Елена Котельникова

Мурашки по коже

Аннотация
Чтобы вынести рядом с собой такого жестокого и самоуверенного в себе человека, как Максим, Стасу пришлось убить в себе много качеств, во главе которых стояла мужская гордость. Он не знал, будет ли вознагражден за свою жертву или это всего лишь пустая трата времени. Он надеялся, он ждал, он верил, а им в этот момент забавлялись, как самой любимой терпеливой игрушкой.

 



-Почему в этой постели ты спишь только со мной?Максим переворачивается на спину, равнодушно смотрит в потолок, подложив руки под голову, и усмехается:
-Если после наших постельных утех мне приходится отстирывать всю свою кровать, что будет, если я каждого парня буду сюда приводить? Я тогда только уборкой и буду заниматься. С другими мне достаточно любой горизонтальной поверхности. И даже не обязательно горизонтальной. Тебе пора! Собирайся. 
Мой любимый педант! Он поднимается со своей постели и голышом идет на выход, а я как всегда провожаю его фирменным взглядом послушного щенка, готового вылизывать его ботинки, если он потребует. Надеюсь, он не опустится до такого унизительного приказа. Я и так многим жертвую ради этих зыбких непонятных отношений в виде постельных встреч раз в неделю. Но, похоже, бессмысленность и диструктивность нашего общения вижу лишь я один.

*                      *                     *

Те, кто уверен в том, что каждый человек в этом мире должен иметь диплом и занимать высокопоставленные должности, глубоко ошибаются в своем железобетонном стремлении доказать это остальной неверующей кучке людей. Я всегда хотел работать, а не зарабатывать. Мне хотелось вкалывать. В детстве родители крутили у виска пальцем, смотря на меня, как на сумасшедшего, когда я спросил: «А нужен ли диплом, чтобы быть слесарем?» Я твердил им, что не всем хочется быть юристами, бухгалтерами или начальниками, но они мне не верили. 
Я не был глуп. Я окончил школу, несмотря на свое хулиганское поведение, и даже проучился три курса в институте со стипендией хорошиста, пока не понял, что не хочу этого. Конечно, родители заставили меня позже закончить и институт, выпросив у декана для меня академический отпуск на год, но увидеть меня в кресле руководителя им все равно не светило. Я хорошо разбирался в компьютерах и стал подрабатывать в фирме по их продаже и ремонту, а диплом юриста пылился на полке между томиком Оскара Уайльда и пособием по изучению Windows XP. Я мог круглосуточно сидеть над очередной железкой в тихой безлюдной комнатушке три на три метра площадью и решать проблему за проблемой, понимая, что здесь от меня по-настоящему есть толк. Когда клиент увидит, что компьютер снова готов ему служить, он будет мне благодарен. Пусть я и не услышу слов благодарности, но мне будет приятно уже оттого, что я смог кого-то осчастливить, сделав что-то своими умелыми руками. Потом меня перевели из отдела ремонта в отдел техподдержки: я стал расти по своей личной скромной карьерной лестнице. Теперь на мне было больше ответственности: я привозил клиенту купленный им компьютер или ноутбук, устанавливал его на месте, объяснял все преимущества выбранной модели и нюансы работы и в дальнейшем занимался его обслуживанием. Все были довольны моей работой, я – тоже.
Максим был моим последним клиентом в тот будний насыщенный день: он купил себе для работы самый дорогой и навороченный ноутбук. Уж и не знаю, как часто он нужен был ему для работы, но мне дико хотелось посмотреть на этого идиота, купившего вещицу, которую мы уже отчаялись кому-то продать. Его стоимость отпугивала всех подряд, к тому же если учесть невостребованность многих функций и программного обеспечения, казалось, этот агрегат проще разобрать на детали и распродать по частям, чтобы фирме хоть как-то окупилось это никому ненужное приобретение. Максим был из тех клиентов, которые сначала смотрят на дороговизну, а потом на функциональность. Как выражался мой коллега: «Беспонтовый понт!» И вот мы все же продали наше «беспонтовое» чудовище, и я повез его по заданному адресу. Максим Игоревич. Самым ужасным в общении с клиентами было называние их по имени-отчеству. Порой это сочетание было настолько непроговариваемым, что приходилось тренироваться перед зеркалом, дабы не запнуться, не дай Бог, при встрече с клиентом! Здесь же все оказалось проще.
-Макс! – представился он сразу, как только я прошел на порог, держа сумку с ноутбуком в одной руке, сумку в документами – в другой. Пожать его протянутую ладонь не было возможности. Я застыл, не зная, какую именно сумку бросать в ноги, а он усмехнулся.
-Проходи в кабинет.
Мы были одногодки или что-то вроде того: без пяти минут тридцатник. Только рядом с ним я ощущал себя прыщавым подростком. Первое слово, которое пришло мне в голову при взгляде на него, - педант! При том конкретный педант! Во-первых, еще ни у кого я не встречал такой кристальной чистоты и порядка в квартире: все вокруг слишком ровно, симметрично, логично. Складывалось ощущение, что он здесь вообще не живет. Я шел в ботинках по ковру и искренне боялся за себя, любимого, что сейчас он обернется, увидит, что я забыл разуться, и на кулаках выставит меня за дверь. Я тут же представил невеселую картину: как я заявляюсь в офис вместе с этим злосчастным ноутбуком наперевес, и все в ужасе попадают в обморок. Елена Владимировна сделает это первая, а потом подпишет мое заявление об увольнении. Мда. Будет забавно! А во-вторых, если продолжить тему педантизма, я бы отметил строгость внешнего вида: синий костюм – пиджак и брюки, белоснежная рубашка и темно-серый серебристый галстук. Даже волосы были уложены гелем – для придания блеска. Не удивлюсь, если он ухаживает еще и за своими ногтями и кожей. Сколько пафоса!  
-Поставь его на стол.
Я очнулся от своих сумбурных мыслей, поставил сумку на стол и раскрыл ее. Какое-то время я устанавливал ноутбук на пустом широком столе, Максим сидел на диване, закинув ногу на ногу, и со скучающим видом баловался зажигалкой. Даже удивительно: это была одна из комнат его квартиры, сделанная в стиле современных офисов. Здесь были и два шкафа с папками, и длинный стол для заседаний, и офисное кресло, и жалюзи на окне, и даже белая доска на стене с цветными маркерами, чтобы что-то писать или демонстрировать. Мое дело – установка, но, видимо, Максим заметил мое любопытство и проговорил:
-Я работаю на дому. Не вижу смысла снимать большие пустые дорогостоящие офисы.
-Но, тем не менее, Вам хватает денег покупать такие дорогостоящие вещицы, как этот ноутбук, - ляпнул я и чуть не закусил свой непослушный язык. Максим перевел на меня иронизирующий взгляд и улыбнулся уголком губ:
-Почему бы и нет? Ведь ты получишь проценты от его цены, так? Тем более его обслуживание тоже стоит недешево, как я понимаю.
-Верно.
Он медленно поднялся с дивана и подошел к столу, где я возился с проводами. 
-Кто будет обслуживать этот ноутбук, если он сломается?
Я вылез из-под стола, держа в руках сетевой шнур, и пожал плечами:
-Кто устанавливает, тот и обслуживает, как правило.
-То есть ты?
-Да, я.
Он приблизился почти вплотную ко мне:
-Как тебя зовут?
-Станислав. Стас. 
-Стас, значит, - как-то устало выдохнул он и обглядел меня с ног до головы. – Забавная форма у вас в конторе. Обязательно носить это, - он подцепил воротничок рубашки пальцем и отпустил, - во время выездов?
Я равнодушно обглядел свой зеленый костюм с эмблемой фирмы: то еще убожество, но против правил не попрешь.
-Думаю, обязательно. Наши клиенты запомнят нас по форме, и если работа их устроит, они всегда вспомнят смешных чуваков в ужасной форме болотного цвета, - улыбнулся я непринужденно. Максим внимательно смотрел мне в глаза, а потом снял с моей головы рабочую кепку и отложил ее на стол.
-Тебя-то я и без формы запомню, будь уверен.
Наверное, он излучал слишком сильный заряд энергии, и я впал в туманную прострацию. Моему спокойствию можно было позавидовать. Прошли доли секунды между тем, как до меня дошел смысл сказанных слов и их подтверждением. Все произошло довольно быстро: секунда – грубый поцелуй, еще секунда – и на мне нет рубашки. Коридор, спальня, мягкая напольная кровать. Здесь все было таким светлым и мягким после строгого темного кабинета. Белого цвета кровать имела вид огромного пухового матраса на полу, белый угловой шкаф-купе с зеркалом на всю дверь, белая ширма в японском стиле, искусственное дерево сакуры... Это все, что я успел разглядеть за несколько секунд, которые он вел меня к своей постели по мягкому белому ковролину, чтобы опрокинуть на нее и заставить забыть обо всем на свете. Моя одежда полетела куда-то в сторону двери, и Максим взялся за себя. Пришлось ему помогать: я молча расстегивал ему брюки, пока он возился с верхом. Не скажу, что я был в первый раз с мужчиной в постели, но сейчас я снова почувствовал себя неуклюжим подростком, который пришел к своему старшему другу и попросил показать мир взрослых. И я был уверен, что Максим покажет мне его без прикрас. Казалось, сейчас он совершенно не способен быть нежным. На серьезном лице читалась уверенность: таким личностям нельзя говорить «Нет». Лучше позволить им себя унизить, чем потом наблюдать уничтожающий взгляд всю свою жалкую вечность. Они не простят: никогда. 
Был ли я очередным трофеем в его списке или у него взыграло внутреннее возбуждение, я не знал да и не пытался узнать. Понимание того, что это всего лишь рядовое техничное соблазнение вызывало во мне отторжение происходящего и мерзкое чувство отвращения, и я гнал все это из себя до тех пор, пока не стал отключаться от реальности. Максим замечательно ввел нас обоих в мир удовольствия: я не заметил, как быстро подстроился под волну его страсти, как позволил собой овладеть, даже не пытаясь сопротивляться или идти на компромисс по поводу позы в постели, что для меня всегда имело значение. Принял его приказ без обиняков, беспрекословно подчинился. Просто отключил сознание, стараясь не стонать слишком громко вслух и не порвать простынь в сжатых пальцах. В такой ситуации нельзя быть разумным. Нужно стать сумасшедшим. Поэтому и секс у нас получился сумасшедшим, горячим, быстрым, но мощным. Наш неожиданно одновременный оргазм разорвал меня изнутри, заставив меня изогнуться в экстазе и громко вскрикнуть. Максим выпустил меня из своих рук, откатился на вторую половину кровати и закрыл глаза, тяжело дыша. Я и сам сопел, как паровоз, пытаясь отдышаться и чувствуя, как все тело пульсирует после сильного оргазма. Перед глазами - наручные часы: прошло всего двадцать пять минут, как я приехал к нему, и минут десять-пятнадцать после нашего первого поцелуя. Я взглянул на его спокойное лицо, прикрытые веки: он уже успокоился. Отдыхает. Или думает о том, что делать дальше.
-Если я завтра сломаю ноутбук, ты придешь его чинить? – вдруг спросил он. Я рассмеялся от неожиданности.
-Нет.
-Почему? – он перевел на меня серьезный хмурый взгляд, и я понял, что сделал ошибку: шутка не удалась.
-Ну я, конечно, приду, но если ноутбук именно сломан и к тому же по твоей вине, то он уже не подлежит гарантии. И я не имею права заниматься его обслуживанием бесплатно.
Максим какое-то время холодно и внимательно изучал мое взволнованное лицо, а потом отвернулся и снова закрыл глаза:
-Ну и хрен с ним, с этим ноутбуком. Это всего лишь груда металла.
-Не сказал бы, - я мгновенно возразил ему, - слишком дорогая груда металла.
-Все равно, - он присел на постели, подтянул к себе свои брюки и достал из кармана смартфон. – Скажи мне свой сотовый.
Я тяжело вздохнул и покорно продиктовал ему свой номер, смотря ему в спину. 
Черт! Почему я не отказался от него в тот же первый вечер? Кто его так жестоко испортил, что он видел в людях лишь их «полезность»? И во мне он видел только доступную постельную утеху. Я прекрасно знал, для чего он мне позвонит. Если, конечно, позвонит. В какой из моментов нашего знакомства я потерял свою гордость, я не успел засечь на часах своей судьбы.  Перешагнув порог этой квартиры, я перестал быть собой.  Я превратился в другого человека. Я превратился в послушную игрушку в умелых руках этого жестокого деспота.

*                        *                      *

Когда я спросил его потом, почему он не побоялся меня соблазнить в тот вечер – ведь я мог и по морде заехать при таком нахальном подходе, он ответил, что я был не в том положении, чтобы сопротивляться, возражать или хотя бы высказывать свое мнение о происходящем. Я – обслуга, он – клиент, а желание клиента всегда закон. Даже такое беспардонное желание, как постель. Лишь спустя некоторое время после нашего разговора стали выясняться некоторые интимные подробности жизни этого наглеца: подобное поведение уже давно вошло у него в привычку - соблазнять каких-нибудь молодых мальчиков, привозящих ему то или иное оборудование, документы или даже пиццу.  
-Ты думаешь, мне нужен был этот «монстр»? – усмехнулся он мне в удивленное лицо, имея в виду его новый ноутбук. – Мне нужно было, чтобы его доставил красивый мальчик в форме, который не станет мне возражать в виду некоторых обстоятельств и послушно ляжет в мою постель, ибо будет туго соображать в эти минуты. Радуйся, я трахнул тебя в мягкой удобной постели. Остальные довольствуются столом или полом. 
Я чуть не съязвил в тот момент: хотелось упасть перед ним на колени и отчаянно благодарить за такой великодушный поступок. Оказывается, мне еще и одолжение сделали, что затащили в постель, а не на офисный стол. Спасибо блин большое! Моя честь оказалась не запятнанной, а я – дурак – расстроился. Сейчас Стасика успокоили, теперь Стасик будет спать спокойно. Очешуеть! Но… тем не менее мне льстил тот ничем не подтвержденный факт, что в своей постели Максим спал только со мной. Здесь больше никого не было: ни до моего появления в его жизни, ни после. Я знал, что так и есть, но не знал, почему. Пока не спросил. Он ответил, что спальня для него – слишком чистое и светлое место, которое не должно быть опорочено низменными поступками и эмоциями. Он сделал ее под свой тонкий вкус и не хотел, чтобы здесь кто-то ошивался, кроме хозяина. 
-Здесь я только сплю. Сюда я даже захожу раздетым после душа, чтобы сразу лечь под одеяло и расслабиться. Мне не хотелось бы, чтобы всякие уроды пачкали мою постель своими «извержениями» во время наших утех. 
Но со мной ему пришлось изменить своему принципу: в тот первый вечер знакомства он отвел меня именно в спальню, повинуясь какому-то неведомому чувству и нисколько не задумываясь над тем, что его святое место будет обесчещено самым грубым способом. Я считал этот нюанс своей маленькой победой над этим черствым принципиальным педантом. Я, как последний придурок, радовался тому, что в этой постели больше никого не было и, возможно, не будет, и безнадежно пытался закрыть глаза на то, что я у этого парня все равно - не единственный боевой трофей на данный момент.
Я приезжал к Максиму по вечерам в пятницу после работы. Мы занимались сексом в его спальне, ужинали и расставались до следующей пятницы. Полчаса на постель, полчаса на ужин и беседу. Это вошло в привычку. Неделя за неделей, месяц за месяцем тянулся наш непонятный роман, который и романом-то не назовешь. Я убивал с ним время, я терял драгоценные часы вместо того, чтобы потратить их на человека, которому я по-настоящему был бы нужен. Максиму я не был нужен. Таких, как я, у него был вагон и маленькая тележка. Я знал, для чего он мне звонит, и каждый раз не мог найти в себе силы, чтобы сказать «Нет!». Я уезжал от него на ночном такси и твердил себе, что в следующий раз обязательно откажусь от встречи. Но стоило мне услышать звонок телефона и глубокий повелительный тембр в динамике, я тут же отбрасывал все сомнения и покорно бормотал ему в трубку, что приеду. 
Он всегда просил меня уезжать после нашего приятного времяпровождения. Он объяснял это тем, что к нему в любой момент могут приехать высокопоставленные личности, которые не должны видеть в квартире «левых» посторонних парней, которые могут подпортить его железную репутацию делового человека или не дай Бог попытаться его шантажировать своим присутствием. Я был посторонним. Я был «левым». Я был просто мальчиком по вызову. До сих пор. Я старался сразу выползать из нагретой нашим сексом постели, чтобы не успеть расслабиться окончательно и не заснуть. Хотя я был на все сто процентов уверен: даже если я вдруг нечаянно задремлю, он меня тут же пихнет под дых и без особых раздумий выпроводит за дверь в прохладную ночь. Но однажды я все же непреднамеренно вырубился в его постели: он так ласково обнимал меня за плечи, прижимая к своей груди и медленно массируя лохматую макушку кончиками пальцев, что я невольно расслабился от непривычной нежности с его стороны и прикрыл глаза. Я хотел понежиться так немного, совсем чуть-чуть, отдохнуть после тяжелого трудового дня и уйти домой, но… уснул. И проснулся лишь на следующее утро, которое разбудило меня яркими лучами по лицу. Я мгновенно проснулся и в ужасе присел на постели: насколько силен был неподдельный страх, что я не исполнил стандартный приказ своего тирана. В квартире было тихо. Я в шоке посмотрел на дверь, судорожно соображая, что делать дальше: неужели он оставил меня здесь одного? Быть того не может. Я быстро оделся и выскользнул из спальни: Максима я нашел на лоджии. Он сидел в полосатом шезлонге, курил сигарету и читал газету. На нем была белая домашняя пижама, в которой он любил ходить по утрам, судя по тому, что она всегда лежала в сложенном виде с краю постели. Я встал перед ним, но он даже не поднял на меня свой убийственный взгляд, которого я смиренно ждал. 
-Извини, я уснул вчера, - я не нашел ничего путного, как начать тихонько извиняться. 
Он отложил газету на столик, тщательно затушил сигарету, потом поднял на меня строгий взгляд и просто огорошил меня своей фразой:
-Из-за тебя мне пришлось отказаться от утренней деловой встречи.
Я удивленно вытаращился на него:
-Я… не знал, что у тебя запланирована встреча. Мне очень жаль. Правда, жаль.
-Зато ты прекрасно знаешь, что я не позволяю оставаться у меня на ночь. И знаешь причину, почему я так поступаю.
Я начал оправдываться:
-Я просто дико устал вчера. День был тяжелый. Столько заказов… Столько клиентов… Я сам не ожидал, что усну. Ты ведь… мог разбудить меня… Растолкать, я бы ушел.
-Ты мог просто не засыпать в моей постели. Это одно небольшое правило, которое я просил тебя не нарушать. Это так сложно для тебя?
Я стоял перед ним, как провинившийся ребенок, краснея и дрожа. Внутри все вибрировало от обиды. Неужели это такая большая проблема? Я просто уснул.
-Прости, - пробормотал я, не смотря в его глаза. - Я сейчас же уйду, а ты перезвони своим «важным» людям и назначь им свою «важную» встречу. «Неважная» букашка покидает твое царство.
Я нырнул было в балконный проем, но рука Максима быстро сжала мое запястье: он встал с шезлонга и притянул меня к себе. На губах играла ироничная улыбка:
-Каким забавным ты становишься, когда обижаешься или злишься. 
Он смотрел на мое расстроенное лицо, а потом быстро поцеловал мои надутые губы и проговорил:
-Я пошутил. У меня нет сегодня никаких встреч. Иначе я бы действительно выпроводил тебя вчера. 
Он вернулся в шезлонг и снова закурил, закрыв глаза и выпустив струю дыма вверх. Он издевался надо мной. Шутил. Я как обычно быстро проглотил свою обиду и уже более-менее успокоившийся подошел к перилам: это был двенадцатый этаж. Отсюда город казался как на ладони. Я перегнулся через перила: припаркованные внизу машины казались уснувшими муравьями на стоянке-муравейнике. 
-Ты не боишься высоты? – спросил я и обернулся на Максима, опершись на перила спиной.
-Я купил эту квартиру, довольствуясь тем, что отсюда замечательный вид на море. Да и на весь город, - проговорил Максим и усмехнулся. – И почти не выхожу на балкон, - он стрельнул в меня своим проницательным взглядом. – Не то чтобы я боюсь высоты, я не переношу ее. Мне тяжело смотреть вниз или вдаль: кружится голова. 
Иногда он отвечал безмятежно и без сарказма. Просто беседовал, и в такие минуты он казался обыкновенным смертным человеком, с которым интересно пообщаться и подискутировать. Но… Таким он был редко, а потому таким он нравился мне больше всего.
-Застеклись, - я обвел его лоджию заинтересованным взглядом. – Правда, окна скрадут часть света, но зато отличный повод пригласить красивых мальчиков к себе домой. Да еще и не в единственном количестве.
Максим усмехнулся непосредственному стебу с моей стороны и поднялся с шезлонга. Мне казалось, что он даже подойти ко мне не сможет из-за страха высоты, а потому здесь, на краю мира, я – в безопасности, но он все же приблизился ко мне вплотную и впился в мои губы. Лично моя голова кружилась только рядом с этим ненасытным человеком: никакая вершина Эвереста не смогла бы вскружить мою несчастную голову, как эта ошеломительная сила страсти, которой меня накрывало, словно морской волной, и от которой я мог запросто потерять крышу. Мы впивались в губы друг друга до тех пор, пока он в приступе желания не толкнул меня вниз, огласив тем самым очередной беспрекословный приказ: я упал перед ним на колени, стянул с него пижамные штанишки и припал к его паху, готовому к подвигам. Вот что мне действительно нравилось в нем до безумия – его неповторимый аромат. Он всегда пах восхитительно!!! Что это было: гель для душа, дезодорант или одеколон - мне было все равно. Я готов был изучать его тело ежесекундно: руками, губами, языком. И ему самому нравилось, когда я увлекался оральными ласками и практически забывал о себе. В такие минуты мне хотелось доставлять ему удовольствие снова и снова, лишь бы еще раз вдохнуть особенный запах его кожи. Не думал, что с Максимом я стану таким бешеным фетишистом. 
Он тяжело дышал, тихонько стонал, закрыв глаза, сжимая перила балкона в напряженных пальцах и кусая губы. Я нисколько не боялся, что соседи могут нас услышать и более того увидеть. Мне было искренне плевать на весь этот громадный дом со всеми его бесчувственными обитателями. Максиму, судя по всему, тоже. Он был в экстазе. Он был в нирване. Получив свой яркий оргазм, он тут же отошел от меня в сторону и поправил пижаму. 
-Тебе лучше уйти, - холодно отрезал он. - У меня действительно есть дела сегодня. Если хочешь позавтракать, поищи что-нибудь в холодильнике.
Он ушел с балкона, направившись в душ, а я тихонько посмеялся над собой. Вот опять он с присущей ему легкостью вытер об меня ноги. Так изящно. Так непринужденно. Всем бы так уметь. Получил свое и скрылся с места преступления. Ладно, послушному щенку действительно пора убираться в свою холодную обшарпанную конуру. Максим всегда красиво возносил меня на небеса, но снимать меня с облаков ему нравилось с помощью жестокого пинка-насмешки под зад. Что ж, у богатых свои причуды.
Страницы:
1 2 3 4 5
Вам понравилось? +58

Не проходите мимо, ваш комментарий важен

нам интересно узнать ваше мнение

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

3 комментария

+ -
0
Planeta Офлайн 3 июня 2014 19:44
Пока читала пережила весь спектр чувств - от злости до радости. Хороший рассказ, жизненный, дай Бог чтобы у них всё сложилось..
--------------------
Готовлю хорошо, говорю мало, голова не болит.
+ -
0
barca14269 Офлайн 1 ноября 2014 16:19
В такую резкую перемену ГГ не очень верится. Но... Спасибо)))
+ -
0
lizet23 Офлайн 12 мая 2015 20:11
Что-то как-то быстро был прощен такой омерзительный поступок. Но все равно фанфик вызвал море эмоций. Спасибо.
Наверх