Я представляю, как сто пятьдесят лет назад мы бы раскуривали сигары и дым обволакивал бы весь “нумер”. И потом наши пиджаки пропахли бы насквозь. Были ли счастьем для двух титулярных советников такие встречи? Можно ли было за это отправиться на каторгу в Сибирь? Или просто в тюрьму, где из тебя сделают петуха? Бежали ли с места преступления к своим жёнам, продолжая после этого быть нормальными, обычными, как “все вокруг”?
Предупреждения: гей-тематика
