты будешь только спать.
    - В Азкабане…
    - Здесь не Азкабан, - перебил Драко Гарри. – Ты под домашним арестом, так что никаких поблажек тебе больше не будет. Это приказ Министерства.
    - Сссуки, - это Малфой прошипел вполне отчетливо. - Как я вас…
    - Мы тебя тоже любим, Малфой, - ухмыльнулся Рон. – Так почему боггарт превратился в тебя?
    - У боггарта спроси, - огрызнулся Драко. – Я в своем подсознании копаться не собираюсь. И тебе не дам.
    - Да, а ведь хреново тебе жить, Малфой, - Гарри с любопытством рассматривал Драко, снова севшего к столу. – Ты скорее умрешь, чем сможешь представить себя в смешном виде. Каким угодно – но не смешным. Если один боггарт тебя так перепугал, то десяток этих тварей, пожалуй, тебя с ума сведут запросто.
    - Ты недоумок, Поттер, - Малфой смотрел в стол. – Без палочки и тебя боггарты с ума сведут. Против них не только смехом действовать можно. Или ты думаешь, что патронусом только ты один владеешь? Другим счастливые воспоминания недоступны?
    - И какие же у Пожирателя Смерти счастливые воспоминания? – Рон уселся на ступеньку лестницы, доставая сигареты. – Как ты убил в первый раз?
    - Я тебе сегодня уже говорил, Уизли, что ты глупец? А смерть…иногда она тоже бывает счастьем. Для того, кто умирает.
    - Вот как? – Гарри внимательно посмотрел на Малфоя. – Значит, ты смерть считаешь счастьем?
    - Разные ситуации бывают, Поттер. Я ведь сказал – иногда.
    - Дашь посмотреть? – негромко спросил Гарри.
    - Смотри, - Малфой поднял на него глаза. – Если тебе так хочется возвращаться в прошлое.

    Ясный теплый день. Солнце, заливающее огромное поле. На горизонте – синеватые холмы, заросшие лесом. И кругом - трупы. Обгоревшие, разорванные заклятиями на куски, пробитые навылет. Гарри пробирается между ними – он совершенно точно слышал неподалеку чей-то стон. Значит, хоть кто-то еще жив. Кому-то можно успеть помочь. Гарри тошнит от увиденного, но он продолжает упорно искать.
    - Драко, - еле слышный шепот. – Драко.
    Это Гойл. Верный Грегори Гойл, здесь, рядом с двумя мертвыми аврорами. Гарри склоняется над ним:
    - Сейчас, Грег, сейчас аппарируем, все будет хорошо, потерпи чуть-чуть.
    - Поздно, - шепчет Гойл. – Поздно, Драко. Помоги….очень больно…очень…
    Гарри и сам видит, что поздно. У Грегори разорван живот, вся одежда пропитана кровью, ноги превратились в две кровавые лепешки. Непонятно, почему он вообще еще до сих пор жив, но лицо перекошено таким нечеловеческим страданием, что Гарри без размышлений достает из-за пояса волшебную палочку.
    - Спасибо, Драко, я знал…
    - Авада…
    Зеленая вспышка, глаза застилают слезы. Гарри вскидывает лицо и кричит – отчаянно, яростно, проклиная это небо, это солнце, тьму, свет, всех на свете - за страшную необходимость добивать на поле боя своих.

    Гарри вышвырнуло из сознания Малфоя без предупреждения. Что-что, а ставить блоки он умел, судя по всему, и без палочки.

    - Насмотрелся? – глаза Драко были полны серого тумана.
    - Когда это случилось? – Гарри с трудом отходил от увиденного.
    - В самом начале войны. Среди моих друзей Грег погиб одним из первых.
    - А Кребб?
    - Он позже, но ненамного. С моего курса вообще осталось очень мало…живых. Почти всех скосило. Дай сигарету, Поттер. Тошно.

    Гарри протянул Малфою пачку, щелкнул зажигалкой. Прикуривая, Драко на мгновение придержал его пальцы своими. Руки у него были ледяные.
    - Сами виноваты, - зло сказал Рон. – Кой черт вы полезли к Волдеморту в слуги?
    - Каждый сам выбирает себе свою сторону, Уизли. Почему ты уверен, что ваша сторона – правильная? Только потому, что вы победили? Так это еще как посмотреть. В гражданской войне победителей не бывает. Ваши зверствовали не меньше. И сейчас продолжают. А чем это магам через десяток лет аукнется…Хоть один из вас об этом задумался, герои?
    - Было пророчество.
    - Там не было сказано, кто победит. И ты, Уизли, знаешь это не хуже меня, - Малфой встал и нервно прошел взад-вперед к камину. – Почему я пошел за Темным Лордом? Да потому что я не хотел жить в этом вашем смешанном магическо-маггловском мире. Меня всегда воротило от грязнокровок. С какой стати я должен был сражаться на вашей стороне?

    Он встал перед камином, глядя в огонь и обхватив себя руками.
    - Ненавижу манипуляторов, - прошептал он. – Из нас изо всех пытались создать послушных марионеток - оружие добра, оружие зла. Сколько нужно было сделать, чтобы вырваться из этой паутины, стать силой самой по себе, силой настолько опасной, чтобы никто – никто! – не посмел ее подчинить.
    - Дамблдор никогда…, - возмущенно начал Рон.
    - Дамблдор, - Малфой резко развернулся, и его указательный палец вытянулся по направлению к сержанту. – Дамблдор сделал все, чтобы обычное межфакультетское соревнование за несколько лет превратить во взаимную ненависть. Настолько сильную, что ни о каком диалоге даже речи не могло возникнуть. И если у тебя, Уизли, есть хотя бы капля мозгов, ты это должен понять! Все, что другим было категорически запрещено – вам позволялось запросто! Ловец с первого курса? Правила запрещают – плевать, это же сам Поттер! По Хогвартс по ночам шастать с картой и под мантией-невидимкой – сколько угодно, это же Поттер! Что ты так на меня смотришь? Да все профессора это знали. И мы знали. Думаешь, что я по хогвартстким подземельям не лазал? Только у меня карты не было, приходилось от Филча с его долбанутой кошкой по всем углам прятаться! В героях же у нас только Поттер ходит – у остальных за такие подвиги профессора баллы влет снимают! Мы только зубами скрипели, когда этот старый лис вам на исходе года баллы подкидывал – хоть пяток, но лишних. На нашей стороне только Снейп был, а что он мог против всех, что? Нам же просто выбора не оставили – к кому нам было идти за справедливостью, кроме Лорда?!

    Малфой выдохся так же внезапно, как вспыхнул – опустился на пол перед камином, обхватил руками колени, уткнулся в них лбом.
    - Жестокие у тебя демоны, Малфой, - задумчиво сказал Гарри.
    - О своих подумай, - глухо отозвался Драко. – Или ты никогда не задумывался над тем, что был идеальным поводом в этой войне? Будешь меня уверять, что ты так и остался наивным, ничего не соображающим мальчиком?
    - Да нет, - Гарри со вздохом сел в кресло рядом с Драко. – Не буду. Наивного мальчика во мне давно уже не осталось, тут ты прав. Еще сигарету?
    - Давай, - вяло отозвался Драко. – Своих все равно нет.

    Сизые струйки дыма втягивались в камин. Рон с непонятной ему самому обидой смотрел на две фигуры у огня – на врага и на друга. Похоже, им было о чем помолчать рядом.
    "Со мной Малфой никогда так не разговаривал. Не считал достойным, видать. А с Гарри вон как разоткровенничался. Или его так смерть родителей из колеи выбила? Вот чует мое сердце – не кончится вся эта затея добром.”

    Ужинали в молчании. Малфой неожиданно растерял все свое красноречие и, похоже, вообще стыдился того, что позволил себе подобную вспышку. Гарри улыбался каким-то своим мыслям. Рон больше пил пиво, чем ел, потихоньку впадая в черную меланхолию. За высокими окнами Малфой Мэнор было уже совсем темно, и эльфы задергивали тяжелые бархатные портьеры.

    "Почему-то мне всегда казалось, что в Малфой Мэнор должно быть холодно и безжизненно, - думал Гарри. – Люциус, Нарцисса – они были такие ледяные, такие неприступные. Имение должно было быть им под стать. А здесь очень даже уютно. Никаких огромных пространств, никаких холодных красок. Симпатичное имение, хотя и очень большое. И летом здесь, наверное, множество цветов.”

    - А какие у тебя счастливые воспоминания, Малфой?
    Впервые за последний час Драко посмотрел на Гарри:
    - Что ты в душу лезешь, Поттер? – это было сказано с неожиданной злобой. – Поговорили и достаточно. У меня болит голова, я хочу лечь в постель.
    - Иди, - Гарри откинулся на стуле. – Мы тебя не держим.

 

Глава 3

    Горячая вода била в лицо, заставляя фыркать и задерживать дыхание. Головная боль потихоньку отступала, оставляя пустоту и странную легкость. Так всегда бывало, когда Драко срывался, и позволял эмоциям взять верх над разумом. Горячий душ и долгий сон – единственная альтернатива заклятьям или зельям, это он выяснил за два месяца опытным путем. Иначе зверская мигрень продолжалась не одни сутки. Впрочем, по-настоящему в Малфой Мэнор его еще не прихватывало. Если он и психовал, то не на людях и не в полную силу.

    "Неврастеник, - насмешливо подумал о себе Малфой, проводя ладонью по груди, смывая мыло. – Прямо такая тонкая душевная организация, что хоть нюхательные соли с собой таскай. Нежный убийца, любитель парадоксов.”

    В спину неожиданно толкнулся холодный воздух, и Драко посмотрел назад через плечо. Сердце замерло и ухнуло куда-то в живот. "Доигрался, Пожиратель?”

    - Почему я не сомневался, Поттер, что ты заявишься? Пришел пожелать мне спокойной ночи?
    - Зелье принес, от головной боли, - Гарри спокойно разглядывал обнаженное тело, и Драко очень захотелось оказаться одетым. Ну хотя бы в полотенце вокруг бедер.
    - Трогательная забота, - Малфой еще пытался язвить. – Оставил бы на столике у постели. Зачем сюда ломиться?
    Жесткие руки выдернули его из-под воды и прижали спиной к холодной влажной стене.
    - Ты понимаешь, Малфой, что я могу сделать с тобой все, что захочу? Хоть с помощью заклятий, хоть с помощью авроров. Понимаешь или нет?
    - Риторический вопрос, - Драко тряхнул мокрой головой. – Отпусти, холодно же, не май месяц на дворе.

    Гарри отошел на пару шагов и окинул Малфоя таким взглядом, что бывший Пожиратель и нынешний арестант заложил бы остатки души, лишь бы стать человеком-невидимкой.
    - У тебя пять минут, - процедил Гарри. – Если ты такой понятливый.
    Он повернулся и почти уже вышел, когда его догнал голос Драко:
    - Шлюхами в борделе командовать будешь, Поттер.
    Гарри медленно поднял волшебную палочку и нацелил ее в лоб врагу.
    - Под империумом пойдешь, Малфой.
    - Валяй, - Драко скрестил руки на груди, и татуированный василиск злобно зашипел. – Валяй, Поттер, по доброй воле я твою похоть удовлетворять не стану.
    - Станешь, - спокойно сказал Гарри и опустил палочку ниже. – Круцио.
    Он постоял пару минут, наблюдая, как Малфой корчится на мраморных плитах, хрипя и задыхаясь от боли. Потом подошел, присел на корточки, сгреб в горсть мокрые волосы на затылке и рывком запрокинул голову Драко назад.
    - Слушай меня внимательно, Малфой. Либо ты сейчас очухиваешься и – совершенно добровольно – идешь в спальню. Либо я изобью тебя без всяких заклинаний до полусмерти и все равно оттрахаю, только после меня сюда придут еще четверо. А оставшиеся двое – когда их сменят. Выбор за тобой, Малфой.

    Гарри почти разочаровался в происходящем, когда Драко вышел из ванной комнаты, медленно и покорно направляясь к постели. Поттер совсем не рассчитывал так быстро его сломать, он предполагал сопротивление, хотя действие непростительных заклятий на организм знал не понаслышке. Крутящая и выворачивающая боль в мышцах заставляла их предательски дрожать спустя даже час после того, как сама боль уходила. "Малфой должен себя сейчас чувствовать как пудинг, расплывающийся по тарелке”, - подумал Гарри, слегка откидываясь назад. Именно это его спасло – Драко, находящийся в двух шагах от Поттера, змеей метнулся вперед, метя сжатым кулаком в висок. Вместо виска браслет с запястья, превратившийся в кастет, только задел Гарри по скуле, а Малфой, по инерции пролетевший вперед, просто сшиб его своим телом на подушки, вместо того, чтобы убить одним ударом.

    Такого нападения Гарри никак не ожидал. Тем более – от Малфоя, которого все равно воспринимал согласно школьному стереотипу, то есть истеричным и трусоватым подростком. Он как-то подзабыл, что и сам давно уже не соответствует образу правильного гриффиндорца, неспособного на грязные игры.

    Согнув ноги в коленях, он отшвырнул от себя Малфоя и метнулся вперед, пытаясь добраться до палочки, закинутой под перину. Цепкая рука ухватила его за щиколотку, рывком отдергивая от цели, выворачивая ступню так, что всю ногу пронзила дикая боль. Гарри попытался ударить Малфоя свободной ногой, но чертов арестант уклонился от летевшей в лицо пятки и следующим рывком сдернул Поттера на пол.

    От тяжелого падения всем телом на камень у Гарри перехватило дух, и Малфой воспользовался этими мгновениями в полной мере, выкрутив ему запястья за спину.
    - Пусть твои шакалы заебут меня потом до смерти, - прошипел он Гарри на ухо. – Но я подохну, зная, что это я тебя поимел, а не ты меня.
    - Люмос! – в комнате вспыхнул свет, ослепивший обоих противников. – Малфой, к стене! Быстро!

    "Благослови Мерлин Рона, мающегося бессонницей!” Гарри сел на полу, ошарашенно моргая и растирая быстро опухающую щиколотку. Заметив краем глаза движение, он посмотрел в сторону окна – Малфой, стоя на коленях, обеими кулаками колотил в пол, разбивая их в кровь о серые плиты и мотая растрепанной головой – в бешеном, сводящем с ума отчаянии.



    - Вот я тебя предупреждал, что с этой волдемортовской змеей шутки плохи. Не трогай морду, я сейчас эльфа за льдом еще пошлю. Ногу я тебе вправить могу, а синяки лечить в боевых условиях не доводилось, - Бурчание Рона успокаивало, и Гарри уже мог более-менее хладнокровно оценить свой вполне позорный провал.
    - Как ты догадался, что у меня не все в порядке там?
    - Услышал подозрительно громкий шум. У Малфоя же в спальне заклятие висит на всякий случай. Как он тебя подловил?
    - Да мне в голову не могло придти, что он после непростительного в драку полезет. Ну я и расслабился.
    - Ты его круцио долбанул? – Рон хмыкнул. – Расслабился, значит…ну-ну. Кто-то хвастался, что досье Малфоя читал.
    - Да дурак, дурак. Сам знаю, - Гарри досадливо перехватил второй рукой тающий комок льда на скуле. – Но как же ты вовремя появился! Я твой должник. Вели эльфу, пусть виски тащит. Что-то меня трясет после этого любовного приключения.


    Драко лежал на постели, вытянувшись и глядя в потолок. Было очень холодно, но он не замечал этого – вместо холода все тело обнимала пульсирующая боль. Болели разбитые руки, ныли мышцы, на части разламывалась голова. У него был один шанс, и этот шанс был безвозвратно упущен. Больше Поттер не даст застать себя врасплох. Или просто ввалится не один.

    "Ты проиграл, Драко Малфой, - устало подумал он. – Завтра будет еще одна ночь. И потом еще одна. Этих ночей будет ровно столько, сколько понадобится, чтобы сломать тебя окончательно. И тебе не дадут ни одной возможности отомстить, ни одной щелочки, чтобы спрятаться. А если ты сейчас об этом думаешь – значит, тебя уже сломали, просто твои палачи об этом еще не знают. Мир, в котором ты привык жить, сегодня рассыпался, как карточный домик – ты открыл для себя, что благородные гриффиндорцы способны на подлость. Тебе, упавшему, они руки не подадут и встать не помогут. Это только для своих, а ты никогда им своим не был. Все, что тебе осталось – это либо смириться и принять неизбежное с покорностью жертвенной овцы, либо сопротивляться до последнего, зная, что за сопротивление ты заплатишь по самой высокой цене. На выбор тебе осталось не так уж много – хорошо, если сутки. Это ты будешь восстанавливаться сам – а Поттер уже утром будет в отличной форме. Конечно, у тебя есть еще один выход. Но никто из Малфоев никогда не уходил из жизни добровольно. И ты не позволишь себе стать первым. Даже если ты последний в роду, и помнить твой позор все равно будет некому. Ведь если там, за чертой, что-то есть – как ты посмотришь в глаза своему отцу? Своей матери? Всем Малфоям, которые жили свою, тоже нелегкую жизнь, и ни разу малодушно не подумали о самоубийстве?”


    К завтраку Малфой не спустился.
    - Хозяин спит. Хозяин просил не будить, - угрюмо сообщил Тедди.
    Рон равнодушно кивнул:
    - Сколько угодно.
    Гарри с любопытством наблюдал за лопоухим морщинистым эльфом. Судя по всему, этот слуга вовсе не относился к Малфоям, как к чудовищам, в отличие от…
    - Тедди, ты любишь своих хозяев?
    Эльф с достоинством выпрямился:
    - Я служил в Малфой Мэнор еще сэру Джеральду Малфою, мистер Поттер.
    - И давно это было? Кем он приходится нынешнему хозяину имения?
    Тедди на мгновение задумался.
    - Это было еще до Первой Магической войны, мистер Поттер. Сэру Люциусу он приходился прапрадедом.
    - А Добби…
    Глаза эльфа гневно блеснули:
    - Добби отступник. Он забыл свой долг перед Малфой Мэнор. Юности свойственно желать глупых перемен.
    - Хм, - Гарри махнул рукой. – Свободен.

    Рон с наслаждением зевнул.
    - Эх, я бы тоже сейчас с удовольствием спать завалился.
    - Слушай, расскажи мне, а как тут у вас вообще все. В чем заключаются ваши обязанности?
    - Ну…, - Рон улыбнулся. – Авроры дежурят попарно - днем и ночью. Третьим у них посменно курсант-стажер. Я каждые восемь часов проверяю все охранные заклинания, наложенные Министерством, их довольно много. Раз в неделю составляю полный отчет. Парни обходят Имение, оно большое, сам видел. Время от времени смотрим, чем Малфой занимается. В общем-то, он должен постоянно находиться под присмотром, но комнат в Малфой Мэнор много, на все следящие заклинания не навешать, иначе я их буду целыми днями проверять.
    - Понятно. Обременительное занятие.
    Рон скривился:
    - Скорее, нудное. Рутина. А если учесть способности Малфоя мотать нервы…Мы его как-то раз три часа разыскивали – а он выбрался на смотровую площадку на крыше и там торчал. Кому могло в голову придти, что он под дождем мокнет столько времени? Я чуть не свихнулся, думал, он сбежал.
    Гарри поднялся из-за стола.
    - Пойду, проверю, как там наш арестант поживает.
    - Будь осторожен, - Рон с тревогой посмотрел на друга. – Не забывай, с кем имеешь дело.
    - Да вряд ли я теперь это забуду, - Гарри коснулся пальцами синяка на левой скуле.

    Драко, действительно, спал. Одна рука лежала на груди, вторая вытянулась вдоль тела поверх одеяла. Даже во сне лицо его было измученным – опущенные вниз уголки губ, заострившийся нос, глубокие тени под глазами. Широкий браслет снова охватывал правое запястье. Если бы не легкое трепетание крыльев носа, не еле заметное движение одеяла на груди, Малфоя можно было бы принять за мертвого – до такой степени он казался бледным и неподвижным.

    Гарри наклонился, разглядывая его руки – ссадины на ребрах ладоней выглядели болезненно-воспалившимися.
    "Как он ночью вызверился, - подумал Поттер. – Я и не знал, что Малфой способен на такое неприкрытое откровенное бешенство. Хотя понять могу – меня спасла чистая случайность. Проломил бы он мне череп запросто, невзирая на последствия. Интересно, о чем он думал, оставшись ночью один? Понял, что ему уже ничего не поможет? Осознал, что его ждет? Вчера был какой-то безумно длинный день. Хорошо бы еще в себе разобраться – чего хочу я сам. Спецзадание – ладно, с этим все ясно. Но вчера днем Малфой показался мне более-менее нормальным человеком. Это если забыть, кто он и что вытворял. И сколько крови на нем за два годы войны. Хотя с другой стороны, на мне ее не меньше – благородной магической крови. Будь исход войны иным – наши роли бы поменялись. Нет, я сам себя обманываю – никогда я не оказался бы на месте Малфоя. Меня бы просто и без затей уничтожили, не думая о престиже Британии перед остальным миром. Плевать Волдеморт хотел на то, кто и что о нем будет думать. Вот и выходит – наши враги поступили бы с нами гораздо милосерднее, сразу отправив нас на тот свет и не обрекая на медленное умирание от недоедания или самоубийство. Будь жив Дамблдор, позволил бы он такую расправу с побежденными?”

    Веки Драко дрогнули, он открыл глаза, мгновенно переходя от сна к бодрствованию. Гарри немедленно перехватил его руки, прижав запястья к постели:
    - Лежать, Малфой. Не дергайся попусту – убить меня теперь уже не получится. Я прекрасно понял, на что ты способен.
    В серых глазах полыхнула ненависть.
    - И этим ты меня не испугаешь, - усмехнулся Гарри. – Я все равно добьюсь того, чего хочу.
    - И чего же ты хочешь, Поттер? – голос Малфоя был охрипшим – то ли со сна, то ли и правда он вчера сорвал связки своим бешеным криком.
    Гарри, не отпуская схваченных рук, наклонился к уху Драко:
    - У тебя есть выход, Малфой, - прошептал он. – Взять хорошую крепкую веревку. Или осколок поострее…

    Драко понял мгновенно – это было ясно по сузившимся глазам, по резко обесцветившимся губам, по тому, как напряглось сильное тренированное тело.
    - Ах, вот в чем дело, - как ни странно, говорил он спокойно. – Меня давно уже приговорили. Суд никому не нужен, Драко Малфой должен уйти из жизни сам. Чтобы Министерство Магии не в чем было обвинить. Слишком много там тех, кто хорошо нажился на этой войне, работая на обе стороны. Поэтому домашний арест. И гарантирую - все уверены, что на самом-то деле я гнию в какой-нибудь камере Азкабана.
    - Ты никогда не был дураком, Малфой, я это всегда говорил, - Гарри отпустил противника и отодвинулся. – Поверь, для тебя это наилучший выход из ситуации.
    Драко сел на кровати, покачал головой:
    - Малфои, Поттер, никогда не грешили подобной трусостью. Ты можешь делать все, что угодно – я не стану ни вешаться, ни вскрывать себе вены, - помолчав, он спросил с усмешкой. – И каково тебе чувствовать себя палачом, Золотой Мальчик?
    - Паршиво, - откровенно сказал Гарри. – Но для тебя это ничего не меняет.
    - Почему меня не убили после допроса при попытке к бегству?
    - Газеты успели пронюхать про твой арест, ты же знаешь, насколько это пронырливая братия.
    - Знаю, - Драко помолчал. – Можно было убить и при задержании.
    - Увы, - Гарри невесело ухмыльнулся. – Слишком много было свидетелей, что тебя взяли живым.
    - Тогда почему не убить меня здесь, не вынуждая к суициду?
    - Обстоятельства твоей смерти будут расследовать. Как ты это себе представляешь? Отвечать за твою смерть желающих нет.
    Малфой посмотрел на Гарри:
    - Видимо, мне очень не повезло, да, Поттер?
    - Тебе чертовски не повезло, Драко, - Гарри даже не заметил, что впервые назвал старинного недруга по имени. – Просто катастрофически.
    - Тогда последний вопрос, - Малфой погладил татуировку, и василиск на его руке блаженно прикрыл глаза. – Почему ты? Не верю, что ты настолько незначительная личность в Министерстве, что не смог бы отказаться.
    - А зачем отказываться? – на этот раз ухмылку Гарри было сложно назвать сочувственной. – Я еще в Хогвартс все про тебя знал. Тааакааая возможность…

    На этот раз Гарри успел угадать рывок Малфоя к своему горлу и перекатиться по постели. Драко помешала самая малость – запутавшееся в ногах одеяло. Навалившись на плечи Малфоя, Гарри ухватил его за волосы и оттянул голову назад, второй рукой вытаскивая палочку. Через пару секунд запястья Малфоя были крепко скручены заклятьем на затылке, эта же невидимая веревка обхватывала напряженное горло, не давая ни малейшей возможности маневра.

    - Это очень удачно, что ты раздет, Малфой, - Гарри с силой провел ладонями по бокам Драко, вниз, к талии, к округлым ягодицам, лаская их большими пальцами. – Меньше возни.
    Малфой глухо застонал, утыкаясь лицом в скомканное одеяло. По его телу пробежала мгновенная дрожь.

    - Страшно? – поинтересовался Гарри, запечатывая дверь заклятием и накладывая сверху второе, заглушающее. – Я, Малфой, это еще не самое страшное. По-настоящему тебе следовало бы бояться, будь на моем месте Рон. Или его подчиненные. Впрочем, у тебя все еще впереди. Если, конечно, ты не последуешь моему совету. Не думаю, что ты до такой степени мазохист, чтобы радоваться тому, что они с тобой могут сделать.
    Оторвать взгляд от распростертого на кровати обнаженного тела было нелегко. Кинув палочку на пол, Гарри быстро разделся и перевернул Драко на спину.
    - Посмотри на меня, Малфой, - потребовал он. – Я молодой, красивый, сильный мужчина. Если ты не будешь очень уж упираться, то сможешь получить свою долю удовольствия.
    Глаза Драко оставались закрытыми, только знакомо вздернулась в оскале верхняя губа.

    - Понятно, - констатировал Гарри, наклоняясь и с силой разводя ноги Малфоя в стороны. – Что ж, тебе хуже. У тебя был шанс немного смягчить свою участь, например, попросить меня воспользоваться смазкой. Но ты, действительно, мазохист. Или просто слишком гордый дурак.

    Почувствовав член Гарри между своих ягодиц, Малфой дернулся всем телом, но это уже ничем не могло ему помочь. Он закричал, как раненое животное, выгибаясь и чувствуя безжалостное, яростное давление внутри пополам с жестокой болью. Насколько он сам всегда был нежен со своими любовниками, настолько его самого сейчас не собирались щадить. Если Гарри и применил смазку, то ее было минимальное количество и только для того, чтобы преодолеть сопротивление мучительно сжимавшихся мышц. Войдя сразу на всю длину, Поттер остановился, чувствуя, что в этом жарком, болезненно дергающемся нутре он долго не выдержит.

    - Ты восхитительно узкий, Драко, - выдохнул он. – Каковы на вкус твои слезы? Наверное, сладкие.
    Наклонившись, он провел языком по крепко зажмуренным векам.
    - Сладкие, просто мед.
    Еще один рывок – и еще один мучительный стон сквозь зубы, вырвавшийся у Малфоя.
    - И твоя кровь тоже сладкая? – еще одно движение языком – по закушенным губам. – Ты весь как медовая конфета, Драко.
    Несколько толчков, заставивших тело под ним содрогнуться от боли.
    - Но слаще всего у тебя внутри, Драко… Я так долго об этом мечтал, Драко…Я так долго этого ждал, Драко…Как жаль, что ты должен умереть…

Страницы:
1 2
Вам понравилось? +48

Рекомендуем:

Сумерки голубого мира

Кое-что о природе кошек

Охота на хорька

Цепь для Дракона

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

1 комментарий

+ -
+2
firelight Офлайн 23 ноября 2011 14:31
В жанре слэш-фанфиков встречается довольно много самых незатейливых вещей и с точки зрения сюжета, и с точки зрения "а о чем вообще речь?" )) Сейчас уже не помню кто мне посоветовал прочесть работы Барона де Куртне... Ох, сколько было просижено ночей, неотрывно перед монитором за чтением трилогии: Охота на хорька, Убить Малфоя и Цепь для дракона... )) Тогда я не имела понятия,что Барон де Куртне и Геннадий Нейман - один и тот же автор. Но... КАКОЙ ЖЕ ДРАЙВ! Оторваться не возможно, честное слово. В отличие от многих опусов эротической литературы, остро закрученный сюжет держит читателя от первых строк до последней страницы текста, уж не говоря об атмосфере, о мастерских описаниях обстановки, происходящих событий.
Так что могу сказать только большое спасибо автору. smile
Наверх