Джеймс привык к случайным связям с молодыми мужчинами, в которых всю жизнь продолжает искать того, кого потерял много лет назад. Случайное замечание очередного любовника заставляет его вернуться в прошлое – к тому, кого он когда-то любил так сильно, к тому, кого призвали и послали на войну во Вьетнаме. Мужчине, который пропал без вести и которого Джеймс так и не смог забыть.

Андерсон и Клинт встречаются уже восемь месяцев и стали очень близки, между ними всё по-настоящему, но Андерсон ужасно боится, когда его друг начинает выражать свои чувства в присутствии посторонних. Взять за руку, обнять, поцеловать – это так естественно, когда любишь. Однако не все с этим согласны. Парни пытаются разобраться в своих чувствах и отношении друг к другу.

Дэвид и Томми прожили вместе 15 лет. После смерти любимого человека Дэвид встречает парня, знакомится с ним, когда тот голосует на дороге. Прошлое как будто повторяется, и герой словно пытается вновь вернуть безвозвратно ушедшее счастье.

Райану предстоит свидание вслепую, а ведь он очень стеснительный, не умеет общаться с малознакомыми людьми, находить темы для разговора, производить впечатление настолько, чтоб с ним захотели увидеться ещё раз. Лучше б он остался дома, приготовил бы сэндвич, посмотрел телевизор. Но вот появляется Шон, высокий, светловолосый, голубоглазый учитель алгебры...

Рассказ одного мужчины, который встретился в дороге с двумя парнями, и чем всё это закончилось.

Писатель получил по почте письмо. Вполне банальное письмо с просьбой прочесть рассказ начинающего автора и высказать свое мнение. Так началась эта странная гей-история...

Это не столько рассказ, сколько обычная небольшая литературная зарисовка. Картина внезапно пришедшая в голову и отражённая на бумаге. Впрочем, на любителя.

Этот рассказ о юности, о безбашенной подростковой жизни, о человеке, не побоявшемся быть не похожим на других...

Прошлое оставим в прошлом. Говорят, что когда начинаешь новую главу своей Книги Жизни, нужно оставлять прошлое – в прошлом, и начинать всё с чистого листа. А ещё говорят, что рукописи не горят.
А я говорю, что гореть может все - и листы в моих пальцах, уже поглощенные языками пламени, разлетающиеся пеплом, будто подтверждая мои слова.