Остановка сердца,
сбой земных орбит! 
Глядь - а снова теплится,
верить норовит,
что хандра и путаница,
тяжесть этих дней,
как-нибудь окупятся,
встретят у дверей...

Стрелка-то всё медленнее кружится,
Мёд не льётся по седым усам
И всё чаще грустно и недужится.
Впереди, я понимаю сам
От меня останется лишь лужица,
Путь открыт к прохладным небесам...
И спросить никто не удосужится:
А хочу ли я кого-то встретить там?

Парень пишет из Хорнета,
приглашая ублажить,
обещает час минета,
полчаса на слово жизнь,
в смысле как-то покалякать,
слегонца попить винца...

(Ох, какая нынче слякоть
и дождина без конца):
буду я на мягком пледе
ждать "привет" от мужиков...

Есть поэзия в Хорнете!
Есть знакомства для стихов!

Зачем ломали мы язык,
запретных набираясь знаний
из неподъемных старых книг,
стотомных подписных изданий?
"Поешь, кому я говорю, -
твердила мама - всё остыло!" -
в мой порыжевший к сентябрю
и летом пахнущий затылок,
но я возилась у стола,
пристроив томик у солонки,
и отвлекал меня Золя,
прилипший к кухонной клеёнке.

Соседний облетает клён,
и наступают сроки эти,
когда того, кто в нас влюблён,
уже не бросишь на рассвете,
когда луна свою игру
прервёт - и ей настали сроки -
и тоже не зайдёт к утру,
нарушив все свои зароки,

Никогда не пишу стихов, а когда случается, то как-то так...

Всё под рукой - и быт, и слово,
и связка запасных ключей,
всё, словно в доме у слепого,
продумано до мелочей.
Нечитанные фолианты,
расставлены по корешкам,
знакомый ход вещей, пуанты,
давно привычные ногам -

Суровая алчная тяга дугой выгибает фронтиры, 
Вжимая в пустоты свои кометы, что мимо летят. 
Я больше совсем ничего не смог предложить миру. 
Я бездна настолько, что черпаю сам себя.

Сборник стихов

Павел, Артём, Николай, Александр - 
каждый раз новый и каждому верю. 
Стихотвореньем прославлю природу 
всех поколений адамова царства -    
имя твоё я хочу угадать! 

Женя? Сергей? Иноземное что-то? 
Не удаётся - подожди, не спеши,
мы ведь должны отразиться друг в друге, 
встретив на улице своих двойников.