У Ильи есть две драгоценности – эскизы Казимира Малевича и кот, по имени Казимир, совершенно особенный, со своим, пусть и кошачьим, взглядом на мир, но который гораздо проницательней, чем взгляд человеческий. Илья знакомится с Тимуром, знатоком и ценителем русского авангарда, в которого влюбляется, и... разгораются нешуточные страсти.

Жаркое лето, совместные планы и цели. И сложный выбор: быть вместе, бороться друг за друга, строить жизнь по собственным правилам, или пойти на поводу у близких, прислушаться к их мнению и все же расстаться. Решать только им.

Продолжение повести "Сопротивление ветра". 

Дима всегда жил в ладу с собой. Никакого истеричного самоанализа или нервных метаний. Безосновательные душевные переживания никогда не владели им, потому он старался держаться подальше от «чувствительных и ранимых» людей, считая их неврастениками или симулянтами. Он откровенно мог признаться себе в своих слабостях, симпатиях и желаниях. Но у всего должен быть свой предел, в конце концов. Размышлять о физической совместимости с тренером — это как-то чересчур. Да и о чём здесь думать? Ему и смотреть-то было почти невыносимо, а уж поучаствовать… Да, думать здесь не о чем.

О зарождении чувств с экскурсией в прошлое. 

 

На краю гибели, в крайней точке уничижения Бог срывает с людей все покровы, заговаривая с ними на своем особом языке. Тем, у кого еще есть силы и желание жить и быть счастливым он раскрывает истинное предназначение любви, перед которым бессильны самые могущественные демоны.

Повесть о любви двух мужчин в лагере смерти. 

Предупреждение: нецензурная лексика.

Время действия - конец восьмидесятых, совпадения с реалом не исключены.

 

Старинные дома таят множество зловещих тайн. Обитателям одного из таких творений зодчества особенно повезло. Сказочно низкая цена и троица озабоченных призраков в придачу...

 

 

 

Кто ж знал, что уже через пару часов мужчина окажется в незнакомом районе города и будет довольно покачиваться на носках под чужим подъездом, размышляя о произошедшем и сжимая в кармане трофей - чёрный шелковый галстук, который буквально десятью минутами ранее лежал на полу спальни. Может, всё потому, что даже находясь под кем-то, он оставался абсолютно независимым? Вот уж точно «Свободная Куба»!