Игра

рассказ в двух частях с эпилогом
   
   Часть первая. Упущенный шанс
  
В тот день, когда Артем приехал на турбазу возле большого озера, солнце еще щедро дарило тепло, хотя лето заканчивалось. Высокий, с правильными чертами лица, густыми каштановыми волосами и глазами цвета грозового неба, он был из тех, кто сразу располагает к себе и вызывает симпатию. Добрая и обаятельная улыбка обычно придавала его облику особую выразительность. Но сегодня на лице Артема не было этой привычной улыбки. Радоваться было нечему. Он приехал сюда на два выходных дня не только отдохнуть вдали от городской суеты, но и отвлечься от назойливых, серых мыслей, пережить горечь своего поражения. У него был шанс. И он этот шанс упустил…
   Артему исполнилось двадцать пять лет. После окончания университета он работал программистом, открыл собственную студию веб-дизайна. Мечтал о больших проектах и финансовом успехе, о создании чего-то значимого, что оставит след. Но реальность оказалась куда прозаичнее. Заказы были, но мелкие. Сайты для местных кафе, лендинги для сомнительных стартапов – всё это едва позволяло Артему сводить концы с концами. Его студия – маленькая комната в офисном центре на краю города – больше напоминала убежище для мечтателя, чем процветающий бизнес.
   Артем чувствовал, как внутри него зреет разочарование. Он видел, что другие строят карьеру и добиваются успеха. А он, с его амбициями и талантом, топтался на месте, пытаясь удержаться на плаву. И вот неожиданно появилась надежда. Крупная компания объявила конкурс. Была поставлена задача: предложить оригинальную идею интерфейса для новой образовательной платформы. Победителю обещали приглашение на ведущую должность в компании, при этом его разработки могли быть внедрены в учебных заведениях разного профиля по всей стране.
   Для Артема это был не просто конкурс, а возможность получить билет в новую жизнь. Шанс вырваться из замкнутого круга мелких заказов, доказать себе и миру, что он способен на большее. Это была та самая ступенька вверх, которая могла привести к обретению стабильности и уверенности в будущем. Ведущая должность, профессиональный успех, признание – всё это маячило на горизонте, как долгожданный рассвет после долгой ночи.
   Он знал, что это будет непросто. Конкуренция наверняка окажется очень высокой. Но в его глазах сразу загорелся огонек решимости. Он начал работать без отдыха, погрузился в изучение существующих образовательных платформ, анализируя их сильные и слабые стороны. Он обдумывал архитектуру и функционал нового интерфейса, набрасывал эскизы, экспериментировал с цветовыми схемами и навигацией. Его маленькая студия превратилась в настоящую лабораторию идей.
   Артем представил себе платформу, которая не просто передает знания, но и вдохновляет. Ее оболочка будет интуитивно понятной для учеников всех возрастов – от школьников до аспирантов. Это будет не просто набор картинок и кнопок, а целая система, которая имитирует искусственный интеллект и умело подстраивается под каждого пользователя. В зависимости от того, как человек учится и что ему интересно, интерфейс будет менять задания и предлагать варианты. Благодаря игровым элементам учеба не будет казаться нудной рутиной.
   Его идеи были смелыми, выходящими за рамки привычного. Он хотел предложить вместо скучных и однообразных страниц текста легкий и привлекательный функционал с интересным дизайном. Он представлял себе, как студенты будут с удовольствием возвращаться на платформу, как она станет частью каждого их дня. Для них это будет не только обучение, но и увлекательная игра.
   Когда пришло время подачи заявок и Артем отправил свой проект, он ощущал смесь волнения и усталости, но главное – удовлетворение от проделанной работы. Он сделал всё, что мог. И он понимал, что у него получилось задуманное. Идеи были оригинальными, четко изложенными и проработанными в деталях. Главное – они были реализуемыми.
   Дни ожидания тянулись мучительно долго. Артем старался не думать о конкурсе, но мысли о нем постоянно возвращались. Он продолжал работать над мелкими заказами, но теперь в его действиях появилась новая энергия, желанная и вдохновляющая цель.
   И вот вчера утром он получил электронное письмо. Он перечитал его несколько раз. Текст будто расплывался перед глазами. Слова в нем были сухими и безразличными. Заявка не допущена до участия в конкурсе ввиду неполноты пакета представленных документов. В это было невозможно поверить. Шанс упущен. Его идеи вообще не будут рассматриваться, они не допущены к конкурсу по формальным основаниям. Это письмо словно ударило Артема наотмашь. В его заявке недоставало каких-то бумажек, которые он в спешке и волнении, очевидно, упустил.
   Он бросился к офису компании, надеясь, что, может быть, еще не поздно всё исправить. Увы! Невозмутимым тоном секретарь, которая принимала документы и давала справочную информацию о конкурсе, объяснила, что Артем не приложил к заявке собственноручно подписанную декларацию об авторских правах, кроме того, неправильно была заполнена анкета. Он указал, что будет готов передать компании интеллектуальные права на свои разработки на любых условиях. А надо было указать конкретные условия из числа изложенных в форме анкеты. Сейчас срок подачи заявок истек. По условиям конкурса после этого нельзя что-то изменять в заявках и представлять новые документы.
   Артем стоял на улице, возле дверей офиса. Разочарование давило, оглушало его. Казалось, что мир вокруг лишился всех своих красок. Тут дверь офиса распахнулась, и из нее вышел Игорь Иванович. Артем сразу узнал его: седой, с умными, выразительными глазами, он когда-то был его преподавателем в университете. Сейчас компания пригласила Игоря Ивановича в качестве члена конкурсной комиссии.
   – Здравствуй, Артем! – голос Игоря Ивановича прозвучал неожиданно тепло, он подошел и протянул руку. – Мне очень жаль. Твои предложения были, без преувеличения, самыми интересными и подробными из всех, что поступили.
   Артем поздоровался со своим бывшим учителем и даже попытался улыбнуться, поблагодарить за теплые слова. В голове мелькнуло:
   – Он уже знает о моем поражении. Утешает.
   Между тем Игорь Иванович деловито продолжал:
   – В твоей заявке были новаторские идеи, причем с глубокой проработкой. Но я ничего не мог сделать. Мы тайным голосованием оцениваем допущенные заявки. Те заявки, которые не были допущены до конкурса, мы не рассматриваем. Их даже не указывают в протоколах оценки заявок. Такой порядок… Но я считаю, что это неверно по сути – отбросить из-за формальностей самое ценное и интересное.
   – Я понимаю, что уже ничего нельзя исправить, – сказал Артем.
   – Ну почему же нельзя, – неожиданно возразил Игорь Иванович. – Результаты конкурса будут определены только на следующей неделе. Всё изменить может председатель конкурсной комиссии – Евгений Павлович. Он человек еще молодой, но, как мне показалось, толковый. Тот, кто ценит настоящие идеи и ставит их выше формализма. Я сегодня просил секретаря, чтобы Евгений Павлович меня принял, хотел с ним переговорить о твоей заявке. Но оказалось, что по регламенту конкурса член комиссии не должен вне ее заседания просить за какого-то конкретного конкурсанта. Нельзя что-то обсуждать кулуарно. Это правильно: конкурс должен быть открытым и честным.
   Игорь Иванович ободряюще посмотрел на Артема и добавил:
   – Я не имею права просить председателя комиссии за тебя. Попробуй как-то сам пробиться к нему. Попроси, чтобы он лично посмотрел твою заявку. Если она ему понравится, то он может дать указание, чтобы ее допустили до конкурса.
   Слова Игоря Ивановича стали для Артема искрой надежды. Он не мог так просто сдаться, позволить формальностям разрушить его мечту. Пройти в здание компании Артем не смог. По телефону из приемной ему ответили, что Евгений Павлович не принимает без записи и вообще не сможет принять участника конкурса до его завершения.
   Артем решил стоять у здания офиса до конца рабочего дня. Один доброжелательный сотрудник компании, который выходил из офиса покурить, объяснил Артему, что серебристый «Лексус» во дворе здания, за шлагбаумом, принадлежит Евгению Павловичу. Сейчас он в офисе. Когда закончит работу, то выйдет во двор и будет садиться в свою машину. Его можно попытаться перехватить в этот момент.
   Несколько часов Артем караулил. За это время он успел посмотреть в своем смартфоне сведения о председателе конкурсной комиссии, которые были в интернете, запомнил по фотографиям его внешность. Всего на год на старше Артема, но уже большой начальник. Руководитель проекта по созданию новой образовательной платформы. Сын главного акционера компании. Учился в Гарварде. Теперь работает у отца. Однако, по отзывам, не просто мажор, а хороший специалист. Очень напористый, несмотря на свою молодость.
   И вот он вышел из служебного входа во дворе и направился к своему автомобилю – в элегантном летнем костюме, уверенной походкой. Артем сразу же бросился вперед, поднырнув под шлагбаум, но моментально был остановлен двумя охранниками.
   – Молодой человек, на территорию без пропуска нельзя. И вход только через бюро пропусков!
   Артем был оттеснен от шлагбаума, оказался в проходной. Он пытался что-то сказать, объяснить, насколько ему важно именно сейчас поговорить с Евгением Павловичем. Но его не слушали.
   – Евгений Павлович не принимает посетителей во дворе, – крепкие охранники стояли стеной.
   Артем понял, что его последняя надежда ускользает. Он видел, как Евгений Павлович садится в машину, как заводит двигатель. Внутри была волна отчаяния, но он ничего не смог сделать. Открылся шлагбаум. Серебристый «Лексус» выехал со двора, повернул и, набирая скорость, исчез в потоке машин. Артем вышел из проходной на улицу и поплелся домой. Он был раздавлен. Последний шанс, пусть даже призрачный, был упущен.
   
   Часть вторая. Знакомство
  
Вечером того же дня Артем смог взять себя в руки. Он взрослый человек, способный сохранять самообладание в любой ситуации. Обидно из-за ерунды, формальности упустить свою удачу. Но придется смириться с тем, что случилось. Впереди еще будут другие возможности, надо извлечь урок и в будущем более аккуратно подходить к заполнению официальных бумаг.
   Артем решил развеяться, отвлечься от грустных мыслей и для этого поехать на два дня на озеро. Это был самый доступный и чистый водоем рядом с их городом. Большое и глубокое озеро было окружено лесом. Расположившаяся рядом турбаза предлагала услуги для отдыхающих с любой толщиной кошелька – от посуточной аренды маленьких фанерных домиков на горке до вип-отдыха в роскошных коттеджах и разнообразных увеселительных заведениях.
   И вот в субботу утром Артем приехал сюда и занял забронированный накануне самый простой и дешевый домик. Он быстро переоделся и вышел на воздух. Сквозь стволы сосен пробивались солнечные лучи, окрашивая землю в мягкие золотистые оттенки. В воздухе витали ароматы хвои и душистых трав. Природа напоминала о скором приближении осени, но пока еще царила летняя полнота жизни. Вокруг была спокойная тишина, нарушаемая лишь редкими трелями птиц и шорохом травы под ногами. Артем глубоко вдохнул, чувствуя, как грусть и разочарование постепенно уступают место умиротворению и внутренней гармонии. Всё вокруг словно дышало теплом и тихой надеждой.
   Артем решил: сегодня он прогуляется, искупается в озере и рано ляжет спать, а завтра с самого утра возьмет на прокат лодку и спиннинг, попробует половить рыбу. Он быстро перекусил в кафе и спокойно шел по территории турбазы, рассматривая знакомые места и вспоминая дни юности, проведенные здесь в хороших студенческих компаниях. И вдруг у коттеджей вип-зоны, за ограждением, он заметил знакомый серебристый «Лексус». Сердце ёкнуло. Неужели?
   Он смог рассмотреть номера на машине. Те самые! И вскоре на веранде одного из коттеджей мелькнул знакомый силуэт. Значит, Евгений Павлович по какому-то невероятному совпадению приехал отдохнуть на эту же турбазу. Судьба дает Артему еще один шанс. Надо постараться с ним встретиться: ведь он должен сейчас или ближе к вечеру пойти купаться на пляж. Он, наверное, будет не один. Но всё равно можно попробовать с ним заговорить, терять уже нечего. Артем замер: он будет стоять здесь столько, сколько потребуется.
   На этот раз он ждал не больше часа. Евгений Павлович вышел из своего коттеджа, причем вышел в одиночестве. Приложив к запирающему устройству свой магнитный пропуск, он открыл одну из калиток ограждения вип-зоны и быстро пошел вперед. Он направился не в сторону пляжа, а по одной из тропинок, ведущих в лес. Одет он был странно для летнего отдыха: белая рубашка и темные брюки. Сам Артем был в футболке и шортах. Может быть, проведенные за границей студенческие годы выработали у молодого руководителя привычку всегда строго одеваться?
   Артем быстро его догонял. В голове роились мысли:
   – Как лучше начать разговор? Не отреагирует ли председатель конкурсной комиссии с раздражением на попытку беспокоить его во время отдыха? Главное, чтобы он не отказал сразу, согласился выслушать Артема. Надо сослаться на Игоря Ивановича, что это он посоветовал обратиться к нему. Тогда хотя бы будет уверенность, что он станет слушать.
   Тропинка петляла между деревьями, следуя изгибам берега озера. Евгений Павлович быстро шел по ней уверенной походкой. Артем, немного отстав, следовал за ним, но никак не решался его догнать и начать свой разговор.
   – А куда он вообще идет? – думал он. – Может быть, не хочет купаться на общем пляже, где много детворы? Ищет место в уединении? А что, если попытаться познакомиться с ним как будто невзначай?
   Артем хорошо знал эти места. Он мог бы служить здесь гидом.
   – Догоню его, поздороваюсь, потом скажу, что знаю живописную поляну на берегу с хорошим заходом в воду, – решил он. – Объясню, что здесь илистое дно, но чуть дальше будут прекрасные места – песчаный берег. Может быть, он захочет составить компанию или что-нибудь спросит. А там видно будет.
   Между тем тропинка уже увела их далеко от турбазы – в глухое место, плотно заросшее кустарником. Неожиданно Евгений Павлович остановился: кто-то перегородил ему дорогу. Артем замер сзади и стал прислушиваться. Высокий парень атлетического сложения, в красной майке, со спортивной сумкой на плече, говорил громким и требовательным голосом.
   – Что ты такой жадный? Угости закурить, я же тебя пока по-хорошему прошу.
   – Дайте мне пройти. Я же сказал Вам, что не курю, – отвечал ему Евгений Павлович.
   Этого атлета Артем видел сегодня утром: он приехал тем же рейсом автобуса и получал ключ от своего домика перед Артемом. Рост под два метра, гора мускулов, короткая стрижка – он действительно напоминал спортсмена. Что он делает на этой тропинке в лесу и зачем просит закурить? Тут что-то не так. У него явно другие цели. Но какие?
   Дальше всё завертелось стремительно, как в кино при ускоренной съемке. Евгений Павлович сделал попытку проскочить сбоку от этого атлета. Тот схватил его за рубашку, дернул – раздался треск материи, полетели пуговицы.
   – Что Вы делаете! Немедленно отпустите меня! – уже кричал Евгений Павлович.
   Но, видимо, это только раззадорило атлета. Он сильно рванул схваченную в горсть белую рубашку и буквально разорвал ее в клочья. Потом он швырнул своего оппонента на землю. Евгений Павлович оказался лежащим на животе, атлет упирался ему коленом в спину, одной своей рукой он завернул ему руку назад, при этом прижимая локтем его шею и голову к земле. А другой своей рукой он… стал стаскивать с него брюки. Евгений Павлович пытался дрыгать ногами и что-то кричать. Даже не кричать, а издавать отдельные возгласы: его лицо было прижато к густой траве. Атлет стащил с него брюки, вывернув их при этом наизнанку. Белым пятнышком среди травы мелькнули узкие, облегающие трусики.
   Артем растерялся, он не знал, что делать. Выскочить и наброситься на этого атлета, защитить Евгения Павловича? Силы явно неравны. Такой бугай легко справится с ними обоими, может даже убить, чтобы не осталось свидетелей. Кричать, звать на помощь? Пытаться напугать этим бандита и насильника?
   А между тем атлет стал стягивать с Евгения Павловича его трусики, тот отчаянно сопротивлялся, изгибаясь и пытаясь ударить его ногами. В результате трусы разорвались. Показались белые, не тронутые солнцем, ягодицы. Артем понял, что может произойти дальше. Логика покинула его сознание, он уже не раздумывал, как лучше поступить. Возмущение захлестнуло его, и он действовал так, словно больше не осмысливал происходящее и не владел собой.
   Он схватил в руки валявшуюся на земле суковатую палку и бросился на насильника.
   – Ах, ты гад! – с каким-то звериным рыком закричал он. – Что творишь! Убью!
   Палка врезалась в голову атлета и от этого разлетелась на куски. Видимо, она оказалась гнилой. Удар наверняка был чувствительным, но не мог причинить насильнику серьезного вреда. Артем замер с оставшимся в его руках коротеньким куском палки, он вновь обрел ясность ума, но не знал, что делать дальше.
   Атлет повернулся в сторону Артема и с каким-то изумлением посмотрел на него. Как будто не мог сообразить, кто это и откуда он вдруг взялся. Потом он резко вскочил и побежал в кусты, даже не попытался при этом захватить свою большую спортивную сумку – она осталась на траве. Артем не понимал, что могло его так напугать. Вид Артема с куском палки в руке? Выражение его лица? Что-то другое?
   – Сработал эффект неожиданности, – наконец осознал он. – Тот не ждал отпора, а тем более нападения.
   Насильник быстро скрылся из вида. Убегая, он успел прокричать несколько фраз. Артем разобрал только одну из них:
   – Зачем же сразу бить по голове, что я слов не понимаю?
   Его поведение было очень странным. Сначала грубое, жестокое нападение на незнакомого человека. Потом трусливый побег.
   – Видимо, у этого парня не всё в порядке с головой, – решил Артем.
   Евгений Павлович перевернулся с живота на спину и попытался сесть. Его вид был жалким. На плечах висели клочья еще недавно белой рубашки: они были в бурых пятнах от глинистой почвы и зеленых разводах от травы. Вывернутые наизнанку брюки застряли на стопах. Разорванные трусы свалились с тела. Спутанные волосы. Измазанное грязью лицо. От уверенного в себе руководителя не осталось и следа, он был похож на попавшего в беду подростка. Худенькое нагое тело, ноги и грудь почти совсем без волос – с нежной, хотя загорелой кожей. Выбритый пах контрастировал своим молочно-белым цветом. Даже его «мужское достоинство» казалось не таким, каким оно должно быть у молодого мужчины, а скорее таким, каким бывает у ребенка.
   Артем не знал, что сказать, как начать теперь разговор. Он хотел помочь парню встать, но словно боялся прикоснуться к нему. Рядом лежала спортивная сумка с расстегнутой молнией, брошенная убежавшим насильником. В ней были какие-то прозрачные пакеты: то ли с одеждой, то ли с каким-то бельем. Отдельные предметы вывалились из нее. Артему бросились в глаза пачка презервативов и большой тюбик с надписью «гель-лубрикант». Он понял, что могло произойти на этой лесной тропинке, от какой беды и какого позора он только что спас человека.
   В этот момент Артем не думал о том, зачем он шел за ним и стремился познакомиться. Он только испытывал сочувствие к этому парню, так внезапно и нелепо оказавшемуся в беде. На лице Евгения Павловича появилась какая-то странная улыбка. Он с удивлением смотрел на Артема и как будто не осознавал до конца, где он, что с ним случилось и кто сейчас перед ним. Наконец он тихим голосом спросил:
   – Ты кто?
   Артем понял: это стресс. Ему нужно время, чтобы прийти в себя.
   – Я случайно шел мимо и увидел, что на Вас напали, – ответил он. – Как Вы себя чувствуете? Не бойтесь, этот бандит убежал. Вам больше ничего не угрожает.
   Евгений Павлович попытался надеть трусы, но они только окончательно разорвались пополам – на две тоненькие тряпочки. Тогда он попытался вывернуть и надеть брюки. Это тоже не получалось: в них застряла слетевшая с ног обувь. Он продолжал сидеть голым на траве, не мог встать. Артем решил ему помочь, но тут стало происходить что-то совсем непонятное.
   Оказалось, что бандит не убежал далеко. В кустах появилось его лицо. Рукой он держался за ушибленную голову, но почему-то улыбался. Его рот расплылся, что называется, до ушей. Потом он прокричал:
   – Женька! Ну ты даешь! Не мог хотя бы намекнуть, что в этот раз у тебя будет защитник? Я чуть в осадок не выпал от неожиданности. Реально тебе говорю.
   Артем замер, ничего не понимая. Евгений Павлович наконец освободил свои стопы от вывернутых наизнанку и испачканных брюк, скинул с себя оставшиеся от рубашки лохмотья и поднялся с земли. Он был цел и невредим: ни ушибов, ни серьезных ссадин, только весь перепачкан грязью. Он продолжал смотреть на Артема с какой-то странной, мечтательной улыбкой. На его лице было написано смущение, но казалось, что оно вызвано не тем, что он стоит перед Артемом совершенно голый, а тем, что ему неловко что-то рассказать, объяснить.
   Потом он всё-таки решился, с его губ исчезла эта странная улыбка, лицо приобрело какое-то виноватое выражение. Он медленно сказал:
   – Это не бандит. Мы с Геной вместе учились в школе, а сейчас он работает у меня в охране… Мы так играем… Гена должен меня подкараулить в неожиданном месте и напасть…
   Теперь крайнюю степень изумления выражало лицо Артема. Он стоял и не знал, что можно сказать и что теперь нужно делать.
   – Ген, где ты там? – крикнул Евгений Павлович. – Иди сюда, помоги мне одеться.
   Гена сразу же подбежал и достал из своей сумки тонкое влажное полотенце. Евгений Павлович стал вытирать им свое тело. Он делал это медленно и совсем не стеснялся. На его лице опять была мечтательная, счастливая улыбка, как будто мысли у него витали где-то далеко – в мире грёз. Он словно наслаждался своими внутренними переживаниями. Его тело теперь почему-то показалось Артему очень красивым. Даже «мужское достоинство» выглядело уже не крошечным, а именно таким, каким оно должно быть у молодого парня.
   Гена помогал: аккуратно вытирал ему спину. Потом он вынул из сумки пакеты с чистой одеждой – новыми трусами, красивой футболкой и джинсами, развернул чистый коврик и держал в руках другое полотенце – большое махровое. Наконец парень завернулся в это махровое полотенце, встав ногами на коврик.
   – Как твоя голова? – с тревогой в голосе спросил он Гену. – Не больно?
   – Нет, всё нормально, Евгений Павлович, – Гена уже вернулся к привычной субординации. – Будет, конечно, шишка. Но почти не болит.
   – Ты извини меня, – сказал Гене Артем. – Я же совсем другое подумал…
   – Да ладно, ничего страшного, – улыбнулся тот в ответ.
   Евгений Павлович заботливо осмотрел голову друга, а потом стал одеваться в чистую одежду.
   – Я не хотел… не знал, что вы играете, – смог выдавить из себя Артем. – Я тогда пойду…
   – Только, пожалуйста, не говори никому про это… про то, что ты видел, – каким-то робким голосом попросил Евгений Павлович.
   – Никому не скажу. Даю слово, – заверил его Артем.
   Потом он быстро пошел по тропинке обратно на турбазу, оставив вдвоем друзей, чья необычная игра была прервана его непрошеным вмешательством. Вскоре он оказался в своем домике на горке. В голове был ворох мыслей. Теперь любой деловой разговор с председателем конкурсной комиссии невозможен. Он, наверное, его возненавидит. Не захочет знать, после того как Артем застал его за такой игрой. Еще решит, что он намерен его шантажировать.
   Но сквозь эти грустные размышления, окончательно хоронившие надежды на победу в конкурсе и карьерный рост, почему-то пробивались странные эмоции. Артем чувствовал возбуждение от того, что он сегодня увидел. Ему понравился этот парень, понравилось его тело. Хотелось крепко прижать его к себе, приласкать.
   Раньше Артем пытался строить отношения только с девушками, хотя долгосрочные союзы у него не складывались. Он давно знал про себя, что парни привлекают его больше, чем девушки. Фантазии об интимных отношениях с парнем возникали у него с ранней юности. Но ни разу они не воплотились в реальность. Сейчас его охватило сильное, почти непреодолимое желание всё-таки это попробовать. Причем попробовать именно с этим парнем, которого он увидел сегодня голым и беззащитным. Чтобы отогнать дурацкие мысли, все эти абсурдные фантазии, Артем попробовал чем-то отвлечь свой разум. Даже включил на смартфоне радио.
   Зазвучала какая-то веселая песенка. Задорный голос, похожий на детский или подростковый, но всё-таки явно женский, с беззаботной радостью и смехом выводил каждую фразу.
   
   Мы то скрываем,
   Что скрыть желаем,
   И носим маски
   Не для огласки.
   Наша игра
   Тем и важна!
   Я шаловлив,
   Но не болтлив.
   И скрытен крайне
   Во всякой тайне.
   Я, как могу,
   Их берегу…
   Чужой секрет
   Не выдам, нет![1]
   
   В голове Артема мелькали мысли:
   – Для них это игра, забавная и желанная. А для него это конец надежде участвовать в конкурсе. Да еще добавилось это волнующее и неуместное возбуждение. Эти фантастические мысли о том, что там, на лесной тропинке, могло случиться какое-то продолжение этой игры… продолжение с его участием. Надо завтра утром уехать и постараться поскорее обо всём забыть. То, что он видел сегодня, не должно стать известно никому. Такой секрет не выдать, нет!
   Отвлечься и забыть не получалось – возбуждение не проходило. Оно разливалось по всему телу и собиралось внизу живота, пульсируя силой и внутренним огнем. Артем заперся в своем домике, чтобы наконец сбросить это напряжение. Ему часто приходилось так делать, интимные отношения случались у него лишь эпизодически. Он представлял себе это худенькое нагое тело – загорелое и с белой полоской в паху, при этом словно наяву ощущал нежную и прохладную кожу, горячие губы, ласковые руки…
   Когда волна удовольствия достигла пика, лицо Артема блестело от испарины, а грудь вздымалась в частых, напряженных вздохах. На этот раз ощущения были запредельными по своей силе, а разрядка – необычайно бурной. Он едва сдержался, чтобы не вскрикнуть.
   Потом он быстро сбегал в летний душ, который был недалеко – здесь же, на горке, среди одинаковых маленьких домиков, и вернулся к себе умиротворенным.
   Наступил вечер. Артем не пошел в кафе ужинать, словно боялся встретиться по дороге с тем, кто так неожиданно смутил его покой. Он сидел в своем домике на кровати, слушал радио, грыз печенье и пил родниковую воду – еще утром он набрал целую пластиковую канистру. Он всегда привозил отсюда домой эту чистую и удивительно вкусную воду.
   Неожиданно раздался робкий стук в дверь. С каким-то странным волнением Артем встал и открыл ее.
   На пороге стоял Евгений Павлович, а рядом во весь свой богатырский рост возвышался Гена.
   – А мы не сразу тебя нашли… Вот, решили извиниться, – начал неуверенным голосом Евгений Павлович. – Прости, если чем-то тебя задели или испортили настроение. Хотим как-то загладить…
   На лице у Гены опять была его характерная улыбка до ушей. В руках он держал две бутылки виски и большой пакет, от которого исходили ароматы жареного мяса и еще чего-то гастрономического – тонкого, едва уловимого.
   Сердце Артема учащенно заколотилось, но он постарался говорить ровно, чтобы голос не выдал внутреннего напряжения:
   – Вы не беспокойтесь… Я никому не скажу. Я же обещал. А я всегда держу слово…
   – Ты знаешь, – лицо у Евгения Павловича неожиданно приобрело романтическое, мечтательное выражение. – Я совсем не из-за этого… Мне так понравилось сегодня. Я еще никогда не получал столько адреналина. Это были потрясающие ощущения. Меня сегодня впервые кто-то бросился защищать… спас, рискуя собой. И не просто кто-то, а такой красивый парень… У меня теперь в голове буря фантазий. Я никак не могу успокоиться, переключиться. Думаю, а вдруг это судьба. Я всё время себе представляю, а что могло быть дальше… между мной и моим прекрасным спасителем…
   Тут он немного смутился и сделал паузу. Артем стоял, с удивлением и какой-то надеждой глядя на него. И он продолжил:
   – Мне очень хочется с тобой познакомиться. Не только познакомиться, но и… подружиться. Если ты, конечно, захочешь…
   Артем отступил в сторону, жестом приглашая парней в свой домик. Лицо Евгения Павловича засияло. Переступив порог, он протянул руку:
   – Я Женя.
   Артем крепко пожал ему руку и искренне, уже не скрывая своей радости, сказал:
   – А я Тёма… и тоже хочу с тобой подружиться…
   
   Эпилог
   Последние восемь месяцев были для Артема напряженным марафоном, времени на отдых оставалось совсем чуть-чуть. Разработка пользовательского интерфейса для новой образовательной платформы была успешно завершена. Не все первоначальные идеи были воплощены в жизнь – от чего-то пришлось отказаться в целях простоты и универсальности. Но цифровой продукт в итоге получился добротным и изящным – он нравился и самому автору идеи, и экспертам.
   Еще шла его отладка, когда Артем увлекся новым проектом по созданию «умной» платформы для учета и оптимизации движения грузов. Для нее он сразу придумал название – «Живой маршрут». Система будет объединять сотни точек на карте, превращая хаос логистики в стройный танец точных расчетов и мгновенных решений. Этот электронный мозг будет видеть сквозь километры и пробки, предугадывать пути, формируя четкий процесс передвижения и экономя ресурсы.
   Артем так и не получил в компании ведущую должность, о которой когда-то мечтал. Женька прямо сказал, что не видит Артема в качестве своего подчиненного. Ему нравится самому подчиняться ему во всём, что касается их двоих. Со студией Артема был заключен подрядный договор. Теперь это была не просто студия, а целая фирма со светлым, просторным офисом и небольшой, слаженной командой молодых программистов. Артем получил не только подряд, но и долю в коммерческих правах на внедрение цифровых продуктов.
   Полноценный отдых был запланирован на майские праздники. Они выдались солнечными, хотя ночи еще были холодными. Этим утром Артем проснулся под теплым одеялом на той самой турбазе у озера, только это был уже не фанерный домик на горке, а спальня в большом коттедже. Женька во сне прижался к Артему и сейчас мирно посапывал, забившись головой ему под мышку.
   – Жень, нам не пора вставать? – тихим голосом спросил Артем и попробовал его слегка пощекотать. – Солнце уже высоко.
   Женька недовольно заурчал, потом, не открывая глаз, чмокнул Артема в бок, обхватил руками поперек туловища и пристроил голову на его груди:
   – У-у-у… Тём, дай еще немножко поспать…
   Артем с любовью посмотрел на него и поцеловал в макушку. На новогодние праздники они вместе летали за границу на короткий отдых и после него решили не расставаться, жили теперь вдвоем. Поездка на турбазу стала их общим маленьким праздником.
   – Ты, наверное, забыл, какой у нас сегодня трудный и опасный день? – не отставал Артем. – Мы же хотели пораньше встать, еще раз посмотреть на карте наш маршрут, оценить угрозы. Коварный враг готовит покушение. Он хочет разлучить нас, отнять самое ценное – нашу любовь. А мы с тобой еще даже не прикинули, в каких точках маршрута возможно это покушение. Проигрывать сегодня нельзя, слишком высока ставка. Евгений Павлович… Женька.. Тебе не страшно?
   – Я теперь ничего не боюсь, потому что ты всегда рядом, – прошептал Женька, открывая глаза и улыбаясь. – И проиграть не боюсь. Главный приз мы уже выиграли, и его у нас с тобой никто не сможет забрать!

[1]Песенка Оска́ра из оперы Дж. Верди «Бал-маскарад», партия юного пажа написана для женского голоса.