Аннотация
Я буду ждать тебя ровно в 14:20 за чертой.


В вагоне метро почти никого не было. В противоположном конце сидела, сгорбившись, миниатюрная старушка в цветастой косынке, напротив нее — неопрятного вида мужик. Он почесывал свой обросший черной щетиной подбородок и внимательно читал газету. Чуть поодаль от них расположилась грустная девушка с телефоном в руке. Она будто ждала звонка или СМС от кого-то, беспрестанно клацая по экрану. Ее длинные красные ногти бросились в глаза Матвею, едва он только шагнул в вагон. Девушка посмотрела на него печальным взором, и он заметил на ее щеках следы от потекшей туши. Как только их взгляды перекрестились, она снова уткнулась в телефон, а Матвей выудил из кармана черной кожаной куртки свой mp3-плеер и встал у поручня спиной к еще не закрывшимся дверям вагона. Странно, что на конечной в два часа дня почти никого нет — обычно в это время тут не протолкнуться.

Матвей бездумно смотрел в отражение стекла и слушал музыку. Тило Вульф завывал загробным голосом что-то на немецком, а на заднем фоне ему не менее мрачно вторила Анне Нурми. Да, все-таки эта парочка составляет неплохой дуэт, жаль только, что сейчас их музыка уже не та — творчество «Лакримозы» стало другим, скатилось в самые низы всех чартов, и новые их песни Матвей слушал уже без трепета в душе. А ведь раньше даже не нужно было понимать слова для того, чтобы по коже начинали ползти мурашки от восхищения… Поэтому в основном Матвей слушал только старые композиции — он остался поклонником той, старой «Лакримозы».

В стекле двери стремительно мелькнуло отражение, и Матвей машинально обернулся. В вагон вбежал взъерошенный парень, остановился на секунду и подскочил к девушке. Та демонстративно отвернулась, а парень начал что-то горячо ей объяснять, отчаянно жестикулируя и хмуря брови. В этот момент двери захлопнулись и поезд, набирая скорость, потащился в тоннель. Парочка даже не обратила на это внимания — по всей видимости, они ссорились. С внезапно вспыхнувшим интересом Матвей вытащил из уха наушник и прислушался.

— Кать, ты дура, что ли?! — перекрикивая шум метро, возмущался парень. — Как тебе такое вообще в голову пришло??! Да у тебя ума, как у табуретки!!!

— Сам придурок! — огрызнулась девушка. — Как будто я слепая и ничего не вижу! Сперва Саша, потом этот Витя, теперь вот Влад…

— Они мои друзья! — негодующе завопил парень. — Понимаешь?! Дру-зья!!!

— Ага, знаю я, какие друзья! Ты же сам говорил, что ты бисексуал!

— Ну и что?! Что из этого??! Мне теперь ни с кем дружить нельзя???!

Девушка надула губы, скрестила руки на груди и смерила парня яростным взглядом. Тот устало плюхнулся на сиденье рядом и запустил пальцы в волосы. Он выглядел озадаченным и расстроенным, будто не знал, как поступить в сложившейся ситуации. Мужик с газетой, не стесняясь, бесцеремонно рассматривал их. И только глухая, по всей видимости, бабка сонно клевала носом.

Парень попытался взять девушку за руку, но она резко вырвала ладонь, отодвинулась и метнула в него еще один разгневанный взгляд. Он вздохнул.

— Кать, может, хватит уже? С девушками мне дружить нельзя — ты ревнуешь. С парнями тоже — ты еще хуже ревнуешь. С кем мне дружить, с инопланетянами?

— Ой, да дружи ты с кем хочешь, — деланно безразлично отмахнулась девушка. — Мне плевать.

— Почему ты думаешь, что я со всеми трахаюсь??? — снова вознегодовал парень.

— Потому что кобель он и в Африке кобель!

Поезд со скрипом затормозил и из колонок зазвучал приятный женский голос:

— Станция Звездная. Следующая станция — Московская.

Двери распахнулись, впуская людей. Они заполнили почти весь вагон и отгородили Матвея от ссорящейся парочки. Он снова отвернулся к окну и включил плеер.

Когда песня «Лакримозы» закончилась, и в наушниках запел вокалист группы «Мастер», Матвей заметил, что парень встал рядом, и скосил на него глаза. А он довольно привлекательный — высокий, широкоплечий, подтянутый. Его густые золотистые брови хмурились, возле четко очерченных губ пролегла едва заметная суровая складка. Он сильно, так, что побелели костяшки пальцев, вцепился в поручень и неотрывно смотрел себе под ноги.

Матвей чуть повернулся в его сторону. Парень поднял голову, поглядел на него и неожиданно широко улыбнулся, от чего на щеках его образовались обворожительные ямочки. Матвей не смог удержаться от ответной улыбки и снял наушники.

— Привет, — поздоровался незнакомец. — Ты гот, да?

— Да, — кивнул Матвей и попытался пошутить: — А что, так заметно?

— Очень. Меня Андрей зовут, а тебя?

— Матвей.

— Приятно. — Андрей протянул ему руку. — Ты, наверное, слышал мой разговор с девчонкой?

— Частично, — уклончиво ответил Матвей, отвечая на рукопожатие. — А в чем дело?

Андрей, казалось, замялся, но уже через секунду его глаза задорно блеснули. Он наклонился к Матвею и заговорщическим тоном зашептал ему на ухо:

— Помоги, будь другом. Хочу заставить ее ревновать по-настоящему. Она уверена, что я сплю со всеми моими друзьями, и с девушками, и с парнями, так как я би. — Он помолчал и добавил: — Пусть посмотрит, как это, когда действительно есть чувства к парню.

Матвей недоумевающе уставился на него.

— Что, прям при всех?..

— Станция Московская, — объявил голос. — Следующая станция — Парк Победы.

Толпа вывалилась из вагона и растеклась в разные стороны. Двери вновь сомкнулись.

Андрей потоптался на месте, покосился на сидящую там же девушку, и вдруг резко притянул Матвея к себе. Тот от неожиданности попытался оттолкнуть его, но ничего не получилось — сильные руки Андрея обхватили его в кольцо.

— Что ты делаешь?! — возмутился Матвей. — Я еще не соглашался! И вообще, я натурал!

— Ага, — усмехнулся Андрей. — Натур-продукт. Натуральнее не бывает.

В следующую секунду его губы накрыли губя Матвея, язык проник в рот, а ладонь, скользнув по спине, нагло сжала бедро. Андрей притиснул Матвея к двери, не выпуская из объятий, и тот вдруг ощутил, как по телу побежали приятные мурашки. А Андрей неплохо целуется — страстно, но нежно, властно и чуть грубовато, но все-таки так осторожно… Волна наслаждения захлестнула его полностью, и он, ни о чем не думая, ответил на поцелуй.

— Ох, содомиты! — истошно заверещала какая-то женщина. — Извращенцы! Уже прямо посреди бела дня зажимаются, в метро!

— Совести нет! — поддакнул сидящий рядом мужчина. — Куда мир катится! Куда не посмотришь, везде одни педики, даже небо голубое!

Андрей чуть отстранился и улыбнулся.

— Кажется, нам конец. Сейчас тухлые помидоры полетят.

— Я же говорил, что не надо при всех, — упрекнул его Матвей и вернул улыбку.

— Ты не говорил, — рассмеялся Андрей. — Ты только сказал, что…

— Андрей! — раздался громкий возглас. — Да ты совсем офигел, что ли??

Девушка вскочила с сиденья и теперь смотрела на них с яростно пылающим гневом во взгляде. Поезд начал тормозить.

— Станция Парк Победы, — сообщили из динамиков.

— Правильно, девушка! — поддержал Катю мужик с газетой. — Это ваш знакомый? Уж врежьте ему как следует, а то совсем распоясались эти голубые!

— Гомосеки! — подала голос старушка. — Сталина на вас нету! А то давно бы лес в Сибири валили! Ишь, разошлись тут цуловаться, извращенцы!

Девушка кинулась вперед. Ее глаза грозно сверкали, щеки раскраснелись — казалось, будто она готова разгромить весь мир, не оставив от него камня на камне. В ней явно проснулся мирно дремавший до этого терминатор.

— Бежим! — захохотал Андрей, схватил Матвея за руку и поволок к распахнувшимся дверям. Матвей послушно побежал за ним. Едва они только выскочили из вагона, как двери со стуком закрылись и поезд возобновил движение. Матвей обернулся и увидел в окне разгневанное лицо Кати. Она вскинула руку и выставила вперед средний палец. Андрей ответил ей тем же жестом, и поезд унесся в темный тоннель.

— Кажется, твои отношения накрылись медным тазом, — вздохнул Матвей.

— Да и пусть, — спокойно отозвался Андрей. — Черт с ней, с этой Катькой. Надоела своей ревностью, истеричка! Гитлер в юбке!

Они поднялись на эскалаторе наверх. На улице накрапывал мелкий дождик, где-то вдалеке рокотал гром, а на горизонте над крышами домов собирались огромные черные тучи. Они угрожающе нависли над городом, делая его серым и мрачным, и, казалось, были готовы вот-вот низвергнуть вниз потоки воды.

В желудке заурчало и Матвей грустно вздохнул.

— Меня сестра убьет, — протянул он и глянул на Андрея. — Я должен был к половине третьего приехать, чтобы за племянницей присмотреть.

Андрей молча смотрел в землю. Они шагали по тротуару, вплетаясь в многолюдную толпу.

— Почему ты ответил на поцелуй? — наконец заговорил он.

— Не знаю, — помявшись, сказал Матвей. — Потому что мне понравилось.

— Ты же натурал. — Андрей быстро посмотрел на него. — А целуешься так, будто не натурал.

Матвей поколебался и все же решил признаться:

— Я наврал, никакой я не натурал.

— Так бы сразу и говорил, — хмыкнул Андрей. — А то заладил: я натурал, я натурал, я с парнями ни-ни, не трогай меня, а то разревусь! И вообще, я девственник!

Матвей весело расхохотался.

— Я не так говорил — это раз. И два — я не ожидал, что ты полезешь целоваться сразу же после того, как узнаешь мое имя. У меня, знаешь ли, такое впервые.

Они подошли к остановке, и одновременно с ними подъехал автобус. Андрей посмотрел на номер и воскликнул:

— О, я на этом могу доехать! — Он повернулся к Матвею и поднял руку в прощальном жесте. — Ладно, давай. Пока. Удачи тебе!

— И тебе.

Матвей смотрел, как Андрей запрыгивает в автобус. И вдруг в душе что-то вспыхнуло. Он шагнул вперед и крикнул:

— Мы еще встретимся?

Андрей обернулся.

— Да, завтра, здесь же, в это же время я буду тебя ждать!

— Скажи твой телефон! — попросил Матвей, но в этот момент двери автобуса плавно сошлись вместе, скрывая за собой Андрея, и он тронулся с места. Матвей проводил его взглядом, потом посмотрел на наручные часы.

14:20.

Здесь же, в это же время, завтра.
Страницы:
1 2
Вам понравилось? +28

Рекомендуем:

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

5 комментариев

+ -
+1
Ярополк Офлайн 9 августа 2014 02:50
Ещё один рассказ, романтизирующий смерть.

Не надоело, а?

Вы никогда не задумывались, господа авторы, что вы такими рассказами десятки человек убиваете!? Смерть, б****, ах, как это прекрасно! Я воссоединюсь с любимым в смерти и всё будет замечательно! А жить после смерти не пробовали? Боль потери не для вас, значит? Боитесь? Больно, потому что? Учиться переносить боль, значит, вам лень, а подвигать к самоубийству такими вот рассказами десятки молодых незрелых мальчишек и девченок вам не лень?

Очень много юных геев кончают жизнь самоубийством. Очень многие после первой потери, после первой несчастной любви превращаются в живые трупы, спиваются, скуриваются, сгорают от наркотиков. Где те рассказы, которые помогли бы им вынести боль потери, встать на ноги, восстановиться и снова продолжить жить полноценной, счастливой жизнью? Или среди пишуших геев никто этого не умеет, и, значит, никого ничему научить не может?
+ -
+1
Денис Опалёв-Романов Офлайн 9 августа 2014 20:42
Объясните мне, господин Ярополк, почему я, когда писал этот рассказ, должен был думать о проценте колющихся и бухающих людей в стране? В том, что они наркоманят и пьянствуют, виноват не рассказ, в этом виноваты они сами. А если человек хочет к чему-то сподвигаться, то сделает он это и без мотивирующей, как вы выразились, литературы. А вот если он слабак и, зная о том, куда ведут алкоголь и наркотики, все равно начинает их употреблять, то я тут ни при чем. Как ни при чем и мой рассказ.
Да, и модель поведения современные подростки берут не из сетевой литературы, поверьте. Не навязывайте свою точку зрения. Если так делаете вы, то этот вовсе не значит, что так делают и все остальные. А касательно вас: не хотите читать о смерти, читайте о Буратино. Насильно вас сюда никто не тащил и читать не принуждал. Каждый выбирает для чтения то, что ему по вкусу.
И так же каждый писатель выбирает сам, о чем ему писать. И вашего позволения на написание чего-либо я спрашивать точно не буду, так что оставьте ваше мнение при себе.
О вашей уверенности, что своим рассказом я свел кого-то в могилу, выскажусь так: человек принимает решение бухать, курить и колоться не из-за того, что прочитал в интернете рассказ. Вы сильно заблуждаетесь, если так думаете. Но, видимо, вы такой человек, который любит перекладывать вину за совершенные поступки на других людей. Ведь в том, что вы скурились, спились или снаркоманились может быть виноват кто угодно — правительство, депутаты, актеры театра и кино, сетевой писатель, продавец из ближайшего ларька, соседка баб Шура, но только не вы сами.
Если человек хочет исправить что-то в своей жизни, он встанет и начнет действовать, а не будет шарить по сети, читать рассказы, а потом обвинять авторов этих рассказов в своих попытках самоубийства и неудавшейся жизни. Так делают слабаки и неудачники.

По поводу мрачности и депрессии. Сам ходил к психологу, сам находился на грани самоубийства еще два года назад. И я вас сейчас удивлю. Знаете, что сказал психолог? «Клин клином вышибают», т.е. подростки, находясь в депрессии, довольно часто выбирают литературу именно мрачного содержания, то же касается и выбора в музыке. Им кажется, что автор/исполнитель понимают их, разделяют их чувства, сопереживают, и это действует куда лучше, нежели эта ваша мотивирующая проза. Впрочем, мрачные рассказы можно назвать и таковыми.
И абсолютно не все так впечатлительны, что после прочитанного рассказа о смерти побегут травиться/топиться/вешаться/прыгать с высотки/резать вены (ненужное вычеркнуть). Так что умерьте ваш праведный гнев.
Я имею право сам выбирать, о чем мне писать.
И последнее. Если писать о чем-то мрачном нельзя, т.к. это толкает людей на самоубийство (что абсолютный бред), то тогда надо на законодательном уровне запретить всех мистиков, писателей ужасов и готической прозы. Ведь они могут убить кого-нибудь своим творчеством… по вашему совершенно ничем не подкрепленному мнению, исходя из которого, все писатели обязаны писать о том, о чем нравится лично вам и что приемлете лично вы. Вы никогда не думали, что аудитории читателей разные, что кому-то нравится одно, а кому-то — противоположно иное?
Думайте перед тем, как что-нибудь сказать, а не просто лепите свое личное мнение как истину в последней инстанции.
--------------------
Вчера меня посетила Муза и ей пришлось вызывать скорую.
+ -
0
Дикий-Кот Северный Офлайн 9 августа 2014 21:22
[quote=Амадео][/quote]

Скажи спасибо, что женщиной не назвали. Данный... "критик" скор на такие выводы. Так что, считай легко отделался. :tease:
Пы.Сы.: Краткость не его талант, слишком много говорит.
+ -
0
Тэлль Офлайн 4 августа 2015 13:53
Вроде литературное место, а на замечания реагировать никто не умеет, сразу истерика...Грусть, печаль
+ -
+1
Денис Опалёв-Романов Офлайн 28 сентября 2015 20:52
Цитата: Тэлль
Вроде литературное место, а на замечания реагировать никто не умеет, сразу истерика...Грусть, печаль

Я люблю критику. Но только тогда, когда вижу, что критик говорит и советует действительно дельные вещи, а не просто лезет тупо поумничать. Люди из последней категории посылаются мной далеко, надолго и без сожаления.
В данном комментарии же критики я не увидел вообще — только лишь личное негативное мнение. Я понимаю, что нравится мое творчество не всем, но читать его под дулом пистолета я не заставляю. Не нравится — закрыл и пошел дальше.
--------------------
Вчера меня посетила Муза и ей пришлось вызывать скорую.
Наверх